Волшебное болото или телепорт на двоих

      Утро. Чашка кофе и чашка чая, пар красиво клубится над поверхностью. Дождь стучит за окном, через форточку с сеткой долетают редкие капли от сильных порывов ветра. Где-то вдалеке гремит. Кот спит рядом на диване, но с краю, что бы капли не долетали из приоткрытого для свежего воздуха окна.              Парни отпивают из чашек, глаза у обоих блестят, отчего-то сдерживаемые улыбки мелькают на лицах. Оба молчат.              — Шаст, — нарушает теплый голос тишину.              — Что? — дрогнув в улыбке губы всё же расплываются.              — Такое вообще бывает, — не вопрос, утверждение. — У меня лицо сейчас треснет, — Арс, немного смущённо, прикладывает ладони к щекам.              — Тоже самое, — зелёные глаза буквально светятся от счастья.              — Может на нас что-то действует, а мы не знаем? — подозрительно осматривается Попов.              — Да, конечно, — звучит ворчливо от кота, — любовь это, детки.              — А ты чем недоволен?              — Завидую, — фыркает кот и свернувшись клубочком делает вид, что заснул.              Парни прячут улыбки.              «Дааа», — раздаётся в голове у Арсения. — «Не стеки лужицей, а то твой, гляди, вот-вот закапает», — хихикает.              «Мой», — повторяет в голове Арс и слегка неловко от этого, а Антон сильно краснеет.              — Я все слышал, — сознаётся под вопросительным взглядом и уши уже пылают.              — Квеста, похоже, не будет, — переводит тему Арсений.              — Видимо.              — И что будем делать?              — Тебе обязательно нужно занятие, можно просто валяться и ничего не делать, — сказав это Антон явно дальше представил, как именно они будут валяться и очень заинтересованно отвернулся к окну.              Видимо задумавшись, он не заметил, как Арсений подкрался к нему.              — Нельзя быть таким милым, — с улыбкой выдал Арс, принимаясь щекотать.              — Ребят, идите к себе, — фыркнул кот, отскакивая, когда Шаст чуть на него не приземлился, отбиваясь от Попова. Но эти двое не обратили на очередное ворчание внимания. Арсений, дотянувшись довольно чмокнул Антона в щёку от чего тот снова покраснел и забыл отбиваться, поэтому и оказался перехвачен и прижат к дивану.              Очередным порывом их окатило каплями дождевой воды. Короткий чмок и Арс поднимается довольно глядя на растерянно лежащего и в конец смущённого Шаста.              В углу щёлкает и парни, закончив гляделки, переводят взгляды.              В коридоре появился сундук.              — Может не будем открывать? — покосившись предлогает Шастун.              Крышка сундука словно недовольно дрогнула.              — Осталась скорее всего последняя часть телепорта, — вздыхает Арс. — А для одноразового в кулоне я не знаю где взять огонь.              Парни подошли к подозрительному предмету и только потянулись к крышке, как очень близко прозвучал раскат грома. Молния ударила совсем рядом.              — Мне это не нравится, — бурчит Антон.              — Я вообще хочу вернуться с тобой в постель и не вылезать оттуда до утра, — фыркает Попов и осторожно открывает крышку, а в следующее мгновение парней затягивает внутрь, а «ларчик» закрывается…              ***              — Арс?! Арс! — Зовёт Антон, бегая по какому-то непонятному пространству. Кругом странный тёмный туман не имеющий запаха.              Впереди начинают проявляться высокие тёмные ели. Шастун устремляется к ним и замирает, подойдя ближе. Сзади непонятный туман, впереди тёмный лес.              Дрогнув, пространство сзади тоже превращается в тёмный лес.              Определив с какой стороны он вроде бы пришёл, Антон двинулся прямо в противоположную.              Арс не отзывался, а деревья нескончаемым потоком мелькали и практически ничем не отличались друг от друга. Тёмное место, давило безнадёгой и уже отдавало отчаянием.              Антон всё шёл и шёл, а результата пока не было никакого, словно он бродит по кругу.              Когда уже вконец вымотанный и готовый сдаться и просто сесть у очередного выступающего корня, о который он запнулся, Шастун остановился, то впереди заметил просвет. Ускорившись и двигаясь на ориентир, он вскоре вышел на полянку, к их с Арсом дому.              — Арс, — выдыхает, видя на пороге Попова, спокойно беседующего с котом.              Внутри неприятно царапает. Он пропал, а друг его даже не ищет, отдыхая на полянке.              Кот бросив хмурый взгляд на Шаста скрывается в доме.              — Пришёл? — обернувшись грубо спрашивает Попов.              — Да, — недоумённо отвечает Антон. — А что происходит?              — А что происходит? — вопросом на вопрос отвечает Арсений.              — Ты чем-то недоволен?              — Скорее разочарован, — фыркает. — Всё что я говорил и думал оказалось ложью.              — В каком смысле? — оторопев Антон замирает. На пороге появляется красивая девушка. Высокая стройная, черты лица правильные и даже ни грамма ботокса. Губы видно, что от природы пухлые.              — Милая, — звучит мягко, даже нежно. Это особенно ощущается на контрасте с ответами в сторону Антона. — Оказалось, что я жив только благодаря ей, она теперь моё сердце и душа, — улыбаясь говорит Арсений.              — Окей, — голос прозвучал ровно, но Шастун побледнел и словно окаменел…- А мне что делать? — зачем-то спрашивает. В доме явно больше нет ему места. В лес возвращаться тоже идея не лучшая. В желудке пусто, а ноги гудят от усталости. Но и оставаться с ними… С ним…              — Уходи, не могу тебя видеть. Мне противно от того, что было между нами, — последние слова словно выплёвывает и морщится.              — Но мы же друзья? — практически шёпотом говорит Шастун, горло отчего-то сжимает спазмом, а глаза неприятно щиплет. Он сжимает руки сильнее, отвлекая себя.              — Какие друзья?! Смеёшься? Мы трахались как кролики, чтобы облегчить симптомы той заразы, которую ты подхватил. Если бы не афродизиак, у меня бы даже не встал! А после того, как ты меня поцеловал, я рот мыл минут двадцать с мылом…              Девушка успокаивающе обвила руками Арсения со спины. Он криво усмехнувшись повернулся к ней, бережно обнимая.              — Это в прошлом, Василиса, для меня он больше не существует, — говорит ей, заглядывая в глаза.              Шаст развернувшись рванул всё же в лес. Просто стало невыносимо и он по глупости вернулся в темноту высоких густых деревьев.              Остановившись он понял, что бежал, не отмечая в какую сторону.              — Ну и ладно, лучше так, — говорит, убеждая себя. Внутри разливается горечь, сердце по непонятным причинам сжимается. Он стискивает зубы, не давая выхода эмоций, но влага всё равно бежит по щекам.              Запнувшись о корягу, он, не удержавшись всё же падает. Кругом стало совсем темно и не поднимаясь, он просто отползает к корням дерева.              Трёт глаза пытаясь перекрыть этот позорный поток слёз. Но они всё текут и только усиливаются от того, что он сел. Тело больше не хочет двигаться, усталость и боль в перегруженных мышцах выматывают. Желудок скручивает боль от голода. От этого становится в разы грустные. Тело сотрясает мелкая дрожь.              Откуда-то взявшийся холодный ветер пробирает до костей.              — Хоть бери и подыхай, — зачем-то комментирует в слух.              Холод усиливается, темнота в конец обступает его. Больше совершенно ничего не видно.              «Шаст», — звучит обеспокоенный голос в голове.       — Уйди, — просит, не задумываясь.              «Где ты?»              — Я сказал, уйди!!! — громкий вскрик.              «Нет», — упрямый ответ. — «Я не могу тебя найти. Тебе придётся выбраться самому».              — Зачем? — отчаянно звучит.              «Антош», — просит где-то вдалеке Арсений, — «не верь в то что видишь. Это иллюзия, пойми это, и ты вернёшься.»              — Зачем? — снова спрашивает, утыкаясь лбом в сложенные на коленях руки. Но ответа больше не следует.              Холод всё больше кусает, отчаянье с апатией потихоньку заполняют разум. Непонимание зачем он Арсу, если тот буквально несколько минут назад послал его и предал… А предал ли? Он ничего ему не обещал, ни в чём не клялся…              Они столько лет знакомы и это так легко разрушено…              Тихий всхлип звучит в кромешной тьме.              »… пожалуйста», — долетает откуда-то едва слышный шёпот. В голосе столько надежды и отчаяния одновременно, что Антон замирает.              На секунду в голове мелькает искра сомнения, давая тот самый вытрезвительный толчок.              — Если он меня прогнал, зачем теперь зовёт? — начинает в слух размышлять, цепляясь за эту мысль.              — Зачем я ему, если нашлась настоящая Василиса? Но откуда она взялась? Я максимум бродил здесь пол дня. И за эти пол дня нашлась какая-то девица, втёрлась в доверие маразматично-подозрительному Арсу и ничего не объясняя он просто меня послал? Вот так грубо? А я ушёл…              Размышление в слух помогло ещё больше отрезвить мозг.              Вокруг немного посветлело.              Отогнав очередные мысли оправдания, ввергающие в отчаяние, Антон зацепился за эти, казалось бы, здравые.              Сумев совладать с собой, он поднялся на ноги, придерживаясь за ствол дерева. Очень медленно он двинулся вперёд. По ощущениям кажется, что он очень древний дед. Ноги и руки трясутся, глаза болят, в голове тоже гудит, а спина не разгибается.              Борясь с мыслями, он двинулся вперёд. На удивление впереди снова появился лучик света. Но это кусочек луны выглянул между стволов.              Упрямо идя на него и отгоняя апатию и отчаяние, Антон медленно, но верно приближался к светлому участку впереди.              В конце концов лес снова заканчивался, впереди снова мельтешил серый туман, над которым сияла огромная луна. Всего пара деревьев впереди, и он выйдет…              Но там он был в самом начале. Эта мысль стремительно гасит надежду.              Там он бродил и ничего не нашёл. Снова мрак сгущается, луна тускнеет. Глаза закрываются. В последний момент он видит руку и хватается за неё.              -… Шаст, — звучит приглушённо, словно через подушку. — Шастун! — взволнованный голос приближается. — Очнись же, — шипит рассерженно и обеспокоенно. — Что мне делать?! Кот? Морена?! Да почему же никто не знает? Ваш это мир или как?! — ругается Попов. — Хоть бы нашатырь притащите!              Вспомнив, резкий запах запрашиваемого, Антон с трудом, но открывает глаза.              — Не надо нашатырь, — голос звучит словно шелест бумаги.              — Слава Богу, очнулся, — на эмоциях выдыхает Попов. — Воды? — получив кивок, он, придерживая, помогает приподнять голову и подносит стакан к губам.              С каждым глотком на удивление возвращаются силы.       — Пересядем за стол, — говорит Арс, отставляя пустой стакан. Помогая подняться, он буквально дотаскивает двухметровую тушку до диванчика, сгружая Шаста на мягкое сиденье. — Скатерть, еды, — командует. — Я наполню ванну и вернусь, — говорит Антону и быстро исчезает за дверью.              — Ты похож на вурдалака, — говорит кот, запрыгивая рядом.              Антон моет руки в появившемся блюде с полотенцем. Даже скатерти его стало жаль, видимо выглядит он действительно не очень.              — Спасибо, — тихо шелестит, когда появляется горшочек с картошкой, мясом и грибами, сверху лежит ароматный кусочек хлеба. Он жадно принимается за еду, насколько позволяют не сильно-то шевелящиеся руки.              Арс возвращается, садясь с другой стороны стола. Перед ним появляется чашка чая. Такая же возникает и у Антона.              — Ему лучше укрепляющий, — говорит Арс, и чашка сменяется на другую, раза два больше в размерах.              — А у тебя? — спрашивает Антон, голос звучит намного лучше.              — Успокаивающий, — отвечает и делает глоток. — Как ты?              Не зная, что ответить Антон пожимает плечами.              — В ванну? — спрашивает Арс, когда Антон доел и допил чай.              — Думаю, я не дойду, — честно признаётся Шаст. Силы немного появилось, но прям дойти и раздеться сейчас кажется совсем невозможным, — мышцы болят, так словно я марафон пробежал.              — Я помогу, — улыбается Попов и подойдя помогает подняться.              — Но не в ванной же, — качает головой Шаст.              — Как это? — получает в ответ усмешку. — Я с удовольствием тебя раздену, — звучит с откровенным намёком.              — Не надо, я сам, — смущённо говорит Шаст уже в ванной. Но руки заплетаются и двигаются очень медленно.              — Да что я там не видел, — фыркает Арс и отведя руки Антона, стягивает с него футболку, затем расстёгивает пуговицу на штанах, довольно глядя в глаза.              — Ты тоже устал, — замечает Антон, считывая по глазам, напротив.              — Ещё бы, — хмыкает в ответ Арсений и стягивает штаны вместе с нижним бельём, помогая переставить одну ногу, затем вторую. Придерживая они совместными усилиями усаживают Шастуна в ванну.              — Спасибо, — Антон расслабленно выдыхает откидываюсь на бортик. Ванна не как дома, не стандартных размеров, она спокойно вмещает его длину, слегка согнутые ноги упираются в противоположную стенку стопами. А пена скрывает его по шею. Удобно.              Арсений, закрыв дверь, садится на коврик и опирается на неё спиной. Открыв ближайший ящик, добывает уточку резиновую и закидывает её в ванну.              Шаст пальцем толкает игрушку, и она забавно колышется в пене.              — Не представляю, что ты увидел, со всеми твоими страхами, — говорит Арс. — Монстры? Привидения?              Антон задумчиво качает головой внимательно разглядывая Арса.              — Ты хотел, чтобы я ушёл? — тихо спрашивает.              — Я? — голос у Арса взлетает на октаву, как и всегда, когда он пребывает в возмущённых чувствах. — Я сказал, что хочу весь день валяться с тобой в постели!              — Я дурак, — вздыхает Антон, опуская взгляд на уточку.              — Не спорю и почти не осуждаю, — фыркает Арс и подобравшись к ванне, опирается локтями на бортик. — Расскажешь, что было?              Антон не поднимает глаза, чтобы не встречаться с голубыми, особенно когда они так близко.              Вздохнув, он сомневается. Вспоминает всё что было, а Арс ждёт, положив подбородок на руки. Всё так же близко глядя на него.              — Если не хочешь… — начинает, но замолкает, встретившись с зелёными глазами.              Подавшись вперёд Антон целует его, но как-то робко. Улыбка скользит по губам Арса и он, прикрыв ресницы уверенно сминает, едва коснувшиеся его, губы, рука уже привычно в светлых волнистых волосах.              — Расскажу, — словно немного успокоившись говорит Антон и пересказывает свои приключения.              — Действительно дурак, — только в конце говорит Арсений.              Глаза его смотрят недовольно.              — Я за тобой бегаю уже не один день и это всё без афродизиаков и магии. Уговариваю поверить, вещаю о чувствах, а ты веришь только плохому, — недовольно говорит. — В принципе, в исконно русском характере, — тяжело вздыхает. — Из всей ситуации меня радует, только то, что твой самый большой страх на данный момент — это потерять меня.              Довольная улыбка и теперь Шаст бросает недовольный взгляд, за что получает поцелуй в нос.              Арсений снова кладёт подбородок на сложенные руки, на бортике ванны.              — Ты мне тоже привиделся, — говорит, — сначала пытался убедить, что я тебе не нужен. Не получилось, — со смешком смотрит в зелёные глаза. — Потом угрожал, сыпал обвинениями. Тоже не подействовало. Потом попытался убежать…              — Как я понимаю, безуспешно? — здраво оценивает себя Антон.              — Именно. Даже умереть пытался и быть убитым, но это не получилось. Ящик переборщил с абсурдом и быстренько меня выплюнул.              «Да ты разнёс половину его сущности», — фыркает корона.              — Это как? — спрашивает Антон.              — А кто ж его знает? Разозлился и снёс пол леса вместе со всеми покушающимися на «тебя» чудовищами и не только магией. А потом пол дня бесился над ящиком, ты там основательно застрял. Затем начал бледнеть. Я думала кирдык тебе и ему за компанию.              — Почему?              — Ящик высасывает жизнь из попавшей в него жертвы, чем больше боишься и веришь в происходящее, тем больше жизненной энергии отдаёшь и в конце концов умираешь. А умираешь ты — умираю и я.              Повисает молчание. Антон обдумывает полученную информацию.              — То есть из-за меня мы чуть не умерли? — испуганно говорит Шаст. — В действительности?              Арсений кивает, подтверждая.              — Давай ты запомнишь, что я тебя никогда не оставлю? — вздохнув говорит. — Даже если что-то изменится в будущем, мы просто сядем и обсудим это. Никто никого не прогоняет, не бросается обвинениями, не убегает, — внимательно смотрит на Шастуна. — Мы говорим и решаем вместе, что делать дальше.              — Хорошо, — соглашается Антон, сейчас ему даже стыдно за своё поведение. Ну, действительно, как Арс мог так с ним говорить? Как он вообще мог в это поверить?! Он его накормил, дотащил до ванны, раздел и сидит успокаивает, раскладывая всё по полочкам. Хотя, вероятно тоже устал от всех приключений. Выложился магически, волновался, в конце концов вытащил и его. Сидит сейчас на полу возле него и смотрит своими красивыми глазами.              — Помнишь, ты вёл передачу «Ты чудо»? — спрашивает. Арс согласно моргает. — Ты её олицетворение, символ и значение названия, — заявляет улыбаясь.              — О как, — фыркает Попов. Улыбаясь он поднимается. — Мойся и пошли обниматься, — говорит, чмокает в нос и тактично выходит за дверь.              Шастун с удивлением смотрит на уточку.              — Зови, если нужна будет помощь, — доносится с той стороны.              — Хорошо, спасибо, — отвечает Антон. Всё это смущает, но то утреннее чувство счастья постепенно возвращается.              Выбравшись из ванны самостоятельно, он нашел своё полотенце и замотавшись в него вышел.              — Смотрю тебе получше, — говорит кот.              — Да, — кивает Антон. — Спокойной ночи.              — Спокойной ночи, — получает ответ и кот довольно потянувшись сворачивается клубком на лежанке, которая снова перекочевала на подоконник.              За окном светит полная луна и мирно шелестит лес, в котором переговариваются на все лады птицы.              Придерживая полотенце Антон заходит в спальню, Арс видимо сегодня сильно вымотался и свернувшись под одеялом уснул.              Найдя нижнее бельё и кинув полотенце на стул, Шастун залез под одеяло и секунду поколебавшись притянул к себе Попова на центр кровати.              — Не убегай от меня, — искренне просит во сне это чудо и обнимает руки Антона, прижимаясь к нему спиной плотнее.              «Я дурак», — возводит глаза к потолку Антон.              «Это точно», — хмыкает корона.              Уткнувшись носом в мягкие волнистые волосы, Антон долго лежал, просто наслаждаясь присутствием Арсения так близко. На душе спокойно, сейчас он рядом и, видимо действительно, любит.