Часть 4
20 июня 2023 г., 15:30
Разговор с отцом прошёл по уже устоявшемуся годами сценарию: он наорал на меня за мои действия, я закипала от злости, потом пошли нравоучения, я высказала свою точку зрения, выдвинула свои требования и он поддержал меня. Но такое бывает не всегда.
Злющая от процесса, но довольная результатом, я вернулась в свою комнату.
Новости быстро дошли до школы. И потому, зайдя в комнату, первое, что я услышала, это бурные обсуждения нападения троллей на Хогсмид.
Как только соседки увидели меня, они сразу же набросились с вопросами.
— Почему тролли напали?
— Это правда, что ты билась сразу с тремя?
— А я слышала, что ты превратила тролля в осла!
— Говорят, новенькая гриффиндорка трусливо поджала хвост, и при первой же возможности попыталась сбежать! И где же эта хваленая гриффиндорская смелость и отвага?!
— А до меня дошёл слух, что ты наорала на констебля Сингер, и угрожала судом Визенгамота. Её давно пора снять с должности. Надеюсь, что ты и правда это сделала.
Я стояла, ожидая последнего вопроса, и как только он прозвучал, решила дать ответы, чтобы не расползались слухи про превращения троллей в ослов. Такими темпами меня и саму в этих сплетнях превратят в какого-нибудь нюхлера с двумя хвостами и пятью лапами.
— Успокоились? — дождавшись утвердительный кивков, я продолжила. — Во-первых, я не знаю причин такого поведения троллей. Во-вторых, троллей всего было двое. Одного увели взрослые во главе с констеблем, а второй появился только после их ухода. В-третьих, тролля нельзя превратить в осла. Вы ведь образованные ведьмы. Уму непостижимо, как вы в это поверили, — девушки смутились, осознавая, что повелись также, как и первокурсники на русалок.
— Я же говорила, что это чепуха. — Марта — девушка с каштановыми волосами и чертами лица, характерными испанкам. Когда-то над ней насмехались из-за того, что одна глупейшая ошибка стала причиной обанкрочивания её семьи. Через время та ситуация забылась, и к полукровке почти перестали цепляться.
— Ой, да ты сама говорила, что тролля превратили в коричневого осла, а не серого. — Мирабель — тоже полукровка. Главная сплетница нашего факультета. Обладая хорошим слухом и умением выхватывать фразы из текста, она ежечасно распускает различные сплетни. Иногда они бывают полезными, чем я и пользуюсь, но чаще всего это какие-либо додумки или клевета на тех, кто неугоден блондинке.
Я лишь хмыкнула про себя на их высказывания. За эти неполные два дня, я уже успела вдоволь наслушаться подобного.
— А что с новенькой и констеблем? — Люсиль — девушка с чёрными волосами и милым детским личиком. Такая же заядлая сплетница, как и две её подруги. Но ведёт она себя скромнее, и не так явно распространяет различные сплетни. В основном она их собирает и передаёт своим подругам, которые переиначивают полученную информацию, а после отправляют в свет.
На первый взгляд, мои соседки весьма опасны из-за их увлечения. Но всё можно обыграть так, что их опасность будет играть мне на руку.
— Гриффиндорка не сбегала. Именно она добила тролля.
«Уверена, будь она не с Гриффиндора, они не стали бы задавать подобных вопросов.»
— А что же до констебля… — я задумалась, подбирая более правильные слова, — я лишь указала ей на то, что с её стороны было весьма неосмотрительно полагать, что тролль пришёл один.
«Незачем им знать правды. Ещё начнут задавать лишние вопросы.»
— Надеюсь, я удовлетворила ваш интерес?
— Не совсем, — цепкий взгляд Люсиль словно пытался залезть мне под кожу, чтобы точнее изучить меня, — одна моя знакомая семикурсница, сегодня за обедом, сказала мне, что у нашего директора есть дочурка. Говорит, что однажды пересекалась с ней на каком-то приёме, но та была ещё малюткой. Однако, она сразу же отметила её сходство с отцом, а ещё, с тобой. Она сказала, что вы довольно похожи чертами лица. Но вот Блэк младшая обладает тёмными волосами, и тогда у неё были мягкие, детские черты лица. Что ты скажешь на этот счёт?
— О, я думаю, нашего сварливого директора весьма позабавит, скажи ему кто-нибудь, что его дочь разгуливает по Хогвартсу, а никто об этом не знает. Ну, за исключением твоей знакомой, — я открыто насмехалась над подобным заявлением. Было весьма забавно наблюдать за тем, как с лица Люсиль сходит самоуверенная ухмылочка.
О том, что какой-нибудь чистокровный волшебник или волшебница из влиятельной семьи о чём-то догадается, я осознала ещё в первый день в Хогвартсе, тогда, когда сидела в кресле напротив своего отца, придумывая себе новое имя. Раскрытия тайны личности я не боялась. Мне было всё равно на то, как скоро узнают, что я Блэк. То что банды Ранрока взаправду попытаются через меня повлиять на отца, я не особо верила. Но если мне же будет меньше нервотрëпок от отца, то я готова притворяться иным человеком.
— Я не стала бы скрывать от вас подобного. Вы мои соседки, и я очень бы хотела, чтобы мы стали ещё и подругами, — я заглянула в глаза каждой девушке, умело изображая человека, которому можно и нужно доверять. Они должны поверить мне, понять, что я им не соперница, и не враг. Они должны воспринимать меня как свою лучшую подругу.
Конечно же девушки не воспылали желанием присоединить меня к своей компании. На это нужно время. Благо, оно у меня есть.
Взяв со своей полки в общем книжном шкафу учебники, тетради и письменные принадлежности, я направилась в гостиную. Необходимо было разобрать хотя бы часть из того, что успели задать преподаватели.
«Первый день, а они уже столько всего задали!»
Но выйдя из комнаты, я поняла, что позаниматься в гостиной будет непросто. Сегодняшнее происшествие обсуждали не только мои милые соседки, но и большинство находящихся в гостиной.
Тихое и спокойное место можно было бы найти в библиотеке, но мне не хотелось идти до неё. Поэтому пришлось искать более-менее спокойное место в гостиной.
Походив немного, я заприметила свободное кресло возле камина. Там и освещения достаточно, и есть небольшой столик, на котором можно разложить все свои вещи.
Быстрым шагом дойдя до примеченного места, я плюхнувшись в кресло, вытянув ноги ближе к камину. Приятное тепло сразу же окутало ступни, проходя через подошву туфель.
Поставив письменные принадлежности на стол, я взяла одну из тетрадей с конспектом, в конце которого было записано домашнее задание.
«Сделать доклад о грозовом напитке.»
«Хм, у меня где-то была книга о зельях из нашей библиотеки. Там должно быть всё необходимое.»
Сделав для себя пару пометок об этой книге, я взялась за следующую тетрадь, принявшись изучать задание от профессора Гекат.
***
Так я и просидела до наступления поздней ночи, пропустив ужин. Большая часть заданий была выполнена, остались только те, для которых нужны были книги из библиотеки. Встав с насиженного места, я хорошенько потянулась. Взяв все свои вещи, я уж было направилась к себе в комнату, как услышала печальные завывания и урчание в животе. Недовольно цокнув, я подняла глаза к потолку, — «и что же делать мне с тобой? Отбой уже наступил.» Оглядев гостиную, я никого не увидела. Все давно уже разбрелись по своим комнатам. Поэтому, я решила воспользоваться услугами своего хорошего друга. — Скроуп, — тихо прошептала в темноту. Почти сразу же, с тихим хлопком, передо мной оказался домовик. — Чем я могу помочь, хозяйка? — радостный от встречи, домовик ожидал моих указаний. — Ты можешь принести мне какой-нибудь перекус? — Конечно, хозяйка. Скроуп мигом принесет Вам самое вкусное, что найдёт на кухне, — произнеся это, домовик тут-же испарился. Пока его не было, я успела отнести учебники, книги, тетради и письменные принадлежности в свою комнату. Как только я вернулась обратно в гостиную, на столике, возле камина, меня уже ожидала порция жюльена, греческий салат, несколько кусочков ягодного пирога и ромашковый чай. «Многовато, но зато я точно наемся.» Домовик стоял рядом, смотря на меня своими огромными, преданными глазами. — Спасибо, Скроуп. Можешь пока быть свободным, но потом надо будет убрать посуду. — Конечно, хозяйка. Скроуп рад служить Вам. Если Вам понадобится что-нибудь ещё, только позовите, Скроуп мигом примчится и поможет, — домовик говорил так активно, что кончик его уха подрагивал. — Хаха… спасибо, Скроуп. Я знаю, что могу на тебя положиться. Счастливый от того, что смог помочь своей хозяйке, домовик исчез. Вновь сев в ещё не остывшее кресло, я принялась за поздний ужин.***
Я сидела почти что на последней парте, стараясь из-за всех сил не заснуть от монотонной речи профессора Бинса. Мне нравится история магии, и профессор хорошо знает этот предмет (что не удивительно), и рассказывает периодически крайне интересные факты, но вот то как он это делает… Любого на его уроках тянет в сон. Особенно если конспектировать его лекцию. Поэтому, чтобы не заснуть, я складывала малюсенькие кораблики из бумаги, и уже успела собрать целую флотилию. Соседа по парте у меня не было, поэтому я выстраивала кораблики на свободной части парты. Вскоре, к корабликам присоединились бумажные драконы размером с ладонь. «И куда мне это потом девать?..» Посмотрев на стоящую передо мной парту, и парней, которые за ней сидели, я незаметно достала палочку из внутреннего кармана сюртука, направив её конец на одного из драконов. Первое заклинание окрасило его в бордовый, второе «оживило». Прикрепив к нему короткую записку, я отпустила его. Взмахнув крыльями, дракон перелетел на парту вперёд, приземлившись прямо перед Себастьяном. Вскоре я получила ответ, принесённый моим же драконом. «Кто чем, но оригами до тебя никто не складывал. Особенно в таком количестве.» Прочитав ответ на свой вопрос о занятиях учеников на уроках Бинса, я ухмыльнулась, беря уже новый клочок бумаги для следующего послания. «И он всегда так равнодушен к подобному?» Дракон вновь полетел к парню, и вскоре вернулся с ответом. «Только представь сколько он уже на этой должности. Любому станет всё равно.» Написав новое послание, я отправила его Себастьяну. После этого дракон не вернулся ко мне. В записке было: «Оставь его себе, сможешь передавать вместе с ним любую информацию. Чары не спадут.»***
Я вяло ковыряла пюре вилкой, погруженная в свои мысли. Непременно хотелось узнать, что же скрывает эта новенькая гриффиндорка. Я думала подойти к ней после или перед занятиями заклинаний, но она так и не появилась. Не было её и сейчас. «Второй учебный день, а она уже прогуливает.» Выйдя из Большого зала, я уже пошла в сторону своей гостиной, как увидела немного потрёпанную, но с улыбкой от уха до уха гриффиндорку, которая направлялась на обед. Решив, что сейчас неподходящее время для подобных разговоров, я просто пошла дальше. Пройдя пару поворотов, я заметила фигуру Оминиса, который куда-то направлялся. Решив проследить за ним, я надеялась на то, что он пойдёт к той самой лестнице у кабинета ЗОТИ. Забежав в первую же дамскую комнату, я быстро изменила свою внешность на внешность какой-то девушки-маггла, которую однажды увидела на улицах Лондона. У неё была такая внешность, за которую женщину могли отправить на костёр, озлобленно выкрикивая, что та ведьма. Множество родинок по всему телу, болезненно-бледная кожа, ярко-голубые глаза и взрыв из мелких рыжих кудряшек на голове. Изменила я и свою одежду, превратив сюртук в неприметную чёрную мантию. Такую, которая не указывала бы на факультет. Выбежав из уборной, я поспешила к кабинету ЗОТИ. Оминиса нигде не было видно. Пробежав множество коридоров и лестничных пролётов, я вышла прямо к кабинету ЗОТИ. Встав у ограждения, я глянула вниз, туда, где находились те странные «часы». Оминиса не было, но вскоре он показался из-за поворота, этажом ниже меня. Поводив палочкой в воздухе, он подошёл к «часам», и проведя палочкой по одному из циферблатов, он привёл в действие какой-то механизм. Та часть, на которой находились циферблаты открылась словно обыкновенная дверь, и Оминис вошёл внутрь. Дверь за ним закрылась. Довольная столь продуктивной слежкой, я отправилась в ближайшую дамскую комнату. Одна из кабинок была занята, но никого не было у раковин, что играло мне на руку. Зайдя в дальнюю кабинку, я вернула себе свою внешность, не забыв про то, что цвет волос должен быть светлым. Поколдовав над мантией, я превратила её обратно в серебристый сюртук. Выйдя из кабинки, я подошла к зеркалу для проверки внешности. «Опять про глаза забыла…» — раздраженно пронеслось в голове. Пока никого не было, я быстро поменяла цвет глаз на привычный чёрный. После чего, достав из кармана сюртука небольшую заколку, зацепила передние пряди пышной шевелюры на затылке. Выйдя из туалета, я направилась в гостиную. Необходимо было подготовиться к предстоящему занятию астрономии.***
Несмотря на начало сентября, погода была не самой удачной. Пронизывающий ветер заставлял всех студентов трястись при каждом порыве. Согревающее заклинание помогало только на короткое время, поэтому оставалось только терпеть и надеяться на благосклонность профессора. Один только когтевранец трясся не от холода, а от перевозбуждения, которое ему давали созвездия. Амит то и дело пытался втянуть меня в его увлечение, но мне было не до этого. Слишком холодно, чтобы что-то делать. Поэтому я из раза в раз старательно уходила от разговора, но этого было недостаточно. Парень оказался весьма настойчивым и болтливым. Окинув Астрономическую башню в поисках того, что помогло бы мне уйти от Амита, мой взгляд зацепился за Себастьяна и Оминиса. Один что-то высматривал через телескоп, а другому не осталось ничего, кроме как стоять рядом и слушать описания увиденного от друга. Придумав предлог, чтобы уйти, я перевела взгляд на Амита. — А ты знала, что звезда Регул в созвездии Льва излучает… — Амит, — позвала я парня, но тот не услышал меня, продолжая говорить о звёздах, — Амит, — позвала я громче чем в прошлый раз, и он услышал, — меня там Оминис зовёт, просит помочь. Я пойду, — еле отделавшись от парня, который хотел ещё что-то сказать, я направилась в сторону Оминиса и Себастьяна, надеясь, что те подыграют. Пока я шла до них, Амит провожал меня немного расстроенным взглядом. — Поклонники покоя не дают? — Оминис повернулся ко мне, ориентируясь при помощи палочки, зажатой в руке. — Поклонники, но не мои, а астрономии. Я могу тут с вами постоять? — Помочь мне уже не хочешь? «Значит разговор подслушал.» — недовольно подметила я. — А тебе нужна моя помощь? — Да. У Себастьяна страдает описание созвездий… — Но вот слух у меня отменный, — проворчал Себастьян, всё ещё смотря в телескоп, и периодически настраивая его. — Поэтому мне хотелось бы услышать твоё описание, — закончил предложение Мракс, проигнорировав недовольное высказывание своего друга. Мне не понравилось данное заявление. Пусть в его фразе не было ничего повелительного, а такое чувство, будто со мной обращаются как с каким-то домовиком, готовым прийти на помощь по первому зову. Хотя, у любого другого такое чувство наверное не возникло бы. «Наверное я всё же преувеличиваю. Фраза как фраза. Но просто так я делать ничего не буду.» — А что я получу взамен? Парень в недоумении приподнял светлые брови, но почти сразу же на его лице нарисовалась ухмылка. — Насколько я понял, тебе же лучше стоять здесь и помогать мне, чем слушать многочисленные факты из астрономии, — его брови двигались в зависимости от его эмоций, что довольно забавно, учитывая, что в таких семьях, как наши, было принято контролировать свои эмоции, чтобы не показывать на публику то, что она не должна видеть. Сейчас его брови сложились легким домиком, делая из него саму невинность. «Вот ведь слизняк!» Я недовольно сжала губы, смотря на спокойного Мракса. «В детстве он поприятнее был.» Вздохнув, я закрепила свой телескоп на монтировке. Посмотрев в него, я начала регулировать настройки, пока картинка не стала совершенной. — Какие созвездия тебе осталось описать? Посмотрев на парня, я увидела капельку самодовольства на его лице из-за победы надо мной. Закатив глаза, я отвернулась обратно к телескопу. — Остались только Кассиопея и Дракон. «Ну, уж это я быстро найду. И то, и то находятся рядом с созвездием Цефей.» Быстро найдя созвездие Цефей, я вскоре увидела Кассиопею, расположенную в северном полушарии на горизонте. — Ты сам запишешь или тебе и тут нужна моя помощь? — нескрываемая издёвка звучала в моём вопросе. Он ответил мне в том же тоне. — О, не волнуйся, с пером я справлюсь. — Чудно, тогда записывай: место наблюдения за данным созвездием влияет и на его форму. В данном случае, углы созвездия чуть более ста градусов… — я диктовала быстро, как скороговорку, чтобы поднасолить мелкому паршивцу.***
Ночь, тусклое освещение от редких свечей в настенных подсвечниках, прохлада тихих коридоров, сопение людей с картин. Я шла быстрым шагом вдоль стены, напрягая глаза, чтобы хоть что-то разглядеть. Внешность была моя, но нос я изменила на кроличий, чтобы в случае чего сказать, что кто-то решил поиздеваться надо мной, и сейчас я направляюсь в больничное крыло. Но опасения были напрасны, мне никто не попался по пути к крипте. Только пара призраков лениво проплыли, совершенно игнорируя моё присутствие. Остановившись возле «часов», я провела палочкой по тому же циферблату, что и Оминис, направляя немного магии на устройство. Что-то в механизме тихо щёлкнуло, от чего я в предвкушении закусила нижнюю губу, внимательно смотря на устройство. Но ничего не произошло. Проход не открылся. Нахмурившись, я снова попыталась активировать механизм, произнеся отпирающие чары. Но вновь ничего. Недовольно цокнув языком, я потянула руку к циферблатам, не желая сдаваться так скоро. Вот только шаги бродящих по ночному замку преподавателей и студентов стали громче, ближе. Убрав одну руку от часов, другую, в которой была зажата палочка, я направила на себя, быстро накладывая чары невидимости. Задуманное пришлось оставить на время, и быстро возвращаться в гостиную факультета, пока не наткнулась на кого-нибудь. Беззвучно шагая по коридорам школы, я с лёгкостью прошла мимо старосты Пуффендуя, на всякий случай спрятавшись за статуей рыцаря (благо, та статуя спала в этот поздний час). Пройдя ещё пару коридоров, мне показался впереди один из спусков в подземелья, куда я и забежала быстрой рысцой. Спускаясь по винтовой лестнице, освещённой лишь парочкой подсвечников с тонкими свечами, я наконец смогла немного расслабиться, мыслями возвращаясь к странному устройству. Вплоть до мельчайших деталей я вспоминала свои действия и действия Оминиса, пытаясь найти причину своего провала. Вариантов было не так много: либо на устройство было наложены чары, не пропускающие чужаков, либо Оминис использовал какое-то невербальное заклинание. Нахмурившись, я хотела цокнуть языком от недовольства. Останавливало только то, что таким образом я могу себя выдать, и получить выговор от отца. Свернув на очередной развилке, я чуть не подпрыгнула на месте, увидев как в конце коридора с легким скрипом открывается дверь. Быстро сориентировавшись, я вернулась за поворот, шагая так тихо, как только могла. Бегло окинув коридор взглядом, я увидела одну лишь скамейку перед дверью в женский туалет, где не могла сейчас спрятаться. Прошмыгнув к скамейке, я забралась под неё, стараясь не шуршать одеждой, и замерла, ожидая увидеть того, кто не дал мне спокойно дойти до гостиной. В коридоре были слышны еле различимые шаги и лёгкое дыхание (я же почти не дышала, боясь выдать себя) которые приближались ко мне. В момент, когда я должна была уже увидеть того, кто загнал меня под скамейку, я не увидела никого. Шаги же приближались, раздевшись уже почти что возле меня. «Значит прячемся?» — губы растянулись в хитрой улыбке, а от сердца отлегло, от осознания того, что это всего лишь такой же ученик как и я, решивший нарушить комендантский час. Дождавшись, когда тот уйдёт, я вылезла из-под скамейки, и поспешила в гостиную, куда добралась без новых стычек. Уже будучи в своей комнате, я отряхнула одежду от пыли и грязи, что скопилась под скамьей. От моей возни с подготовкой ко сну, со стороны Люсиль послышалось недовольное бормотание, которое вскоре прекратилось. Я же вскоре легла спать, заснув крепким сном.
