Новая жизнь

Утром Ляпис, к своему удивлению, проснулась раньше Перидот и посмотрела на неё. Она без очков выглядела как-то совсем не так, как-то совсем незащищённо и невинно, светлые волосы разметались, Ляпис слышала мерное дыхание спящей, Перидот слегка посапывала, грудь её медленно поднималась и опускалась. Ляпис слегка наклонилась и прикоснулась губами лба, после поднялась, пошла одеваться, расчесываться, чистить зубы. Тыковка тоже вскочила и стала хвостиком ходить за Ляпис, как бы боясь, что она уйдёт. На телефоне ей пришло уведомление от Гранат: „Сегодня должна приехать Висмут, можешь взять Перидот и зайти к нам на завтрак, она приедет к нам. А, если ты уже уезжаешь, то нам нужно поговорить перед твоим отъездом”. - Ладно от того, что я ещё раз зайду к ним, мир не развалится, - сказала она Тыковке, та согласно тявкнула. - Как хотя бы выглядит Висмут? - Увидишь. После вчерашнего все были жутко сконфужены, многие подходили к Ляпис, пытаясь ей что-то сказать, но никто не знал, как вести себя в подобных ситуациях, только Гранат и Висмут были спокойны. Ляпис некоторое время чувствовала неловкость, так как Висмут была новым для неё человек, но всё так дружно общались, к тому же она ладила с Перидот, поэтому девушки нашли общий язык. Как оказалось, Висмут была тату мастером, что ещё больше заинтересовало Ляпис. В процессе они так разговорились, что Ляпис начала жаловаться на то, как скучно в офисе, выполнять монотонную скучную работу, потом приходить домой, смотреть телик, сидеть в телефоне, в те далёкие, как ей казалось, времена, она завидовала таким независимым людям как Висмут, которые занимаются тем, чем нравится. А Висмут в свою очередь рассказала о том, какого это, быть прикованной к кровати столько времени. В итоге, все ушли готовить, а они вдвоём остались вместе болтать. В гостиной, на самом видном месте, висел портрет Розы Кварц, Висмут посмотрела на неё. - Эх, жаль ты её не знала, такая невероятно добрая женщина была. - Да, мне многие говорят об этом. - Жаль, что мы не успели помириться. - Вы поссорились? - Ох, извини, я случайно про это заикнулась. Ну, раз уж начала, то придется все же рассказать. Обещаешь, что не расскажешь? Не хочу, чтоб про нее плохо думали. О мертвых не принято говорить плохое. - Обещаю. - Мы ссорились в машине, когда ехали вместе. Она отвлеклась на ссору, из-за этого не успела среагировать, когда на нас ехала машина. Роза, к счастью, отделалась легко. Мне повезло меньше. Ребята рассказывали, что она очень сильно переживала и винила себя в этом случае, поэтому часто приезжала ко мне в больницу, привозила часто цветы. Кстати, совсем забыла спросить, как тебе тут? - Уютно. - Я про прибрежье, а не про дом. - Я и говорю, уютно. Кстати, почему ты приехала к ним, а не к нам? - Так я ненадолго, просто приехала навестить, скоро уже обратно уеду. - Ясно. - А ты? - Что я? - Надолго тут? Ляпис задумалась, она не знала стоит ли говорить обо всём Висмут. - Чего ты так переживаешь? Я им не скажу. Я уеду через пару часов, а в следующий раз мы встретимся только спустя несколько недель или месяцев. - Я уже один раз доверилась человеку, а он использовал моё доверие, чтоб подставить меня. - Разве я смогу информацию о том, когда ты уезжаешь, использовать против тебя? - Нет, я просто не знаю, что сказать, я просто сильно запуталась, а ещё я... я... я - Боишься? - Откуда ты знаешь? - Чувствую, хотя, обычно, я не прям хорошо чувствую людей. Ляпис улыбнулась. - Я хочу уехать. Но я не знаю. - Хочешь, можешь переехать ко мне? - Зачем? - К себе ты вернуться не можешь, тут оставаться не хочешь, тогда поехали со мной. Тебе есть куда ехать. Ляпис испытала сразу кучу эмоций сразу. - Спасибо. - Но ты должна рассказать мне в чём дело? Хорошо? Ляпис покачала головой. - Ладно. Все за ужином весело болтали, в один момент Гранат отвела Ляпис в сторону. - Гранат, я все решила. - И тебя не переубедить? - Да, я все решила. - Хорошо, но ты должна знать, мы всегда тебя ждём. На это Ляпис промолчала, она постаралась прослушать эти слова. На обратном пути, с ними, сзади, на другой машине, ехала Висмут. Ляпис взяла чемодан с рюкзаком и села в машину, она даже толком не попрощалась с Перидот и Тыковкой, ей не хотелось этого делать. Когда Лазурь села в машину, она отвернулась, чтоб не видеть чуть не плачущую Перидот и Тыковку, поджавшую уши. Она ничего не написала ни Стивену, ни Аметист, ни Жемчуг, которой она обещала вместе сходить в ресторан. Ляпис ничего не чувствовала, мыслей никаких не было, она как будто не верила в происходящее. Когда они приехали, Ляпис начала перебирать вещи. В рюкзаке лежало и то, что она брать не хотела: заклеенный блестящим скотчем диктофон, плюшевый китенок, куча несъеденных конфет, чёрное платье, акварель, листы, на которых нарисована природа, Тыковка, Перидот. Лазурь резко закрыла рюкзак и достала телефон, чтоб отвлечься, но там она зашла в галерею, там было куча фотографий: тут они стоят все вместе, вот Тыковка плывёт по волнам, вот они со Стивеном и Аметист, они учат её играть в баскетбол, а здесь Гранат, Жемчуг и Ляпис сидят в шикарных платьях в какой-то забегаловке. - Будешь какао? Я подсыплю маршмеллоу и посыпку. - Перидот делала так же. - Ещё бы, моя мама так делала, когда кому-то нужна поддержка и помощь. За кружкой какао происходят самые душевные разговоры. - Она часто делала какао. - Видимо ей казалось, что тебе нужна поддержка и душевный разговор. У Ляпис против её воли потекли слезы. - Ну-ну, какао солёное невкусно. Хочешь расскажу секрет? Недавно вскрылось, что Роза была не такой идеальной. - Что? - Она тоже бежала от своего прошлого. Хотела измениться и у неё это получилось, у неё появились друзья и семья. - А потом она умерла. - Она бы не грустила из-за этого. - Что? Как можно не грустить из-за этого? Её близкие остались одни. - Роза очень хотела родить ребёнка, но сама при родах не выжила, она была бы счастлива, ведь с её ребёнком все хорошо. Если бы при родах умер он, она бы этого не пережила. Она часто говорила о том, как бы ей хотелось дать жизнь другому существу, о том, как бы Стивен рос, учился чему-то, радовался жизни, мечтал. Так что умерла она не напрасно. К тому же, она бы ни за что не променяла бы те времена, когда все были вместе, даже заранее зная, что ей навсегда придётся покинуть её близких. - Висмут, я хочу вернуться. - Правда? - её интонация не была удивлённой, Висмут как будто знала, что Ляпис попросит об этом с самого начала. - Я должна увидеть Перидот. Я должна ей сказать. - Хорошо. - Поехала. - Пожалуйста, быстрее. Ляпис схватила свои вещи, выбежала из дома, добежала до машины. Висмут кое-как за ней поспевала. - Скорее! - Хорошо, - Висмут дала по газам, но всё же ехала с нормальной скоростью, старая травма после аварии не давала покоя. Они ехали долго, наконец приехали. Около их дома машины ездили редко, поэтому Перидот с Тыковкой сразу выбежали. - Ляпис? Ляпис Лазурит бросил обнимать Перидот, та немного оробела на пару секунд, но сразу после этого прижалась к девушке. Они стояли так очень долго, обе плакали, сквозь всхлипы старались что-то друг другу объяснить, но от этого ещё сильнее плакали. Тыковка, ничего не понимая, носилась рядом с хозяйками, иногда слегка потявкивая и тыкаясь носиком в ноги. В итоге они зашли домой. Висмут решила, что лучше пусть побуду вдвоём, она приедет к ним потом. Она села в машину и уехала. А девушки почти весь остаток дня провели в обнимку на диване, они очень много говорили, Ляпис рассказала о всех переживаниях, Перидот рассказала о том, как она нервничала и грустила, когда Лазурь уехала. После, когда слова закончились, они просто сидели обнявшись, Ляпис успела выплакать весь океан, который так долго копился. - Обещай, что больше никогда так не сделаешь, - всхлипывала Перидот, крепче обнимая подругу. - Хорошо, - Ляпис снова стала спокойной, какой она и была. Ляпис сдержала обещание.