Хорошо воспитанные женщины редко делают историю

С их последней встречи в саду прошёл целый месяц, и ровно такое же время Мелике не выходила из головы Ибрагима. О Хатидже-султан грек и думать забыл, и даже удивился, когда получил от неё огромное письмо с претензиями. Дело в том, что на встречу Ибрагим так и не явился. Но он сразу же позабыл об этом. Хатидже это сильно не устраивало. Она не понимала резкой перемены отношения Ибрагима к ней, поэтому заваливала его множеством писем, где сначала требовала объясниться, а потом и перешла к угрозам. Но Ибрагим с легкой насмешкой обнаружил, что ему не интересно общение со старшей сестрой султана и не открыл ни одно письма от Хатидже, кроме первых двух. Теперь его мысли целиком были заняты предстоящим походом на Белград и Мелике-султан. Мелике, напротив, совсем не вспоминала о Ибрагиме. Дело в том, что за небольшой промежуток времени она сильно сдружилась с Хюррем-хатун, с которой, как в последствии выяснилось, у них общий враг — Хафса. Славянка оказалась очень жизнерадостной и интересной собеседницей. С каждым днём Мелике понимала, почему она смогла заполучить расположение Сулеймана. Хюррем никогда не пыталась жаловаться султану, как это делала Махидевран. Славянка дарила Сулейману спокойствие, именно поэтому он и полюбил её. Мелике и Хюррем часто проводили время вместе, чем заставляли Валиде недоумевать. Сегодняшний день не был исключением. Хюррем сидела на подушках и рассматривала украшения в шкатулке Мелике-султан. — Сколько же у тебя красивых драгоценностей, а ты ни одно не надеваешь! — восхищённо проговорила Хюррем, рассматривая очередную брошь. — Когда ты родилась в окружении таких безделушек, то, со временем, они тебя перестают интересовать, — сухо ответила Мелике и погрузилась в чтение книги. — Какая красота! — рыжеволосая достала какой-то предмет со дна шкатулки и подняла его на свет, чтобы получше разглядеть. Этим предметом оказалось колечко. Шинка этого кольца оказалась серебряная, напоминающая скурченную ветку дерева. Вставка представляла собой зелёный турмалин. Оно было довольно простое, но такое красивое. Мелике незаинтересованно подняла взгляд на Хюррем, чтобы понять, что её так заинтересовало. Но когда она увидела кольцо в руках рыжеволосой, то сразу же отбросила книгу на тахту, подбежала к ней и вырвала из рук это простое и непримечательные колечко. — Не смей его трогать! — Мелике судорожно стала прятать его в тайный карман в своём платье, заставляя русскую рабыню удивлённо смотреть на эту картину. Хюррем сначала испугалась до безумия, даже вскрикнула от неожиданности, когда султанша подбежала к ней. Но потом понимающе кивнула. Ведь у неё тоже имелось кольцо, которое было дорого её сердцу. Это был символ их с Сулейманом большой любви. Но что скрывается за историей этого странного, но красивого кольца, Хюррем очень захотела узнать. Но сейчас она вряд-ли осмелится спросить у новой подруги об этом. — Прости, — виновато проговорила Мелике, глядя на встревоженную Хюррем, — это кольцо очень дорого мне. — Нет, это ты меня извини, —ответила Хюррем, медленно закрывая шкатулку, — Пожалуй, я больше не буду трогать твои вещи. Мелике вдруг почувствовала большую вину перед наложницей своего брата. Она не хотела её обидеть, но это кольцо и правда было дороже ей всех своих драгоценностей. Она даже не знала, почему так отреагировала на то, что эту вещь берёт в руки кто-то другой. Раньше она не была такой агрессивной. Разан могла спокойно взять его, когда перебирала украшения госпожи и Мелике даже не обращала на это никакого внимания. Сейчас ей стало страшно, что она может потерять это кольцо. Настроение Мелике испортилось и Хюррем поспешила оставить её в одиночестве, а не испытывать судьбу. Султанша не стала возражать. Через несколько минут пришёл евнух Якуб-ага, которого приставила к Мелике Валиде-султан. Его она не подпускала к себе слишком близко и не доверяла. Своих верных слуг она не оставила в Леванте. Да их было не так уж много. Разан и Бильги были главными в её жизни людьми, которые сделали всегда делали первые шаги. Сейчас Бильги понизилась в статусе, ведь в Топкапы хватает своих Калф, но она и не жалуется. Светловолосая хатун была готова на всё, ради своей госпожи. Тем более жалование её не поменялось ни на акче. Умида-хатун — вторая верная служанка Мелике, обладала весёлым и язвительным характером. Она часто с кем-то ссорилась, а потом жалила, словно змея. Из её уст лился только яд, который уничтожал каждого, кто осмеливался ей как-то навредить. Разумеется, кроме самой Мелике-султан. Это была невысокая девушка, среднего телосложения, с русыми волосами и карими глазами. Когда она злилась, её глаза казались почти чёрными, что вводило в лёгкий ужас окружающих. И третьей служанкой была Айпери-хатун. Эта девушка была незаметной и непримечательной, но за её счёт Мелике столько могла узнать. Казалось, Айпери знала обо всём что происходит, и что будет происходить в гареме. Сама она имела типичную турецкую внешность. У неё были длинные тёмные волосы и карие глаза. Все три служанки отлично ладили друг с другом. Вместе они были чудесным дуэтом. Дополняла их лишь Мелике. Якуб-ага оповестил, что султан Сулейман желает видеть её у себя. Мелике нервно встала с тахты, расправила подол своей юбки и уверенно направилась по знакомой дороге, в покои султана. Сегодня её сопровождала Айпери, так как Бельги (которая, кстати, всегда была рядом с Мелике) отправилась на рынок, чтобы приобрести кое-какие вещи. — Что происходит в гареме? — решила спросить Мелике у своей служанки, которая скучающе шла следом. — Какое-то затишье, — ответила незамедлительно Айпери и поравнялась с Мелике, — Мне кажется, что надвигается буря. — Не дай Аллах. Айпери ничего не ответила. Девушка снова оказалась позади своей султанши. Когда она проводила свою госпожу до покоев, то тут же отправилась в прачечную. Терять время было нельзя, потому что Айпери не знала точно, когда Мелике-султан освободиться. Темноволосая побежала по коридорам, совершенно не обращая внимания на окружающих. Вскоре, она оказалась у дверей прачечной, вошла внутрь и к её удивлению, там оказались несколько девушек, которое стирали бельё. Айпери поджала губы и медленно прошла внутрь. Может удастся сделать всё незаметно? — И чего это ты пришла просто так? Где бельё? — строгий голос Нигяр-калфы заставил Айпери вздрогнуть от неожиданности. Такая бурная реакция не укралась от взгляд хитрой калфы. Айпери медленно развернулась и уставилась на неё. — Чего молчишь, язык проглотила что ли? Я спрашиваю, чего без дела слоняешься? — Да я заблудилась… — солгала Айпери и развернулась, чтобы уйти, но Нигяр была не из тех, кого легко обмануть. Калфа схватила девушку за руку и из её рукава выпало скрученное письмо. Айпери кинулась, чтобы поднять его, но ловкая Нигяр опередила её. — Ах ты змея! — калфа влепила пощёчину девушке. Та упала на пол. Прачки столпились в круг и стали наблюдать за происходящим. Две хатун додумались схватить и держать Айпери, чтобы она не сбежала. Нигяр развернула письмо. Спустя пару секунд, она прочла его и со презрением взглянула на девушку, которая активно избегала зрительного контакта. — Отпустите, — приказала она двум хатун, — пусть идёт. — Что там было, Нигяр-калфа? — спросила любопытная миниатюрная девушка, которая стояла совсем рядом с Айпери. — Хатун просто писала письмо своим родителям на родину, ничего интересного, — Нигяр сложила свёрток и убрала к себе в тайный карман, наблюдая за тем, как Айпери с ненавистью сверлила её взглядом своих карих глаз. Девушки стали расходиться и заниматься своими делами. Айпери смотрела на Нигяр и не понимала, почему та не сказала правду. Теперь она чувствовала себя должником. А Айпери-хатун не любила быть должной.

***

Мелике вошла в покои к султану, элегантно придерживая подол своего платья. Её взгляд задержался на хранителе покоев, который нервно потирал свои крепкие руки. Когда она вошла, он на секунду замер, а потом снова продолжил своё дело. Мелике только потом заметила, сидящего за своим рабочим местом, султана. Он медленно поднял взгляд и тепло улыбнулся ей, после чего поспешил встать с круглого деревянного стула, с шелковой подкладкой. — Мелике, свет очей моих, — султан поцеловал сестру в лоб, — Я звал тебя не просто так. — Случилось что-то плохое? — вспоминая слова служанки, взволнованно спросила Мелике и нервно закусила губу. Султан отрицательно покачал головой и Мелике облегчённо вздохнула. Он пригласил её сесть на тахту, но султанша не сдвинулась с места. Она была очень взволнованна и хотела знать, что же случилось прямо сейчас. — Хатидже тоскует, я думаю ей пора замуж, — развеял все её страхи Сулейман и с надеждой взглянул в её голубые глаза, — Ты не знаешь, с кем бы она хотела связать свою судьбу? Мелике удивилась тому, что султан спросил именно её об этом. Она понятия не имела, да и знать не хотела, кем увлечена её сестрица. Тем более последний месяц она ходила совсем мрачная и не желала ни с кем разговаривать. Но султанша не успела ответить. В покои без позволения влетел обеспокоенный Сюмбюль-ага. Выражение его лица говорило, что в гареме произошло что-то нехорошее. Как позже оказалось, Махидевран-султан жестоко избила Хюррем-хатун. Сулейман не стал медлить и сразу же отправился разбираться. Эта информация взволновала и Мелике. Она не ожидала, что её подруга постарадает за такой короткий промежуток времени. Мелике и Ибрагим остались одни. Султанша хотела уйти следом, но хранитель покоев её остановил. Ибрагим намеревался поговорить на счёт свадьбы Хатидже-султан, не взяв в расчёт, что султанша не расположена в разговору. — Могу ли я вам довериться? — серьёзно спросил Ибрагим, не до конца понимая, как решился открыться сестре султана. — Если вы сейчас скажите, что планируете убить султана, то об это обязательно узнают все, —решила отшутиться Мелике. — Как я могу! — Ибрагим не понимал, почему Султанше было так весело. Он ещё не знал, что такое её веселье — всего лишь защитная реакция. В гареме произошёл такой скандал, все разговоры об этом будут водиться еще несколько месяцев, а она забавляется. Тем более грек хотел открыться ей и рассказать об запретных коротких отношениях с Хатидже-султан. Может подумал, что Мелике будет ревновать? На самом деле, желание заставить султаншу почувствовать укол ревности, управлял им в эту минуту. Странно, но султанша за это время не дала ни один намёк на симпатию, а Ибрагим решил открыться ей. — Ну ладно, говорите, — немного раздражённо сказала Мелике и махнула рукой. — Я бы порекомендовал мужа для Хатидже-султан… — но мужчина не успел продолжить. Мелике рассмеялась и сделала два шага к нему навстречу. По коже хранителя покоев пробежали мурашки. — Неужели себя рекомендуете? Эта насмешка задела грека. Он подумал, что Мелике-султан откровенно насмехается над ним. На секунду он потерял всю уверенность. Ибрагим и не думал рекомендовать себя в мужья, потому что понял, что остыл к Хатидже. В этот миг он почувствовал себя униженным. Ему вдруг захотелось доказать ей, что он не просто раб, что она не может смеяться над ним. Она смеётся от того, что он простой хранитель покоев? Но она ведь не знает, какую власть он имеет над Сулейманом. Ибрагим оскалился и также сделал два шага на встречу к Мелике, отчего той пришлось отступать назад. Но установки в голове Ибрагима мешали ему понять, что султанша не имела ввиду ничего подобного. — Я и не думал рекомендовать себя, госпожа, как я смею, — он усмехнулся и остановился, ведь заметил, что напугал её, — Но это не потому что у меня нет ни малейшего шанса, не стоит смеяться, ведь имея должность хранителя покоев, я могу претендовать на любую сестру султана. Брови Мелике изогнулись и она прыснула от смеха. Девушка не ожидала от него подобного ответа. Госпожа даже подумать не могла, что он друг её брата был настолько самоуверенным. В минуту госпожа вспыхнула, словно зажжённая спичка. Ибрагим-ага показал себя с другой стороны, совершенно незнакомой для неё. — Не уж то на любую сестру? Даже на замужнюю? Даже можете претендовать на меня? Слишком высоко ты задрал подбородок, Ибрагим-ага! — Мелике сделала шаг вперёд и оказалась непозволительно близко к нему, но это её совсем не смущало. Сейчас она в последнюю очередь думала приличиях. Мужчину затрясло от злости. Только сейчас он понял, что она была права. Он не имел власти, которая позволила бы ему претендовать на сестер султана. От всей этой ситуации Ибрагим получил невероятную мотивацию работать, чтобы стать кем-то выше, чем обычный хранитель султанских покоев. Стоило бы извиниться перед госпожой, но сердце Ибрагима обуяла такая гордость, которой не ощущал ни один раб, закованный в золотые цепи гарема. Отступать уже было поздно. — Я могу претендовать и на вас! — Ибрагим невольно схватил её за руку, не отдавая отчёта своим действиям. В его голове всё выглядело так, будто Мелике считает его рабом, который ни на что не способен, — Если захочу, то смогу потушить и ваш огонь, укротить вас, как человек укратил волка! — Да мой огонь даже султан Селим потушить не смог! — Мелике стала закипать от злости. Она понимала, что сейчас крупно поссориться с другом своего брата. Она влепила отрезвляющую пощёчину хранителю покоев и попятилась назад. Именно в этот момент Ибрагим понял, что безумно влюбился в Мелике. В эту сильную, огненную девушку, которая могла бы заткнуть за пояс любого гордеца. Будь это такой как он, будь то сам султан. Сердце его учащённо забилось в грудной клетке. Но он по-прежнему был уязвлён и осознание влюбленности сыграло с ним злую шутку. Ибрагим сказал уходящей вслед Мелике фразу, которая заставила её на секунду застыть на месте: — Через несколько лет вы станете моей женой. — Да ты сумасшедший! — Мехмед-челеби был бы хорошим мужем для Хатидже-султан! — крикнул в след ей Ибрагим и двери с грохотом закрылись. Это перепалка вызвала в Ибрагиме смешанные чувства. А Мелике выбежала из покоев, смущённая фразой хранителя покоев о замужестве. Она даже примерила на себя роль его супруги, но сразу же стала гнать эти мысли прочь из головы. Она всегда знала, что являлась морально сильной девушкой. За всю свою жизнь ей не довелось встретить мужчины сильнее. Ибрагим её испугал, заставил сбежать. На языке Мелике крутилось много слов, но спорить госпожа с наглым хранителем покоев побоялась. Неужели Ибрагим был именно тем человеком, способный укротить её огонь? Когда Мелике вернулась в свои покои, то там её ждал неприятный сюрприз. Нигяр-калфа и Айпери-хатун окончательно испортили ей настроение на этот вечер.