Я приду к тебе на помощь

1985-ый год. Студенческая вечеринка была в самом разгаре. Отмечали первомай. Гудели на этот раз на квартире у Лёхи. Народу собралось уже довольно много, а новые гости всё появлялись и появлялись. Как только все умудряются здесь размещаться? Да ещё и танцевать! Ребята успели основательно поднабраться. Я, конечно, не пила, просто держала в руках бокал для отвлечения внимания (к счастью, за мной никто пристально и не следил). Но это ничего, мне и так было хорошо. Алкоголь даже при жизни не являлся для меня непременным атрибутом веселья. Я вполне умела расслабляться и на трезвую голову. Я сидела на диване, болтая с Машкой о каких-то глупостях. Было шумно, так что приходилось повышать голос. Рядом кто-то хохотал, кто-то спорил, какая-то парочка целовалась, сидя в кресле. В общем, царила типичная атмосфера студенческого гуляния. Когда денег особо нет, а энергии хоть отбавляй. Когда довольствуешься малым, и тебе всё равно здорово, потому что, ну… Потому что здорово! Потому что молод, влюблён, свободен, и кажется, что так будет всегда. Вдруг в дверь позвонили. — О, ребята подвалили! Лёха с трудом поднялся с дивана — кажется, хозяин квартиры успел всадить больше всех — и пошёл открывать. Вскоре из прихожей послышались голоса: — Какие люди! Вы всё веселье чуть не пропустили. Дим, принёс? — А то как же! — А запивон? — Во! — Ну раздевайтесь, проходите. Там девочки, водочка, закусочка. Давайте, давайте! Я сразу почувствовала запах — медовый, сладкий, но без приторности, очень приятный — и лишь потом увидела её на пороге гостиной. Девушка стояла и, улыбаясь, оглядывалась вокруг. Наверное, не могла решить, к кому подойти. Она вся была какая-то невесомая, воздушная, как фея, и тонкая, как тростинка. У неё были каштановые кудри, задорный чуть вздёрнутый носик и прекрасные синие глаза. Наверное, прозвучит банально и клишированно, но в этот момент моё сердце будто пропустило удар. Я сразу поняла, что это Та Самая. — Маш, — довольно-таки невежливо перебила я, — кто это? — А? — не поняла подруга. Она проследила за моим взглядом. — А, это Ирка Бредихина, девушка Славика. Девушка Славика… Нет, ну а на что я надеялась? Что звёзды сложатся и она каким-то магическим образом окажется из моей лиги? Глупо. Я ещё раз бросила на неё взгляд. Бредихина, Бредихина… Знакомая фамилия, но не могу вспомнить, где именно её слышала. — Ну так вот, — продолжила Машка прерванную беседу. — А он мне, значит, и говорит… Весь остальной вечер я украдкой наблюдала за Ириной. Она танцевала, пила водку, целовалась, в общем, вела себя как все девчонки-студентки. И в то же время была абсолютно не как все. По крайней мере для меня. Не знаю, как объяснить… Мне казалось, что в ней было что-то особенное. Может, это и есть любовь с первого взгляда? Раньше я не верила в такую любовь, но и чувств подобных раньше тоже не испытывала. В какой-то момент я потеряла Ирину из виду. Может быть, она вообще ушла домой. Меня и саму уже посещали мысли об уходе. Вечеринка стала какой-то уж слишком развесёлой. Пьяные однокурсники, знакомые однокурсников и знакомые знакомых однокурсников толкались со всех сторон. В комнату набилось столько людей, что яблоку было негде упасть. Здесь царила нестерпимая духота. Фух, мне нужно освежиться. Срочно! Я встала и принялась протискиваться вон. В коридоре и на кухне тоже оказалось полно народу, но зато на балконе никого не было. Я открыла дверь, вышла наружу, с наслаждением глотнула вечернего майского воздуха. И только сейчас заметила, что на балконе всё-таки не одна. Ирина стояла, облокотившись на перила. Увидев меня, она улыбнулась: — Привет! Тоже решила освежиться? Голос у неё был звонкий и чистый, как серебряный колокольчик. — Да, — я улыбнулась в ответ. — Там стало душновато. — Точно. Слушай, мы, кажется, не знакомы? — Нет, нас ещё не представили. Я Лиза. — Ира. Она протянула ладонь, и я аккуратно сжала хрупкие тонкие пальчики. Потом быстро отдёрнула руку и заговорила, чтобы скрыть смущение: — Я тебя раньше не видела в нашей компании. — Да, Славик меня впервые с друзьями познакомил. — Понятно. Некоторое время царило молчание, потом Ира спросила: — Ты тоже в СмолГУ учишься? — Да, на филфаке. Сначала хотела в Москву поступать, в Литературный, но… — но потом забеременела от вампира, чуть не умерла, сама обратилась в вампира, в общем, стало как-то не до переезда в столицу. — Но баллов не хватило. — В Литературный? Не слышала о таком. — Там учат на писателей. — Ого! — удивилась Ира. — Значит, ты писателем хочешь стать? — Ну да, хотела. — А сейчас что-нибудь пишешь? — Да, так, — я неопределённо передёрнула плечами, — работаю над одной вещью. — А про что она? Если не секрет. — Никакой тайны здесь нет, — я усмехнулась. — Моя повесть про… И мы говорили, говорили, говорили. Сначала про книги, потом… Не помню даже, да и не важно это. Мне было просто радостно от того, что я стою рядом, слышу её голос, вижу улыбку. Вдруг из кухни донеслось: — Ирка, вот ты где! Пойдём, поздно уже. Народ расходится. Славик зашёл на балкон, бесцеремонно схватил Ирину за руку и потянул за собой. Она беспрекословно пошла следом. Проходя мимо, Ира обернулась и помахала: — Пока! Ещё увидимся! Я улыбнулась ей, отвернулась и горько вздохнула. Ну да, конечно, увидимся… *** Мне казалось, что это был единственный случай. Короткое прекрасное видение, которое озарило моё существование на миг и вновь исчезло. Но нет, мы с Ирой действительно встретились вновь. Причём не единожды. Она ведь была девушкой моего однокурсника, так что мы часто пересекались на общих посиделках и гулянках. Нам удалось поладить ещё при первом знакомстве, так что встречались мы неизменно радостно и общались всегда с удовольствием. Взаимная симпатия быстро переросла в приятельские отношения, а потом и в крепкую дружбу. Так что даже когда Ира рассталось со Славиком и наши компании вновь стали разными, мы с ней продолжали видеться, уже как подруги. Мы часто гуляли вместе, ходили в кино, ели мороженое в парке. Я уже не могла представить своё существование без Ирины. Она тоже сильно привязалась ко мне. Не в том смысле, в котором хотелось бы, конечно, но всё же. Ира доверяла мне, как сестре, делилась всеми печалями и радостями. Я выслушивала её, когда ей было плохо, поддерживала, когда становилось трудно, давала советы и хранила секреты. И свою тайну, конечно, тоже хранила. Мне было неприятно скрывать что-то от Иры, но разве можно было иначе? К счастью, моя вампирская тайна так и оставалась тайной. Я, в свою очередь, знала, что Ира - дочь хранителя, но мне было плевать. Меня интересовала только она сама, а не её положение, настоящее или будущее. Перевести наши отношения на какой-то другой уровень, выше дружеского, я даже не пыталась. Всё равно из этого ничего не вышло бы. Даже если Ирина сумела бы ответить на чувства девушки, не могут быть вместе вампир и человек. Вампир и хранитель. Но ведь просто дружить им позволено? Позволено, да? *** Я вернулась домой после очередного похода в кино с Ириной. Настроение было прекрасное, и ничто, как говорится, не предвещало. Но на пороге меня почему-то встретил дед Слава, и выражение его лица не обещало ничего хорошего. — Добрый вечер, дедуль, — я попыталась чмокнуть его в висок, но он отстранился. — Не такой уж и добрый. Со мной тут хранитель связался. — Да? И по какому же поводу? — Жалуется. Говорит, что вампирша рядом с его доченькой ненаглядной постоянно вьётся, как мухи над мёдом. Я покраснела. — О чём это он? Не понимаю. Ну ладно, дед Слав, день был долгим… — Вертижопишь, внученька? — он загородил мне дорогу, так что прошмыгнуть мимо не удалось. — Вовсе нет, я… Просто… — я вздохнула. — Ну да, мы с Ириной общаемся. Но… Дед Слава влепил мне подзатыльник. — Ты чего это удумала? Клинья к будущей хранительнице подбивать? — Да какие клинья, дед Слав? Мы просто подруги, и… Ещё один подзатыльник. — Просто! Всё у неё просто! Я тебе хвоста-то накручу. Ты хоть понимаешь, во что это может вылиться? Я потёрла затылок. — Во что? Ну во что? Я всегда очень аккуратна. Мы говорим только на нейтральные темы. А вообще знаешь, — я решила пойти с козырей, — может даже и лучше, что мне с будущей хранительницей удалось сдружиться. Может, когда она должность займёт, то к нам помягче относиться станет. По старой памяти. — Ой лиса! Мягко ты стелешь, конечно. А спать не жёстко будет? — дед Слава вздохнул. — Ты пила её кровь? До этого вопроса я чувствовала лишь вину и стыд, но сейчас жутко разозлилась. — Нет! Я никогда с ней так не поступлю. Ни за что не причиню Ирине боль. Дед Слава некоторое время молча смотрел мне в глаза. Не знаю уж, что он прочёл во взгляде, но ответил уже совсем другим тоном: — Ишь ты, как вспетушилась. Ну ладно, ладно. Ты пойми, внученька, я ж за тебя переживаю. За семью нашу. — Я никогда не подвергну опасности ни тебя, ни Анну, ни Жана. — Знаю. Но ведь случайно всяко может получиться. Ладно, ничего я боле не скажу, ты меня всё равно сейчас не слышишь. Пусть будет как будет. С хранителем я уж поговорю. — Спасибо, дед Слав! — я крепко обняла его. — Не на чем, — он отцепил меня, отстранил на расстояние вытянутой руки и серьёзно посмотрел в глаза. — Когда-нибудь это всё обернётся против тебя. Ещё как обернётся, попомни моё слово. И так под жопу даст, что до Магадана долетишь. Ладно, ступай. Дед Слава отпустил меня, и я молча пошла в комнату. *** Я стояла возле ворот института уже два часа. Студенты шли мимо, — кто счастливый из-за сданного экзамена, а кто расстроенный очередным провалом — но Иры среди них всё не было. Наконец она появилась из дверей. Взгляд её победно сверкал, на губах играла улыбка. Заметив меня, Ира весело выкрикнула: — Сдала! Последний экзамен сдала, теперь сессия закрыта! — Молодец! — обрадовалась я. — Даже не сомневалась в тебе. Ира быстро сбежала по ступенькам, подлетела ко мне и бросилась на шею. Я крепко-крепко обняла её (но не настолько сильно, конечно, чтобы причинить боль). Потом отстранила от себя и с улыбкой заглянула в глаза: — Ну что, идём праздновать? — Куда пойдём? — Ира подцепила меня под локоть. — Не знаю… А айда в парк мороженое лопать? — Айда! Можем мы, в конце концов, себе это позволить? И вот мы сидим в парке на бортике фонтана. Ира ест мороженое в вафельном стаканчике за девятнадцать копеек, болтает рукой в воде и о всяких глупостях. Я любуюсь тем, как солнце подсвечивает её пушистые волосы, как лучики скользят по лицу, заставляя Иру мило морщиться и жмуриться. Внутри у меня в этот момент столько нежности, кажется, ещё чуть-чуть — и я ей физически захлебнусь. Как же ты красива, моя девочка! Знаю, нам не суждено быть в месте в том смысле, в котором мне бы хотелось, но я всегда буду рядом с тобой, обещаю. В горе и в радости, в болезни и в здравии. Пока ты дышишь — я с тобой. *** В этот раз я пришла на вечеринку намного позже, Ира уже была там. И, судя по поведению, успела сильно «развеселиться». Я увидела её, едва войдя в гостиную. Она танцевала в самом центре комнаты, кружась и смеясь от переизбытка эмоций. В руке у неё был стакан, и вряд ли с соком. Я протолкнулась к ней сквозь приятелей. Увидев меня, Ира буквально просияла: — Приве-е-ет! Ну чего ты так долго? Я скучала. Иди сюда! Она схватила меня за руку и подтянула ближе к себе. Я засмеялась. — Вижу, ты отлично проводишь время. — Да, здесь так классно! Музыка супер! Это «Modern Talking», новая песня, послушай, — Ира принялась лихо отплясывать, вращая бёдрами и распевая: — Cheri Cheri Lady, going through emotion. Love is where you find it, listen to your heart… Правда круто? Вдруг Ира споткнулась, не удержала равновесие и упала бы, но я успела её подхватить. Она рассмеялась нетвёрдым смехом, какой бывает у изрядно выпивших людей. — Осторожно, — ласково сказала я, бережно поддерживая её. — Кажется, этому столику больше не надо наливать. Слушай, может тебе проветриться? — Нет, всё нормально, я в порядке, — бормотала Ира. — Давай лучше уйдём, а? — Бу-у-у! Не хочу уходить! Веселье же в самом разгаре. — Ну хорошо, хорошо. Будем веселиться. Только давай я это заберу, — я мягко отняла стакан, — а тебе принесу кофе. Хорошо? Будь тут! Я пошла на кухню. Растворимый кофе заварился быстро, но когда я вернулась в комнату, Иры там уже не было. Блин! Думала же, что нельзя её даже на минуту оставлять без присмотра в таком состоянии. Ну вот куда она делась? Так, ладно, включим логику. За пределы квартиры всё равно бы не вышла, значит, надо искать внутри. Я пошла по комнатам. В гостиной и одной из спален было шумно и людно, но Иры среди отрывающихся студентов не оказалось. Я заглянула в третью комнату. Ира лежала на большой кровати. Рядом с ней сидел какой-то парень. Он навис над моей любимой, пытаясь расстегнуть её блузку. — Ну давай, ты же сама этого хочешь… — Нет, не хочу, — Ира слабо сопротивлялась, — пусти. — Да ладно тебе, не ломайся, не ломайся… Горячий шёпот вливался в мои уши змеиным ядом. Я застыла на мгновение, увидев эту картину. Но когда урод запустил обе руки Ире под юбку и попытался раздвинуть бёдра, меня словно током шарахнуло. Я размахнулась и запустила кружку в стену. Послышался звон стекла. Парень резко обернулся. — Не тронь её! Я зашипела и оскалила клыки. — А-а-а! — парень буквально слетел с кровати и быстро отполз в дальний угол. — Ты кто? Ты что? Что ты такое? Ч-чёрт! Потеряла контроль. Не надо было выпускать клыки. Хотя нет, я рада, что он это увидел! Пусть ему будет так же страшно, как Ире. Пусть ощутит такую же беспомощность. Надеюсь, он вообще усрётся с испугу. Но исправлять оплошность всё равно придётся. Может урод и не вспомнит ничего завтра, может спишет увиденное на игру воображения и алкогольное опьянение, но лучше не рисковать. Надо заметать следы. Я метнулась к парню, схватила его за плечи и впилась клыками в шею. Он слабо дёрнулся пару раз и обмяк. Я отпустило его. Отлично. Пусть посидит тут. Скоро очухается и станет как новенький. Только последние два часа из памяти сотрутся. Пускай думает, что перебрал на вечеринке, только и всего. Ира по-прежнему лежала на кровати. Она была в почти невменяемом состоянии, сомневаюсь, что могла что-то увидеть или услышать. Я аккуратно застегнула ей блузку, поправила юбку и помогла сесть. — Пойдём. Пойдём, я уведу тебя из плохого места. *** Я открыла дверь и помогла Ире войти. Точнее, я её скорее внесла. Всю дорогу она болталась на мне, едва переставляя ноги. В прихожей мигом материализовался дед Слава. — Эт-то что такое? — возмутился он. — Не что, а кто, — спокойно ответила я. — Да вижу. Ты какого хера сюда человека притащила? Да ещё дочку хранителя! — Я должна за ней присмотреть. — Ей нельзя здесь находиться! Гони её отсюда к едрени фени! — Да как я могу её выгнать? Вы видите, в каком она состоянии? Ира пыталась тихонечко сползти по стенке на пол. — Нельзя такую на улицу выпускать, сами ведь понимаете, дед Слав. Её недавно почти изнасиловали, ей сейчас очень плохо и нужна моя помощь. Я не могу отвернуться. Последствий у этого не будет, обещаю. Всё под мою личную ответственность. Дед Слава долго и пристально смотрел на меня. Я смотрела на него. Уверена, в конце концов он сдастся. Хоть Святослав Вернидубович и страшный древний вампир, но сердце у него большое, доброе. И точно, в конце концов дед Слава нехотя сказал: — Ладно. Тащи её в комнату. — Спасибо! Я подхватила Иру и понесла по коридору. Вслед мне донёсся крик: — И не дай бог она в квартире наблюёт! Обеим бошки поотрываю! *** Ира склонилась над ведром, её рвало. Я сидела рядом, правой рукой держала ей волосы, а левой чуть поглаживала по спине, приговаривая: — Ничего, ничего, всё нормально, токсины должны выйти, скоро станет легче. Когда приступ закончился, Ира со стоном разогнулась. — Ой, что ж так плохо-то?.. Нотаций я читать не стала, просто дала бутылку воды. — На, прополощи рот. Ира послушалась. Потом она вернула бутылку мне и легла на кровать. — Голова кружится. — Ничего, это скоро пройдёт. Тебе нужно постараться уснуть. — Не уходи! — Ира встрепенулась и схватила меня за руку. — Посиди со мной, пожалуйста. Я с нежностью улыбнулась и заправила прядку волос ей за ухо. — Я здесь, здесь, не бойся. И никуда не уйду, так что засыпай. Я никогда не брошу тебя, родная. 1987 год. Ира плакала навзрыд, уткнувшись в платок. Я сидела рядом, поглаживая её по плечу. — Ванька меня б-бросил, — всхлипывала она. — Мы полгода встречались и… У-у-у! — Ну тише, тише, тише… Мне было безумно больно смотреть на её страдания. Тем более страдания из-за парней. Ох, если бы только у меня появился шанс построить с ней отношения! Я бы уж не наделала таких ошибок и никогда, ни за что не причинила бы ей боль. Со мной Ира стала бы самой счастливой. — Не расстраивайся, — ласково приговаривала я. — Наплюй на этого козла! Ты достойна куда лучшего. Ты ведь такая красивая, умная, чудесная, замечательная… — Правда? — Ира подняла голову и посмотрела на меня. Её глаза и щёчки были мокрыми от слёз, носик покраснел и припух от плача. В этот миг она казалось такой милой, такой хрупкой и трогательно-беззащитной. В голове у меня что-то щёлкнуло. Я нагнулась и поцеловала Иру. Мозг будто затопило волной нежности. Дыхание перехватило. Я целовала её губы, мечтая лишь об одном — чтобы этот момент не заканчивался. Но продлился он, увы, недолго. Сперва Ира даже ответила мне, но потом вдруг резко оттолкнула и отсела на кровати подальше. — Ты чего? — настороженно спросила она. — Прости. Прости, мне не стоило… Я уже жалела о сделанном. Ну что на меня нашло? Понятно, что Ире отношения с девушкой не нужны. Но даже если допустить на секунду такую вероятность… Нет, я ведь вампир. Дружить с человеком — одно, вовлечь его в любовную связь — другое. Тем более это не просто человек, а будущий хранитель. Нет, так нельзя. Я не имею права ломать Ирину жизнь. Ира медленно коснулась губ, будто не могла до конца поверить в произошедшее. — Подожди, получается я тебе нравлюсь? Я вздохнула. — Да. Я тебя люблю. — Нет! То есть… Я тоже тебя люблю, но как подругу. Это же… Как же… Нет, я мужа хочу, хочу ребёнка. — Понимаю. Слушай, мне не стоило тебя… Прости. Это был просто порыв, импульс. Такого больше не повторится, обещаю. Ира какое-то время молча смотрела на меня. Интересно, о чём она думает? Жаль, что я не Анна. Наверное, Ире сложно смириться с такой новостью. Надеюсь, она сможет простить и продолжить общение. — Ты правда мне очень дорога. Я не хочу терять твою дружбу. — Я тоже, — я с облегчением выдохнула. — Давай просто забудем об этом, хорошо? — Да, — Ира протянула мне мизинец. — Подруги навек? Я улыбнулась и крепко обхватила её мизинец своим. — Подруги навек. 1988 год. Ира сидела в кресле, поглаживая круглый шестимесячный животик. При этом она будто светилась изнутри. Так странно. Всё-таки не могу я понять радости материнства. Самой мне познать её уже не удастся, забеременеть теперь точно не получится, не от кого. Да и не хочется, один раз уже попробовала, хватило, спасибо. Но Ира явно была счастлива, это чувствовалось. Надеюсь, что всё у неё будет хорошо. — Решила уже, как назовёшь? — поинтересовалась я. — Да, — Ира нежно улыбнулась. — Костик. — Хорошее имя. — Ой, толкается! Ира схватила меня за руку и прижала мою ладонь к животу. Я ощутила лёгкий пинок. По коже побежали мурашки. Наверное, правду говорят люди, это действительно чудо. 1995 год. Я сидела за столиком в кафе. Народу в этот час в заведении почти не было, официантка скучала у бара. Ира назначила мне встречу, но сама опаздывала уже на полчаса. В ожидании я лениво листала меню. Вдруг звякнул дверной колокольчик. Я подняла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как моя лучшая подруга, по совместительству любовь всей моей жизни, влетела в кафе. Лицо её было перекошено от ярости. Она стремительно прошагала к моему столику и с размаху влепила мне пощёчину. — Ты мне врала! От неожиданности я дёрнулась и отшатнулась. Обвела кафе беспомощным взглядом, будто желая отыскать где-то подсказку, объяснение этому поступку. Посетители и официантка уже начали посматривать на нас, поэтому я поспешила сказать: — Подожди, давай успокоимся. Присядь. Что случилось? Ира плюхнулась на стул. Она тяжело дышала. — Отец всё рассказал мне. — Не понимаю, что рассказал? На самом деле до меня уже начинало доходить. Хранитель в последнее время плохо себя чувствовал, это значит, что… — Отец решил подготовить меня к роли хранителя, — подтвердила мою догадку Ира. — Он раскрыл мне тайну вашей семейки. Ты вампир. Я молчала. А что тут можно было сказать? — Ты мне врала, — в голосе Иры слышались слёзы. — Все эти годы врала! — Я… Я не хотела тебя обманывать. Но так было нужно. Прости. — Тварь! Я дёрнулась, как от ещё одной пощёчины, но промолчала. В общем-то она права. Ира смотрела на меня, всё так же тяжело дыша. — Ну что? Чего молчишь? — спросила она в конце концов. — Ну же, оправдывайся! А я просто не знала, что говорить, поэтому лишь открывала и закрывала рот. — Нечего сказать, да? Я пожала плечами. Ира поставила локти на стол и запустила пальцы в волосы. — Все эти годы быть бок о бок с вампиром… Какой кошмар! Ты ведь знала, что мой отец — хранитель? Зна-а-ала! Поэтому и прицепилась ко мне, да? Хотела заранее в доверие втереться? — Нет. Не важен мне был твой статус. Я… — Подожди! — внезапно перебила Ира. — Ты ведь один раз притаскивала меня в ваше логово. — В нашу квартиру, — устало поправила я. — Я почти ничего не помню из того вечера… И ночи… И утра… Ты меня укусила тогда?! Поэтому у меня отшибло память? — Окстись! — не выдержала я. — Ты упилась тогда, а я тебя домой привела, всю ночь с ведром рядом простояла... Я никогда, ни разу не употребляла против тебя своих... способностей. И ни при каких обстоятельствах не сделала бы ничего, что могло причинить тебе хоть малейший вред. - Допустим, поверю, - Ира ядовито скривилась. - И сколько же тебе на самом деле лет? Сто? Двести? - Нет! Нет, меня обратили только за пару месяцев до нашего знакомства, так что мы и правда ровесницы. - Ладно, допустим, в это тоже поверю. Я сжала переносицу. — Слушай, я понимаю, что это очень внезапная и тяжёлая новость. Понимаю, такое непросто осмыслить. Человек, с которым ты знакомы не один год, оказался не тем, кем ты думала. Трудно. Конечно, ты должна была бы узнать всё от меня. Прости, что не рассказала правду сама. Я боялась, что ты не поймёшь. Конечно, рано или поздно тебе всё равно пришлось бы узнать, но я надеялась, что… А на что я собственно надеялась? Сама уже не знаю… Ира на минуту закрылась руками. Когда она опустила ладони, её лицо было абсолютно спокойным. И это пугало даже больше ярости. — Мне очень жаль, что всё обстоит именно так, правда. Я и сама не рада быть вампиром. Но уверяю, то, что сейчас открылось, никак не меняет прошлого. Моих чувств к тебе. И не отменяет нашей дружбы. — Нет больше никакой дружбы, — Ира решительно встала. — Кончилась. Она развернулась и вышла из кафе, хлопнув дверью.