Секс по алфавиту

      Утро добрым не бывает. Когда Тэхён с Юнги спустились в гостиную на завтрак, там уже собралась вся компания. При их появлении жаркий разговор прервался. Все глаза устремились на вошедших и посмотрели на них с осуждением. — А я им говорил, что не фиг затевать этот спор! — опять обратился Джин к сидящим за столом. — Так и знал, что это ничем хорошим закончиться не может! Так нет… Обязательно надо влезть в какую-нибудь историю. — Ну, хватит уже! Нам и так плохо. Мы же тогда ещё и не знали их вовсе, — устало ответил Тэхён. — Лучше давайте подумаем, где теперь их искать. Юнги рассказал, что Чимин забыл на работе телефон. Значит, наверняка, он туда приедет: если не работать, так за ним, точно. Поэтому он собрался там засесть неподалёку и ждать. Джин на это молчать не стал и, вытянув лодочкой губы, с ехидством сказал: — Ну допустим, он придёт, увидит тебя и прям так и кинется в объятья: -"Юнгишечка, мой люби-и-имый, я так тебя люблю-ю-ю, я тебя проща-а-аю, давай всё забу-у-удем и пойдём быстрее засосё-ё-ёмся в знак примире-е-ения…» Хах! Юнги смущённо хмыкнул: — Да ну, нет. Тут надо что-то придумать. Вот я тут думал всю ночь, но так и не надумал. Не знаю что сделать такого, что растопит его сердце. Ну, цветы там, или, может быть, подарок какой дорогой? Только он у меня не меркантильный: может с этим подарком и послать куда подальше. — Вот вы, альфы, все такие! Нахуячите и подарки сразу дорогие дарить… Нет бы, всё как на духу рассказать, повиниться, искренне попросить прощения… Так на это у вас смелости не хватает. Гордыня, мать её… — опять съязвил Джин. — Конечно, подарков никто не отменял, но сначала надо же по-человечески! — А если он совсем не захочет со мной разговаривать? А какой подарок ему подарить?.. — на секунду задумался Юнги… — Ой, а я и сам уже знаю, — вдруг улыбнулся он, — Придумал! Думаю, тогда он не откажет! — Понастойчивее надо быть! Ведь если любит, всё равно простить должен! Ну, вот видишь — все ты сам знаешь! — с издёвкой сказал Джин. Юнги шумно вздохнул: — А вдруг он уже разлюбил меня? — Он вспомнил, каким непримиримым и боевым может быть Чимин. Юн зябко передёрнул плечами и поник головою. Папа громко постучал вилкой по чашке, чтобы привлечь к себе внимание: — В общем, ребята! Пока вы все спали (или не спали), я тут позвонил своему старому другу. Он занимается розыском пропавших людей и согласился нам помочь. И вот он ответил мне пятнадцать минут назад. И кажется… Да не кажется! Наверняка! Он напал на след наших бегунов! Все с надеждой посмотрели на него и заулыбались. А папа продолжил: — Но пока я вам советую не предпринимать никаких действий. Потому что ребятам надо немного успокоиться. Ведь они, конечно, тоже получили большой стресс. Надо дать им немного остыть. А попозже мы разработаем стратегию по их возвращению. Мама и Джин, соглашаясь, кивнули головой. Хосок разулыбался. Юнги выдохнул: «Ессс!» Тэхён вскочил с места и подбежал к отцу: — Пап, ну ты скажи хоть приблизительно, где они? — Но вы с Юном должны мне твёрдо пообещать, что на недельку вы отстраняетесь от всяких загонов по этому поводу! Папа сказал — папа поможет! — строго ответил отец, обнимая его. — И мама тоже! — улыбнулась мама, обняв их обоих. — И Джин! — ласково прошептал Сокджин, выходя из-за стола и присоединяясь к обнимашкам своих любимых. — А вот Намджун, — подал голос, всё время молчавший старший брат, — если всё будет хорошо, надаёт вам пиздюлей! Простите мам, пап. Чтобы в следующий раз неповадно было! Он строго посмотрел на всех и показательно выдохнув, закатил глаза. — В общем, они сняли квартиру, не буду пока говорить где. И когда они туда ехали, попали в полицейский участок, — отстраняясь от объятий, проговорил папа. — У них в метро украли все вещи и документы. Но потом они благополучно вселились в эту квартиру. С хозяином мы уже наладили связь. Так что — всё под контролем! Тэхён, с нечитаемым выражением лица, еле сдерживая свои эмоции, нервно спросил: — И как же? И как же я буду тут чего-то дожидаться, когда знаю, что у моего Гука нет ни одежды, ни документов? Может быть, нет и денег на еду? Сидит там голодный… Вы, вообще-то, как это себе представляете? Пап, да ты что говоришь такое?! — Дай ему время, сынок. Сейчас туда сунешься, боюсь, костей не соберёшь! Да он от тебя никакой помощи и не примет сейчас! — осадил его строгим голосом, папа. — Да, я понимаю, — погрустнел Тэхён, — так что же делать? Надо как-то еду им доставить. Юнги вскочил со стула. — Я знаю! Давайте пошлём на имя Чимина посылку, как будто от общества защитников животных. И напишем от них письмо, как бы в благодарность за его труды. Тэхён захихикал: — Это только твой Чимин сможет «скушать», а Чонгук не поверит ни единому слову. Он не такой ду… — Но, словив предупреждающий, хмурый взгляд Юнги, закончил, — …не такой продвинутый, как твой. — А там уже дело второе. Еду они выбросить не смогут. Так что… — Юнги многозначительно поднял палец, он то знал, как его малыш любит покушать…       Компания заговорщиков уже давно позавтракала, но расходиться не торопилась, ведь ещё надо было решить много вопросов. Все вопросы Хосок торопливо записывал. И в конце концов, выработалась полная стратегия по возвращению беглецов в родные пенаты. Получилось вот что: 1. Тэхён должен заказать еду и организовать доставку омегам в квартиру. 2.Юнги должен проследить за всеми передвижениями Чимина, а Тэхён — Гука. Ведь не приведи Мадонна, что-нибудь опять с ними случится. 3.Когда Чимин вернёт свой телефон, Джин должен связаться с ним и ненавязчиво рассказать всю правду омегам. И обязательно разуверить их в неверности их половинок, а также узнать об их планах на будущее. (Тут Джин показал Тэхёну кукиш — хрен тебе эту информацию сдам!) 4.Папа должен поспособствовать, чтобы ребятам быстрее сделали новые документы. 5.Мама должна встретить Гука и тоже внедриться в их омежью компанию. А там негласно выяснить, что ещё надо ребятам, и всячески помогать Джину в раскрытии правды. 6. А Намджун с Хосоком должны быть на связи и мчаться на помощь по первому требованию любого из команды.       Пока, вроде бы, стратегия была ясна. Все вздохнули с облегчением. Юнги убежал в засаду к кафешке Чимина. А Тэхён всё же выпросил у папы новый адрес ребят. Он клятвенно пообещал ему эту неделю не показываться Гуку на глаза. Просто ему необходимо быть рядом со своим крашем, мало ли что…       Юнги сидел в засаде во дворе у кафешки уже третий час. Машину он оставил на стоянке в соседнем дворе, а сам спрятался в детской беседке поодаль. Отсюда был очень хороший обзор. Он соскучился по своему мальчику и хотел его увидеть хотя бы издали! Только бы он пришёл побыстрее.       Вокруг гуляли детки. И от нечего делать, Юнги непроизвольно начал за ними наблюдать. Рядом с ним, не сводя глаз со своих детей, сидели их мамы. И все их разговоры были про своих любимых чад: кто и как произнёс первое слово, и кто и как самостоятельно покакал в горшок… Юнги стало интересно. Его, по видимому, здесь приняли за папу, ребёнок которого тоже играет неподалёку. И ему это почему-то понравилось. Юнги никогда раньше не обращал внимания на этих маленьких чудных пузатиков. «Дети — цветы жизни, но пусть они цветут в чужом саду», — считал он всегда. А сейчас, наблюдая и поражаясь этой милоте, он вдруг остро почувствовал, что ему очень хочется, чтобы рядом с ним был такой вот карапуз и называл его а-папой. И чтобы он был таким же рыжим и солнечным, как Чимин. И с такими же улыбающимися глазами и щёчками-пирожочками. И был бы таким же нежным, добрым и милым. И так же любил людей и животных. И чтобы у него был такой же звонкий голосок. И… Юнги вдруг стало тоскливо и очень грустно. Ведь он не видел Чимку уже два дня, не чувствовал его мягких губ, не осязал его податливого тела, не дышал с ним одним воздухом. Юнги тяжело вздохнул, внутри его что-то защемило и надрывно заскулило. Ему срочно надо было увидеть Чимина!       И тут он его увидел. Его краш шагал по направлению к кафе. Юнги инстинктивно пригнулся. Заметить его тот был не должен. Юнги ощупал его голодным взглядом. Его мальчик, очень повзрослевший на вид, шагал, как маленький старичок, шаркая ногами об асфальт. Огненно-рыжая его голова была понуро опущена вниз. По-видимому, человеку было очень невесело. Юнги про себя матюкнулся — это он во всём виноват. И, с горечью смотря на несчастного Чимина, он мысленно поклялся, обязательно сделать своего малыша самым счастливым человеком на свете. Потому что он достоин этого, потому что ему совсем не идёт такой грустный вид, потому что Юнги любит его больше всего на свете и хочет, чтобы Чимка улыбался. И ему очень захотелось прямо сейчас выбежать из своего укрытия и крепко сжать его в своих обьятиях, выманить на его губы солнечную улыбку, от которой Юнги всегда зависал в прострации! Но… Сейчас показываться ему на глаза было пока рано! Юнги, судорожно сглотнул набежавшую слюну и позвонил Джину. Он доложил, что Чимин зашёл в кафе и уже, наверняка, забрал свой телефон.       Джин набрал номер Чимина. Услышав, что с ним соединились, он с облегчением выдохнул. — Чимка, привет! Наконец-то! Вы куда пропали с Гуком? Я вас потерял совсем, — как будто ничего не зная, начал верещать бодрым голосом, Сокджин. — Вообще-то, я соскучился по вам! И где мой грёбанный соулмейт от меня прячется? А ну, быстро выкладывай локацию! Я сейчас приеду. — Привет Джин. Да мы тут квартиру сняли, из общаги уехали… Да, долго объяснять… Слушай сюда! Я адрес сейчас тебе скажу, но только об этом никому! Понял? Даже Хосоку! Это тайна… Потом всё объясню. Ты когда приедешь? А то я сейчас на работе, увольняюсь… Всё потом. Ааа, ты недалеко? Так ты сюда за мной приедешь? Даже ещё лучше. Жду.       Через минут пять, Юнги увидел, как к кафе подъехал Джин. Они обменялись с ним заговорщецким взглядом, типа: «Пост сдал — пост принял», после чего Мин покинул детскую площадку, оставляя Чимина на попечение друга. Отходя за дом, он не сдержался, и всё же проследил, как тот уселся в машину Джина, и парни отъехали.       Тэхён тоже не терял время даром. Среди множества окон многоквартирного дома, он высчитал окно интересующей его квартиры. Под ним стоял раскидистый, столетний дуб, ветви которого простирались прямо на балкон, находящийся рядом. Недолго думая и забыв все обещания папе, он подтянулся на мощной ветке этого дуба и быстро залез наверх. Он с комфортом устроился на дереве, укрываясь ветвями. «Здорово! — подумал Тэхен, — теперь можно просматривать всю площадку около подъезда и то, что творится в самой квартире! Придётся немного побыть сталкером!» Вглядываясь в глубину квартиры, на подоконнике кухонного окна он заметил знакомую фигуру Богома. Богом тоже его заметил и тут же покривился своими колючками. Балконная дверь была приоткрыта, и Тэхён вдруг услышал, как знакомый голос напевает грустную песню. Сердце Тэхёна замерло от нежности, и ему на миг показалось, что оно вот-вот выпрыгнет наружу.       Тут на балкон вышел Чонгук. Он оказался буквально в двух метрах от Тэхёна. Тэхён, чтобы случайно не спалиться, зажал свои губы руками и замер. Ему вдруг так сильно захотелось спрыгнуть к нему и прижать к своей груди… Но сейчас было не время: папа правильно сказал, что ребятам нужно успокоится. И Тэхён, понимая это, замер и смиренно продолжил жадно залипать на своего краша. Его мальчик вышел на балкон в одних боксерах. Видимо, он только что принял душ. Его влажное тело сверкало от капель воды, спадающих с мокрых волос. Он был такой красивый, что Тэхёну срочно захотелось его вылизать. Он неслышно глубоко вздохнул и почувствовал себя несчастным человеком. С собой Чонгук вынес выстиранную одежду и начал её развешивать. Тэхёну стало горько. Он знал, что это единственная его одёжка, и у Гука сейчас больше ничего нет. Блин, да как же ему привезти и вручить то, что он оставил… И тут появилась мысль — мама! Вот кто это сделает! Вот кто поможет уговорить Гука взять новую одежду обратно! Тем временем Чонгук, развесив всё сушиться на балконе, переместился в кухню. Богом, изо всех сил начал сигнализировать, что за ним наблюдают, но Гук это не заметил. Его внимание было приковано к раскрытому холодильнику. Тэхён увидел, что там зияла пустота. Гук медленно прикрыл холодильник и в отчаянии, прикрыв глаза ладонями, присел на небольшой диванчик. В это время у одного сталкера за окном от жалости заболело сердце. Так они и сидели, разделённые кирпичной стеной. Им бы сейчас быть вместе, радоваться жизни, но… жизнь продиктовала свои условия. И Тэхён надеялся, что рано или поздно, она расставит всё на свои места.       Прошёл час или два. Тэхён перестал замечать бегущее время. Он смирно сидел на дереве и не сводил глаз со своего краша. Он жадно следил за тем, как Чонгук, в одних боксерах, расхаживал по квартире и занимался домашними делами. На улице было жарко, и одежда, висевшая на балконе, быстро высохла. Чонгук, со словами «наконец-то», снял ее с веревки и начал медленно одеваться. Тэхен нервно вздохнул. Он был бы непрочь ещё позалипать на почти обнаженного Гука. Ему вдруг вспомнилось, как это тело извивалось под ним и, как доверчиво раскрывалось ему навстречу, когда он брал его. От этих воспоминаний, его сердце сильно забилось, а член стал наливаться тяжёлым грузом.       Внизу послышался шум мотора, и Тэхен увидел, как около подъезда припарковался автомобиль Сокджина. Через несколько минут квартира наполнилась радостными голосами. Вбежавший в нее Джин радостно начал обнимать Чонгука — соулмейты! Тэхен увидел, как вдруг расчувствовался Чонгук и пустил слезу. А Джин, выпустив его из своих объятий, обиженно выпятил губы и протянул замогильным голосом: — Ну, здорооова, корооова! Вобщет, я обижен! Главное, смылись и мне ничё не сказали! Вот те и друзья, вот те и соулмейт! Значит, мне не доверяешь совсем? Значит, из-под венца, можсказать, сбежал и своему другу ничё не сказал?! Так-то ты меня ценишь? Чимин, конечно, мне в двух словах кое что нашептал по дороге. Теперь твоя очередь! — Ну, что ты, Джини! Не обижайся, просто не было времени. Ты спал, не хотелось будить тебя! Да доверяю я тебе, ещё как доверяю! Я сейчас тебе всё все расскажу! Ведь ты у нас самый лучший, самый классный, самый любимый друг! — повиснув на Джине пандой, и стараясь выбить себе прощение, быстро залебезил перед другом Чон. — По-любому ведь тебя бы известил. Ты только никому не говори, что мы здесь. И он быстро начал что-то тихо рассказывать Джину, с чувством жестикулируя и прерываясь на частые вздохи. По видимому, рассказав основное, он громко негодующе закончил: — Очень не хочется видеть этих омежников, этих изменщиков! Ненавижу! — Но-но, ты поосторожней! Не то, чтобы это мой брат и друг… Но, ребят, поймите, может быть всё совсем не так, как вы это себе представляете! — горячо возразил Джин, на что Чонгук и Чимин с сомнением покачали головами Тэхён про себя подумал: — «Молодец, братишка, замолвил словечко!» — Да ну их к хренам, этих альф! Давайте лучше есть готовить. Вот я тут рамён принёс и ещё кое-что. — Джин, загадочно улыбаясь, достал бутылку соджу. — Отметим ваше вселение в новое жильё! А также выпьем за нашу дружбу. И никакие альфы-хуяльфы нам не нужны больше! — Он налил соджу в рюмки и придвинул их к парням. Глядя на них и поднимая свою рюмку, он захорохорился: — Раз они все такие, то я тоже с вами, и Хосока — бросаю! Пока-то он, конечно, в блядских оргиях замечен не был, но кто ж его знает! А можно я буду с вами жить здесь? Вот тогда-то мы им, гадам, покажем! Вот где они у нас будут! — Он сжал свою руку в кулачок и погрозил кому-то за окном, не ведая, что жестом попадает в Тэхёна. Тэхён поперхнулся и чуть не заплакал от смеха: «А этот-то куда лезет, дурачок!»       А парни, не дожидаясь когда заварится рамён, залихватски опрокинули в себя по стопке соджу. Лица их сразу порозовели, глаза раскосились, речь стала бравадной и немного заплетающейся. Джин, не мешкая, налил всем ещё. — И вощще, давайте создадим своё братство и будем им мстить, — распалился он пуще прежнего. — Файтин! — Он опрокинул следующую рюмку в рот и поднял вверх кулак. — А как это? — заинтересованно спросил Чимин, и глаза его загорелись праведным огнём мстителя всея Кореи. — Мы им…мы им… — мстительно забормотал Джин, — мы им… Покажем! — философски ответил он, закидывая ещё одну рюмку в горло. — Нет уж, показывать я ничего никому больше не собираюсь. Напоказывался, хватит. Предлагаю подсыпать им в кровать африканских муравьёв! Тогда они им отгрызут все члены, и им нечем будет нам изменять! — кровожадно рыкнул Чимин и также влил себе очередную рюмку соджу. Чонгук пьяненько захихикал: — Ой, не могу. А им больно не будет? А вдруг муравьи ещё и яйца им отгрызут? А вместо этого отложат свои. И будет у них там этот, как его, муравейник?       Тэхён при этих словах, представил это воочию, чертыхнулся про себя, и давясь от смеха, вдруг резко полетел вниз. По пути он схватился за ветку и повис в метре над землёй. Группируясь всем телом, он легко спрыгнул на асфальт и захохотал во всё горло. Надо срочно бежать отсюда! Попасться в лапы этим пьяным терминаторам ему не хотелось!       Друзья замолчали, как бы осмысляя свою мстю. Потом они посмотрели друг на друга — мда, чёт слишком кровожадно! А что это там за хохот под окном? Но посмотреть, кто там под окном так весело ржет, они поленились. Слишком тепло и уютно им было сидеть в этой компании и выдумывать разные козни ненавистным изменщикам. На миг Чимин с Гуком забыли свои неприятности и расслабились. — А ещё можно… Чимин не успел озвучить следующую кару, как в дверь раздался звонок. Они переглянулись и хором спросили у друг друга: — Ты кого-нибудь ждёшь? И так же хором ответили: — Нет. Чимин быстро подорвался к двери. Осторожно посмотрев в глазок и открыв её, он очень удивился и закричал: — Ой, ребята, смотрите, что мне прислали из общества защиты животных! Как это они мой новый адрес узнали только? Но забив на это, он быстро открыл посылку. Там лежало сопроводительное письмо: — «Пак Чимину. За выдающиеся заслуги по защите австрийских коал от крокодилов Африки. Мы, ваши соратники, решили наградить вас. Поэтому от всей души посылаем вам этот подарок».       У Чимина округлились глаза. Когда он начал выкладывать на стол разные вкусности, гордость обуяла его пьяненькую голову: вот ведь, оказывается, как ценят его волонтёрскую работу! Он смахнул с глаза непрошенную слезу и приосанился перед друзьями. Пусть видят, как уважают его в определённых кругах! Не то что, этот подлый изменщик Мин Юнги! Чонгук задумчиво посмотрел на эти дары, не понимая с пьяных глаз, что сейчас здесь творится. Но сразу же забив на это, он по-хозяйски прикинул: надо же, сколько всего! Надолго им хватит. И, хотя это всё ему показалось слишком уж подозрительным, сейчас было лень вдаваться в подробности. Поэтому он выложил часть провизии на стол, остальное заботливо начал укладывать в холодильник. Вот ведь как кстати! И только Джин чуть-чуть улыбнулся внутри себя. Он-то знал, что всё задуманное ранее, строго идёт по плану!