Казусы с зельем / Potion Mishaps

— Я не могу поверить, что ты здесь! С каких пор? Ты была в Нью-Йорке прошлой ночью. — Энид бросилась к Уэнсдей, осторожно прикоснувшись пальцами к её щеке, словно она была всего лишь её воображением и могла исчезнуть от одного прикосновения. — Я села на самолёт, потому что не могла ждать ещё один день, чтобы увидеть тебя снова, — Уэнсдей крепко сжала руку Энид, призывая её прикоснуться к ней ещё, чтобы та убедилась, что всё по-настоящему. — Пролететь 2500 миль, чтобы увидеть меня? Ух ты, мистер Аддамс, ты такой подкаблучник, — поддразнила Энид низким голосом, который могла слышать только Уэнсдей. Уэнсдей вскинула бровь, поскольку Энид только что заявила очевидное. — Cara Mia, я была такой уже много лет,— она наклонилась ближе. — Mon Cher. Клик! Звук идиота, который забыл отключить звук своей камеры, отвлёк Энид. О! Точно, они на публике.

***

Энид поспешно потащила Уэнсдей в свой кабинет, подальше от посторонних глаз. — Я скучала по тебе, — как только закрылась дверь, Энид немедля обвила руками шею Уэнсдей, притянув её для поцелуя. — Я тоже скучала по тебе, я не могла больше видеть тебя только по ту сторону экрана. Стук в дверь заставил их отстраниться друг от друга. — П-простите! Мисс Синклер, они ждут Вашей подписи, — заикаясь, пробормотала стажёрка, взволнованно разглядывая пятна помады на губах Уэнсдей. Энид запаниковала, посмотрев на часы. — Черт! Да... Я буду у вас через несколько минут. Она повернулась к Уэнсдей. — Я только подпишу некоторые документы, и тогда мы сможем пойти домой. Я вернусь через час! Люблю тебя! — сказала она, быстро поцеловав Уэнсдей перед уходом. Энид быстро шла, пока не добралась до стажёра. — Приветик, Крис, не мог бы ты принести четверной эспрессо для моего гостя в мой кабинет?

***

Тем временем в другой части офиса люди, сбившись в кучки, сплетничали о таинственном любовнике Энид Синклер. — Я знала, что у неё есть возлюбленный, но, чёрт возьми! — Я знаю, хорошо?! Мы ежедневно видим множество моделей, но это просто симпатичные мальчики, одетые в дорогую дизайнерскую одежду с завышенным самомнением. — Я серьёзно думала, что он модель. — Но я видела, как Энид читала рукописные заметки из своего телефона и дневников. Когда я спросила её об этом, она сказала, что её возлюбленный - писатель. — Это лицо писателя?! — он указал на Уэнсдей, изучающую стол Энид. — Почему нет? Он кажется богатым, вы видели его одежду? Все сшито на заказ! Даже туфли! — Я думаю, никто не увидит его мёртвым в одежде от Gucci или Balenciaga. Но он выглядит знакомо... — Так и есть. Мне кажется, что я видела его... в портфолио! — Что? — Открой портфолио Энид! — Боже, хорошо, но зачем? На экране появилась подборка моделей дизайна Энид. На всех фотографиях голова модели была обрезана, акцент делался только на одежде. — Видишь?! — он указал на челюсть, поразительно похожую на ту, что была у гостя в кабинете.

***

Энид Синклер — добросовестная и трудолюбивая девушка, это может подтвердить каждый. Она заслужила быть там, где она находится сегодня. Её руки отданы работе, а её дизайн — революционен с оттенком таинственности. Той тайны, когда дело доходит до моделей для её одежды. Помимо людей, предоставленных агентством, у Энид были две модели для её проектов. У обеих бледная кожа, стройные руки, черные как смоль волосы, скульптурные тела, словно Энид сама спустила их с Олимпа, и идеально очерченные челюсти, которые, вероятно, могли разрезать бумагу. Им не нужно было видеть лица, чтобы понять, что тела моделей — заветная мечта каждого дизайнера. На работе она называла их своими музами. Но дома она называла их Уэнсдей (Но они этого не знают). Все пытались, ох, как они пытались, убедить Энид познакомить их со своими музами. Но блондинка ни на шаг не отступала, объясняя это тем, что они оба — закрытые люди. Они также пытались подкупить лучшую подругу Энид, Йоко Танака, которая работает фотографом в их Нью-Йоркском филиале. Поскольку именно она делала эти фотографии — она видела их лица. Йоко рассмеялась, услышав их просьбу. — Ха-ха-ха, нет. — Мы понимаем. Вы не хотели бы разрушать доверие Вашего друга. Тем не менее, спасибо Вам. — Я беспокоюсь не за Энид, а за себя. Я не хочу, чтобы меня нашли на глубине шести футов в безымянном месте. После этого загадка стала ещё сложнее, не только для работы, но и для их любопытства, но, увы, никакой зацепки найти не удалось, и они зашли в тупик. До сих пор они наслаждались моделями только тогда, когда Энид выпускала новые дизайны. Но сегодня все изменилось! Они действительно разгадали эту загадку! Им не пришлось проводить расследование или умолять Энид привести моделей сюда. Мужчина пришел сюда сам! В костюме и с цветами! И он был более совершенен, чем на фотографиях. В своём пальто он был похож на красивого мрачного жнеца, и если тот захочет забрать их в загробную жизнь, они примут это с распростёртыми объятиями. Сейчас они наблюдают за ним издалека, пока он снимал пальто и вешает его на вешалку. Он сел в одно из кресел в кабинете Энид, скрестив ноги, и достал роман, который будет читать в ожидании. — Если он - парень Энид, тогда кто та высокая женщина на фотографии? — Э-э-э, её девушка? Жизнерадостная Энид Синклер, окружённая высокими, одетыми в чёрное Богом и Богиней? — Да, я понимаю, — он кивнул в знак согласия. Попросила ли Энид свою маленькую девушку стать её высокой девушкой и высоким парнем, чтобы быть моделями её одежды? Да. Являлась ли Уэнсдей Аддамс СИМПом для Энид Синклер, когда она согласилась после того, как Энид посмотрела на неё «щенячьими» глазами? Да. Случайно ли Энид называла Уэнсдей «мамочкой» и «папочкой» в такие моменты? Да. Случилось ли после этого «что-нибудь ещё»? Да...

***

— Эй, Крис, для кого это? — спросила один из них, указывая на кофе, который нёс стажёр. — Для гостя мисс Синклер, — пожал плечами Крис, продолжая идти к кабинету Энид, но был резко остановлен. — Я могу принести это ему, — сказал кто-то. — Нет! Я принесу!

***

— Эй, Энид, Уэнсдей на месте? — поздоровалась Йоко с другой линии, не теряя ни секунды. — Я единственная, кто не знала?! — воскликнула Энид, напугав окружающих её людей. — Я тоже не знала! Я только что получила сообщение от других, — Йоко продолжила, снова поднеся телефон к уху. — Да, он здесь, — Энид кивнула, заботясь о том, что Йоко не видит её. — Он? Она пришла как Уильям?! — на этот раз настала очередь Энид убрать телефон от уха. — Да, она выполняла поручение Фестера, поэтому ей пришлось стать Уильямом, — объяснила она. — Послушай меня, Синклер. Я хочу, чтобы ты немедленно убиралась оттуда! — Йоко говорила со всей серьёзностью. — Какого хрена? Почему? — Ты знала, что в школе было Семь тайн? Так вот, у нашей компании тоже есть такое, и ты - одна из них! — Но я - открытая книга! Уэнсдей - вот кто тайна! — Так и есть! Но ты использовала её в качестве своей модели, не раскрывая, кто она такая. Люди начали впадать в отчаяние. — Но они остановились! — Ну, да, после того, как они пришли ко мне, и я, кстати, ни хрена не сказала. Но сейчас она сама зашла в логово Льва. — Расслабься, это рабочее место, люди здесь не будут создавать пробл... — сцена перед ней напомнила ей о том, как она ездила в Италию с Уэнсдей в прошлом году. Они посетили Палаццо Питти во Флоренции. И им довелось увидеть картину «Ужас войны» Питера Пауля Рубенса. Энид понравилось тогда объяснение Уэнсдей о картине. Но сейчас вместо Марса, бога войны, направляющегося на битву, и Венеры, богини любви, отчаянно пытающейся остановить его, перед ней предстала чистая человеческая жадность, пытающаяся мельком взглянуть на Плутона в её кабинете. Их стажёр Крис, да благословит Господь его бедную душу, доблестно защищал чашку с кофе. Остывшим кофе. — Я просила об этом час назад... — пробормотала Энид.

***

— Нам нужно уходить, — Энид захлопнула дверь, сделав глоток кофе, который держала в руках, и скорчила гримасу отвращения, забыв, что это четверной экспрессо. Уэнсдей подняла глаза от своей книги. — Ты закончила? — Да, да! Мы здесь закончили! Я распоряжусь, чтобы мои вещи доставили к выходным. Нам нужно ехать прямо сейчас.  — сказала она быстро, за долю секунды подхватив Уэнсдей за руку и потащив к двери. Если бы они задержались ещё хоть на минуту, то либо Уэнсдей устроила бы кровавую резню, либо подписала бы модельный контракт. В любом случае им нужно было успеть на самолёт.