Притворись моей девушкой...

***

      Дождь барабанил по окнам, пока Гермиона разбирала вещи. Они решили с Драко, что она переедет к нему в квартиру. Всё казалось либо бредом, либо чем-то просто странным и придуманным. Драко Малфой сделал ей предложение, но, что самое важное, Драко Малфой ЛЮБИТ её. Это не было ни шуткой, ни попыткой сыграть. Он, правда, её любил. Она не понимала, как это возможно, но чувствовала, что всё происходящее — это правда.       Пробивающийся из-за туч луч солнца заставил кольцо на её пальце ярко мерцать. Глупая улыбка моментально расцвела на губах девушки. Драко действительно сделал ей предложение; казалось, ничего не могло омрачить её мысли. По крайней мере, Гермиона пыталась верить в это, пока не наступило утро и она не увидела в своем кабинете Кингсли и самого неприятного ей человека, отравляющего её покой уже несколько дней. — Гермиона, ты давно уже просишь у меня выделить субсидии для финансирования проекта кентавров! Что ж, я нашёл нам инвестора!! — радостно воскликнул босс.       Гермиона открыла и закрыла рот. Нет, нет, это не могло быть правдой, хотя, если учесть, что она собиралась замуж за Драко Малфоя, что тоже раньше посчитала бы бредом сумасшедшего, то это подтверждало теорию о том, что в этом мире нет ничего невозможного, а значит, ей грозило работать с этим «напыщенным индюком». — Гермиона, это Жан Монро! Мистер Монро, это моя лучшая сотрудница, Гермиона Джин Грейнджер. Министерство реализовало уже не один проект благодаря этой леди, — с отеческой гордостью проговорил Кингсли, представляя их друг другу.       Внутри Гермионы всё тряслось. Она ужасно не хотела сейчас быть тут и видеть довольное лицо Жана, символизирующее мнимое превосходство над ней и её желаниями.       Идиотское превосходство мужчин в этом мире начинало её не на шутку злить; однако мысль о том, что она может позвать Драко, если её что-то будет раздражать до глубины души, приятно грела душу. — Ну, ладно, я вас оставляю, работайте! — произнес Кингсли, покидая её кабинет и оставляя её один на один со сталкером. Гермиона отошла от двери и сложила руки на груди. — Что ты от меня хочешь? — устало произнесла она, глядя на него из-под нахмуренных бровей. — О, мы перешли все-таки на «ты»? — издевательским тоном произнес Монро, протягивая к ней руку. Ещё не зная наверняка, Жан, однако, готовился праздновать лёгкую победу, уверенный, что «птичка — в клетке».       Его ведь нельзя не полюбить: он сильный, стильный, красивый и дерзкий. А женщины любят такое.       В этот момент дверь кабинета Гермионы вновь открылась, и на пороге оказался Драко Люциус Малфой, держащий в руках огромный букет лилий.