Владыка пустоты - том 3

      Одиннадцать сущностей, вставших на путь божественности. Одиннадцать древних отожравшихся разумных, сформировавших единый орган управления большей частью остатков цивилизации агверов — «демонов» Таурума. Одиннадцать мощных существ, каждое из которых отвечало сразу за несколько близких аспектов, объединённых в единую сферу деятельности. Но все они, все эти сферы деятельности, в конечном итоге оказались направленны лишь в одном направлении — на войну. На конфликт с чужаками.       Охота, как неотделимая часть жизни воина. И неважно, за чем конкретно — за врагом, припасами или банальной победой. Война и её последствия. Ремесло, плоды которого помогают в битве. Хранение тыла во всех его проявлениях. Смерть, неизбежная на поле брани. Природа, суровая и обезображенная тлетворным влиянием разумных. Жалкая мстительность, скрывающаяся за благородным ликом справедливости. Темнота и холод ранних времён планаров, что навеки отпечатались болью в душах рогатого народа. О многое, многое другое, так или иначе связанное с выживанием и войной.       Нет мира в их сердцах. Нет спокойствия. Как и должно быть у любых потомков детей Инферно. Одно лишь вечное раскалённое шило пониже спины, да извечное желание забраться как можно выше. Ради долгожданного освобождения от гнёта жара, беспрестанно терзающего душу. Вот только власть никогда не приносит успокоения, в чём и состоит главная ложь Инферно.       Огонь не затухнет, пока жив горящий. И страстями, как любимым топливом, его не погасить. Он будет гнать вперёд, до смерти… или до облегчения. Ведь никто не сказал, что пламя вовсе нельзя залить чем-нибудь иным, верно?..       Впрочем, то возможно с обычными демонами. Но никак не с тварями, вставшими на путь божественности. Когда пламя Инферно становится полноценной и неотделимой частью души, то что-либо делать с этим становится уже поздно. По крайней мере с моей стороны поздно, поскольку та же Аткоитэа, думаю, вполне способна исправить и не такое. Хотя бы просто за счёт чудовищного количества опыта. К тому же аспект моей родословной месфелита, а точнее его название — «Порабощение», как бы намекает на выдающиеся «семейные» таланты в области копошения в чужих потрохах. Мне, впрочем, до раскрытия подобных возможностей ещё очень и очень далеко.       В итоге — порченный продукт пришлось скушать. Весь. Было почти мучительно жаль глядеть на столь качественные, но безнадёжно испорченные заготовки. А ведь из них можно было столько всего сотворить…       В общем, грустно. Но вкусно.       С другой стороны, перекус вышел крайне питательным. Всё же у меня в руках оказались не какие-то там духи, напитавшиеся ничейной верой, а конкретные разумные. Господа успели накопить изрядно сил, причём крайне качественного… качественной консистенции, скажем так. То есть не просто хапали всякое, что плохо лежит, а питались в индивидуальном порядке от собственных верующих. Специально и направленно. Так что, с одной стороны, свободной веры я получил не слишком-то и много… Если не считать, конечно, общего количества жертв. Поскольку суммарно ресурса набралось очень даже много, да.       Однако, с другой стороны, направленность и осознанность их сил повлияла уже на мои аспекты самым положительным образом. Расцвели Природа и Война, позволив, наконец, должным образом благословить всех моих наместников, командующих, дипломатов и друидов. Последнему особенно обрадовались фейки, ведь теперь они получили поистине страшные в своей сути способности.       ***       — Это… Как? — спросил глава экспедиции на мире-плите, потерянным взглядом обводя цветущие джунгли. А ведь ещё три дня назад их здесь не было и в помине…       — Это что, я теперь и не такое могу! — надулась от важности летучая кроха, восторженно вскинув ручки.       — Но ведь три дня… — словно бы не услышав ответа, продолжил вампир. — Токсичная почва… Невозможность классического фотосинтеза… И с гравитацией проблемы…       — Так я же теперь друид! — фейка едва ли не засветилась от счастья. — Самый настоящий! Земельку сделала такой, как нужно. Зелень подправила, чтобы в этом мире прижилась. И подпитала! Теперь, хи-хи, можем и до подземных ходов добраться!       — Ага… — вот теперь мужчина пришёл в себя. И бросил напряжённо-боязненный взгляд на внешне безобидную малышку с крылышками.       Такая сила, но в столь… Безалаберных руках может быть крайне опасна. Или наоборот, именно у подобных личностей она будет наиболее безвредна? Эта дилемма на короткое мгновение заняла все мысли мужчины, от чего он на свою беду совершенно пропустил небольшую часть повествования фейки. А там, между прочим, как раз поднимался вопрос фауны новосозданного биома.       Впрочем, чего ему тут размышлять? — закончил сам для себя глава экспедиции. — Прародитель наверняка не выдал бы своим приёмным дочерям такую силу, если бы не был в них полностью уверен. Верно же?       ***       Также кое-что перепало и моему аспекту Смерти. Впрочем, наиболее важным скачком лично для меня являлся рост моего основного пути — «Божества». То есть как раз именно то, что формирует всю мою природу. Это и накопление веры, и её сбор, и распределение собственного влияния при помощи жрецов с клятвенниками (членами ордена). Безусловно важное направление, развитие которого всегда было наиболее ресурсозатратным и неизменно влетало в копеечку.       Но на этот раз мне повезло. Нашлись среди закусок личности, избравшие основным именно этот путь. Так называемые, причём в основном именно мною самим, «соуллорды», они же — «властители душ».       Или же просто «популисты от мира богов».       Хитрожопые засранцы, на самом-то деле. С одной стороны — наиболее слабые из всех, с другой — все при валюте, да и в народе крайне популярны. Можно было бы сказать, что выбирают количество в ущерб качеству, однако если такие выживают достаточно долго, то с накопленными богатствами уверено выбиваются в самые верха топ-списков. Нередко, кстати, уничтожая всех конкурентов. Потому что такие ребята и девчата лучше многих других понимают, насколько же сладко звучит слово «монополия».       Но конкретно в Тауруме тройка хитрых всё ещё оставалась самыми слабыми из всех, за что даже получила приставку «малая». Малая тройка… Звучит как название какого-то фильма, или калька на одно едва ли не совершенно бесполезное политическое объединение времён межвоенного периода двадцатого века Земли. К тому же в пользу последнего шуточного предположения говорит ещё и поведение этих самых «божков».       Нет, ничего наглого, безумного или просто-напросто глупого они не делали совершенно. Собственно, они не делали практически ничего, пока я рвал их по одному. Неужели надеялись, что пронесёт? А то, конечно, выходить со мною на сражение было бы довольно глупо, однако и отсиживаться в стороне — такой себе выход. По крайне мере по моему мнению.       Впрочем, кто я такой, чтобы осуждать существ, многократно старше? Лучше уж углубиться в историю их становления:       Первым на очереди идёт божество снега, льда, холода и промораживающих берёзовых озёр. Его вотчина — местная вариация на тему Йотунхейма, родного мира ледяных великанов из скандинавских мифов, являлась целым комплексом из нескольких мелких миров. Как ни удивительно, также это место отличалось довольно сильным изобилием пищи, в особенности у редких источников горячей воды. От чего не стоило удивляться ни личной силе хозяина этого места, ни наличию в числе его жён одной из «высших» демонических богинь. Это я про любительницу темноты, если что.       Видимо, сошлись на теме общих увлечений.       А так — не самое плохое место для жизни, что подтвердили и сами демоны. На просторах каскада промёрзших миров образовалось что-то вроде пустыни с поселениями вокруг оазисов, только вместо песка — мелкое ледяное крошево, жар и духоту заменил промораживающий плоть холод, а редкие водоёмы — выходы горячих жидкостей. И вышло очень даже неплохо! Рогатые сумели наладить не только растение- и животноводство, но и даже умудрились утроить довольно приятный быт.       Чего, кстати, не скажешь об их коллегах из ведомств двух оставшихся божков.       Один когда-то завоевал с виду вроде бы и богатые, а на деле — едва ли пригодные для жизни токсичные джунгли. Причём совершенно всё в этом хоть и единственном, зато очень большом планаре было настолько плохо, что, прямо скажем, не слишком большое число демонов, перебравшихся туда жить, вынужденно было ютиться на редких крупных нагорьях. Высота защищала агверов от большинства диких животных, мигрирующих (да-да) растений, токсичных туманов и многих иных опасностей того места. Вот только продуваемый всеми ветрами камень не способствовал сельскому хозяйству, от чего добывать еду приходилось в основном по старинке — охотой и собирательством. Естественно, непосредственно в чудовищно опасном и жутко ядовитом лесу.       Парниша шёл к успеху, но прогорел. Невыгодное вложение и все дела — бывает, истории об этом слышал едва ли не каждый.       Второму сперва повезло гораздо больше — пусть и слегка прохладный, однако в целом благоприятный климат каскада завоёванных им планаров оказался едва ли не манной небесной для огромного количества скитальцев, вставших под его знамёна. Амбициозный авантюрист и великий вождь в одном лице не прогадал — дальние участки системы Таурума подарили его агверам новый дом, а лично ему — безоговорочную верность населения. Впрочем, ненадолго — уже вскоре случилась эпопея с эльфами, по результатам которой ушастики с лихвой отомстили наиболее многочисленному тогда клану. Бомбардировка, вторжение, тяжёлые бои… Химическое и биологическое оружие, автоматоны с неким аналогом ИИ, а как итог — чудовищная техногенная катастрофа, сопряжённая с почти полным крахом едва начавшей восстановление цивилизации. Второй раз. И даже так, всё не могло завершиться на сколь-либо положительной (для демонов) ноте — ушастиков-то демонюги вполне-себе истребили, да только заводы, что роботов строили, разрушить сразу же не сумели. Или не успели, тут уже история разнится. А ведь роботы — это роботы, им кушать и отдыхать не нужно. Так что война там продолжилась и шла ещё целые века, пока пару столетий назад божок не сумел додавить остатки чужой цивилизации.       И вот последние было как раз-таки очень и очень жаль. Конечно, кое-какие трофеи оттуда у демонов ещё остаются, однако вот пару заводиков по производству едва ли не автономных техномагических солдат мне бы очень сильно пригодились. Эх, попал бы я сюда на половину тысячелетия раньше…       Впрочем, всё это теперь совершенно неважно. Гораздо интереснее то, что ложные боги стали пищей, и пищей питательной. Поглощая их одного за другим, используя на максимум свою вариацию диаблери (прим. ритуал, при котором вампир выпивает душу жертвы вместе с её кровью), я буквально чувствовал, как ширится моя сила. То один, то другой мой аспект исступлённо взрыкивал, на несколько мгновений перекрывая царящий в душе вечный гул голосов. Давно я что-то не обращал на них внимания, за исключением обыкновенного наблюдения. Нужно бы изучить…       Внезапно одна из граней моей божественности достигла пика, одарив мимолётным чувством блаженства. Я буквально почувствовал, как с тихим треском ломаются некие преграды, о самом наличии которых ранее даже не подозревал! Но мысль ушла от данной темы, стоило хлынуть в разум потоку доболе интересной информации.       Вера. Чуть глубже о том, что это такое. Чуть шире о способах её применения. И самое главное — о более эффективном её не то чтобы сборе, а скорее улавливании от паствы и хранении. Вторя получаемым знаниям, как и у всякого информационно-энергетического существа, у меня тут же принялась изменяться уже сама система жгутов-каналов для добычи этой силы. В основном — банальное экранировании, но о самой возможности чего-то подобного я даже не подозревал.       Как вообще возводить нечто в хаосе межмирья? Это ведь невозможно, без привнесения порядка! И, собственно, данные мысли были в корне своём верны… Поэтому ничего конкретно в межмирье возводить и не потребовалось. Поскольку экранировались от утечек не души моих верующих. Экранировался я сам.       Домен стремительно обрастал толстой шкуркой естественной сопротивляемости. Свет Хаоса в кои-то веке померк в этом мире, а на жителей Города и сегментов впервые опустилась настоящая ночь. Ну, там, где сейчас не было светил, естественно. То есть… Практически нигде, мда.       Вот поэтому и не слышно взволнованных голосов. Небо потемнело — ну и хрен с ним, зато у нас плазменные болиды в наличии. Книжки читать не мешает — и ладно. Тем более, им бы ещё от последних событий отойти. А то поглощение других богов — это событие настолько всеобъемлющее, что и на паству вполне-себе влияет.       Кстати о ней, о пастве. Пора бы уже окончательно перевернуть эту страницу истории Таурума. Со всеми её пережитками прошлого…       ***       Город пылал. Панические крики мирных жителей вторили яростному вою полчища существ цвета крови, приступом взявших невысокие стены. Ныне то, что ранее защищало поселение, стало зубьями капкана для его жителей.       — Смерть демонопоклонникам! — скандировала толпа вооружённых людей. Все как один носили алые отрезы ткани, повязанные на предплечье правой руки.       Алая гвардия, стихийно сформированная из фанатиков и вылеченных ветеранов, волею жрецов несла слово Бога пропащим еретикам. И не важно даже, что за стенами города скрывались точно такие же северяне. Предатели рода людского более не имели права на жизнь, где бы не проживали.       Впрочем, среди суровых светлокожих воителей часто попадались и куда более смуглые личности. Право слово, какая разница, откуда происходит человек? Все равны пред взором Семеликого!       — Огонь очистит ваши души! — в исступлении орал жрец, содрогаясь от ярости Алого бога. — Он грядёт, и нет прощения предателям!       Так ковалась новая, единая нация. Одна идея — почитание Бога и его Слова, один путь — верная служба и достойная награда вознесением, один народ — сангвиты, отринувшие большую часть замшелых устоев. И враг, кстати, тоже один — все, кто не с ними. Кажущаяся простота скрывала множество подводных камней… Благо, просвещённые жители Домена уже готовы были наставить неофитов на верный путь.       Тем временем какофония резни лишь набирала обороты. Пожары всё ещё лишь разгорались, но неестественно яркое пламя уже пожинало свои плоды. Женщины и мужчины, юные и старики — все обращались прахом, застигнутые жадной стихией. Или же специально выброшенные в огонь безмолвными посланцами нового бога. Щадили лишь совсем малых детей — интернаты янычар ждёт наплыв пополнения.       Нет оправдания врагам. Нет оправдания и их помощникам. Когда Бог ведёт войну в эмпиреях, очищая этот мир от гнили, его верным сподвижникам необходимо всеми силами помочь в столь благих начинаниях.       По другую же сторону баррикад ситуация стремительно скатывалась в хаос. Демоны, застигнутые врасплох смертью своих богов, бежали обратно на свои планары. Кто имел такую возможность, естественно. Остальные же… Глупые использовали эту возможность, чтобы нажиться и свести старые счёты. Умные в свою очередь забивались в самые отдалённые углы мира, понимая, что убийцы их патронов в конечном итоге придут и за пешками.       Оставленные хозяевами люди, потерянные и напуганные, занимались примерно тем же самым. Умные — бежали, глупцы — праздновали и брали власть в свои руки. Только для того, чтобы спустя короткий промежуток времени оказаться в окружении необоримой армии фанатиков.       Кто вообще мог даже предположить, что Империя вновь восстанет на руинах старого мира? Словно птица феникс она переродилась в огне и крови, в придачу получив новую ужасную голову. Её глаза отныне смотрят на мир огнём Алого солнца, не предвещая оставшимся в живых ничего хорошего.       ***       Голос Тлеющего золота бежал. Бежал с неутомимостью, недоступной ни людям, ни даже самым сильным из демонов. Однако проклятые кроваво-красные леса попадались всё чаще, вынуждая его постоянно сворачивать. Так что, не смотря на скорость непрерывного бега, покрывал он не слишком-то и большие расстояния.       Он лавировал среди ловушек. Уклонялся от преследующих его чудовищ. Терпеливо скрывался в зарослях, уходя от внимания человеческих патрульных. На ходу ловил небольших животных ради пропитания, даже не задумываясь о какой бы то ни было остановке. Есть приходилось прямо во время бега, зачастую — едва ли не живьём.       Однако всё это в конечно итоге его не спасло.       — О, нашёлся! — раздался чей-то весёлый голос позади, и тело демона сковало тисками чужой воли. — Не поверишь, я тебя так искал, так искал! А ты, словно тот самый мистер Форрест, всё бегал и бегал, бегал и бегал…       Его подняло в воздух и развернуло лицом к белокожему существу. Алые глаза гостя светились, подобно огням пылающих городов. Или подобно изредка прорывающемуся сквозь тучи чуждому светилу? Голос не мог выбрать один из двух вариантов, хотя не совсем понимал, откуда оные вообще взялись в его разуме.       — Какой воспитанный молодой гибрид! — проговорила фигура. Голос существа наполнился участием и добротой, только в самом отдалении звеня противоестественными раскатами металла. — Точнее, некая химера. Очень и очень странная, к слову. А я в этой теме знаю толк, поверь мне.       Волна магии и чего-то иного, ранее ощущаемого демоном лишь только от самого Тлеющего золота, прошлась по его телу. Заглянула, казалось, в каждый уголок плоти. И отхлынула, оставив после себя лишь чувство лёгкой щекотки.       — Вот даже как… — протянул белокожий, с некоторым удивлением взирая куда-то мимо Голоса. — Нет, чего-то подобного я и ожидал, если честно. Слишком много было непоняток, слишком много совпадений. Однако такое… Может уже покажешься, коллега?       Несколько мгновений ничего не происходило, от чего несчастный демон уже почти поверил в сумасшествие собеседника. Однако внезапно его тело дрогнуло и задвигалось… Против его воли!       — Я пришёл сюда первым, — заговорил Голос, однако звук полнился рёвом пламени и криками стенающих душ. И с внутренним ужасом демон осознал, что его устами заговорил сам Тлеющее золото. Вот только, с каких это пор его бог способен на подобное?..       — А мне — плевать, — легко пожала плечами фигура, переведя безразличный взгляд на уже почти не скованный аватар другого месфелита. — Свои резоны имеются, куда более важные, нежели желания какого-то там паразита.       — Сказал едва рождённый червь, — насмешливо фыркнул Голос, внутренне дрожа от слов, слетающих сейчас с его губ.       — Ну, если вспомнить внешний вид моей «мамочки», то ты даже будешь прав. Причём полностью, — ухмыльнулся красноглазый. — Впрочем, как и я. Ты ведь как-то связан с теми белокожими иномирниками, что положили конец Империи, верно?       Вопрос остался без ответа. Вместо этого тело демона задрожало, в попытке преодолеть оставшееся сопротивление чужой воли.       — А ещё именно ты как-то повредил Механизм, — словно бы не замечая действий оппонента, бесцветно продолжил гость. — Иначе вся эта череда событий стала бы совершенно невозможна. О Хаос, сколько же ты уже гробишь этот мир? Причём столь последовательно и планомерно!       Рот Голоса изогнулся в насмешливом оскале, пока где-то глубоко-глубоко внутри в ужасе кричало сознание его аватара. Но фигура уже сыграла свою роль, и шашка готовилась переродиться дамкой…       — Вот только кое-что ты всё же прошляпил, дружок, — губы красноокого внезапно изогнулись в издевательской усмешке, а взгляд плавно перетёк на барахтающуюся фигуру. Тиски воли на ней внезапно многократно усилились. — Пока играл с пантеоном и Механизмом, ты совершенно забыл о смертных. Частая ошибка у богов, к слову. А для тебя, как для рождённого месфелитом, наверняка так вообще незаметная. Однако ирония ситуации состоит в том, что месфелиты — это всё ещё по большей части именно боги. От природы убежать не получится. И хотя мы можем питаться иным образом, однако для сколь-либо существенного влияния на реальность нам всё ещё нужны верующие. Которых у тебя прямо сейчас становится всё меньше и меньше…       Тело демона замерло, а взгляд практически чёрных глаз наполнился явным подозрением.       — Может быть ты и сильнее меня в прямом сражении, однако здесь и сейчас передо мной — лишь жалкий слабак. Большие объёмы, но малая пропускная способность до добра не доводят. А особенно это вредно, когда твой аватар получен не добровольно.       В разуме бывшего Голоса словно бомба разорвалась, затопив всё почему-то холодным красным светом. С удивлением демон понял, что вновь получил контроль над собственным телом.       — Это твой шанс, раб, — словно через воду донёсся голос алоглазого. — Отомсти твари! Держи его!       И демон послушался, яростно вцепившись в ушедшие в глубь сознания клейкие нити чужой воли. Начиная в полной мере осознавать, по чьей именно вине его жизнь от самого рождения являлась сущим кошмаром, разумный желал сделать всё возможное, для причинения лживой твари как можно большей боли. Даже ценой собственной жизни.       Однако столь высокая плата не понадобилась.       Когда демон пришёл в сознание, то обнаружил себя лежащим на сочной зелёной траве. Словно мягкая перина! Так не хотелось вставать, возвращаясь в этот кошмарный мир…       — Спасибо за помощь, — однако тут же раздавшийся голос алоокого выдернул бывшего Голоса из пелены подкатывающих сновидений. — Было вкусно, да. И очень полезно для нас обоих.       Демон не спешил отвечать, лишь скосив взор открывшихся глаз на замершую слегка в стороне белокожую фигуру.       — Ты хорошо сработал… — продолжало существо. — Впрочем, как и я сам. Не зря же столько распинался перед боем, верно? А теперь, раз уж всё разрешилось, предлагаю тебе банальнейший выбор.       — Служба или смерть? — практически безразлично уточнил бывший аватар, переживший за последние минуты уже слишком много напряжённых событий.       — О, а ты смышлёный! — улыбнулся, как уже совершенно понятно, бог. — Только нужно кое-что конкретизировать. Смерть в нашем случае — это именно что полная свобода, пусть и без памяти. Хотя… Думаю, в благодарность за хороший ужин, я могу поспособствовать её частичному сохранению. В свою очередь служба — это просто нормальная жизнь сначала в этом мире, а потом — в другом. Захочешь — воином, жрецом или учёным, но и профессии обыкновенного фермера или ремесленника от тебя закрыты не будут. Так что решай, парень. У тебя будет ровно трое суток на этот выбор.       Завершив свою речь, алоокий ещё раз весело улыбнулся и исчез. Словно и не было никогда.       Бывший Голос не стал тянуть резину, и решительно… улёгся спать. Про то, что «утро вечера мудренее» в этом мире также было известно, причём каждому. И ему в особенности — тяжёлая жизнь наложила свои отпечатки.