Владыка пустоты - том 3

      С самого утра на юге Благословенных Его Именем Земель поднялся сильный ветер. Очень сильный. Можно даже сказать — неестественно интенсивный, особенно для этого времени года.       Божество чувствовало в потоках воздуха нотки чего-то непонятного, насквозь тошнотворно-приторного. Не гниения, отнюдь. Но любой смертный на его месте в первую очередь вспомнил бы именно этот разрушительный процесс.       Следом оттуда же пришли тучи. Плотные, тёмные, пахнущие угрозой и свежепролитой кровью. Последнее как раз-таки окончательно убедило сущность в том, кто именно стоит за столь своеобразным нападением на его земли. Твари плоти и крови, демоны чуждого бога. Нездешнего. И крайне опасного. Причём настолько, что подтвердив свои догадки бог тут же запросил помощи у своих старых врагов, с коими нынче состоял в крепком союзе.       Хищники бьются между собой, пока на их земли не приходит высший. Тогда уж не до мелких свор, самим бы выжить.       А посему уже спустя менее получаса у его столицы, являвшей собой небольшой глинобитный городок на пару тысяч жителей, принялась собираться объединённая армия союза. Относительно неспешно, не смотря на не самые большие расстояния здешних земель. Однако не спешил и враг, что всё же позволило собрать все силы в единый кулак.       Ну, если не считать внушительное число тех, кого союзники придержали у себя. Всё же даже после победы война ни только не закончится, но и наоборот лишь наберёт обороты. И примет вид всеобщей мясорубки за возвышение. Все это понимали, поэтому и не спешили оголять собственные земли. С другой стороны, было бы крайне глупо проиграть из-за чьей-то мелочной жадности… Балансировали как могли, в общем. И результат этих усилий теперь можно было наблюдать воочию.       Костяк собранных сил, естественно, составили обыкновенные люди. Пару сотен воинов, около пяти тысяч ополченцев. Довольно внушительный отряд, впрочем, являющийся лишь жалкими остатками милитантов этой земли. После прошедших ранее войн и беспорядков, собрать что-то большее уже не представлялось возможным.       Надежду внушали лишь наёмные отряды. Несколько банд агверов (демоны Таурума), в суматохе застрявших на диких землях Востока. Всего шесть десятков, но этого более чем достаточно для контроля многотысячной изрядно напуганной толпы. Ведь все собравшиеся уже были осведомлены, что в случае битвы по ту сторону копья они вряд ли найдут людей. Лишь неведающих страха тварей, чудовищно сильных и хитрых. Смертельно опасных даже для самих агверов! И это в лучшем случае, если враги не удосужатся выпустить стаи куда более ужасающих созданий.       Но не так страшен грозный враг, когда подобные ему бьются и на твоей стороне. Даже при столь большом численном перевесе на стороне оппонентов. Чистая психология.       Кроме того, в лагере мелькали и члены компаний монстроловов — уважаемых воинов и ремесленников, занимающихся поимкой, разведением и использованием самых разнообразных монстров. Понятно, что не всех. Да и товара сейчас у них было довольно мало. Однако сам факт того, что вперёд армии на противников бросятся стаи кошмарных созданий… немало воодушевлял.       И всё это, не считая поддержки богов, природных духов и тысяч диких природных созданий, напуганных перспективой наступления армий тёмного бога. Среди людей всё чаще ходили слова о том, что весь Восток объединился против вторжения проклятого супостата!..       Но когда небо рухнуло на землю, заполнив леса и поля пропахшим безумием кровавым туманом, никто из них не был готов.       ***       — Рой нашёл их! — даже при мысленном общении Поработитель издавал многоголосый трубный рёв. К чему, впрочем, его собратья уже давным-давно привыкли.       — Прелестно, — с толикой радости ответил Безликий, не прерывая своего кровавого танца среди паникующего вражеского войска. — Уже скоро я наберу достаточно крови. Сможешь их задержать?       — Да! — взревело пятнадцатиметровое чудовище, посылая к обнаруженным божественным аватарам бескрайние полчища своих симбионтов. Слишком маленьких и слабых, чтобы представлять сколь-либо существенную физическую угрозу. Зато они прекрасно подходили для осуществления другого рода давления.       И когда вокруг раздражённых аватаров собралось множество отвратительных белёсых созданий, вместо ожидаемого наскока они хором закричали. Закричали, ведомые болью и ужасом тысяч душ, поглощённых Поработителем. Вместо того, чтобы съедать их, каждый раз рискуя собственным разумом, высший демон решил пойти от обратного в своих инстинктах. То есть не создавать переваренные слепки личностей под тела, а готовить тела в качестве клеток для пойманных душ.       Хор ужаса, так он его назвал. Многие тысячи беспрестанно агонизирующих душ, заключённых в искажённые, полностью подконтрольные демону тела. Они с радостью готовы как поведать ему обо всём желаемом, так и выразить свою боль окружающим по его прямому приказу. Выдавив из себя резонирующие потоки овеществлённой боли, наиболее эффективной против энергоинформационных созданий. Например, разного рода божков.       Единый вопль приложил аватаров, разрушив связи с патронами у некоторых из них. Слишком много информации и силы, что буквально перегрузили не слишком прочные каналы слабеньких богов. Более сильные, впрочем, также пострадали. Кто-то впал в ступор, переживая тысячи субъективных часов чужой агонии. Кто-то безвозвратно повредился рассудком, не сумев удержать контроль над собственным духовным телом. А кто-то рефлекторно ударил в ответ, пребывая в плену навеянных болезненных иллюзий. Вот только атаковали они не Хор, отнюдь. Сейчас, всего на несколько мгновений, они почувствовали себя частью этого ужасающего объединения измученных душ. И пожелали лишь одного — выместить свою боль на непричастных окружающих.       Поэтому, когда Безликий прибыл к ставке врага, он нашёл лишь удручающую картину чьей-то кровавой вакханалии.       — Я просил задержать, дурья ты башка! — раздражённо отозвался убийца. — А не убивать их всех! Мне-то что теперь прикажешь делать?       Но Поработитель не ответил на обвинения собрата. Он пребывал в глубоком чувстве удовлетворения. Глупая и странная идея, как казалось первоначально, сумела вылиться в поистине прекрасное оружие. Его оружие. Его дар. Эффективный и смертоносный. А значит, он сумел оправдать ожидания Создателя, сумел превратить свои слабости в силу!       Конечно, этот путь ещё не завершён. Но Прародитель уже доволен! И его верное, но глупое дитя прощено, вновь став достойным его любви. А большего демону было и не нужно.       ***       Город оживал. Медленно и неуверенно, будто бы проснувшийся после длительной спячки зверёк. Он всё ещё оставался очень и очень сонным, но голод толкал вперёд похлеще плети надсмотрщика. Даже не смотря на обильные сугробы.       Так и здесь, на юге павшей Империи — анархия стремительно обращалась пусть и хрупким, но порядком. По разорённым городам уверено шагали оставшиеся в живых имперские легионы, а редкие проповедники как могли успокаивали обездоленных горожан. Пищи уже хватало, пусть и с трудом. Да и с крышей над головой помогали усердно, против обыкновения.       Все понимали, что сюда возвращается Империя. Но уже не та, что пала всего несколько лет назад. И дело было далеко не только в религии.       Всё чаще на улицах можно было заметить красноглазых людей. Всё больше диковинных созданий селились рядом с людьми, ведомые волей нового единого бога. Всё глубже под землю зарывались странные существа, едва ли не буквально выгрызая огромные сети тоннелей. Руды и иные богатства текли рекой, впрочем, минуя бывшую городскую власть. В глазах бога они ничем не отличались от простых людей. И это подкупало ещё больше.       Любому разумному свойственна тяга к простоте. А потому, когда случается масштабная трагедия, разум желает лишь одного — готового ответа. И люди получили его, этот ответ. Выгодный им, выгодный Семеликому, и особенно выгодный его наместникам на новых землях. Тем более, что чаще всего сей ответ полностью соответствовал действительности.       Кто виноват в произошедшем? Много кто, на самом-то деле. Но до кого из них смогут дотянутся народные руки? До старой власти, конечно же!       Юг стремительно тонул в погромах, чётко контролируемых красноглазыми людьми. Они выступили и лидерами, и заводилами, и главными выгодополучателями. Что же обычные люди? Ну, они выжили. Получили пищу, воду и кров. А также отомстили тем, кто виноват в их проблемах. Так что в целом все оставались довольны.       ***       — Я не буду спрашивать, уверен ли ты в своих словах, — устало проговорил ушастый генерал-фабрикатор, с некой грустью взирая на своего верного, официально опального товарища. — И без меня прекрасно понимаешь, чем грозит твоя ошибка.       Где-то на заднем фоне мерно гудел реактор «Пламенной феерии» — изрядно повреждённого, но всё ещё действующего древнего корабля. И пусть подняться в небеса ему было уже не суждено, однако возможностей для спасения потомков своего экипажа вполне хватало. Принтеры исправно работали, перерабатывая ресурсы в конечные изделия. И даже изредка чинились! Благо, какое-никакое обучение было уже давным-давно налажено. Не уровень инженеров до Падения, конечно, но всё равно неплохо.       — А у нас имеется выбор? — оскалился в ответ Шатавтиан, исказив усеянное шрамами лицо. — Даже если красноглазые лгут, то после всего произошедшего мы станем первыми на очереди пира. И совсем не в качестве едоков.       Услышав доводы, и без того мрачный Энгавиалур Це-вита тяжело вздохнул и перевёл взгляд на далёкое небо планара. Привычно серое, пыльное и совершенно неприветливое. Его вид всегда вызывал тоску, лишь усугубляемую пониманием бедственного положения их общины.       — Недавно кое-что произошло… — начал было лидер поселения, однако внезапно осёкся и нахмурился. И продолжил лишь спустя почти десяток минут, за время которых его собеседник, казалось, совершенно не шевелился. — Наши контакты утверждают, что демоны потеряли своих богов.       — Что, всех? — вскинул бровь в удивлении ветеран.       — Всех, — мрачно кивнул генерал-фабрикатор. — Причём наглухо. Никто не возродится. Может быть ты сможешь мне что-нибудь поведать на эту тему?..       Намёк оказался прозрачен, в отличии от куда более интересного подтекста. Ведь если лидер поселения спрашивает о сведениях непосредственно у него, только прибывшего из глубокой разведки, то значит подозревает участие красноглазых людишек. Интересный расклад. Но закономерный — больше было просто некому.       — Их лидеры были аккуратны в словах, — пожал плечами воин, впрочем, полностью отбросив прошлый свой шутливый тон. — Но кое-что узнать удалось. В частности, некоторые из их возможностей.       Взгляд генерал-фабрикатора стал острым. Ранее его верный друг и соратник почему-то обходил эту тему стороной, несмотря на явный интерес собеседника. Любопытно.       — Признаться честно, — продолжил воин, — многое из этих россказней мы приняли за бахвальство, если не хуже. Однако кое-что всё-таки получило подтверждение. А если расценивать и остальное как правду, то… У них там целая раса, каждый из представителей которой может в узел скрутить сильнейших из чемпионов пантеона. И некий бог, печатающий (аналог «клепающий») таких чудовищ из обычных людишек. Так что…       Более доводов и не требовалось. Оба эльфа прекрасно понимали, чем чреват контакт с цивилизацией подобного уровня. Особенно если учесть события, по слухам связанные с этими существами.       — Что же… — после длительной паузы сказал Энгавиалур, явно что-то решив для себя. — Расскажи-ка мне ещё раз историю вашей встречи. Во всех возможных деталях, со всеми своими домыслами. А то вдруг ты ещё что-нибудь забыл поведать?..       В ответ опальный ветеран лишь усмехнулся в лицо другу, показывая своё отношение к не слишком витиеватым намёкам, принятым в обществе лидеров их народа. Конечно, когда-то он был точно таким же. Но время и боевые шрамы ясно объяснили ему цену всей этой мишуры.       Ну, ничего. Красноглазики показали себя ребятами, не склонными ко всем этим кружевам. Оно, впрочем, и понятно — по-военному чёткая иерархия и подавляющая сила не способствуют излишним интригам. Чем, собственно, они снискали как минимум благожелательность среди воинов эльфийского народа. На минуточку, наиболее крупной властительной группы! Так что… Поживём — увидим.       ***       Он медленно брёл по растрескавшейся земле, наблюдая за доболе знакомыми следами прошедшей пылевой бури. Небольшие барханы цвета кости, желтоватые острые камни. Всё это отдавало таким старым, почти забытым домом…       Ненавистным. Отвратительным. Но всё же домом.       Сколько он здесь не был?       К вершине нагорья вела узенькая тропа, давным-давно выбитая прямиком в скале. Наверняка это было не слишком сложно — здешние камни не отличаются прочностью. Ядовитые дожди и разного рода катаклизмы век за веком стачивали и ослабляли последнее пристанище его народа, будто бы затягивая пока ещё живых разумных всё глубже в жаждущую пасть зелёного монстра, именуемого джунглями.       Он видел тропики большого мира. И то, что сейчас шумело слева в низине, нельзя было назвать обыкновенными джунглями. Поскольку твари, что населяли этот мир, явно противоречили здравому смыслу. Слишком уж зубастые, клыкастые и ядовитые. Слишком. Совершенно неоправданно опасны.       — Занмель? — удивлённый женский голос отвлёк путника. Он поискал говорившую взгляд, и только спустя почти десяток секунд понял, что слова доносились откуда-то сверху. Видимо, с ниши над тропой.       И точно! Там стояла смутно знакомая агверка с аккуратными рожками. С крупной, крепкой фигурой, обтянутой цветастыми тряпками.       — Мы знакомы? — бесцветно спросил бывший Голос, впрочем, практически не испытывая интереса. Он слишком много прожил в этом поселении, чтобы удивляться наличию знакомых. Но и только. Ничего положительного об этом месте не вспоминалось. Почти ничего…       — Конечно, Зами! — с улыбкой протянула демоница, приглашающе махнув ему рукою. — Поспеши к вечерней трапезе, ребята будут рады тебя увидеть!       А вот он — нет. Над «уродом» слишком уж любили издеваться, особенно, как он сам теперь понимал, при косвенном влиянии Тлеющего золота. Иномирная тварь готовила свой будущий сосуд со всем тщанием, не стесняясь использовать для того совершенно скотские методы. И любые средства. В том числе и те, что по некому недоразумению искренне считали себя разумными существами.       Девушка уже упорхнула дальше по дороге, пока изменённый агвер продолжал слепо глядеть куда-то в сторону поселения. Он пытался воскресить в себе те старые чувства, ту ярость и боль, что толкали его вперёд сквозь препоны и козни врагов… Но не смог. Произошедшие недавно события слишком многое изменили в его жизни, чтобы вновь нестись по избранному когда-то пути.       Ложь и предательство покровителя. Или даже, признаваясь теперь самому себе, первого и единственного друга, отца и наставника. Благого бога, оказавшегося лишь паразитом на теле мира. Опасной дряни, ищущей боли и разрушения для всего вокруг…       Но бывший Голос мог честно сказать — ему всегда было глубоко плевать и на мир, и на его соплеменников. Ни то, ни другое не могло вызвать чувства во всеми забитом, униженном и морально растерзанном существе. Но вот предательство… Оно его надломило. Больно. Очень больно. Пусть он и смог в итоге отомстить, пусть и получил возможность для новой жизни… И даже вцепился в неё всеми своими конечностями… Но сможет ли он теперь когда-нибудь поверить другому существу? Хороший вопрос.       А между тем что-то с этим делать придётся. И быстро. Потому что задание ждать не будет.       Демон встрепенулся и двинулся дальше по дороге, постепенно вспоминая уже подзабытые места. Ну и кое-что изменилось за прошедшее время, этого не отнять. Что-то обрушилось, где-то пришлось выдалбливать новые проходы…       Деревня встретила настороженностью. Особенно со стороны его давних «друзей», уже успевших обзавестись и вторыми половинками, и даже детишками. Но за прошедшие года агверы, на которых он сейчас глядел, фигурою изменились лишь незначительно. Либо не занимаясь ратным делом, либо упражняясь исключительно в охоте. Да и пищи для подобных нагрузок у них было не слишком-то много.       А вот сам бывший Голос… Занмель… На службе у бога не только окреп и вытянулся, но и обзавёлся целым сонмом разнообразных даров. Броня, оружие, шрамы и татуировки, магические импланты и незаметные поначалу модификации тела. Не говоря уже об огромном росте, дополненном массивным телосложением. Да и новый патрон не обделил, обратив его в первого вампира-агвера. Мистически горящие красным глаза, в купе с чешуёй, рогами и розовой кожей, наконец завершили образ «настоящего христианского демона», чем бы это существо ни было. И стоило признаться, вид в зеркале внушал даже ему самому.       И подобная разница между ним и этими заморышами… Пусть и не сильно, но всё же разогревала кровь. Где-то глубоко внутри тихо попискивал червячок, жаждущей мести и чужой боли…       — Занмель, мы рады тебя видеть! — распихав мужчин племени, вперёд с проказливой улыбкой едва ли не выпрыгнула та самая, встреченная им по пути демоница. Всё столь же смутно знакомая… — Рады-рады, ты не думай! Многие говорили, что ты сгинул уже давным-давно…       Чуть в стороне с недовольным бурчанием выступил старый вождь… Ах да, он наконец вспомнил эту девушку! Яркая заводила и забияка, а также внучка лидера племени по совместительству. Как там её звали… Не важно.       — Я пришёл сюда, чтобы сообщить вам о грядущем. — игнорируя шепотки и чужие фразы, начал бывший Голос. Ему было глубоко плевать на чаяния этих разумных. — Внемлите мне или же нет — ваше право.       — Зан? — в поднявшемся гаме откуда-то справа раздался достаточно тихий, но для него — ясно различимый голос. Он не мог не узнать его. Он не мог не посмотреть на неё…       Уставшая. С ребёнком на руках. В каком-то тряпье. Рядом ещё один ребёнок и низкий, но широкий агвер. Его фигура, а также вечно ехидно-омерзительное выражение лица напомнили ему об одном жалком проходимце, что когда-то соперничал с ним за сердце милой девушки. Его первой любви. Которая, как видно, выбрала другого. Впрочем, это было ожидаемо — проигрыш был закономерен ещё тогда, десять лет назад. По многим причинам. И бывший Голос ушёл, попросив лишь одного — подождать. Не так уж и много по меркам агверов. Тем более, что озвученные ей доводы до сих пор кажутся ему достаточно разумными.       Она же… Ну, это полностью и безоговорочно её выбор. Не то, чтобы он не надеялся на иной исход… Хотя, признаться, и не очень-то ожидал его. Однако её внезапная, но такая приятная надежда и вера в его, Зана, силы могли бы воскресить в нем ответную веру в чудо. Ну и любовь, конечно же. Чувства к этой доброй улыбчивой девчонке до сих пор тлели где-то глубоко внутри…       Но он не даст им разгореться вновь. Поэтому взгляд бывшего Голоса Тлеющего золота, а ныне — первого из обагрённых воителей Семеликого, лишь на несколько мгновений замер на фигуре женщины. На её потерянном выражении лица, на хмурости её супруга. И двинулся дальше, более не отмечая выражений лиц.       Ему плевать. Глубоко плевать на них всех. Главное — выполнить текущую задачу. А потом — отправится в путь по здешним поселениям, агитируя за спасение в руках его бога. Ни больше, ни меньше.       Впрочем, его планам суждено было претерпеть некоторые изменения. Поскольку внучка вождя, достаточно умная и хитрая девица, прекрасно помнила свою любимую жертву из времён далёкого уже детства. И вполне успешно не только сравнивала изменения в его облике, но и смогла прикинуть, через что успел пройти один конкретный агвер. И ведь выжил! С прибытком, да ещё каким! А значит — сильный, удачливый и смышлёный. Такие всегда в цене. Такие либо погибают в безвестности, либо становятся великими вождями. И ей, как внучке лидера, да ещё и не желающей разменять свою судьбу на тухлые преференции соседнего бедного племени, было бы крайне желательно зацепить подобного индивида… Да хоть чем-нибудь!       Ну и экзотика, конечно. Самой влиятельной девушке нового поколения уже давным-давно приелись всё эти жалкие, заискивающие, лебезящие ухажеры. А тут — странный на вид воин, да ещё и с каменным, израненным сердцем! Ведь взгляд Занмеля на свою первую любовь она прекрасно заметила. И отметила. Ну и как тут не соблазниться суровым героем, прошедшим через сонмы бед и лишений?       Что же до его личного мнения… Ну право слово, её ли оно должно волновать? Бедняжка пока ещё просто не понимает, какое счастье ему достанется!..       А где-то в Домене продолжал тихо, но совершенно истерично смеяться один суровый тёмный бог. Везение у его нового последователя было и впрямь странным. Вроде бы жизнь и даёт многое, да только всё почему-то с оттяжечкой и по темечку.       ***       — Мы будем первыми, — прошелестел крупный арахномат, под конец скрежетнув хитиновыми жвалами.       — Одни? — с тревогой скрипнула схожая по форме, однако всё же несколько более изящная фигурка. Хитин её панциря был украшен небольшим орнаментом, а несколько более длинные и острые нижние конечности венчались крупными игловидными когтями. В то время как у её собеседника были скорее изогнутые, хватательные приспособления.       — Двуногие уже многое подготовили, — крупные руки гуманоидной части потянулись вперёд, чтобы мягко обнять супружницу. — К тому же там целый новый мир! Детям будет раздолье.       В ответ самка лишь волнительно прострекотала о том, что не простит глупой смерти своего партнёра. Увы, она не могла последовать за ним в новый мир, поскольку не так давно отложила яйца. Кому-то нужно было заботиться об их сохранности. Да и молодая слишком, чтобы рисковать здоровьем где-нибудь на чужбине. Гнездо не отпустит.       Теоретически она сможет родить вновь даже при смерти партнёра. Семенной материал ведь сохранён, и его хватит ещё на три-четыре кладки. Однако этот факт почему-то её совершенно не успокаивал. Слишком уж привыкли они к порядкам двуногих, особенно среди молодёжи.       Одно было хорошо — над миром тем усердно поработал их бог, а значит опасность будет найти достаточно трудно. По крайней мере такую, что станет охотится за взрослым арахноматом. Но всё же погибнуть можно по многим причинам, их ли расе о том не знать…