События каждого дня

- Кирилл Всеволодович, придется ехать в больницу. Павел Егорович, личный врач Гречкиных, выглядел расстроенным. Он был врачом широкого профиля, но с двусторонней пневмонией справиться не смог бы. И явно видел, что у пациента состояние ухудшается с каждым днем, а то и часом. Нужно постоянное наблюдение, и в крайнем случае – аппарат ИВЛ. Кирилл тяжело дышал и порой кашлял. И мотал головой. - Не поеду. Дима, сидевший рядом с Кириллом и обнимавший его, тоже сказал: - Кирюш, надо. - Будет хуже, «Скорую» вызовем. - Кирь, никакая скорая не приедет мгновенно. А счет порой идет на минуты, на доли минут. Врач с удовольствием понял, что несговорчивого пациента удалось уговорить. Кир не сказал ни слова, только кивнул Диме. Мол, ладно. Сейчас ему было совсем худо. - Так, поедем в Двадцатую, я сейчас с врачом созвонюсь, там и палата есть одноместная. И персонал отличный, а главное, лечение будет правильное. Павел Евгеньевич сразу обрел бодрость духа. Дима помчался собирать все нужное в больницу. А Кирилл так и сидел, кутаясь в плед. И порой крупно вздрагивал - не то от озноба, не то от страха. Дима быстро сложил в сумку все необходимое и снова сел рядом, обнял любимого: - Кирюш, ну не нервничай ты так. Понимаю, больница не ночной клуб. Но ты приедешь домой, когда тебе станет лучше. Пойми, двустороннее воспаление это опасно. Тем более, в нашем климате. - Могут быть рубцы на легких, - подсказал врач, закончив телефонный разговор. - Вот, Левашов Анатолий Максимович, прекрасный доктор, пульмонолог, будет лично вести тебя. Он сегодня выходной, но приедет через пару часов, мы как раз доберемся, вас положат, оформят. - А Дима? – в первый раз за весь вечер подал голос Кир. - Диму не пустят, к сожалению. - Кирюш, мы же будем по вацапу звонить друг другу, сколько захочешь. И это на несколько дней. А потом я возьму отгулы и побуду с тобой. В машине Павла Егоровича Кир прошептал только одно: - Мне страшно.       В приемном покое их явно ждали. Кирилла посадили на кресло-каталку, чтоб ен нужно было ходить и напрягаться. Медсестра забрала сумку с вещами. Документы оформили, можно сказать, на ходу. - А вам, Дмитрий Евгеньевич, можно ехать домой. Хотите, подвезу? - Не надо, - ответил Дима, я сам доберусь. И спасибо вам. - Не за что, это моя работа. Я сам буду держать, так сказать руку на пульсе.        Диме было очень тоскливо возвращаться домой, в пустую квартиру. Но он уже знал, чем заняться. Сейчас надо снять постельное и сунуть в стиралку, перестирать вещи Кирюши – пижамы и футболки. И вообще, посмотреть, можно ли провести клининг, а лучше – дезинфекцию квартиры. Правда, ничего толкового не нашел и вымыл квартиру сам, с помощью «Доместоса» и других средств для дезинфекции. Монотонная работа отвлекала от тоскливых мыслей. И вспоминались слова мамы – если худо на душе, прибери в квартире. Вычистил ванну, туалет, протер пол и все поверхности. Открыл окна, чтоб проветрить, как следует – квартира сильно пропахла хлоркой. Умаялся полностью, и свалился спать в девять вечера. Правда, телефон не выключил, наоборот, положил рядом с собой. И сквозь сон вслушивался – думал, что Кир позвонит. Но он не звонил. И снилась какая-то ерунда, черные катакомбы, где он безуспешно искал Кирилла. А найти не мог, поворачивая все время не туда.       Звонков не было долго. Но к восьми позвонил Павел Егорович, и сказал, что пневмония вызвана золотистым стафиллококом. Что у Кирилла сразу взяли все возможные анализы, а ночью пришлось-таки подключить к аппарату ИВЛ. С тяжелым сердцем Дима отправился на работу. В голову ничего не лезло. Хорошо, что дел много не было. Квартирная кража, причем хозяйка подозревала племянника, подростка, связавшегося с дурной компанией. Попытка вынести палку сервелата под пальто из супермаркета. И заявление от бабуси по поводу потерявшегося пуделя. Цветков культурно переадресовал бабусю с пуделем Диме, сказав, что лейтенант Дубин обожает животных и непременно найдет собачку. Дима лично распечатал на принтере объявления с фотографией «потеряшки», сказал, что надо расклеить везде, где она часто гуляла с песиком. И дал бабуле свой номер телефона, чтоб позвонила, если собака найдется-таки.       Кирилл позвонил часам к пяти. К тому времени Дима успел помочь Грому с документами, вспомнить «двенадцать холодильников» и выпить кофе из кофемашины. - Привет, - тихо сказал Кир, - я скучаю, Дим. Димка вылетел на крыльцо, там было лучше слышно и не хотелось делать разговор с любимым достоянием всех ушей в опенспейсе. Хотя ничего такого секретного Дима говорить не собирался. - Кирюшка, как ты там? - Лежу. Уколы каждые три часа. Ночью совсем худо было. И знаешь… может и хорошо, что в больницу вы меня отправили. Иначе б ночью совсем скопытился. Говорить Кириллу было нелегко, он кашлял после каждого слова. - Родной мой, я тоже скучаю. Но тебе пока надо лечиться. К тебе не пускают, но передачку можно. Тебе что привезти? - Ничего не надо. Я к тебе хочу. - Я тоже хочу. Все пройдет, Кирь. Я тут пуделя ищу, представляешь? - Желаю удачи, пускай найдется.       Домой Кирилла выписали через неделю. И весь персонал с облегчением вздохнул. Одна медсестра сказала другой, что даже пожилые пациентки не всегда бывают такими капризными и требовательными, как этот двадцатилетний парень. Лечение было не окончено, но врач сказал, что есть опасность подхватить повторную инфекцию в больнице. Так что целесообразнее будет долечиваться дома. И расписал схему лечения для Павла Егоровича. Дима на радостях отпросился у полковника Прокопенко и полетел в больницу за Кириллом. Тот выглядел пока неважно, но улыбался вполне искренне. В такси Дима читал список лекарств и процедур: - Кирюш, буду учиться делать тебе пальцевый массаж. - Это я всегда с удовольствием. - Да не тот массаж, о котором ты думаешь. Дома Дима помог Кириллу выкупаться, высушил феном волосы и кое-как впихнул в него полезные овощи с курицей и рисом. Кир одолел пару ложек, выпил чаю и залез наверх. - Дома-то так хорошо. И дышится легче. - Дома и стены помогают, - Дима обнял Кирилла. Как выяснилось, «тот массаж», он же эротический, Кирилл пока не принимал. - У меня не задница, а один сплошной укол, - он приспустил пижамные штаны, показывая больные места. - Ой, бедолага. Давай, йодную сетку сделаю. Кир вытаращил глаза: - Йодную? Это же больно! - Нисколько. Там же не открытая рана. Наоборот, будет лучше со временем. Кир закрыл глаза. Сил было совсем мало. - Димка, я так соскучился по тебе… Хорошо так дома, с тобой. - И я скучал. Спи, родной. Едва Кирилл начал засыпать, как зазвонил телефон. - Дмитрий Евгеньевич, - Дима без труда узнал голос старушки, - знаете, Ярик нашелся. Дима не сразу догадался, что Ярик – это кличка пуделя. - Вот и хорошо. Не выпускайте больше без поводка. Дима нажал "Отбой". отключил телефон и прилег рядом с Кириллом. Похоже, все налаживается.