Всё дело в вине

      Эва вошла внутрь и закрыла за собой дверь. Комната, в которой она оказалась, была незнакомой. Оглядевшись, Эва отметила недешевую обстановку и некоторые откровенно роскошные предметы. Дом явно принадлежал какому-то богатому и высокопоставленному человеку. Пройдя вдоль стеллажа с папирусами, Эва огладила некоторые из них рукой. Человек, которому принадлежала эта комната, был не просто каким-то зажиточным торговцем.       — Что ты здесь делаешь?       Знакомый мужской голос заставил Эву вздрогнуть и испуганно обернуться назад. Ее глаза удивленно расширились, когда она увидела перед собой Амена. Он был последним человеком, которого она хотела бы увидеть в незнакомом доме и наедине. Воспоминания о том, как он душил ее в заброшенном доме во время бури, были ещё свежими, хотя прошло какое-то время. Эва отметила, что Амен выглядел точно так же, как она его помнила, лишь небольшая складка недовольства пролегла между его бровей. Подумав, что эта встреча неприятна им обоим, Эва почувствовала, как участилось её сердцебиение. Амен был опасен: и как охотник, и как мужчина. Он вызывал так много противоречивых чувств в душе Эвы, что она никак не могла понять, как относилась к нему.       Спрятав взгляд, Эва ляпнула первое, что пришло на ум и показалось хорошим оправданием:       — Реммао сейчас придёт.       Её слова почему-то подействовали на Амена не так, как она ожидала. Он продолжал хмуриться и с нескрываемым раздражением смотреть на неё.       — И что же вам с Реммао понадобилось в моем кабинете? — спокойно спросил Амен, и складка между его бровями разгладилась.       Эва уловила в его словах толику удивления. Он не ожидал увидеть ее в своем кабинете, а Эва и сама с трудом бы могла назвать причину своего пребывания в доме Амена. Оставалось надеяться, что Реммао спасёт ситуацию.       — Я веду летопись, — попыталась оправдаться Эва.       Она понимала, Амен и сам это прекрасно знал, ведь именно по его приказу она и её друзья поехали в Фивы.       — Я спросил, что ТЫ здесь делаешь? — недовольно произнес Амен.       От его тона Эве стало обидно. Казалось, что его раздражало даже само её присутствие, хотя она ничего плохого ему не сделала. Эва лихорадочно соображала, что ответить, и как объяснить, что в отсутствие Амена оказалась в его кабинете. Вспомнив про стеллаж с папирусами, она поняла, что должна сказать:       — Ты сам привёз меня для того, чтобы вести летопись, а теперь гонишь. Для чего было везти нас так далеко, чтобы потом не давать делать свою работу?       Высказавшись, Эва грозно посмотрела на Амена. Он пугал её чуть меньше чем Амт и чуть больше чем смерть. Амен покачал головой, но ничего не сказал. Недаром она выучила одну простую истину: лучшая защита — это нападение. Не в первый раз Эва замечала, что её резкие замечания заставляли Амена задуматься и перестать нападать на неё с вопросами. Гордо вскинув голову, она уже собралась уйти, но он удержал её, схватив за руку. Яркими образами в голове Эвы вспыхнули воспоминания о сцене в заброшенном доме по пути в Фивы. В тот раз Амен был настроен очень серьёзно, и Эва даже боялась, что он мог причинить ей вред, но всё обошлось. В этот раз он был настроен не менее решительно, но по-другому. Смело смотря в его голубые глаза, Эва чувствовала, что Амен злился, но не на неё, а на себя. Эта мысль была странной, и оттого немного пугала. С чего бы Амену злиться на себя, если она проникла в его дом без разрешения? Этого Эва понять не могла. Амен смотрел ей в глаза и молчал. Хватка на плече Эвы ослабла, а затем ладонь Амена скользнула вверх по руке, нежно поглаживая.       Взгляд Амена тоже смягчился, и Эва совсем растерялась, не понимая, что происходило между ними. Его прикосновения волновали Эву, но страх перед Аменом полностью не отступал.       — Эва, — тихо позвал Амен, привлекая её внимание к себе.       Это был первый раз, когда он обратился к ней не полным именем, и это тоже было приятно. Эва почувствовала, как сильно за короткое время изменилась атмосфера в помещении. Стало тяжелее дышать. Амен медленно наклонился к ней чуть ближе, его голая грудь быстро вздымалась. Эва поняла: он хотел поцеловать её. Это ощущалось в воздухе почти магическим образом. К такому быстрому развитию событий Эва была не готова. Нужно было остановить Амена, пока всё не зашло слишком далеко. Эва тут же уложила свою ладонь на грудь Амена и слегка надавила, отталкивая.       — Мы не настолько хорошо знакомы, — твердо произнесла она и добавила: — А я не уличная девка.       Эва ожидала, что он разозлиться или, наоборот, внешне останется абсолютно спокойным, но чего она точно не ожидала, так это увидеть красные всполохи за спиной Амена и по всему периметру кабинета. Эва осознала, что это всё ей снилось. Как будто она практиковала онейромантию под присмотром Реммао с той лишь странностью, что заказчиком был сам Амен. Ведь именно в его сне она находилась, шезму же не видели сны.       Эва осмотрела кабинет Амена, всё было точно также как во сне Феонои. Красная дымка ползла по полу и клубилась в углах. Запоздало поняв, что во сне Амен находился под действием Голубого вина, Эва перевела взгляд на свою ладонь, продолжавшую лежать на груди Амена. Под ладонью ощущалось сильное сердцебиение, а прямо из середины груди Амена тянулась тонкая красная нить. Уже догадавшись, где она заканчивалась, Эва пробежала по ней взглядом и обнаружила второй конец на своей груди. От Эвы к Амену тоже тянулась нить только чёрная. Страх. Страх быть пойманной, страх быть казненной и совсем чуть-чуть страх влюбиться.       Эва подняла голову и посмотрела Амену в глаза. Он смотрел на нее помутневшим взглядом, и это пугало и льстило одновременно. Амен никак не отреагировал на её слова, не пытался ни приблизиться к ней, ни отстраниться от неё. Это озадачивало Эву. Она и сама не понимала, чего хотела в тот самый миг. Близость Амена была приятной, нежной и ненавязчивой. Он не пытался облапать всё её тело помимо ее воли, а лишь легонько поглаживал её предплечье кончиками пальцев. То, как он смотрел и как прикасался к ней, вызывало странные чувства. Подпитывалось ли возбуждение страхом, или страх возбуждением, Эва совсем запуталась. Вздохнув, она постаралась взять себя в руки. Нужно было уйти, пока ничего не случилось. Пусть это был всего лишь сон, но это был сон Амена, и только боги знали, что он хотел и мог с ней сделать во сне.       — Тебе не стоило приходить, Эва, — произнес Амен, и она ясно поняла, что не стоило.       Не стоило ни теперь, когда они оба находились под воздействием Голубого вина, ни когда-либо ещё, ведь этот мужчина олицетворял всё, чего должна была бояться Эва как шезму и как женщина. Он был опасен и привлекателен, что и делало его в глазах Эвы таким интересным. Красная нить, связывавшая их, говорила о том, что они оба испытывали страсть друг к другу. Только ли от Голубого вина, задавалась вопросом Эва.       — Я пришла не по своей воле.       — Тогда ты вольна уйти.       Амен отступил на шаг, давая Эве возможность уйти. И тут бы ей воспользоваться его щедростью и уйти, проснувшись в заброшенном доме в окрестностях Сиута, но, видимо, в ней заговорило Голубое вино:       — Я уйду, когда пожелаю.       Амен усмехнулся её ответу и снова приблизился к ней. На этот раз обе его руки заскользили по предплечьям Эвы, согревая и лаская одновременно. Эва снова уложила свою ладонь на грудь Амена, но отталкивать не стала. Провела по ней кончиками пальцев, ощущая рельеф мышц, тяжелые удары сердца и твёрдые бугорки сосков. Ничего интимнее с ней ещё не происходило, ни до одного мужчины Эва не дотрагивалась так открыто. И это возбуждало не только интерес, но и самое настоящее желание.       — Скажи, когда захочешь, чтобы я поцеловал тебя, — прошептал Амен, и его дыхание обожгло лицо Эвы.       Она никогда не думала так о нём до недавнего времени, а сейчас готова была позволить поцеловать себя. Здравый смысл и безрассудное женское любопытство боролись в Эве недолго. То ли воздействие Голубого вина оказалось слишком сильным, то ли Амен ей действительно очень нравился, но Эва решила рискнуть и поцеловать его самостоятельно. Решительно поднявшись на носочки, она обхватила лицо Амена ладонями и мягко прижалась к его губам. Реакция последовала незамедлительно: Амен притянул её к себе, обнял за талию и тут же превратил невинный, почти детский чмок в настоящий обжигающий страстью поцелуй. Даже с закрытыми глазами Эва знала, что вокруг взметнулись красные всполохи, заполонив весь кабинет. В груди отчетливо ощущалось приятное тепло то ли от красной ниточки страсти, что соединяла ее и Амена, то ли от его разгоряченного страстью тела. Эва податливо открывала рот, и позволяла Амену делать все, чего он хотел: от страстных поцелуев до не менее страстных и голодных ласк его рук по всему ее телу. Оторвавшись от его губ, Эва посмотрела наверх, ища взглядом глаза Амена. Его голубые радужки потонули в темноте страсти, делая взгляд глубоким и опасным. Эва чувствовала горячее дыхание Амена на своем лице и грудью ощущала его часто вздымающуюся грудь. Он больше не срывался на поцелуи, лишь нежно оглаживал ладонями предплечья и плечи Эвы. Тонкие завязки ее топа медленно двигались под его большими ладонями, норовя соскользнуть с плеч.       — У тебя были мужчины?       Вопрос Амена набатом раздался в голове Эвы. Он предвещал опасность, новую грань близости между ней и Аменом, и Эва решила не врать:       — Не было.       Красный языки вспыхнули, как при добавлении масла вспыхивает огонь. Дыхание Амена стало прерывистым и поверхностным, а красная ниточка, соединявшая их, стала толще и ярче. Страсть разгорелась с новой силой, а поцелуи Амена стали глубже и яростнее. Тонкие лямки топа скатились с плеч Эвы не без помощи пальцев Амена. Губами он коснулся ее щек, шеи, медленно перешел на плечи. Амен на мгновение остановился, помог тонкой ткани топа соскользнуть вниз на живот Эвы и жадным взглядом обвел ее грудь. Эва почувствовала, как под его взглядом напряглись соски. Амен прикоснулся к ним, обвел кругом ореолы, а потом зажал их между пальцами. Внутри Эвы поднялась волна напряжения и скатилась вниз, обосновавшись внизу живота. Амен сжал ее груди ладонями, а затем, прижав их друг к другу, взял в рот сосок и медленно обвел языком. Ноги Эвы непроизвольно сжались, а рот приоткрылся в немом стоне. В голове проскользнула одинокая мысль о том, что она не должна позволить случиться своей первой близости вот так, во сне. Додумывав эту мысль до конца, Эва ощутила, как ладони Амена скользнули по ее талии, задержались на бедрах, и без всякого стеснения оказались у нее под юбкой. Пальцами Амен медленно и успокаивающе поглаживал живот обеспокоенной Эвы.       — Не бойся, — тихо шепнул Амен ей на ушко. — Тебе понравится.       Эва не могла до конца расслабиться, не зная чего ожидать от Амена. Его обещанию хотелось верить, но неизвестность пугала.       — Мне не будет больно? — спросила Эва.       — Нет, — пообещал Амен, рукой скользнув ниже, туда, где ноги Эвы были плотно сжаты между собой.       Эва колебалась, не понимая, как могла довериться Амену, которого едва знала, который угрожал ей при каждой их встрече и который чуть не задушил ее своими руками. Она испуганно вздрогнула, когда Амен обхватил ее шею, а второй продолжил нежно поглаживать живот. На этот раз пальцы на шее не душили, а, едва прикасаясь, скользили по коже. Эва расслабилась, поняв, что Амен не собирался причинять ей вред.       — Не бойся, — все также тихо на ухо повторил ей Амен, и Эва перестала бояться.       Последние ростки настороженности погибли, в тот момент, когда рука Амена оказалась у нее между ног. Его пальцы бережно и нежно огладили самые интимные места Эвы. Было в этих прикосновениях что-то захватывающее и пугающее. Подчиняться и доверять человеку, который ее пугал, Эве никогда не приходилось. А сейчас после всего того что произошло в Гермополе, посреди песчаной бури, у нее не возникало сомнений, что Амену можно было доверять. Может быть, виной всему было знание, что все это всего лишь сон? Или так действовало Голубое вино, разжигая страсть и притупляя страх?       Поцелуй не заставил себя долго ждать. Эва закрыла глаза, наслаждаясь ласками языка и пальцев. Страсть Амена ощущалась все явственнее и в его стремлении теснее прижаться к Эве всем своим телом и в умелых движениях языка и пальцев. Когда один из них проник внутрь, Эва прервала поцелуй. Глаза Амена были темными и пустыми. Кроме огня страсти Эва не нашла в их глубине ничего. Огонь поглотил сознание Амена и манил Эву отринуть страх и сомнения и присоединиться к нему. Палец Амена, медленно набирая скорость, двигался внутри Эвы. Она, с трудом соображая, пыталась уловить хоть малейшие проблески боли, но не могла. Все, что делал, Амен доставляло удовольствие, нагнетало напряжение и сулило неминуемый взрыв эмоций. Эва покорилась огню, ей больше не было страшно, что Амен причинит ей боль. Ей просто хотелось, чтобы его прикосновения продолжали доставлять ей удовольствие, открывая новый мир близости между мужчиной и женщиной. Как будто поняв ее желание, Амен поцеловал ее в губы, потом спустился дорожкой поцелуев от подбородка до груди. Обхватил губами сосок и чувственно поиграл с ним языком. Эва глухо застонала. Амен тут же выпустил ее сосок изо рта и с довольной усмешкой посмотрел на Эву. Он ускорил движения пальцем, а затем, как только почувствовал, что Эву начала накрывать волна наслаждения, убрал его. Эва протестующе вскрикнула и, обхватив насколько могла предплечье Амена пальцами, впилась в него ногтями. Амен смотрел на нее лишь мгновение, а затем опустился на колени и поцеловал в живот. Эва непонимающе на него посмотрела, ожидая дальнейших действий. Проведя рукой по бедру Эвы, Амен подхватил ее ногу под колено и закинул к себе на плечо. Эва неуклюже подпрыгнула на одной ноге, чтобы оказаться ближе к нему. Неровное дыхание Амена согревало кожу ниже груди, а его взгляд был направлен ниже, от этого становилось неловко. Эва сделала попытку узнать, что происходило, взволнованно спросив:       — Что ты хочешь сделать?       Амен не ответил на ее вопрос, добрался до ремня, удерживавшего ее юбку, и расстегнул его. Яркая ткань бесшумно упала на пол, и лишь затем звякнул об пол ремень. Эва смущенно сжалась под пристальным взглядом Амена. Он вызывал стеснение и желание прикрыть наготу. Амен поднял голову и посмотрел на Эву.       — Слишком низко, тебе придется лечь, — властно произнес Амен.       У Эвы не возникло мысли ослушаться, хотя она не понимала для чего ей ложиться на пол. Она опустилась на колени напротив Амена. Ее взгляд уперся в его грудь, на которой россыпью красовались шрамы. Несмело проведя по одному из них рукой, Эва подняла на Амена глаза. Он перехватил ее ладонь своей и убрал от своей груди, а затем настойчиво повторил:       — Ложись.       Эва опустилась на пол. Амен тут же навис над ней. Его тело приятно придавливало ее, но Эва знала, что Амен не прижимался к ней всем своим весом, иначе бы раздавил. Она понимала, что он не причинит ей вреда, но все равно взволнованно дышала, не понимая, что произойдет дальше. Заметив ее беспокойство, Амен нежно поцеловал ее. Напряженная Эва немного расслабилась и отдалась поцелую. Угасшее было возбуждение вспыхнуло с новой силой, когда нежность губ Амена переросла в страсть. Эва обхватила его руками, прижимаясь ближе. Контакт с его телом все еще не казался достаточно близким. Амен целовал ее жадно и так же жадно ласкал ее тело. Сжимал ладонями то грудь, то бедра, но больше не касался ее внизу живота, а этого Эва хотела, помня те невероятные ощущения, которые испытывала от его прикосновений. Сжимать ноги больше не было смысла: как бы сильно Эва не прижимала их друг к другу, но похожих на прикосновения Амена ощущений не испытывала. Рукой Амен скользнул по ее бедру до колена, и, подхватив ногу, заставил поднять ее вверх. Его собственные бедра, надежно спрятанные под схенти, ближе прижались к Эве. Она поняла, что так прикасаться к Амену было даже приятнее, и тут же развела ноги, позволяя ему устроиться между них. Он голодно толкнул свои бедра ближе, и Эва ощутила твердость его возбуждения. Амен толкнулся вперед еще раз, прижимаясь еще ближе, и Эва поняла, что такие прикосновения тоже были приятными. Еще несколько несдержанных толчков и Эва впилась ногтями в спину Амена. Он отстранился, и Эва немного испугалась, что сделала что-то не то.       — Что-то не так? — взволнованно спросила она.       Амен отрицательно покачал головой, и Эва испытала облегчение. Все шло правильно, и ей нечего было бояться. Амен сел на колени и окинул ее полным страсти взглядом. Эва поспешно поднялась на локтях и хотела было подтянуть к себе ноги, но он не позволил, удержав за щиколотки.       — Ты очень красивая, Эва.       Его голос охрип и стал ниже. От его слов Эва испытала восторг, а следом неловкость. Взглядом Амен прошёлся по ее лицу, скользнул по груди, а затем обосновался внизу ее живота. Эва поспешно прикрылась ладонью, пальцами непроизвольно коснувшись себя. Там было влажно и горячо, а легкое прикосновение доставляло удовольствие. Эва нерешительно провела пальцем, ища то место, куда входил палец Амена. От прикосновения к маленькой выпуклости возле входа по телу прошел электрический ток. Не удержавшись, Эва провела по ней еще раз и еще. Тело откликалось на ласку и под пальцами становилось мокро. Эва подняла взгляд на Амена, он внимательно наблюдал за каждым ее движением. Заметив его жадный взгляд, Эва ввела палец внутрь себя. Он почти не ощущался внутри по сравнению с пальцем Амена. Попробовав еще несколько раз ввести и вывести его, Эва сдалась и прибавила второй палец. Так стало приятнее. Раздвинув шире ноги, Эва продолжала двигать пальцами и смотреть на Амена. Сначала сидевший неподвижно Амен прижал ладонь к паху, там где схенти неприлично топорщилось. А затем несколько раз провел рукой по твердой выпуклости прямо по ткани. Эва догадалась, что то, что скрывалось под тканью, вполне могло заменить и его, и ее пальцы, а на вид и целую ладонь Эвы. Эта мысль отчего-то не напугала. Эва быстрее задвигала пальцами, почувствовав, как пульсировало и сжималось вокруг пальцев ее тело. Опустившись спиной на пол, Эва закрыла глаза, отдавшись ощущениям. Почувствовав, как ладони Амена легли на ее бедра, Эва улыбнулась. Она совсем не ожидала, что эти самые руки в следующее мгновение рванут ее вниз, ближе к Амену. Испуганно вскрикнув, Эва открыла глаза. Светлая макушка Амена мелькнула перед ней и опустилась вниз, туда, где была ее ладонь. Дыхание Амена обожгло нежную кожу внутренней стороны бедра, и Эва поняла, что целовать можно не только в губы.