Песочные часы.

— Сайно! — воскликнул Тигнари и, резко сорвавшись с места, рванул в теплые объятия, слегка шокированного блондина. Сомкнув за спиной фенека грубоватые ладони, генерал прижал его к себе, в который раз удивляясь миниатюрности тела парня. Мягкий запах белого лотоса и утренней влаги весеннего леса нежно окутал Сайно и он, глубоко вдыхая, пытался будто впитать в себя любимый аромат, позволяя телу медленно в нем растворяться. Но Тигнари поспешил избавить генерала от желанного удовольствия, резко отрывая его от себя и, крепко удерживая за плечи, начал всматриваться в недовольное лицо напротив: — Ты не ранен? — тонкие пальцы резко хлопнули Сайно по щекам, вытолкнув из генерала эмоцию чистого недоумения, начали изучать каждый сантиметр кожи в поисках увечий. — Переживаешь? — Сайно перенял инициативу теплых прикосновений на себя, бережно накрыв бледную ладонь своей, ощутив при этом мелкую дрожь и заметный испуг в глазах напротив. Генерал бережно сжал чужую ладонь и, проводя костяшками пальцев по собственной щеке, нежно поцеловал. Смотря на лицо Тигнари в этот момент, можно было бы создать полую карту эмоций человека. Недоумение сменилось полной потерянностью, а затем перекочевало на алый румянец, в долю секунды разлившийся по бледноватым щекам. — Т-ты, что творишь?! — собрав мозги в кучку шикнул Тигнари, опасаясь за то, как он выглядел, ведь по лицу напротив растеклась наглая ухмылка. — А мне разве нельзя поцеловать… — Нет нельзя! — фенек поспешил оборвать драматично-наигранный тон, все больше смущаясь. По непонятным причинам, сердце бешено заколотилось а циркулирующая кровь шумела в ушах. Тем не менее, Тигнари успел заметить приятно обжигающую температуру смуглой ладони, накрывшей его руку. Болван, констатировал внутренний голос, резко обрывая приятный момент. Самый настоящий болван. — Эээх, — грустно вздохнул парень. — А я то думал, что дома меня примут радушно. А тут такая незаслуженная жестокость… — Тигнари треснул генерала той же рукой по голове: — Заслуженная! Еще и как! — буркнул фенек, но не смог продолжить, внезапно заметив чью-то миниатюрную ладошку, боязно сжимающую край черного плаща. Подняв на Сайно взгляд полный удивления, фенек пытался понять, что к чему. А генерал, тем временем, кивнул, осторожно отойдя от фигурки. Тигнари увидел маленькую девочку, с ярко зелеными волосами, робко обращающая свой ясный взор на фенека и весьма заинтересованно изучая его уши и кончик хвоста. Она напоминала маленького, загнанного крольчонка, покинутого мамой в малом возрасте. Тем временем Тигнари переводил взгляд с Сайно на ребенка, а потом обратно на Сайно. В его взгляде читалось полнейшее недоумение, а темные бровки изогнулись в вопросительном знаке. Сайно вздохнул и, будто рядом с ним находилось аж два неопытных и боязких ребенка, положив руку фенеку на плече, слегка придавил опуская на корточки. Тигнари заметил, как девочка нервно сглотнула но назад не отшатнулась, будто бы показывая, что она готова принять любого рода удар. /— Генерал… эээ… Сайно? — Да, в чем дело? — Скажи, — девочка замялась. — А Тигнари… он какой? — Мммм… Тигнари добрый. И добр он ко всем, без исключения. Если нас можно было бы сравнить, то он — яркое солнце, а я беспросветная тьма. Иногда, мне кажется, что он потомок небес, спустившийся на землю дабы стать образцом чего-то идеального, — задумчиво протянул Сайно. — Ты главное не бойся. — Аа, ясно… — Коллеи кивнула. — А как он выглядит? — Пхах. Он действительно, что-то с чем-то, — аж расцвел парень. — В его генетический код заложены уши и, пушистый словно облако, хвост, который, как оказалось, нуждаеться в определенных маслах, иначе все — гаплык, — Коллеи засмеялась. — А он разрешает к ним прикасаться? — Да я не то чтобы спрашивал… Пару раз по чистой случайности проводил рукой. Но я точно уверен, что он тебе не откажет, — подбодрил Сайно. — Надеюсь…/ Увидев то, что оба объекта с зелеными деталями в волосах пилят друг друга взглядами, Сайно сделал вывод, что так и до дыр не далеко. — Коллеи, знакомься, это Тигнари! — как можно веселее представил их друг-другу генерал. — Очень приятно познакомиться, — фенек вытянул вперёд правую руку, ожидая, что Коллеи поступит так же. Но девочка резко зажмурилась и, будто бы стала в два раза меньше, сжав миниатюрные плечи и прикрыв ладошками лицо. Складывалось ощущение, будто это была оборонительная позиция, а ее автор боялся нападения. Сайно, вылупив глаза, наблюдал за тем, как фенек протянул руку дальше, молча касаясь дрожащей руки а потом прижал к себе, заключая в надежные объятия. В этот момент, по непонятным ему причинам, сердце Сайно болезненно сжалось, заставляя, не отводя взгляда, наблюдать за тонкими пальцами, сомкнувшимися на чужой спине. Вскоре, на него обернулся, полный боли и сопереживания, взгляд. Правда, на сей раз изумрудные глаза мерцали также и ответственностью вперемешку с решительностью. Сайно беззвучно спросил, а Тигнари, также беззвучно, ответил — да, мы идем домой. *** А они всю дорогу держались за руки, прокомментировал ситуацию внутренний голос, заставляя сердце генерала забиться еще быстрее. Он представил себе те же тонкие пальцы, сжимающие его ладонь. Гладящие по волосам. Проводящие невидимым пламенем по губам… — Сайно, ты точно нигде не поранился? — А, нет, с чего ты такое подумал? — Лицо у тебя больно сложное, — задумчиво изучая моську генерала, сказал Тигнари. — Да? А. Не обращай внимание, я просто слегка подустал, — сохраняя холоднокровие, заверил Сайно, но все же отвернулся, скрывая легкий румянец. Почему сердце колотиться? Что вообще происходит!? — Хмммм, — его панические раздумья были прерваны, тыльной стороной одной бледной ладони, приложенной к его лбу. — Температуры вроде нет.., — задумчиво промолвил фенек. — Тогда чего ты так раскраснелся? Не желая больше слушать биения, буквально очумевшего от скорости, сердца, Сайно намеренно шагнул быстрее и дальше, воскликнув при этом: — Ты на ключ запирал? — Вроде да. *** Сайно усадили на кухню со словами «свари кофе, пожалуйста», но произнесена была она в стиле: а потом сам же его выпей и не мешай мне. Тем временем Тигнари затащил Коллеи в ванную, с явным намерением привести ребенка в порядок. За время их дороги домой, Коллеи знатно устала, хоть и не упоминала о своем состоянии. Фенек, подобно рентгену, просканировал ее состояние и буквально с порога обрушил на девочку пяти тонную глыбу собственной заботы. Выслушивая не редкие «Ай! Ой! Уииии!», Сайно почему-то пожалел наивного ребенка. В какой-то момент, генерал подумал, что мирно слинять оттуда было бы не такой уж и плохой идеей. Тихонько отрывая зад от табуретки и по возможности бесшумно пересекая «опасную зону» в районе двери в ванную комнату, как вдруг, в нос прилетело что-то твердое и сбило его с ног. В глазах очень резко потемнело а из носа заструилась теплая кровь, противно текующая за шиворот. — Грх, — генерал ухватился за голову, но пришедший по ней удар оказался слишком сильным и когда комната постепенно поплыла, было уже поздно что-либо предпринимать. *** — Не дергайся. — Угрх, — раздалось в ответ, приглушено недовольное. — Ай-ай-ай, печет! — Коллеи, ты же понимаешь, что без этого будет еще хуже, — спокойным но достаточно твердым тоном отрезал Тигнари. — Да, — уже чуть ли не рыча буркнула девочка. Лица ее Сайно не видел, но мог уверенно сказать, что темно-зеленые бровки были насуплены а в складочках на лбу залегло упрямое отрицание. — А вдруг не поможет? И я буду терпеть сейчас и терпеть потом… Сайно буквально кожей чувствовал зловещую ауру, исходящую из другого конца комнаты. Ему захотелось забрать Коллеи и вместе с ней сбежать куда подальше. В это плане было два, достаточно заманчивых, пункта: первый — ребенка перестанут мучать; второй — вероятность того, что он сам попадет под раздачу, уменшаеться как минимум вдвое. По неизвестным ему причинам, в черепной коробке звенело, а нос и голова очень ныли, заставляя закрыть глаза и даже не пытаться вспомнить, что с ним случилось. — Если ты, сейчас же, не перестанешь возражать, то будешь мучиться от боли и через тридцать и через сорок лет и всю жизнь, — Изумрудные глаза метали чертей а, голос обзавелся стальными нотками. Парень бурно жестикулировал, вспомогательными средствами для чего были флакончики разных форм и марля, словно шаль трепещущая при каждом движении руки. — Ты могла занести в рану самые различные типы инфекций! Кто знает, что завтра случиться, может ты мутируешь и обзаведешься хвостом с ушами?! Или у тебя третий глаз на лбу образуется!? — Кхем, Тигнари, — фенек обратил на Коллеи грозный взгляд. — А ты в детстве тоже, это, кхм, тоже уши-хвостовую инфекцию подхватил? — Пхахаха! — на этот раз, не выдержал Сайно, разразившись звонким смехом, о котором тут таки пожалел. — Очнулся значит…, — протянул Тигнари тоном аля «готовь задницу, тебе крышка», попутно испепеляя генерала взглядом и перебрасывая из руки в руку, явно не легкую, деревянную бобину с марлей, будучи всерьез намеренным прицелиться ею Сайно в голову, от чего у последнего за шиворотом пробежал холодок. С Тигнари явно что-то произошло… Вместо запуганного парнишки с тяжелым прошлым, напротив Сайно стояла грозная, мечущая молнии, мамочка, готовая снести голову каждому, кто посмеет ее ослушаться. [Прям как мамми из «Том и Джерри»] Коллеи на фоне фенека казалась просто пылинкой, к тому же еще и дрожащей. Ее волосы заметно распушились и посветлели. Майка, в которую девочка была облачена в течении всего их путешествия домой, сменилась белоснежным махровым полотенцем, мастерски обмотанным вокруг всего тела, оставляя снаружи только руки. — Тигнари, успокойся, прошу тебя, — Сайно резко подскочил с дивана, но это было явно лишним движением, ведь в голове загудела как после удара. Сайно не устоял на ногах и, оперев руку на подлокотник, стек по мягким диванным подушкам. Сердце гулко настукивало а из носа вновь хлестнула кровь. — Сайно! Придурок, зачем было так вскакивать? — Тигнари за секунду оказался возле дивана, затыкая генералу нос кусочком ваты. — Что за?! — Сайно пришибленно булькнул, попутно выписывая себе пенсию и лечебную мазь от артрита. — Я, что умираю? — фраза прозвучала так обреченно, будто парень уже успел с этим смириться, но все же немного нервничал. — Пх… Пхахаха, — после незначительной паузы, фенек разразился надрывным пыхтением, без контекстна, ни за что не напоминающем смех. — Ну уж нет, дорогуша. Умирать я тебе пока не разрешаю! — Но тогда, — Сайно замялся. — Кровь… И вот это «бэмпс», — руками изображая собственное падение на диван, озадаченно пропыхтел генерал. — Так спо-о-окойстви-и-ие, — тоном копируя Нилу, звонко попросил Тигнари. — Я выносил Коллеи из ванны и, через чур резко, распахнул двери, тем самым сбил тебя с ног. Тебе прилетело в голову и, спустя некоторое время, мы нашли тебя без сознания на полу у входа, — Тигнари внимательно прошелся по нему взглядом. — Из-за потери крови, которую ты ничем не возместил, при подъеме с дивана у тебя видимо скакнуло давление и ты рухнул обратно. — Ясно… — Сайно задумчиво отвел взгляд. У него перед глазами, до сих пор, маячила взволнованная мордашка фенека, который был, пару минут назад, серьезно настроен прибить его с помощью какой-то деревяхи. Похоже, слабость Тигнари — его волнение за других. Парень почувствовал, как щеки вновь загорелись и ему пришлось перевернуться на другой бок, дабы избежать лишних вопросов. Пушистый хвост, сидящего рядом фенека, легким пером лежал у генерала на ноге, незначительно, но очень приятно, щекоча. Что-то тяжелое в месте, где обычно находиться сердце билось со страшной скоростью и с новой силой, да такой, что Сайно забеспокоился о звукоизоляции своей грудной клетки. — Мне нужно заглянуть в Академию, — как можно тверже и уверенней сказал генерал, безмолвно прося фенека о возможности встать. — На долго? — Надеюсь нет, — когда Тигнари поднялся и пошел обратно к, все это время бесшумно ожидающей, Коллеи, в чьих глазах читалось острое желание исчезнуть с этой табуретки и желательно надолго, пока пыл Тигнари, к залечиванию ран и приведению всего в порядок, не испарится, Сайно почувствовал пустоту. Он был готов просидеть в таком положении, — как и в любом другом, главное, что с фенеком, — вечность. Генерал со скрипом оторвал зад от мягких, темно аквамариновых, велюровых подушек с китичками, скорбно при этом вздыхая. С приездом Тигнари, а точнее, с его (Сайно) отъездом в пустыню, в квартире многое изменилось. Тонны пыли, месяцами служащие паукам матрасами — исчезли. Некоторая мебель — перекрашена или починена. В интерьер, также, очень гармонично вписались мягкие элементы, такие как подушки, два огромных мягких пледа и несколько ковров. На кухне засветилась новая посуда, а в ванной — необъятное количество косметики по уходу за кожей и шерстью; сразу видно, что Нилу не раз заходила в гости. Но самое главное — повсюду нарисовались растения. На подоконнике, на книжных полках, на столах и тумбочках. Все, от кактусов и алоэ, до суккулентов различных видов и даже деревьев, таких как лимон или авокадо… — Удачи, — Тигнари улыбнулся, вызвав у Сайно сердечный приступ от переизбытка окситоцина, после чего генерал поспешил слинять в остатки рассветного солнца. Но, самым красивым дополнением к интерьеру в квартире генерала стал тонкий, черноволосый фенек, с полупрозрачной белоснежной кожей и изумрудными глазами, смотрящими прямо в душу. *** — Тигнари! — Сайно, на всех порах, влетел в, чуть не слетевшую с петель, дверь. — Сейчас! Пожалуйста… Я не могу потерять… — Чшш…, — фенек встретил генерала на пороге и с весьма взволнованной моськой вглядывался в парня. — Ты чего? Успокойся, и давай-ка по порядку. — Мне.. нужно в пустыню… и мне нужен ты, — все еще надрывно отдыхиваясь пропыхтел Сайно. — Иначе, все пропало и песчаная буря не оставит мне шансов. Я прекрасно понимаю, что ты мне не обязан, к тому же, это очень опасно. Если не хочешь — говори сейчас, все будет в порядке.. — Пх, — Тигнари положил руку Сайно на плече. — Если я откажу, твое сердце этого не выдержит? — даже не пытаясь спрятать ухмылку, спросил фенек. Ни секунды не задумываясь, Сайно энергично закивал, где-то глубоко в подсознании осознавая насколько глупо он выглядит. — Я дам тебе все, что ты только захочешь! — генерал продолжал тарахкотеть, старательно пытаясь удержать Тигнари и, по возможности, уговорить. — Только попроси! Твое слово мне приказ, но пожалуйста… — Пхах. Видел бы ты себя сейчас, — засмеялся фенек. — Раз уж на кону стоит сердце, такого интересного мужчины… Как я вообще могу отказать? Сердце Сайно забилось со скоростью двойного электрогенератора, а глаза заволокла пелена неоправданного счастья. Он еще ничего толком не предпринял, но ощущение были такими, будто на его «Выходи за меня», Тигнари сказал «Да». — Когда выезжаем? — совершенно простым, но в тоже время и релевантным, вопросом, фенек вернул генерала с астероида сладких грез, на землю. — Прямо сейчас, — парень запнулся, окинув взглядом фенека и заснувшую на диване, видном аж со входа, Коллеи. — По возможности, — без лишних слов, прямо и просто, будто на него пролили ведро холодной воды, моментально смывающей весь сладкий туман тщетных грез. Пора заняться делом…