решила выйти в свет?
2 августа 2023 г., 15:56
— Какого хрена? — яркий луч света попадает прямо на лицо сонного парнишки. Сегодня выходной. У него и его матери.
— Нечего валяться до обеда, и так ничем не занимаешься! — мать сдернула с Вани одеяло и громко похлопала в ладоши, разнося звонкое эхо по небольшому помещению.
— У меня законный выходной, — пробубнил тот под нос и уткнулся им в подушку.
— А у тебя каждый день выходной, хватит.
По выходным всегда приходилось начинать свой день примерно с таких картин. Знакомо? Кажется, как никому другому.
Бессонница, мучащая Кислова на протяжении месяца, никак не собиралась уходить. Каждый божий день, засыпая в четыре утра с осознанием того, что в школу вставать буквально через пару часов, Кислов просыпался с дичайшей апатией ко всему и всем. Таблетки снотворного, которые парень купил на прошлой неделе, забылись на компьютерном столе. Почти нетронутая пачка, которая вскрывалась всего пару раз, уже покрылась легчайшим слоем пыли.
День был солнечный, даже жаркий. За окном уже давно происходит движение, проснулись птицы, что любят петь свои песни под балконом 13 квартиры, слышны звуки моторов машин и мопедов, а также крики малышни, что с самого утра резвится на детской площадке.
В животе, честно говоря, будто бы неделю ничего не появлялось. Но аппетита ноль. Это ужасное ощущение, когда кусок вообще не лезет в рот и тебе просто хочется выплюнуть его обратно. Обычно, в таких случаях помогает простая сигарета, но даже сейчас от любого упоминания никотиновой палочки начинает тошнить. Поэтому парнишкой было принято решение распахнуть балконную дверь, чтобы проветрить душное помещение, и выйти на балкон, дабы украсть хоть один глоток свежего воздуха.
Лучи упали на выпирающие лопатки и стали припекать. Ощущение, будто на кости положили раскаленные угли. Из комнаты доносился излюбленный в последнее время трек любимой группы. Постукивая пальцами по балконному ограждению в ритм песни, Кислов гулял взглядом по окнам соседнего дома напротив.
— Да, конечно! Зайдешь за мной? — звонкий женский смех эхом донесся до парня. Глаза машинально прилипли к знакомому балкону. Солнце отражалось в рыжих волосах девушки, насыщая их более ярким оттенком, который способен был ослепить.
Прислонившись щекой к своему плечу девчонка удерживала телефон и что-то бурно по нему обсуждала и смеялась. Количество тряпок в ее руках уменьшалось, а их количество на бельевых веревках наоборот увеличивалось.
Продолжая отбивать пальцами ритм любимой песни, юноша с легким прищуром смотрел на рыжеволосую девицу и ухмылялся. Ее привлекательный домашний вид, возможно, свел бы с ума любого. Серые шорты, что небрежно спадали с бедер, открывали на показ резинку от нижнего белья, убранные растрепанные волосы и старая футболка, принадлежавшая далеко не ей, с названием любимой металл группы изящно обтягивала каждый сантиметр ее тела.
Все еще ходит в моих тряпках…
Только любование его закончилось также быстро как и началось. Пара зеленых глаз словила взор карих омутов Кислова. Немного скривившись девчонка взглянула на парня и показушно фыркнув зашла обратно в комнату.
— Ненавижу… — тихо прошипел себе под нос парень и, напоследок набрав полные легкие свежего воздуха, скрылся за стеклянными дверьми своей комнаты.
***
Телефон парня зазвонил, но тот сбросил вызов. На фоне звучала песня «Mascara» группы Deftones. Той самой группы, чей альбом был изображен на куске ткани, что сегодня была надета на рыжеволосой. Кислов подарил ей эту футболку в последний месяц их дружбы. Он закрыл глаза от наслаждения, выдыхая ядовитый дым наружу. Банка энергетика уже наполовину пуста. Туман на берегу моря рассеивался, открывая вид на небольшие острова, находящиеся за сотни километров от берега Рыбачьей бухты. Лист бумаги в блокноте давно был изрисован и исписан. Возможно, юноша бы и не занимался деятельностью вроде рисования, если это можно так назвать, да не умеет выплескивать негативные мысли по другому. Каждая страница в блокноте формата альбомного листа была изрисована различной абстракцией начиная от голых женских тел и заканчивая странными существами, которые будто только выползли прямиком из ада. Значение этих рисунков никто не знал кроме самого Кислова. Все, включая родных и друзей думали, что у паренька просто случаются творческие порывы и не более. Как они заблуждаются… Истину знал только один человек. Одна. — Твою мать! — психанул, когда песня остановилась и вновь раздались короткие вибрации и тихий рингтон, — алло? — Бро, класс собирается отдохнуть на озере, ты как? — голос Меленина на том конце трубки вводил дозу спокойствия и умиротворения. — Когда это решалось вообще? Почему я в танке? — вдумчиво сведя брови к переносице и нанося последние штрихи на рисунок окровавленного тела спросил Кислов. — Кис, может стоит включить уведомления? Так что? — Конечно, я за. — Супер, до вечера, — короткие гудки. Развеяться и вправду не помешало бы. Учебная неделя хоть и прошла лучше, чем ожидалось, но ни разу не улучшила состояние юноши. За счет недосыпа он периодически чувствовал подавленность и странные мысли могли часто преследовать его. Позже, все это выплескивалось на бумажные листы.***
Старая машина Зуева пробиралась по неровной дороге в направлении озера. В салоне душно, кондей не работал, так как парни сожгли его, когда ремонтировали двигатель. От жары спасало только холодное пиво. Двигая головой в такт давно всем известному «Патимейкеру» Кислов открывал холодную банку пива. Дружеская и спокойная атмосфера стояла в салоне. На задних сиденьях раскинулись Меленин и Хенк распивая алкоголь, а за рулем находился самый старший в компании Гена, зажимая сигарету меж зубов. Капли хмельного растеклись по щетинистому подбородку кареглазого и капали прям на его новую футболку. — Кисуня, если испортишь мне сиденья, то будешь лично их вылизывать, — возмущенно указал Зуев. — Да все кайф, Гендосина, — все также покачивая головой в такт пробубнил Кислов, — не могу поверить, что вы, наконец, решили поехать с нами, — воскликнул юноша и кинул взгляд прямо на Зуева и Хенкина. — Не говори так пока я не передумал, — усмехнулся Гена. А тем временем озеро уже виднелось на горизонте так же четко, как и мельтешащие силуэты одноклассников. Все собрались около часа назад. Можно было полагать, что половина из присутствующих уже была не трезва. Кто-то жарил мясо, кто-то грелся у костра, кто-то накалывал зефир на ветки, чтоб в дальнейшем обпалить его над огнем, а кто-то двигался в ритм попсовой музыки. — Опять Бабич диджей? Каждый раз одно и то же, — возмутился кареглазый. — Расслабься, Кисунь! Отдыхай пока можешь, — Зуев потрепал того по кудрявой макушке и скрылся в толпе подростков. Меленин уже давно увлекся разговором с Анжелкой, а Хенкин тусовался со своей старшей сестрой. Снова та же песня... Казалось бы «что делать теперь?», но ответ на вопрос пришел к Кислову буквально на ножках. Зеленоволосый паренек из параллели, который часто закупался у Кисы, предложил раскурить недавно приобретенный стаффчик. Отказываться было глупо, ведь Киса был полностью уверен в своем товаре и никогда бы не продал своим что-то паленое. Усевшись у костра, который легонько обжигал кожу через одежду, парни раскурили долгожданную самокрутку. Едкий дым ударял по легким с новой силой, а волна расслабления полностью поглотила Кислова и его знакомого. Каково было удивление, когда в толпе одноклассников промелькнула рыжая макушка. Никольская не была фанатом всяких пьяных тусовок, поэтому увидеть ее тут сейчас было в некотором роде неожиданностью. А также увидеть ее стало новым поводом выйти с ней на контакт и, конечно же, что-нибудь провернуть. Подорвавшись с места и ловя на себе недоумевающий взгляд зеленоволосого Кислов рванул прямо к особе, которая одним свои появлением разожгла его интерес. — Итак, Никольская, удосужилась придти на наше «алкопати»? — развернув рыжеволосую за локоть, тем самым оторвав ее от диалога с каким-то парнем, язвя спросил Кислов. Только вот взгляд его скользнул ниже, а эрекции, казалось, было не избежать. Рыжие локоны плавно стекали по ключицам, которые открывала черная облегающая осиную талию водолазка, полосатые черные джинсы держались на бедрах слегка открывая вид на плоский живот. Мне точно понадобится что-то холодное… — Это «алкопати», — в воздухе сразу нарисовались кавычки, — моя идея, Кислов! — Да ладно? Решила выйти в свет? Найти себе друзей? — Какая к черту разница? — недовольно фыркнув, она свела брови к переносице и скрестила руки на груди, немного перекрывая весь вид для Кислова. — Никольская, я ведь волнуюсь за тебя. Цени это! — нотки стёба в выражении Кислова, скорее всего, не услышал бы только глухой. — Слушай, что ты от меня хочешь? — вопрос прозвучал максимально серьезно, что спина парня в момент напряглась и казалось, что каждую мышцу тела начинало медленно сводить. Непонятные мысли стали закрадываться в голову. Но их стоило бы откинуть. Ведь возможность сказать Никольской что-то грязное выдается парнишке почти каждый день, а вот перейти к дальнейшим действиям раз в вечность. Схватив рыжеволосую за талию, он закинул ее на плечо. От неожиданности с ее губ вырвался визг, а множественные удары по спине и матерные крики о том, какой же он все-таки урод, которые Кислов не чувствовал и не слышал, его не останавливали. Одним лишь рывком они оба с всплеском упали в еще холодный водоем. Когда под водой оказались они оба, то юноша настолько сильно сжал ее ребра, то ли желая их сломать, то ли не отпускать никогда. Раскрыв глаза в пресной воде перед ними было видно лишь мелкие пузыри, которые образовывались за счет резких движений и рыпаний Никольской. Все это действо не могло длиться слишком долго, так как воздуха в легких банально не хватало, да и у Кислова не было цели утопить девчонку. —Черт! — прошипел тот, как только они оказались на воздухе. Набирая полные легкие кислорода парень восстанавливал дыхание и протирал глаза от пресной грязной воды. И чем только он думал в момент, когда нырял с Никольской на плече в столь холодную воду. — Ты придурок? — Кислов не успел среагировать на слова, как на щеке резко образовывается пылающий красный след, — Полный кретин! Я тебя ненавижу! Мышцы в руках и ногах запылали. Ненавидит? — Ты до сих пор боишься воды, Ева? — будто ядом прыснул в след кареглазый. Каждый, кто находился на берегу озера не сводил взгляд с Кислова, который все еще сидел в озере, и с Никольской, которая тяжело дыша выходила с водоема, попутно снимая с себя водоросли и громко покрывая матом своего обидчика. Август 2015 — Давай, догоняй! — одиннадцатилетний мальчишка быстро бежал к морской воде, попутно стягивая с себя свои вещи и бросая их вдоль берега. — Беги, я догоню тебя, — маленькая Ева плелась сзади и собирала рыжие длинные волосы в аккуратный хвост. Ваню не заботило, что его вещи разбросаны по всей Рыбачьей бухте, только участью Никольской было идти к берегу, поднимая их по пути. — Вода просто супер, Ева! Ныряй! — малец уже во всю покорял морские волны и глубины. Только рыжеволосая не могла. Все стояла и мялась на берегу пиная мелкие камушки. — Ева, чего стоишь? Заходи в воду! И все таки медленным, но верным шагом она стала заходить в море, а тело ее стало покрываться мурашками от температуры воды. Когда воды стало по грудь она наконец встретилась с Ваней. — Смотри как могу! — мальчишка моментально нырнул под воду, а ноги его наоборот стали из воды выглядывать. Под водой он стоял на руках, — Как тебе? — спросил малец, когда вынырнул. — Очень круто! Молодец! — А ты чего стоишь? Мы купаться пришли, а не ножки помочить, — подначивал Ваня. — Ну... — Что? — Я... — с каплей стыда и неловкости Ева пыталась вытянуть из себя постыдное для нее признание, однако, Ваня ее опередил. — Не умеешь плавать? — с долей иронии уточнил тот, на что получил положительный ответ, — Пустяки! Я тут на что? Сейчас научу. Смотри... — Че вылупились, придурки? — гаркнул Кислов, прежде чем все отвернулись сделав вид, будто только что ничего не произошло. Одежда противно прилипла к коже и, кажется, отдыхать дальше было невозможно.
