Май злоключений

Ещё не развернув бумажку, Коа понял: что-то случилось. Записки грифончиками ему посылал только Большой Джинене — и «большой» в этом случае касалось не размера, а степени влияния в определённых кругах. Один из крупнейших покупателей Коа, один из тех, кому никто не захочет переходить дорогу. И если Большой Джинене решил что-то срочно сообщить — это требовало внимания. «Кое-кто видел, как в твоём доме спряталась зелёная воровка, — гласила записка. — И этот кое-кто прямо сейчас на допросе у стражников». Коа медленно вдохнул и так же вдумчиво выдохнул, гася раздражение и собираясь с мыслями. — Ты что, даже не проверила, следят ли за тобой? — поинтересовался он у Занозы, хотя это уже не имело особого смысла. — Что ж ты за профессионал такой? — Да кто за мной мог проследить, все стражники дураки! — насупилась она. — А кроме стражников? — подсказал Коа. — А на других я не смотрела даже, — отмахнулась Заноза. — Чего на них смотреть? И кто тут ещё дураки глупые. Ладно эта малявка, но Коа-то ей с чего поверил? Он прикрыл глаза и потёр переносицу. Что мы имеем в итоге? С минуты на минуту стражники узнают, что у мелкой воровки был соучастник. Явятся в дом Коа, потащат его на допрос или, хуже того, обыщут его кабинет и найдут много того, чего им видеть не следует. Ему надо срочно избавиться ото всех улик и скрыться, пока всё не утихнет. Похоже, теперь не только Занозе надо покинуть город как можно скорее. Жаль, что она не задохнулась к гробу, с тоской подумал Коа. Всех проблем можно было бы избежать, да ещё и тело гоблина бы у него появилось — редкая удача! — Случилось чего? — беспечно поинтересовалась Заноза, не подозревая о его мыслях. — Да, — не стал отпираться Коа. — Ты меня круто подставила. Мне придётся сбежать, и я надеюсь, что хотя бы смогу сюда позже вернуться. — О, побежим вместе! — глаза у Занозы заблестели. — У меня никогда раньше не было напарника! — Я не твой напарник, — обрубил Коа. Он действовал быстро. Выставил на секционный стол рабочий саквояж, побросал туда самые необходимые инструменты и снадобья — вдруг вернуться не удастся. Не без сожаления извлёк из охлаждающей шкатулки части пикси и завернул их в чистую тряпицу. Придётся отдать за бесценок, чтобы отплатить Большому Джинене за заботу. Деятельная Заноза сбегала в кухню и притащила остатки хлеба и банку грустничного джема — и когда только успела разнюхать его запасы? Последний раз обведя взглядом кабинет, Коа подхватил Занозу за шкирку и усадил в саквояж. — Поняла-поняла, сидеть тихо, — проворчала она, сворачиваясь калачиком. — И держать это так бережно, как только сможешь. Нет, ещё аккуратнее! — Коа сунул ей в руку завёрнутые в тряпицу части пикси. — Ой, фу, гадость! — успела сказать Заноза, прежде чем он застегнул саквояж. И одновременно с этим во входную дверь требовательно постучали.