Отмотать взад

Лу старался изо всех сил, но взгляд всё равно, будто примагниченный возвращался в то же место. Они были дома у Димы, дети — вернее Тимоша — уговорил Лу прийти к ним, чтобы они с Тёмой могли поиграть, к тому же Дима купил ему новую книжку, что добавило весомости его словам. Вернее он так решил. Увидев умоляющий взгляд Тёмы, Лу смиренно согласился и вот теперь почти жалел об этом. Дима расслабленно полулежал на диване. Одна его рука покоилась на животе, когда вторая лежала вдоль тела ладонью вверх. Ладонью вверх! Лу понимал, что тому просто так более удобно и ничего не значит, но что-то внутри говорило — нашёптывало — почти угрожало, дотронуться до его ладони. Не полностью, но хотя бы подушечками пальцев, чтобы почувствовать чужое тепло. Дима же казалось ничего не замечал, смотря в телевизор, где шла какая-то глупая передача про альфу и нескольких омег, что хотели завоевать его сердце, а заодно и несколько миллионов. Чуть пошевелившись — видно устал сидеть в одной позе — Дима сполз чуть ниже, укладывая вторую руку поверх первой на животе. Лу протяжно выдохнул не то от сожаления, не то от облегчения, чем привлёк внимание Димы. Оторвавшись от телевизора, он посмотрел на Лу, что сидел закусив губу и выглядя максимально смущённым, точно его застали за чем-то постыдным. — Лу? — Дима чуть склонил голову, ожидая ответа. Лу отвёл взгляд, слегка поёжившись от внимания, Дима терпеливо ждал пока тот соберётся с духом, чтобы ответить. — Хотел взять тебя за руку. Вернее просто потрогать. — Лу всё ещё не смотрел на Диму, но заметив шевеление с его стороны перевёл взгляд, чтобы замереть. Дима протягивал ему руку, стараясь выглядеть при этом спокойным, что получалось из рук вон плохо. Волнение выдавало его. Лу был уверен в том, что Дима сейчас дотронется до него и затаил дыхание, пытаясь подготовиться к этому. Но его ожидания не оправдались — Дима донёс руку до половины расстояния между ними — они в кои-то веки сидели на диване вместе, пусть и по разным углам, — после чего опустил её на диван ладонью вверх, будто приглашая, но при этом совершенно не настаивая. — Я оставлю её лежать так. Если захочешь, то всегда можешь дотронуться до неё, — после этого Дима отвернулся и продолжил смотреть телевизор, стараясь напрочь игнорировать гулко бьющееся сердце. Лу в это время смотрел в неверии и непонимании. Дима так легко позволил ему выбрать и решить, что от этого кружилась голова, а чёртовы бабочки в животе начали отплясывать вальс. Судя по всему фигурный, учитывая, что сердце у него сейчас стучало где-то в горле. Фильм медленно подходил к своему завершению. Альфа по итогу выбрал себе самого яркого омегу, что свято поклялся ему в вечной любви на глазах у всех зрителей. От такого фарса Дима невольно фыркнул, уверенный в том, что они разбегутся ещё до того, как скажут: «Стоп! Снято!». Дима уже хотел взять пульт, но замер, не уверенный до конца, что ему не кажется. Хотелось сжать ладонь, чтобы убедиться в этом, но он сдержал этот порыв. Медленно сосчитав про себя десяти, он аккуратно повернул голову, встречаясь с встревоженным взглядом Лу. Тот сидел смирно, пока его взгляд бегал от глаз Димы до его руки, до которой он сейчас едва докасывался кончиками пальцев. Дима почти успел опустить взгляд, чтобы убедиться, что ему это не кажется, как Лу тут же отдёрнул руку, прижимая её к груди, словно боясь, что её откусят. Чуть разочарованного вздоха Дима не смог скрыть, почти сразу же компенсируя его мягкой улыбкой. — Я бы не стал сжимать твою руку или стараться дотронуться до тебя больше, чем ты позволил. Лишь хотел убедиться, что мне это не показалось. Что ты почувствовал? Лу молчал несколько мгновений, восстанавливая сбившиеся дыхание, но руку от груди так и не убрал. — Тепло. Дима улыбнулся на это, стараясь подбодрить продолжить мысль. Лу задумался, прежде чем произнести главное: — Думаю, что это был светло-жёлтый. Даже ближе к зелёному. — Я рад, что не пугаю тебя настолько сильно. Лу криво улыбнулся, но ничего не ответил. Взгляд вновь опустился, где всё ещё лежала рука Димы. Нервно сглотнув и облизав губы, Лу поднял взгляд на Диму. — Если ты этого хочешь, то можешь продолжить. Я не стану ничего делать, максимум посмотрю. Лу ещё немного подумал, после чего кивнул, но больше не двигался, лишь гипнотизировал руку, что так и манила дотронуться до неё. Было странно, что Лу так боится этого, ведь до этого он мог почти спокойно касаться Димы, когда они гуляли или находились в кафе. Внезапное озарение было обжигающе болезненным, от чего Дима едва не поморщился. Лу мог позволить себе недолгие касания, когда они были в окружении других людей, словно это служило для него некой защитой. Почти сразу же вспомнились слова о том, что бывший муж Лу никогда не оставлял следов на видных местах, а значит и при других вёл себя достаточно прилично, когда как наедине мог «ни в чём себе не отказывать». Сейчас же они с Димой были наедине, если опустить тот факт, что в соседней комнате играли дети. Именно поэтому Лу реагировал так на всё. — Лу, я уже говорил тебе и повторю ещё раз — я не причиню тебе боли намеренно и всячески постараюсь сделать так, чтобы и случайно не навредить тебе. Если ты скажешь, то я всегда остановлюсь, чтобы мы не делали и в каком бы состоянии не были. — Дима понимал, что говорит достаточно расплывчато, но всё равно надеялся донести, что ему можно довериться. После этих слов прошёл не один час и почти полтора фильма, прежде чем Дима вновь ощутил едва заметное прикосновение к своей ладони. Оно было таким невесомым, что он был почти уверен, что Лу до него не дотрагивается в самом деле, а лишь согревает воздух на расстоянии. Сделав всё возможное, чтобы не напугать Лу, Дима первые несколько минут никак не реагировал, но постепенно любопытство брало верх. Медленно повернув голову, он ощутил, как перехватило дыхание: Лу сидел в той же позе, но теперь лишь самыми подушечками пальцев, едва касался ладони Димы, смотря на это так, словно бы увидев восьмое чудо света. Дима мягко улыбнулся на это, чем привлёк внимание Лу. Тот вздрогнул, будто придя в себя, но руку не убрал. — Как ты себя чувствуешь? — голос Димы был мягким и вкрадчивым. — Это всё ещё страшно, но уже не так сильно. Если ты не станешь сжимать руку, то думаю, всё будет хорошо. — Я не стану этого делать, пока ты сам не попросишь меня об этом. Лу легко улыбается, но почти сразу же переводит восхищённый взгляд на руку, что до сих пор едва касается Димы. Дотронуться чуть больше страшно, поэтому он не рискует и просто наслаждается тем, что есть. Дима улыбается в ответ и, не без труда, переводит взгляд на телевизор, вот только почти сразу же прикрывает глаза, чтобы больше чувствовать чужое робкое тепло.