Рога

Сидя в своём архиве, Дань Хэн просто не мог не заглядывать на такого раскрепощённого Келуса. Тот тихонько лежал на его кровати и играл в очередную игрушку на своём телефоне. И всё бы ничего если бы он был одет, так нет! Первопроходец отказался одевать на себя хотя бы футболку, отговариваясь нестерпимой жарой в поезде. Вот теперь лежал и совращал взор дракона своим прекрасным телом, на котором, как яркие маки, расцветали засосы и укусы после их недавнего секса. Гон сошёл на нет, однако желание взять Келуса на любой поверхности, в разных позах и в любой момент только возрастало. А уж отказывать своему сокровищу, когда тот смотрит на тебя такими глазками, как брать грех на душу! Видьядхара уже просто делал вид, что изучал и раскладывал по полочкам новую информацию о Ярило-VI, просто засматриваясь на не прикрытые ничем упругие ягодицы. В мыслях проскальзывало, как он одним вновь и вновь входит в растянутую дырочку, пока второй трётся о смазанную ароматическим маслом спину. Взгляд Дань Хэн скользнул с ягодиц на спину, а после на шею, где красовался ровный след от зубов - его лучшее творение. Этот временный укус точно будет отпугивать нежелательных конкурентов. Хотя сам прекрасно знал, что Келус никогда не променяет его на другого. Да и кто может быть лучше этого милого, настырного, иногда непробиваемого и упёртого, но очень ласкового дракона? Вот именно что никто. Пока защитник витал в облаках, Первопроходец успел пройти несколько уровней новой игрушки и откинуть телефон подальше. Пожалуй он устал и хотел бы вздремнуть несколько минуток, а после повторить со своим любимым недавний опыт или может быть попробовать что-нибудь новенькое. От Келуса не укрылся тот пристальный взгляд, который до сих пор прожигал его спину. Фыркнув, он устроился поудобнее, укладывая голову на мягкую подушку, прикрывает глаза. Парень ещё помнит недавний подлый укус в шею, из-за чего они оба спалились перед Март и Пом-Пом. Хорошо хоть Химеко и Вельта не было, иначе он тогда бы со стыда сгорел. Пусть немного помучается, будет его небольшая месть. Дань Хэн, поняв, что ему тут ничего не светит, разочарованно отвернулся и попытался полностью сосредоточиться на работе.

***

Проснувшись через пару часов, бодрый Келус с наслаждением потянулся и зевнул. В комнате никого не оказалось, что очень его расстроило. Но он не отчаялся, встал с нагретого места, хоть и не хотелось этого делать, нашёл первые попавшиеся вещи и вышел. Дань Хэн оказался совсем не далеко. Немного грустный взгляд скользил по безграничному космосу, как будто не замечая открывающейся за его спиной двери. И ведь реально не заметил! Чего только Келусу стоило сдержаться, чтобы не подкрасться сзади и не напугать любимого до усрачки. Вместо этого он подошёл и обхватил самый кончик длинного хвоста, заигрывая. А после обнял со всей любовью. – Проснулся и уже пытаешься возбудить меня? - с ухмылкой спросил защитник экспресса, резко разворачиваясь и заключая Келуса в свои объятия. Горячие руки легли на тонкую, по крайней мере для мужчины, талию, легко сжимая. - Хмм... Знаешь, я ведь так и не поставил тебе метку... Келус вздрогнул. Опять. Ну вот опять ему хотят покусать его и так пострадавшую шейку. Скоро придётся покупать намордник и ставить табличку "Осторожно! Злая собака Злой дракон!". – А это прям обязательно? - с надеждой в голосе спросил Келус, пока его затаскивали обратно в комнату с кучей книг и техники. Вновь уложили на смятую, уже остывшую, постель, неприятно холодившая кожу, и нависли сверху. Как в первый раз. Хоть бы не съел, а то останутся только рожки да ножки. И белый барашек, которого тут будут есть точно не Дань Хэн. Некоторые засосы и укусы сошли пару дней назад. Эоны видят, как Келус только их не прятал, пусть и не всегда получалось. Как минимум об их связи знают Март и Пом-Пом. Возможно Химеко. Эта хитрая женщина постоянно поглядывала в их сторону, пряча улыбку за горячей чашкой свежего кофе. Дань Хэн наклонился к лицу Первопроходца, опаляя горячим воздухом и нежно целует в лоб. Медленными движениями, не отвлекаясь от поцелуев, помогает снять всю верхнюю одежду, откидывая её подальше, чтоб не мешалась. – Надеюсь в этот раз нас не услышат, - прошептал Келус, в ответ целуя мягкие, немного сухие, губы своего дракона. – Не волнуйся, если даже услышат, войти не смогут, - Дань Хэн медленно целует за ушком, облизывая ушную раковину, чуть дует, отчего парень снизу резко вздрагивает, напрягается, но быстро расслабляется. Тихий томный выдох ласкает слух видьядхара, что тот сам прикрывает в блаженстве глаза. Рука Келуса мгновенно зарывается вглубь тёмных волос, легонько тянет назад. Вторая же ложится на пояс брюк, медленно оттягивая их. Дракон рыкнул, уткнулся в шею, усыпанную красными отметинами, в голове уже представляя, как поставит метку своему мальчику. Как он будет стонать в удовольствии и молить о большем. И Дань Хэн позволит ему взять больше. Например, оба его члена. Вскоре к вещам Келуса прибавляются и вещи защитника. Он начал снимать с себя штаны, но замер, вглядывась в лицо любимого. Тот жадным, голодным, также полным восхищения, взглядом осматривал тело видьядхара. Слюна в его рту обильно скапливается. Хочет облизать, пометить, да хоть потрогать немножко. Но Дань Хэн насмешливо фыркает, сам припадает к груди Келуса, вылизывая каждый её сантиметр. Первопроходец обиженно засопел, однако отрывать дракона от его занятия не стал. Пальцами уже обоих рук перебирал чёрные пряди, подносил к носу и вдыхал запах шампуня. Длинные волосы - это прекрасно, так считал Келус, по крайней мере смотрелись на Дань Хэне они просто превосходно. С ними он выглядел, как будто более величественно. Хотелось их трогать, перебирать, заплетать и просто любоваться. Вновь схватившись руками за рожки, торчащие из головы, парень погладил их со всей нежностью, щупая приятную текстуру под пальцами. Послышался тихий выдох, но Дань Хэн так и не отлип от обнажённого тела, всё больше помечая его засосами и укусами. И вскоре достиг края. Штаны мешались пройти дальше, чем раздражали распалённую ящерку, и чтобы тот точно не порвал их прямо сейчас, Келус сам своими руками принялся стягивать их вместе с трусами. И за помощь получил благодарный поцелуй в губы, чему был неимоверно рад. Оба медленно облизывали друг друга, поочерёдно кусая за нижнюю и чуть оттягивали. – Ты ведь не будешь против принять меня всего, - прошептал на ухо Дань Хэн, следом прикусывая мочку. Келус замычал. Он был совсем не против, если конечно не будет больно. Рука с уже короткими ногтями (видьядхара понял, что с ними очень неудобно) потянулась за тюбиком со смазкой. Перевернул тело под собой и аккуратно положил на живот. Кожа на спине Келуса была грубее, чем на животе. Оно и понятно. Сколько ударов на себя приняла она, не счесть. Само тело было расслабленно под волшебными руками Дань Хэна, но спина, как будто ждала подвоха, чуть подрагивала от сокращающихся мышц. – Расслабься. Я не собираюсь делать ничего такого, - обе руки легли на широкие, как у самого дракона, плечи и принялись их массировать. – Мало ли что ты там задумал ещё в меня засунуть, - пробурчали откуда-то снизу, на что защитник тихо хмыкнул. Не собирался и не собирается, внутри Келуса точно не поместится даже маленький кусочек станции "Герта" или Лофу Сяньчжоу. Но вот кое-что другое, уже принадлежащее самому Дань Хэну - точно. Холодная смазка тут же была вылита на пышущие жаром ладони и согрета на столько, чтобы не причинять никакого дискомфорта. Длинные пальцы быстро достигли дырочки, проникнув так глубоко, насколько позволяли мышцы. Они совсем недавно занимались этим, так что Келус смог быстро принять в себя три пальца. Но этого не достаточно для обоих. Нужно больше. Смазав один из органов, Дань Хэн легко проник головкой в отверстие, а после полностью погрузил его внутрь. Келус снизу тихо простонал, чуть сильнее выгибаясь в спине. Приятно, очень приятно, что хочется умолять о большем. Он тянется к другому, выгибая руку, чтобы практически в слепую обхватить его своей горячей рукой и начать двигаться в такт с движениями дракона. И тот был не против такой небольшой ласки, тихо начав порыкивать от удовольствия. Пусть разум Первопроходца был уже далеко от реальности, однако он не забывал, как правильно удовлетворить своего любимого. Медленно проходил пальчиками, испачканными в собственной смазке, по головке, обводя уретру, очерчивал каждую выпирающую венку. Келус шикнул. Рука быстро немела от такой неудобной позы, что хотелось побыстрее поменять её. Но кто ему позволит? Дань Хэн так вжимал его в кровать, продолжая двигаться внутри обманчиво ласково, что пошевелиться было практически невозможно. Оставались только руки и те устали. Парень заскулил, на что получил примирительный поцелуй в шею и дозволение прекратить ласки. В то время Дань Хэн упивался узостью Келуса и тем, как скоро войдёт в него полностью, доставит максимальное удовольствие не только себе, но и своему партнёру. А после всего поставит свою метку, заявляя на него свои права. Движения стали чуть грубее и быстрее, каждый раз попадая по простате. Келуса подбрасывало, тело било крупной дрожью, казалось, ещё чуть-чуть и он лишится сознания. Всё это лишь казалось. Вместо этого Первопроходец кончил, обильно изливаясь на белые сбитые простыни. Внутри всё сжалось, от чего сверху несдержанно прорычали, после расслабилось. Толчки продолжались в том же ритме, потираясь о чувствительные стенки, что Келусу стало чуть больно. Но она быстро прошла, сменяясь очередной волной возбуждения. Дань Хэн удовлетворённо облизнулся, собирая остатки смазки на руку, потирая между пальцев вязкую жидкость, вставляет кончик указательного пальца. Он скользнул внутрь легко, стоило применить лишь каплю силы, чтобы и больно не было, и не замедлять процесс, когда так хочется приступить к главному. Второй же входил с небольшим трудом, и Келус, учуяв неладное, начал выстраивать план побега. – Извини, сегодня ты так просто не убежишь, - вылив больше смазки прямо из тюбика на растянутую дырочку, наконец ввёл второй палец. Снизу послышалось сдавленное шипение, немного болезненные стоны, и Дань Хэн, пытаясь смягчить ощущения, начал вылизывать шею парня, обводя выступающую косточку в начале позвоночника, чтобы хоть как-то успокоить свою любовь и переключить его внимание на незатейливую ласку. Третий палец входил совсем туго. Но надо, ведь видьядхара совсем не хотел порвать своего Келуса в первый полноценный раз. – Пожалуйста, потерпи немного, - Первопроходец впервые услышал настолько сочувствующий и жалостный тон, однако все мысли быстро выветрились резким уколом боли. Дань Хэн действовал очень аккуратно, останавливаясь после каждого, по его мнению, глубокого толчка. Целовал и прикусывал шею и спину, облизывал выступающий позвоночник. Делал всё, лишь бы отвлечь. – Всё хорошо. Ты молодец. Двигать тремя пальцами внутри вместе с членом было немного проблематично, но не критично. Дракон вполне справлялся с этим. Внутри было настолько узко, что тому хотелось кончить прямо сейчас. Держится из последних сил. Поэтому дождавшись, когда три пальца вместе с членом начали входить без какого-либо сопротивления, а Келус просто изнывал и молил о большем уже вслух, прекратил все свои действия, замерев. – Дань Хэн. Мать. Твою. Если ты сейчас же не заполнишь меня своими ахренительными членами, я просто встану и уйду, - естественно никто никуда бы не ушёл. Парень просто не смог бы даже подняться на ноги, настолько размякло его тело под ласками Дань Хэна. Зато упомянутый крупно вздрогнул. Его только что похвалили? – Скажи ещё... – Дань Хэн! – Скажи! – Что именно? То, чтобы ты поскорее уже вставил мне или что у тебя ахренительные члены? - проворчал недовольный Келус и тут же охнул, когда длинные пальцы покинули его горячее нутро, и второй, такой же по величине, член рывком оказался полностью внутри. Первопроходцу показалось, будто его пробило электричеством. Ощущал себя заполненным до краёв, что даже шевелиться не хотелось. Дань Хэн был полностью внутри, сильно давя на чувствительные стенки. В глазах плыло, а внизу живота так пылало желанием скорее подарить и себе, и партнёру незабываемое удовольствие. Открытая шея манила видьядхару поскорее оставить на ней ровную метку. Рваная, неровная несла бы в себе постоянную боль, чего не хотелось дракону. Уткнувшись в шею, Дань Хэн на пробу облизал место будущего укуса, и кивнув сам себе в голове, начал вылизывать чувствительную кожу. Келус простонал куда-то вниз, лбом упираясь в мягкий матрац. Из глаз потекли первые слезинки, дыхание иногда полностью прерывалось, а ноги от чрезмерной ласки так и норовили разъехаться в разные стороны. Прохладноватые чешуйки хвоста, который успел обернуться вокруг левой ноги, чуть царапали нежную кожу. Лазурная кисточка, не имея никакого стыда, обвилась вокруг напряжённого члена Келуса. Шерсть на ней была мягкая, немного щекотала кожу. Двигаясь размеренно, видьядхара заворожённо смотрел, как оба члена пропадают в глубинах любимого, стенки приятно сжимают вокруг. Было мокро, горячо, так волнительно, что тот не сдержался и двинулся немного резче. Первопроходец держался изо всех сил, удерживал сознание, как мог, но к такому его жизнь не готовила. Он уже не стонал в голос, лишь тихо хрипел, пытаясь вдохнуть раскалённый воздух, однако лёгкие не слушались. Ему было слишком хорошо. От переполнившей внутри него любви к Дань Хэну горело в груди так, что Стелларон начал испускать мягкий свет. Приятные ощущения шершавого языка на шее возбуждали, оба члена, таранящие его изнутри заставляли кричать, а кисточка хвоста только добавлялась ко всему этому. Парень не продержался долго. И дракон вслед за ним, обильно кончаяя внутрь, заполняя пространство семенем. Клыки точно вонзились в шею, позволяя Дань Хэну почувствовать кровь своего сокровища на вкус. Келус зажмурился и от боли, и от наслаждения. – Всё хорошо, - шёпот в красноватое ухо не приводит Первопроходца в чувства. Видьядхара довольно рассматривал свою лучшую работу, иногда слизывая кровь из самых глубоких ранок. Так же Дань Хэн понял, что до ванной они сегодня точно не доберутся. Как и сменить грязную постель. Поэтому с неохотой выпустив из своих объятий засыпающего на ходу Келуса, подобрал сбившееся в угол одеяло, лёг и укрыл их обоих. Хвост тут же обвился вокруг ног возлюбленного, а руки обернулись вокруг талии. Теперь они точно будут вместе. И метка на шее Келуса тому подтверждение.