Salvadora

      Резко выдохнув, Анна вздрогнула, распахнула глаза. Попыталась привстать на руках, но вновь рухнула, придавленная сверху чем-то тяжёлым, тихо жужжащим. Девушка пошарила вокруг себя: помимо мохнатых лап и тонких крыльев насекомых пальцы нащупали нож. Воткнув его в чужую плоть, она кое-как вытянула себя из-под неподвижного тела.       Оказалось, наёмница лежала в куче полумёртвых паразитов. «Родилась в рубашке», — сказали бы на родине. Не каждый пережил бы взрыв гранаты и падение с большой высоты. Анна отделалась лишь несколькими ушибами, ссадиной на лбу и лёгким испугом. Пахло отвратительно, в том числе и от неё, с ног до головы покрытой слизью от лопнувших жуков.       — Блядь, ну и мерзость, — с отвращением выплюнула девушка, стряхивая с себя ошмётки насекомых.       Образец плага остался цел, чему Анна несказанно обрадовалась. Она бы очень расстроилась, если бы все усилия по получению этой ампулы пошли насмарку. Луис вряд ли достал бы ещё одну такую.       — Надеюсь, с ним всё в порядке, — беспокойство подстёгивало пошевеливаться.       Выудив из аптечки все салфетки и бинты, наёмница на скорую руку обтёрлась. «Приятный» аромат уже не перебить, но хоть кожа перестанет липнуть. Заменила старую, пропитанную кровью, повязку на плече. Не так аккуратно, как Сера.       Луис…       Почему же сердце так бьётся от волнения? Он же смог вырваться? Встретился с Леоном и Эшли? Сколько времени Анна провела без сознания? Наверное, они уже на пути к острову. А если нет, то нужно поспешить к пристани.       Девушка закинула рюкзак за спину и остановилась, опомнившись. Лас-плагас у неё, испанец, наверное, думает, что она умерла, провалившись в шахту. Почему бы просто не вызвать вертолёт и не улететь? Вескер заплатит, а Анна забудет об этом «райском» местечке.       — Чёрт, — не найдя рацию – она же у Луиса, – Анна разочарованно застонала.       Чёртов испанец.       Чёртова миссия.       Чёртова совесть, проснувшаяся в такой момент.       Ну, конечно, Анна никуда не уйдёт. Она же «самый лучший телохранитель». Вот чтоб ещё хоть раз она взяла такое задание. Больше никаких учёных-биологов, никаких каштановых кудрей, серых улыбчивых глаз, тонких смеющихся губ. Господи, он ей и правда нравится!       Обозлённая и раздражённая на саму себя и ситуацию, Анна осмотрелась. В самом сердце шахты слева от девушки висел громадный улей. Вокруг него чёрными точками летали паразиты. Наёмница поморщилась. Хватит с неё встреч с насекомыми на сегодня.       Подойдя поближе к обрыву, Анна посмотрела вниз, присвистнула. Пещере не было конца, вглубь петляли рельсы, неподвижно стояли подъёмные механизмы, поблёскивал янтарь в свете масленых ламп. Всё ожидало в безжизненном оцепенении, готовое заработать в любую минуту. С каких пор здесь всё так запустело? С приходом лорда Сэддлера?       Вверх поднимался грузовой лифт. Отлично. По креплениям и железным балкам забраться наёмнице проще простого. В детстве Анна без труда лазала по деревьям и пробиралась в недостроенные здания. И никогда не боялась высоты. Мечтала стать спасателем, хотела помогать людям. Детство прошло, планы и обстоятельства изменились. Теперь она людей убивает и этим зарабатывает. А навыки остались.       На подъём ушло каких-то десять минут. Выбравшись из шахты, Анна поняла, что в подземелье действительно было нечем дышать. Голова слегка кружилась. Стоило подняться на поверхность и дойти до пристани. Девушка не знала, где могли её ждать, может, и не ждали вовсе. Во всяком случае, она вернётся обратно, попробует поискать Аду или Луиса, или хоть кого-нибудь. Без связи, окружённая безумными сектантами и прочими тварями, что может быть лучше?       В своеобразном крытом складе стояло множество металлических контейнеров, под брезентом лежали аккуратно сложенные доски, гружёные ящики, катушки и провода. Всё самое «необходимое» для средневекового замка. Или для постройки современного загородного домика. Кому как угодно.       Перед носом воткнулся нож, Анна среагировала, отклонив назад корпус. Пистолет, снятый тут же с предохранителя, оказался в руках наёмницы.       — Недурно для девчонки.       Перед Анной приземлился мужчина в военной форме. Хорошо сложенный, мускулистый, пугающий. Дуло пистолета направилось прямо в его лицо, исполосованное шрамами. Он оскалился, глаза недобро блеснули металлом.       — Ты кто? — грозная, враждебно настроенная девушка всем видом показывала – она не боится.       — Разве Вонг не сказала, что у вас есть друзья на задании? — мужской голос хрипел, даже не пытаясь скрыть насмешливую интонацию.       — Ты. Кто. — Анна демонстративно сжала рукоятку крепче, как бы предупреждая, что больше повторять не будет.       — Джек Краузер. А ты – Анна Орлова. Будем знакомы.       Наёмница почти растерялась, услышав свою настоящую фамилию. Сдвинула брови, стиснула челюсти. Капелька пота скатилась по виску. Этот Джек её напрягал и абсолютно не внушал доверия. Впервые за эти сутки девушка теряла инициативу, хотя они поговорили всего ничего.       — Где учёный? — Краузер играючи перебрасывал и крутил в руках нож. Его будто не волновало, что ему в любой момент может снести голову прицельно выпущенная пуля.       — Не знаю, — искренне ответила Анна. Он что, слепой? Хотелось съязвить, демонстративно обвести вокруг себя руками, покрутить головой. Но она не отрывала взгляда. — Что тебе нужно?       — «Янтарь». Помнится, тебя за этим наняли. Или ты уже забыла о цели нашей миссии?       Янтарь лежал в рюкзаке. И чёрт с два Анна отдаст его. Тем более Краузеру. Да, девушка была прямолинейной и почти не умела врать. Но в нужные моменты всегда была невозмутимой, могла извернуться, выпутаться. Наёмница опустила пистолет, выпрямилась. Шагнула навстречу мужчине.       — Я всё прекрасно помню. Джек, у тебя есть закурить?       — Может, ещё кофе налить? Я тебе не мальчик на побегушках.       Анна понимающе улыбнулась, кивнула, прикрыв глаза. Убрала пистолет и расслабленно потянулась. Краузер смотрел, ждал. И терял терпение.       — Он у Луиса, — сместившись вбок, наёмница скинула сумку, опёрлась на контейнер, словно собиралась отдохнуть.       — У Луиса… Ц-ц. Чем ты занималась всё это время? Грела на солнышке свою костлявую задницу? За какие заслуги Вескер взял тебя на работу?       — Действительно, — театрально удивилась девушка, загнула один за другим пальцы: — Заказчика потеряла, образец не достала. Только прохлаждаюсь и…       Быстрый выпад, взмах ножа. Разумеется, Краузер заблокировал удар.       — Устраняю предателей.       — Догадливая сука.       Она поняла почти сразу: никакой Краузер не друг. Понятно как с такими поступают. Интересно, Вескер ей доплатит за убийство этой крысы?       Джек оскалился, предвкушая скорую битву. Хотя что может противопоставить ему какая-то тощая девка? К тому же, ещё и раненая. Анна напряжённо молчала, увеличивая расстояние между ними. Выставив перед собой руку с ножом, она кружила вместе с Краузером, насколько позволяла ширина коридора. Он опытный, натренированный, вышколенный армией и службой в спецназе боец. Наёмница ему не ровня. Но кто она такая, чтобы отступать? Будет пользоваться своими преимуществами. Ублюдку нужен образец, пусть попробует отнять.       Несмотря на свою комплекцию, Краузер двигался быстро, точно наносил удары. Ловкий, сильный, смертоносный. Превосходный соперник. Анна не отставала, вовремя уворачивалась, парировала. И была за счёт своей лёгкости быстрее и выносливее. Крутилась юлой, уходя от атак. Джек не давал передышки, резал, колол, бил ногами, загоняя наёмницу в глухую оборону. Но Анна терпеливо ждала своего шанса контратаковать. И он подвернулся. Уклонившись, девушка отпрыгнула назад, тут же моментально сократила дистанцию. Лишь резанула по уху, снова отдаляясь, переводя дыхание.       — Неплохо, — Краузер стёр алые, под стать своему берету, капли. — Но недостаточно.       Перекинув нож в другую руку, Джек с большим остервенением ринулся в атаку. Бил жёстче с намерением не покалечить – убить. В глазах пылал синий огонь, готовый поглотить в любую секунду, когда Анна ошибётся. И она его не разочаровывала, держалась стойко, извивалась точно змея, разве что ядом не плевалась. Хорошее развлечение в ожидании старого знакомого.       — Майор!       Анна лишь на мгновение отвела взгляд, увидев две фигуры, одной из которых был живой Луис. И тут же серьёзно поплатилась за это.       — Не отвлекайся.       От пинка девушка отлетела в ближайший ящик, оглушённая, не в силах подняться. Нож звякнул где-то сбоку, выпавший из разжатых пальцев. В глазах потемнело, в голове загудело. Болью парализовало всю правую часть лица: скулы, губы, даже нос. Висок холодило дуло пистолета.       — Майор Краузер! — голос Леона донёсся откуда-то сверху, за ним второй, жутко обеспокоенный, на грани истерики:       — Леон, он её сейчас убьёт!       Джек, будто и не слыша тех двоих, наклонился к Анне, запрокинул ей голову, схватившись за хвост на затылке, рыкнул:       — Где «янтарь»?       С большим усилием разлепив веки, девушка растянула губы в ухмылке, оскалила окровавленные из-за разбитой губы зубы и харкнула в лицо Краузеру. Тот смерил её снисходительным взглядом, стёр слюну и наотмашь ударил по левой щеке. Перед глазами взорвались фейерверки.       — Хочешь смотреть, как я твоему Ромео переломаю все кости? — он угрожал, прекрасно зная, что сработает. Анна вздрогнула в его руках. — Отвечай.       — В рюкзаке.       — Так бы сразу, — Краузер с прижатым к виску девушки пистолетом отступил спиной в сторону нужного контейнера. Волосы на затылке Анны натянулись сильнее, будто Джек хотел живьём снять с неё скальп. — Стоять на месте, салага. Иначе я снесу этой русской суке башку. Дождись своей очереди.       Леон и Луис, спустившиеся вниз, замерли. Один смотрел с неверием и непониманием, второй – с диким страхом и ужасом. Краузер не сводил с них глаз, волоча за собой девушку. Анна впилась ногтями в пальцы в своих волосах, пытаясь отцепиться и уменьшить боль. Но Краузер был беспощадным.       — Доставай, — он не требовал – приказывал.       Руки не слушались, наёмница почти выронила сумку, доставать что-то наощупь в её нынешнем состоянии было очень тяжело. Анна лихорадочно думала, как потянуть время. У Леона уже должен быть план, ей хотелось в это верить. Она старалась не смотреть на Луиса, потому что боялась, боялась, что Краузер не обойдётся одним лишь образцом. Не за себя, хотя чувствовала дыхание своего палача.       — Клади в карман. Живее. — Девушку чуть не вырвало от унижения. Она разорвёт этого ублюдка голыми руками.       Когда лас-плагас оказался в штанах Краузера, докуда Анна смогла дотянуться, она опустила руки, уронила на грудь голову, на сколько позволила рука, держащая за хвост, подтянула под себя ноги. Словно сдалась, и все силы разом покинули её.       — Майор Краузер, это ты похитил Эшли? Зачем? — Леон хотел докопаться до правды. А ещё пытался выиграть время для Анны.       — Какой же ты наивный, салага, — тон Джека сквозил разочарованием. — За два года ты так ничему и не научился?       Наёмница дёрнулась. Краузер встряхнул Анну, как какой-то мешок, и нажал на затылок, почти ломая тонкую шею. Глаза заслезились от новой вспышки боли, ухо обдало жаром:       — Я смотрю, ты заскучала. Выбирай: умрёшь быстро или будешь смотреть, как я убиваю того, кого ты должна защищать? — дуло пистолета перестало холодить кожу, девушка распахнула глаза, замерла в изумлении.       В висках запульсировало от накатившей злости. Зубами прокусив и так кровоточащую губу, Анна, что было сил, ударила головой назад, взмахнула маленьким, но острым карманным ножиком, вытащенным из ботинка. Срезанные светлые пряди остались в ладони Джека. Наёмница рванула вперёд за последовавшим выстрелом. Сбоку стрелой навстречу пролетел Леон, готовый сцепиться с Краузером в рукопашном бою. Луис охнул, попятился назад и упал, снося доски и всякий хлам.       Анне показалось, что она телепортировалась, настолько быстро она очутилась на коленях перед Серой, на автомате начала выкапывать того из-под строительного мусора. Будто сама не ранена, и сзади битва не была в самом разгаре. Девушка, как одержимая, стаскивала доски, ломая о них ногти, задыхаясь от бешеного стука сердца. «Сначала образец», – попрекал в голове голос Ады. «В жопу образец», – затыкала Анна в ответ, продолжая освобождать Луиса из-под завала.       Первое, что увидела девушка, – кровоточащая царапина над бровью. Анна позвала Серу, побила, чуть не рассчитав силы, по щекам, встряхнула за ворот куртки. Но даже тогда ей никто не ответил. Наёмница прижалась ухом к редко вздымающейся груди – там тихо билось сердце. Он был жив, что немного успокоило начинавшуюся панику, просто потерял сознание от сильного удара.       Потянув за подмышки безвольное тело Луиса за собой в более безопасное место, Анна заметила, что штанина на его левом бедре медленно темнела и становилась мокрой. Отступившая тревога вернулась вновь, наёмница поспешила. Накатывал волнами несвойственный для неё мандраж, сердце рвалось из груди.       Высокие деревянные ящики надёжно прятали от битвы. Леон взял Краузера на себя, изредка слышались обрывки их громкого диалога. Анне было не до этого. Она сняла подсумки, подложила их под голову Луиса. Ножом разрезала джинсу, открывая вид на вытекающую из огнестрельного ранения кровь. Эта пуля предназначалась Анне, от осознания становилось паршивее вдвойне. Краузер был прав, работу наёмница выполняла из рук вон плохо. В конце концов она сейчас на ногах, а Луис без сознания. Рискуя жизнью, Сера добыл лас-плагас, а Анна и его умудрилась просрать. К горлу подкатил горький ком, глаза заслезились.       "Не время сопли распускать. Нужно помочь Луису!"       Совсем не по-девичьи утерев нос и глаза рукой, не замечая боли, Анна пригляделась к ране. Кровь была тёмная, шла струёй, а не била фонтаном. Значит, артерия не задета, что уже повышало шансы на выживание. Без раздумий девушка ослабила лямки портупеи, сняла с себя футболку, оставшись в спортивном топе, и зажала рану. Было бы неплохо наложить жгут, подошёл бы даже ремень Луиса, только сначала повязка. У Анны нет ничего, кроме тянущихся в ожидании Леона минут.       Наверное, прошла целая вечность, прежде чем сзади послышались шаги. Мягкие, но уверенные. Не Краузера.       — Он ушёл, я не смог остановить. И он забрал твою ампулу, — Леон запыхался, Джек заставил его попотеть. — Что с Луисом?       — Ранен. Помоги мне.       Они поменялись местами. Анна занялась любезно предоставленной аптечкой, Леон останавливал кровь. Будто понимая друг друга без слов, они обработали кожу вокруг раны и царапину на лбу, наложили повязку, затянули ремень. Быстро и слаженно.       — Мне нужно идти за Эшли, — Леон тоже рисковал провалить своё задание, но и Луиса, который так ему помог, бросать не хотел.       — Я буду с ним. Только вытащи его на поверхность, — глаза наёмницы были полны решимости. Мужчина больше не сомневался, Анна не позволит чему-нибудь с ним случиться.       Девушка помогла расположить Луиса на спине Леона, поспешно собрала свои вещи, пока те двое двигались к подъёмнику. Нужно связаться с Адой. Срочно.       — Всё в норме? — смотря на синеющую гематому на правой щеке, многочисленные синяки и ссадины, грязный бинт на плече, Леон прикидывал в голове, что же такого случилось после того, как они расстались. От Серы, всегда излишне болтливого, слова приходилось тянуть клещами. Он о причине своей помощи рассказал только спустя тридцать однотипных вопросов, а уж про Анну совсем отказывался говорить. Не то, чтобы Леону было важно знать, просто он… волновался?       — Да… да, всё в порядке, — ничего не было в порядке, но девушка предпочла не грузить своими проблемами этого американца. В ладони уже лежала рация.       — Что случилось? — раздался голос Ады, как всегда холодный и равнодушный.       — А… — наёмница осеклась, чуть не сболтнув лишнего, боковым зрением глянула на Леона. — Это Анна. Краузер украл «янтарь».       — Поняла.       — Постой. Луис… Луис ранен.       — Пришлю вертолёт, — Вонг прервала связь.       В любой другой ситуации Анна бы красноречиво выразилась, разозлилась. Её бесило, когда люди вели себя так отстранённо, с напускной вежливостью, как всегда вела себя она сама. А сейчас она была просто благодарна Аде.       Поднявшись наверх, Леон опустил мужчину на каменную дорожку, прислонив его к стене. Анна поёжилась от ветра – всё-таки осенняя ночь, хоть и в Испании, не была тёплой. Девушка не без зависти глянула на коричневую куртку на плечах Серы. Ну, не будет же она её отбирать, ему нужнее.       — Здесь ещё бинты. Наверняка понадобятся, — Леон протянул упаковку и маленький спрей. — Мне пора.       — Спасибо, — держа всё в руках, Анна с благодарностью посмотрела на американца. Ей ещё многое хотелось добавить, но девушка ограничилась одним словом и полным признательности взглядом. — Я позабочусь о нём. Иди к Эшли.       — Oh, mierda! ¡Qué doloroso! — простонал очнувшийся Сера, схватившись за голову.       — Луис! Ты как? — наёмница оказалась перед испанцем на коленях, внимательно вглядываясь в глаза. Выставила перед его носом два пальца. — Сколько показываю?       — Oh, Hanna. ¿Estoy en el cielo?       «В аду», — вертелось на языке, но Анна промолчала. Луис либо не до конца очнулся, либо страдал от последствий сотрясения. Ну, или, как обычно, справлялся с трудностями в своей манере. Главное, не мёртвый, Анна остальное перетерпит.       — Хей, Санчо, вот, возьми, — Сера пошарил в кармане джинсов не слушающимися руками и вынул красивый серебряный ключ. — Спаси Эшли.       Мысленно посмеявшись, скорее истерически, шутливому прозвищу, девушка посмотрела на Леона и кивнула, улыбнувшись. Она уже всё сказала. Получив ответный прощальный кивок, Анна проводила удаляющуюся спину Леона до ворот часовой башни и обратила всё своё внимание на Луиса. Он уже смотрел более осознанно, тщетно пытаясь поджечь сигарету. Наёмница вздохнула и взяла всё в свои руки, помогла закурить и села сбоку, совсем рядом. Небо, ясное и безоблачное, расцвело мириадами ярких звёзд, во всей красе показалась полная луна. Почти романтично, если бы не миллион «если».       — Я думал, ты умерла, — было видно, как Луису больно, застрявшая в мышцах пуля мало способствовала заживлению. Он курил не столько по нужде, сколько пытаясь забыться, отвлечься и продержаться ещё немножечко в сознании. Голова была тяжёлой и монотонно гудела.       — Не дождёшься, — весело ответила Анна, зачёсывая назад короткие неровные пряди.       — Шутить вздумала? Какая ты жестокая.       — Могу поплакать. Хочешь?       — ¡Dios mío, Ханна! Ты такая заноза. ¡Increíble! — Луис наигранно ругнулся, шикнул от особенно неприятного движения ногой.       — Не переживай, Леон справится. Ты сделал всё, чтобы справился, — Анна будто читала Серу как открытую книгу, видя, что на самом деле его терзает.       — А что с лас-плагас? Тот мужик его украл, — дотлевающий окурок жёг пальцы, но это ни в какое сравнение не шло с тем, как болело простреленное бедро. Испанец отбросил его, стиснул в руке свой кольт. — Оставь меня, сеньорита. Ещё успеешь догнать Леона.       — Ада обо всём позаботится. И я тебя не брошу.       Мягко сжав кулак Луиса, наёмница как бы подтвердила свои слова. Это же Луис увидел и в зелёных глазах, значительно потеплевших за проведённое вместе время. Недостаточное, чтобы узнать друг друга хорошо. И, оглядываясь назад, на тот путь, который они прошли бок о бок, Луис без раздумий вручил бы свою жизнь в руки Анне ещё раз. Она была надёжной, непоколебимой, да, не без трудностей, но она почти вытащила его из этого проклятого места. Сера доверял ей, доверится и сейчас.       Девушка неспешно поглаживала большим пальцем ладонь мужчины и почти упустила тот момент, когда Луис вновь отключился. Лучше бы он подольше был в забытье и не боролся с болью, будучи в сознании. Совсем идеально, если бы Луис проспал до самого прибытия вертолёта. Повязка на ноге успела пропитаться кровью, да и время наложения жгута подходило к концу. Анна подрезала нижний край штанины ножом, чтобы не задирать её и лишний раз не тревожить ногу. Кожа постепенно приобретала сине-фиолетовый оттенок.       — Уже штаны с меня снимаешь? Решила воспользоваться моим положением, Ханна? — вздрогнув от насмешливого тона, Анна посмотрела на Луиса широко распахнутыми глазами, будто он действительно застукал её за какими-то непотребными вещами.       Сера обводил её взглядом: голые плечи, очертания аккуратной груди, скрытой светлым топом, впалый живот. Поборов в себе желание рефлекторно прикрыться, девушка выпрямилась, расправила плечи и, дёрнув за ремень, разрезала его. Луис сдавленно прошипел, откинул назад голову.       — Я смотрю, кто-то хочет спать, а? Могу устроить.       — Сеньорита, прошу, нежнее. Я вообще-то ласку люблю.       Чуть не задохнувшись от возмущения, Анна отвела глаза от его невинного взгляда. Будто бы это не Луис только что отпустил весьма двусмысленную шутку. И несмотря на всю напускную серьёзность и обиду, наёмница накладывала новую повязку с максимальной осторожностью. А под испанский мат делала это ещё и в разы быстрее.       Почти сразу же после перевязки с Анной связался пилот вертолёта. Он сказал, что будет ждать прямо за башней, и ругань девушки о раненном человеке его ни капли не вразумила. Анна с волнением посмотрела на Луиса, того начало лихорадить, на лбу выступила испарина. И если наёмница дрожала от холода, Сера – от воспаления.       — Не смотри на меня так. Я смогу. Идём, сеньорита, — испанец храбрился, но Анна-то всё видела по его состоянию. Ещё немного, и он снова отрубится. Для того, кто медленно, но верно терял кровь, испытывал непрекращающуюся страшную боль, Луис держался достойно.       Оперевшись на девушку, Луис чуть не упал. Анна вовремя поддержала, обхватив рукой за талию.       — Или не смогу, — хохотнул Сера, скорчившись от боли и тяжело дыша.       — Сможешь-сможешь. От сектантов сбежал, собак перестрелял, паразитов порешал. Обвёл всех вокруг пальца, стащив лас-плагас. А тут каких-то сто метров не пройдёшь? Давай, соберись, не разочаровывай меня, — похлопав легонько по спине, девушка шаг за шагом двигалась вместе с Луисом вперёд.       — Вот это мотивация. А приз в конце будет? — Сера умудрялся заигрывать даже в таком состоянии, не отчаивался, цепляясь за последние крупицы покидающего сознания.       — Если будешь себя хорошо вести… — Анну повело за заваливавшимся вперёд испанцем. Чудом не клюнув носом, девушка согнулась пополам под весом мужчины, взгромождённым на спину. — Ох, блядь! Луис, только не смей помирать!       Ей никто не ответил.       На подходе к вертолёту у Анны заболело всё, что только можно. Ей пока не доводилось таскать на себе мужчин почти вдвое больше неё. Она не могла прийти в себя даже тогда, когда вертолёт взлетел. Мышцы сводило судорогой. Сказывались и усталость, и ранения, и излишние переживания. Усилием воли заставив себя подняться, наёмница сменила повязку – почти вся левая штанина Луиса была залита кровью. Шум пропеллера не мешал успокаиваться и согреваться. Единственное, что смущало Анну, – мелькающий в окне один и тот же пейзаж. Натянув наушники на голову, она требовательно спросила:       — Почему не отправляемся?       — Мы ожидаем команды Ады Вонг.       — Вы издеваетесь?! Заказчик кровью истекает. Какая ещё команда вам нужна? — вена на лбу вздулась, злость прибавляла сил, Анна орала на непреклонного пилота, будто разговаривала со стеной.       — Простите, мэм, это приказ.       — Засунь в жопу свой приказ!       Напоследок стукнув по обивке кресла, Анна вернулась к не приходящему в себя Луису, села рядом и стала ждать.       Около часа прошло, прежде чем появилась Ада. С безупречной укладкой, чистыми ботфортами на шпильках, без единой царапины, будто и не провела в этом захолустье больше двенадцати часов. Полная противоположность Анне – грязной, побитой, уставшей. Пока двери не закрылись, девушка мельком увидела Леона, живого и здорового. Значит, у него всё получилось? Но почему он был с Вонг, они сотрудничали?       — «Янтарь»?       — У меня, — покрутив знакомую ампулу в руках, Ада положила её в приготовленный заранее чёрный кейс и настроилась для разговора с Вескером. Даже не посмотрев на Луиса, спросила: — Он так тебе сдался?       — Разве он не часть нашего задания?       — В приоритете был образец. Защита Серы – дело вторичное. Ты могла его убить, заполучив ампулу. Неужели так понравился?       — Что, если понравился? — наёмница с вызовом посмотрела на Аду. Та выгнула бровь, пожала плечами и отвечать не стала, всё для себя понимая и где-то в глубине души соглашаясь.       Анна давно себе в этом призналась. И была готова на любые колкости, но их не последовало.       Запустив пальцы в каштановые кудри, девушка еле заметно грустно улыбнулась. Вонг докладывала Альберту о проделанной миссии, за окном окрашивалось море первыми рассветными лучами. Скоро всё закончится.       Или нет?       — Хорошо… будь по-твоему. Луис нам ещё пригодится, — Ада поднялась, приставила пушку к голове пилота, приказала: — Меняем курс, давай.       Вертолёт развернулся на 180 градусов, а Анне лишь оставалось догадываться, что задумала эта расчётливая и коварная женщина.