А любовь вспыхнула на берегу этих тёмных вод

— Аид сегодня не передавал никаких вестей? — Святые звёзды… Я только переступила порог, а ты опять стреляешь в меня этим вопросом — наигранно громко вздохнула Катра, прикрывая за собой дверь. — Ой, прости... Я как-то... Совсем не заметила — дева попыталась улыбнуться, но уголки её бледных губ нервно подрагивали. Лодочница смерила взглядом собеседницу, подмечая не только лишь вымученную улыбку, но и свежие алые следы от ногтей на бледной коже рук «златой девы». В глазах девушки заплясали тени беспокойства. — Хееей — как можно мягче промурлыкала Катра, подходя ближе к своей подруге по несчастью и бережно укладывая её истерзанные ладони в свои — Хочешь поговорить? — У-угу — рвано кивнула дева, стараясь не замечать, как на её щеках растекается розовым виноградным вином румянец. Брюнетка ласково улыбнулась и усадила подругу на кровать, плюхнувшись рядышком с ней. — Так... Почему тебя так тянет на поверхность? Постой. Я, конечно, понимаю, что жить в мире мёртвых, да ещё и на развилке, то ещё удовольствие. Но Аид улепетал на Олимп всего неделю назад, сразу после вашего разговора, а ты спрашиваешь о новостях от него каждый день! По нескольку раз! — Катра глядела на деву, понуро уткнувшуюся взглядом в свои сцепленные на коленях руки, уже с нескрываемым беспокойством. — Ну... Понимаешь... У меня есть долг... Долг перед множеством людей, который я обязана исполнить — робкий шёпот наполнил воздух в хижине. — Что за долг? Это как-то связано с тем, что ты «герой»? — Да. Так как боги избрали меня при рождении, у меня есть что-то вроде предназначения. — А ты знаешь, когда это «предназначение» тебя потребуют исполнять? — Ну... Как бы не совсем. У меня есть только предсказание-загадка. И всё... — Ясно... Ты поэтому так волнуешься? — Угу. Боюсь опоздать... Тут неожиданно Катра подалась вперёд и заключила деву в доспехах из златой ткани шёлковой рясы в бережные объятия. Дрожащие пальцы смуглых ладоней неумело выводили круги на спине одеревенелой златовласки. У последней словно бы перехватило дыхание. Будто ворох шмелей, всё это время копошащихся внизу живота юной Гетеры, вдруг разом превратился в прекрасных нежных бабочек и взмыл вверх, заполонив лёгкие девушки. Руки и ноги буквально застыли от будоражащего волнения. Однако дева всё же осмелилась обнять экстравагантную девушку в ответ. Казалось, будто они чувствуют друг друга каждой клеточкой тела. От этого хотелось задержать дыхание от страха и в то же время «заглотить» побольше воздуха, чтобы не «захлебнуться» в новых ощущениях. Но эти, такие трепетные и осторожные объятия вскоре пришлось разомкнуть, ведь напряжение, сравнимое с ударом молнии громовержца Зевса, давило на них пока ещё непосильным, но порой удивительно приятным грузом и не давало девушкам даже дышать. Следующие пару минут хижину наполняли лишь вдохи и выдохи. Девушки судорожно вдыхали в попытках вновь заполнить лёгкие воздухом. — Кхм… Э-это было очень приятно — проговорила Катра, упорно разглядывая деревянные ножки кровати и отказываясь признавать, что её лицо сейчас горит ярким пламенем зари. — У-угум. М-мне понравилось… — уклончиво отвечала златовласка, разглядывая потрескавшуюся побелку на потолке и сжимая в ладонях гладкую ткань своей рясы. — Думаю, мы могли бы как-нибудь повторить… — Отличная идея! — громкий выкрик сорвался с бледных губ и приковал взгляд экстравагантной девушки к слишком взволнованной улыбке девы. Та издавала тихое «ой» и прикрыла рот руками, чем лишь вызывала обворожительное тихое хихиканье собеседницы. — Ну так что? Пойдём на боковую? — Угум — «Пожалуй, экспериментов с меня на сегодня уж точно хватит» — промелькнула шальная мыслишка в головушке одной белокурой мадам за пару секунд до того, как дева, облокотившись о стену, прикрыла свои сияющие глаза, тут же провалившись в объятия сна.

***

Темнота ослепляла, но в то же время и успокаивала, убаюкивала. В тишине мглы раздавались тихие напевы. — Ди кию бэдха ля фие ми — «Что? Я ничего не понимаю!» — хотела выкрикнуть малышка, но отчего-то не смогла. Девочку обхватили огромные мозолистые ладони и бережно уложили в себе на ручки. — Эдэ лю селин де никс — глаза начинали предательски слипаться, и одна чернота пришла на смену другой. — Ди кию бэдха ля фие ми Конечности немели, голова словно наливалась свинцом, вынуждая, наконец, расслабиться. Так тепло… Так хорошо…

***

— Эй — знакомый голос прорывался сквозь сон, побуждая поскорее разлепить очи — Юная Гетера, ты проснулась? — Ммм… — сонно промычала златокудрая девушка, мило растирая кулачком заспанные глаза. На противоположной стороне кровати, в своём излюбленном коконе из одеял и простыней лежала Катра и бесстыже умилялась сонной соседке. Её грифа волос цвета тёмного каштана рассыпалась по ткани, а лунный свет прекрасно выделял чудесные конопатые веснушки на щёчках экстравагантной девушки. — Мне такой странный сон приснился — прошептала дева, сладко потягиваясь на кровати. — Не представляешь, мне тоже — улыбнулась лодочница. — Да? — удивлённо подкинула свои аккуратные бровки юная Гетера, уставившись на собеседницу — Расскажешь? Катра только было хотела что-то сказать, как вдалеке послышался громогласный возглас. Дева вздрогнула от неожиданности и потянулась к поясу, где давно уже ничего не было. А Катра лишь вздохнула. Она неспешно поднялась со своего уютного местечка и встряхнула головой, «поправляя» свою шелковистую гриву. — Цербер — вздохнула девушка — Позже расскажу, договорились? — Угу — благодарно кивнула дева, не в силах оторвать восторженный взгляд от подруги. — Ну… Пойдём? Катра протянула руку «златой деве». Последняя больше не колебалась и тут же ухватилась за смуглую ладонь.