А любовь вспыхнула на берегу этих тёмных вод

Весь день у Катры перед глазами мелькали вспышки того странного сна. Они затмевали, мешали, перетягивали на себя внимание. Как же девушка жалела, что не успела поговорить об их странных снах с подругой ещё утром… Ну и недоумевала, конечно, зачем же вредный братишка подарил ей столь странный сон. Да и ещё решил побаловаться с девой отчего-то! Но жалела, что не может поговорить с подругой несоизмеримо больше. Однако треклятый Цербер в этот раз подал голос не просто так. Аид вернулся… И этот «мрачный чёрт», как выражалась сама брюнетка, забрал её, увел в сторонку юную Гетеру для «важного разговора». Лодочница раздосадовано вздохнула. Наверное, она потеряла бдительность, потому как ладья неожиданно стукнулась о каменный берег, отчего души встрепенулись. — «Ой» — тут же мысленно пожалела об этом девушка, поспешив на помощь дезориентированным пассажирам.

***

— Дева — начал в своей привычной манере Аид — На Олимпе произошли небольшие… Трудности. Божество приобняло девушку — тонкие крючковатые пальцы расплетались и вновь сплетались из тьмы, обдавая холодом бледную кожу плеча, пронизывали отвратным чувством кости юной Гетеры. «Златая дева» поморщилась, но тут же заставила себя улыбнуться и поднять спокойный взгляд на владыку, хотя внутри её грудной клетки сердце ходило ходуном от беспокойства. — Из-за одной… Кхм… Проблемы произошли некоторые отхождения от первоначального сценария трёх сестёр Мойр. Так что, юный герой, тебе придётся исполнить своё предназначение раньше назначенного срока. По спине юной Гетеры пробежал холодок. — Это значит, что вскоре я смогу вернуться на поверхность? Тяжёлый вздох пронзил вязкий от напряжения воздух, и ледяная рука, наконец, соскользнула с плеча девы. — Нет. Придётся подождать ещё пару недель.

***

Стоило лодочнице ступить на мертвенную землю, вдали что-то блеснуло золотым. Это была она. С растрепанными пшеничными волосами, ясными сапфировыми глазами и вымученной улыбкой стояла юная Гетера у врат и настойчиво просверливала дыру в брюнетке. Девушка поймала её задумчивый взгляд, но, не получив никакой реакции от своей подруги, поспешила к ней. Неловкое подобие улыбки окрасило вишнёвые губы. И Катра, правда, всеми силами пыталась остановить себя, но непослушные ладони уже поправляли копну шелковистых кудрей. — Привет. Тихий голос лодочницы словно вывел деву из транса. Та вдруг встрепенулась и недоуменно посмотрела на внезапно образовавшуюся собеседницу. — Привет? — больше спросила дева — Как ты здесь оказалась? Ещё минуту назад ты была там — юная Гетера указала на давно уже пустую ладью. Катра тихо хихикнула и, обхватив запястье ошарашенной златовласки, мягко перевела её руку на себя, указывая пальцем девы на свою грудь. — Я уже тут — наглая ухмылка расцвела на губах лодочницы, пока она наслаждалась смущённо-озадаченным взглядом небесных глаз юной Гетеры. Когда же Катра удовлетворила своего романтика, сполна вкусив картину маслом под названием: « Смущение «подруги» »и вот уже собиралась отпустить засмущавшуюся деву, как… Та неожиданно перехватила её руку, неумело переплела их пальцы и застыла. Ждала реакции. И она её получила — широко распахнутые гетерохромные глаза глядели прямо на неё, а на щёчках экстравагантной девушки проступал румянец брызгами алого вина. Златовласка неловко засмеялась, чтобы разогнать напряжение, словно бы скопившееся вокруг них в купол густого молочного тумана. И звон колокольчиков смеха изнеженной юной девицы, наконец, пробудил лодочницу. — Идиот — буркнула она на «подругу», только подбросив ей новый повод для излишне громкого нервного хихиканья, и потянула за собой, не расцепляя их ладоней. Под густой шевелюрой кудрявых, да ещё и к тому же взлохмаченных волос лодочницы скрывалась невинная смущённая улыбка.

***

— Ну так… — начала «златая дева» присаживаясь рядышком с брюнеткой, при этом аккуратно придерживая свою рясу — Ты обещала рассказать про свой сон. Бумажную луну скрыли невесть откуда взявшиеся тучи — «Отличное время для того, чтобы вздремнуть» — сказала бы Катра, только вот разговор с «подругой» казался в разы интереснее перспективы хорошенько поспать. — Ммм… Это был очень странный сон — задумчиво промурлыкала Катра, выворачивая пальцы кистей «замочком» — А конкретнее? — Конкретнее… — вздохнула девушка с улыбкой на лице, которая означала: «Ладно, больше дразнить не буду… Пока что» — Кажется, мне снился странный храм. Он был будто из золота. Ещё он о-о-о-очень блестел и слепил мне глаза, чёрт его возьми. По-моему я была ещё совсем мелкой и меня держал на руках какой-то незнакомый старик. Он что-то бубнил себе под нос и… Хей. Ты в порядке? Не заметить, как с каждым оброненным Хароном словом златовласка становилась всё бледнее и бледнее, а её глаза постепенно становились всё больше похожи на пару птолемеевских медяков было очень сложно… — Это мои воспоминания… — блистательные глаза были намертво прикованы к Катре, пока сквозь густое напряжение прорывался ошарашенный шёпот — Как они… попали к тебе? — Постой — внезапно затихшая брюнетка тревожила словно бы куда сильнее — Что приснилось тебе? — Темнота. Какая-то странная песня на незнакомом языке. Кажется её пела женщина. О, и она качала меня на ру… — протараторила дева, параллельно пытаясь успокоить отчего-то держащие ру- ... Однако окончание краткого рассказа юной Гетеры утонуло в громком хлопке. Это Катра ударила себя рукой по лбу. На недоуменный взгляд девы она лишь раздосадовано прошептала, жмурясь от каждого слова, слетавшего с её губ: — Морфей — мой брат. А ещё он тот ещё чёртов шутник, бл*** Туманное молчание накрыло собеседниц с головой, переливаясь яркими красками от встревоженного до совершено растерянного. Пока лодочница ушла в себя, юная Гетера всё ещё косплеила браузер Гугл во время загрузки. — У тебя есть брат? — А — встрепенулась обладательница каштановых кудрей — Ну да… Хотя лучше бы не было. Этот чёрт Морфей — громко вздохнула лодочница. — Тот самый Морфей, который дарует сны? — Ну… Конечно — Харон взглянул на очень сосредоточенную и очень серьезную «златую деву», как на самого недалёкого идиота во всём подземном царстве. — Тогда почему он послал нам сны-воспоминания друг друга? Озадаченный взгляд очей, точно сапфиров, прожигал дыру в груди брюнетки, заставляя ту безбожно смущаться, вертеть глазами в поисках возможного укрытия и уже мысленно составлять план словесного отступления. — Мой брат он… — девушка внезапно поперхнулась воздухом — Ну… Любит заглядывать в воспоминания людей и богов. — Но почему он поменял наши сны? Катре казалось, будто она сейчас сгорит. — Он просто… Просто… — Просто? — не понимала златовласка. — Любит-сводить-меня-с-людьми — быстро-быстро пролепетала лодочница и зажмурилась, надеясь, что часть предложения потерялась в воздухе и не дошла до ушей девы. — « Чокнутый Морфей! Убью его при первой же возможности!..» — пронеслось в огненном чугуне головы девушки. Словно тень огромной каменной глыбы нависло недолгое молчание. Но через минуту оно резко прервалось тихим, почти дрожащим вздохом девы. Скрежет деревянной кровати сопутствовал её неумелым попыткам переварить слишком смущающую для неё информацию. Но ещё сложнее было вымолвить хоть слово… — Я в п-принципе н-не протиф — запинаясь, заикаясь и попутно ошибаясь в произношении слов, промолвила златовласка. — Что? — вопрос звучал едва слышно, но всё равно заставил юную Гетеру вздрогнуть. Прямо на неё испуганно уставились два больших глаза цвета янтарного мёда и прозрачно-голубой водной глади. «Златая дева» тут же зажмурилась. — Я п-подумала, мы м-могли б-бы стать б-ближе. У-узнать друг друга п-получше — бледные пальцы сжимали золотую шёлковую ткань на груди, там, где сейчас так невыносимо ныло. Послышался вздох облегчения. Катра даже и не подозревала, что задерживала дыхание. — Н-на самом деле, я думаю т-так же Взгляды «подруг» наконец-то пересеклись. Напряжение спало, оголив смущённо-радостные улыбки девушек. — Расскажешь о той колыбельной из твоего воспоминания?