А мне нравится

      Яна открыла глаза, и её тут же окатило волной растерянности. Где она? Всё вокруг казалось чужим, нереальным. Мир расплывался перед глазами, но постепенно зрение прояснилось, и она увидела, что сидит на обочине дороги, недалеко от какой-то деревни. Тревога кольнула её. Яна жила в городе, где поблизости не было никаких деревень. Да и эта выглядела так, будто её перенесли из учебника истории. Пытаясь вспомнить, что произошло, она поняла, что сидит прямо на траве.       Воспоминания обрушились на неё лавиной. Китайский репетитор, уроки, книга… Она шла домой после занятия, посвящённого «Магистру дьявольского культа» Мосян Тунсю. Именно эта новелла и подтолкнула её к изучению китайского. Вернувшись, Яна дочитала пару глав и поставила томик на полку, где красовались её любимые фигурки персонажей. Решив немного развеяться, она вышла на прогулку, планируя заглянуть в магазин. И вот тогда… Визг тормозов прорезал вечернюю тишину. Обернувшись, Яна увидела несущийся на неё грузовик. Время будто замерло. Вспышка боли, всепоглощающая тьма, и… тишина. Но даже в этой тьме она слышала ужасный хруст ломающихся костей.       Поднявшись на ноги и отряхнув с одежды налипшую траву, Яна огляделась. Что-то было явно не так. Одежда висела на ней, словно на вешалке, а сама она… как будто уменьшилась в размерах. Заглянув в карманы, она нашла стандартный набор: гигиеническая помада, пакетик мармеладных мишек, кошелёк и очки. Улыбнувшись, Яна подумала: «Сюэ Ян бы точно позавидовал такому набору выживания… или просто убил бы за него».       Решив спросить у кого-нибудь о своём местонахождении, Яна пошла на поиски людей. Вскоре она подошла к прохожему.       — Извините, не могли бы вы мне помочь… — начала девушка, но её собеседник закричал: «Нечисть!» и убежал.       Яна выглядела обычно: светлые волосы, завязанные в высокий хвост, голубые глаза, острый подбородок, немного пухлые губы, серьги и два прокола на бровях. Это поражало одних и не нравилось другим, но чтобы так кричать… Девушка задумалась. Почему на том человеке была одежда, как в древнем Китае?       «Погоди, это не может быть правдой! Во-первых, я же умерла… Или нет? Почему тогда бьётся сердце? Во-вторых… Древний Китай?! Не может быть! Хотя… почему все так странно смотрят? Точно, светловолосые девочки с пирсингом в Древнем Китае — это нонсенс. И как я сразу не поняла, что он кричал на китайском? Теперь все сходится…»       Осматривая себя, она осознала, что стала ниже ростом. Теперь это было точно!       — Что за чертовщина?! — Яна огляделась. — Почему я выгляжу так, словно мне десять лет, не больше? Одежда велика. Как это произошло?       Она побежала к реке, чтобы посмотреть на своё отражение.       Добежав, она глянула в воду и ахнула.       — Какого чёрта мне десять лет? Мне было шестнадцать!       «Нужно успокоиться. Может, это сон? Нет, всё реально… Итак, я умерла, но почему жива и стала ребёнком? А как оказалась в древнем Китае? Стоп, я читала фанфики! Я стала попаданкой? Об этом мечтала, но не знаю, что делать! Есть ли система? Нет? Хорошо. Не хочу быть как Шэнь Юань… Может, это шанс на вторую жизнь?»       Она натянула капюшон пониже, чтобы скрыть волосы и лицо.       Спустя час Яна успокоилась и начала обдумывать, что делать дальше. Вариантов было мало, учитывая её комплекцию.       «Я ребёнок, но серьги, появившиеся в четырнадцать, есть. Моё тело уменьшилось. Может, я в новелле? Какие есть варианты: система, небожители, магистр, странники? А если не читала эту книгу? Чтобы узнать, надо встретить персонажей. Сначала найти одежду. Где взять ханьфу?»       Яна не помнила, как оказалась на рынке. Прогуливаясь, она изучала окружающее.       «Не каждый день такое увидишь. У меня, наверное, ланьчжаневские флешбэки».       Издалека она услышала разговор:       — Ты слышал, Старейшина Илин вернулся?       — Возможно.       — Прошло два года после его смерти, самое время возвращаться.       Разговор продолжался, но Яна перестала его слушать.       «Значит, я в истории магистра. Прошло два года после смерти Вэй Усяня, его возрождение через одиннадцать лет».       Скоро Яна достигла места, где сидел мужчина, а рядом лежали ханьфу разных размеров.       «Вот одежда, теперь как её купить? Смогу ли я притвориться нищенкой? Смогу ли я притвориться нищей? Я несколько раз упала по пути сюда. Быть такой маленькой крайне сложно — одежда грязная и порвана».

***

      — Девочка, что ты рассматриваешь?       — Простите, у меня нет денег, но мне очень нужна новая одежда. Не могли бы вы дать мне одно ханьфу бесплатно, пожалуйста? — Яна опустила голову, и слёзы заструились по её щекам.       «Оскар мне! И желательно прямо сейчас».       — Эй, не плачь, вот, возьми, — мужчина протянул ей черную ткань.       — С-спасибо, — прошептала она, не поднимая глаз. Затем развернулась, улыбнулась и ушла.

***

      Прошла неделя.

      Что за эту неделю произошло? Ничего значительного, по сравнению с тем, что могло бы случиться.       Яна прожила всю неделю на улице, пытаясь выжить. Но из-за своего возраста никто не хотел давать ей даже самые простые поручения. Она сняла пирсинг и носила лишь одну пару серёжек, чтобы избежать лишних вопросов. В рукавах хранилось её ценное ханьфу. Оказавшись в крохотной деревеньке, не зная, что делать дальше, Яна решила отправиться в город. Её влекло туда неведомое, слышимое лишь в речах торговцев.       «Может, в городе я смогу выжить, а не погибнуть в этом поселении», — размышляла она.       Полдня спустя, ступив на городские улицы, её охватило восхищение от царящей кругом суеты и дивных видов, о которых в книгах пишут иначе. Но вдруг, у одного из домов, появился мужчина средних лет, хватая её за руку и крича что-то неразборчивое. Запах перегара свёл её с ума.       «Он пьян!» — пронеслось в её сознании.       — Что молчишь? Язык проглотила? — ухмыльнулся он. — Смотри на меня.       Мужчина всматривался в её глаза. — Ты что, слепая и немая? Что за странная причёска? Выглядишь как пугало, — издевался он.       С самого детства крики отзывались в душе Яны болезненным эхом, заставляя её сжиматься от страха. И сейчас, в этой чужой и враждебной обстановке, это ощущение вернулось с новой силой.       — Заткнись! — с силой толкнул он её рукой, и Яна упала на землю.       Краем глаза она заметила движение, но проигнорировала его. Мужчина был готов нанести новый удар, что могло окончиться для Яны трагично.       Вдруг перед ней возникла белая тень. Руку грубияна перехватил заклинатель в белом.       — Ещё один слепой, ха-ха-ха.       — Пройдите в дом, — спокойно предложил даос, крепко сжимая руку мужчины.       — Отпусти меня!       — Вы пьяны. Следуйте за мной, — он оставался серьёзен и невозмутим.       — Не пойду, — мужчина пытался вырваться, но безуспешно. Попытался ударить заклинателя другой рукой, но и её перехватили. — Отстань от меня, слепец!       — Придётся, — с выдержкой и силой даос ударил его по шее. Мужчина без сознания начал падать, и даос подхватил его и унёс в дом. Затем подошёл к Яне, присел, чтобы быть на одном уровне с ней, и спросил: — Ты в порядке?       Яна протёрла глаза от слёз и разглядела своего спасителя. На нём были безупречно белые одежды, за спиной висел меч, а глаза скрывала белая повязка, на которой виднелись еле заметные пятна крови. Она без раздумий бросилась ему на шею, обнимая.       — Спасибо, — прошептала она тихо.       — Девочка, где ты живёшь? — спросил он, гладя её по спине в попытке успокоить.              — У меня нет дома.       — А родители?       — Они умерли, — призналась она. Это была правда: её родители скончались, когда ей было три года, и она выросла под опекой дяди, человека, мягко говоря, погруженного в алкоголь.       — Хм, если хочешь, можешь пойти со мной. Только я не вижу, поэтому не смогу должным образом о тебе заботиться.       — Ничего, я тоже не вижу!       «Ну, немного приврала. В древнем Китае мои голубые глаза будут сильно выделяться, и многие подумают, что я слепая».       — Даочжан, — прозвучал голос девушки, выходящей из тени. Она была одета в темно-зелёную одежду, держала в руке бамбуковую трость, а у неё были белые глаза. — Что здесь произошло?       — А-Цин, надеюсь, ты не против, что эта девочка будет жить с нами. К сожалению, она тоже осталась без крова, — ответил слепой, стоя на ногах с девочкой в руках. — И она, как и мы, слепа.       — Нет, так даже будет веселее! — А-Цин рассматривала девочку, думая, что та не видит.       Вскоре они трое отправились в путь, или, правильнее сказать, двое отправились в путь, а третья осталась на руках, задумчиво размышляя.       «Так я встретила Сяо Синченя и А-Цин. Я даже не смогла сдержаться, чтобы не обнять его. А вдруг я встречу Сюэ Яна и сделаю то же самое? Нужно держать себя в руках. Итак, если посчитать… Усянь был мертв тринадцать лет, Чэнмэй пытался воскресить даоса восемь… А с момента смерти Вэй Ина прошло два года… Значит, Сюэ Ян и Синчень либо еще не встретились, либо это произойдет очень скоро. Меня в оригинальной истории не было, и это логично. Главное - не нарушить ход событий. Ведь я за СюэСяо! Придется играть слепую перед босяком и слепышкой. Наверняка Сюэ Ян будет меня проверять. Что ж, пришло время показать все, на что я способна».       Пока её несли, девушка хотела рассмотреть всё вокруг, но это было бы странно для «слепой» девчонки. Она смотрела прямо и всё. Внезапно, краем глаза, она заметила что-то, лежащее на земле. Присмотревшись, Яна с ужасом осознала, что это человеческое тело.       «Никогда не думала, что мне так повезёт — встретить Сяо Синчена, А-Цин и полумёртвого Сюэ Яна. И как я о нём скажу? Придумала!»       — Даочжан, здесь пахнет кровью, — Яна не врала, запах действительно был.       Поставив девочку на землю и принюхавшись, даос произнёс:       — И правда. Постой здесь. А-Цин, присмотри за ней.       — Даочжан, может, не стоит? — начала говорить А-Цин, видя, как Синчень проверяет пульс неизвестного. Что-то в нём ей не нравилось.       — Пульс есть, слабый, но есть.       Синчень поднял полутруп на спину, как его окрестила А-Цин, и понёс.       «Мы идём в похоронный дом, хотя они не знают, ведь сейчас мы должны искать место для ночлега. Удобно знать сюжет».       Девушка шла рядом с А-Цин, держа её за руку. Казалось, она была рада, что у неё появилась младшая сестра.       Прохожий показал дорогу к дому, поняв, что перед ним слепые.       Отведя их в дом, Синчень попросил А-Цин принести воды, в то время как сам помогал незнакомцу. А-Цин вскоре принесла воду. Яна, наблюдая всё это, размышляла:       «О, как они прекрасно выглядят. Чэнмэй, конечно, смотрится как труп, но у каждого свои недостатки. Жаль, что в новелле они не вместе! Кто-то говорит, что это ненормальный пейринг (хотя, на мой взгляд, нормальный), но мне он нравится. Если направить Сюэ Яна на светлый путь, всё будет хорошо. И не нужно меня критиковать! Кому я это говорю? Интересно, это нормально, что я разговариваю сама с собой? Надо было бы пойти к психологу, только сейчас уже поздно. Как найти психолога здесь, если он нужен каждому?»       Вскоре очнулся босяк.       — Не шевелись, — предостерёг даос, перевязывая раны на правой руке.       — Ты…       «Так. Нужно держать себя в руках и не бросаться к нему в объятия».       Девушка пыталась отвлечься, размышляя о другом, и у неё получилось. Она пришла в себя, когда А-Цин говорила.       — …и таким тоном назвал меня слепой… Пф! Ну и что, что я слепая…       — Не сиди у стены. Я ещё не обработал рану на твоей ноге. Пересядь ближе, — заботливо предложил Сяо Синчень, стремясь помочь незнакомцу.       Девушка решила, что пора себя показать, ведь они её совершенно не заметили. Она подползла ближе, находясь слева от Сюэ Яна, и заметила, что он пытался спрятать руку без пальца.       — А ты кто? — его голос прозвучал хрипло. Неудивительно, особенно учитывая, что он кашлял кровью.       — Яна, — попыталась успокоиться она, заметив, что Чэнмэй испугался, наверно, подумал, что она его узнала. — Меня зовут Яна.       Приглядевшись к её глазам, он произнес:       — Ты тоже слепая? — когда она утвердительно кивнула, он продолжил: — Три слепца в одном доме, ха!       Как только послышался кашель Яны, Синчень прогнал двух девчонок и принялся обрабатывать рану на ноге первому.       В это время А-Цин начала разговор с Яной.       — Так тебя Яна зовут? Приятно познакомиться, я — А-Цин, ты, наверное, и так поняла.       — Взаимно!       «Яна, успокойся, ты всего лишь разговариваешь с любимым женским персонажем в фэндоме. Почему я обращаюсь к себе от третьего лица?»       — Кстати, тебе не кажется тот полутруп подозрительным?       — Я не знаю…       «Почему-то я вспомнила Не Хуайсана».       — Ты знаешь, почему тот идиот хотел тебя ударить?       Сначала девушка не поняла, о ком речь, но затем вспомнила.       «Тот пьяница».       — Не знаю.       «У незнайки там икота, сто процентов».       К вечеру даос, выйдя из комнаты, где лежал Ян, извинился за то, что нам с А-Цин придётся спать в гробах, и отправился на ночную охоту.       «Он какой-то странный. Тут ребёнок десяти лет и полуживой человек подозрительной наружности! И то, что даос слепой, не смягчает моего гнева, — думала Яна. — Как можно оставлять детей с незнакомцем? Ушёл на свою ночную охоту и в ус не дует!»       Расположившись в гробах, девушки начали засыпать, как вдруг послышался голос Сюэ Яна:       — Слепышка, мелочь, подойдите сюда.       «Значит, я — мелочь. Ладно, будь так, ты… да тьфу на тебя, и не важно, что ты не слышишь этого. Я прям, как А-Цин говорю, подумала».       — Зачем? — слепышка ему не доверяла.       — Я дам вам конфеты.       Яна вылезла из гроба и, «на ощупь», пошла к комнате босяка.       «Халявные конфеты, Сюэ Ян, я прощу тебе «мелочь», если будешь делиться ими со мной. Как говорит выдающаяся и умная девушка, то есть я, еда желательна и важна, особенно если она сладкая. Сам себя не похвалишь — никто не похвалит».       Хотя у неё и были конфеты, она знала, что лишние никому не помешают.       — Куда ты направляешься? — с недоумением спросила А-Цин.       — За бесплатными конфетами, — ответила девушка и скрылась за дверью. Несколько секунд спустя слепышка последовала за ней.       Зайдя в комнату, девочка заметила летящий в её сторону предмет, но не уклонилась. А-Цин, не зная, что это конфета, осталась на месте. Обе девушки подумали одно: «Проверка — он проверял их!»       — Чем ты кидаешься? — спросила слепышка, пока Яна делала вид, что она слепая и нащупывала конфету. Найдя её, она начала разворачивать обертку.       — Мелочь в отличие от тебя поняла, что это конфета.       Когда А-Цин тоже нашла конфету и начала её есть, Чэнмэй заговорил снова.       — Мелочь, слепышка, вкусно?       — У меня есть имя. И оно точно не слепышка! — возмутилась А-Цин.       — Ты не сказала своё имя, поэтому я буду называть тебя так.       — Слушай внимательно. Меня зовут А-Цин, а её — Яна, — указала слепышка на девочку, которая, игнорируя спор, повернула голову при упоминании своего имени, выражая лицом: «Ну и что?» — Ты такой странный: весь изранен, в крови, а у тебя конфеты.       — Когда я был ребёнком, я всегда любил сладости, но не мог их достать. Я завидовал тем, у кого они были. Поэтому решил, что если разбогатею, всегда буду носить с собой конфеты, — усмехнулся Ян.       — Значит, у тебя есть ещё конфеты? — эта фраза должна была прозвучать от слепышки, но Яна опередила её.       — Есть, подойди поближе, и я дам.       Она шагнула к нему.       «Сюэ Ян, я знаю, что ты сейчас сделаешь».       Немного оставалось, и Ян усмехнулся, вынимая меч и направляя его на девушку. Ещё миг, и он пронзит её живот. Удивительно, но она не испугалась.       «Можно ли умереть снова после смерти? И это нормально, что я не боюсь своей смерти?»       В отличие от неё, слепышка покрылась холодным потом.       Ян убрал меч и дал ей конфету, которую девочка съела с радостью.       — А куда даочжан ушёл посреди ночи?       — Кажется, на охоту.       — На ночную охоту, — Яна поправила слепышку и мысленно ударила себя по голове.       «Откуда ребёнок может это знать?»       — Разве есть разница: помогать избавляться от чудищ и не получить за это ни гроша?       — Разница есть, слепышка, ты просто не поймёшь.       А-Цин специально допустила ошибку, проверяя, подправит ли её босяк. Но была удивлена, когда поправила её девочка.       — Он же слепой. Как он может ходить на ночную охоту?       — Что за разговоры «слепой, да слепой»! Что с того? — разозлилась А-Цин. — Он даже так, очень сильный! Его меч такой: вжух, вжух, вжух — очень быстрый.       — Ты же слепая, откуда знаешь, что его меч быстрый?       На этот вопрос ответила Яна.       — Даочжан везде быстр: на охоте, на кухне, в спальне, на улице.       «Это прозвучало двусмысленно или мой ум испорчен? Наверное, и то, и другое».       Она взглянула на Сюэ Чэнмэя, который подавился конфетой после её слов. А-Цин не понимала, почему он закашлялся.       — Эй, заноза в заднице, если собрался помирать, то делай это быстрее.

***

      На следующее утро Яна проснулась от чьего-то будящего голоса.       — Пора вставать, — весёлый голос звучал у самого уха.       — А-Цин, можно ещё поспать? — зевнула девочка.       — Вставай, мне нужно задать тебе пару вопросов.       Неохотно Яна поднялась, вылезла из-под одеяла, несколько раз зевнула и протёрла глаза.       — Яна, тебе не кажется, что этот незнакомец подозрителен? — шепнула слепышка.       — И ради этого стоило меня будить? Может, немного и подозрительный.       «Зная, что сделает и сделал Сюэ Ян, я его защищаю, пусть даже почти. Нет, ну я точно психопатка».       — Собирайся, вот твоя одежда, — А-Цин подала Яне комплект одежды, которую, как оказалось, купил Синчень после ночной охоты. — Я буду на улице.       Ханьфу был черным, украшенным светло-серыми узорами.       «Конечно, ткань некачественная, но и так сойдёт».       Оно резко контрастировало с её распущенными светлыми волосами. Девочка хотела сделать какую-нибудь прическу; она даже купила ленту, но, к сожалению, у неё не получилось сделать что-то простое.       Покинув похоронный дом, Яна направилась к слепой девушке, которая разговаривала с даосом. В этот момент её взгляд упал на хромающего Сюэ Яна. Он медленно двигался вперёд, разведя руки, словно опасаясь столкновения.       — Вы меня обсуждаете? — босяк еще не заметил Яну.       — Ты слишком высокого мнения о себе, — слепая девушка исчезла, но Сюэ Ян сразу заметил девочку.       — О мелочь, ты уже проснулась? А что с твоими волосами, поседела, что ли? — босяк подошёл ближе к Сяо Синченю.       «Они так мило выглядят вместе, я сейчас умру от умиления. Почему меня не смущает, что он называет меня мелочью и седой?»       — А, что с моими волосами? — как бы невзначай, она потянулась рукой к волосам.       — Ты сама посмотри. А, забыл, ты не можешь! У тебя волосы почти белые.       — Яна, всё хорошо? — взволнованно произнес Синчень.       — Да, всё хорошо. У меня всегда такие волосы.       — Кстати, друг мой, почему ты встал? У тебя могут открыться раны, — даос «посмотрел» на босяка.       — Даочжан, всё нормально, похожу и всё быстрее заживёт, хуже не станет. Кстати, ты хотел крышу починить? Ты умеешь?       — Честно говоря, мне никогда не доводилось этого делать.       Кажется, про девушку забыли, поэтому она пошла в дом, где её ждала А-Цин с приготовленной едой. «У меня есть месяц до того, как Сюэ Ян начнет убивать людей руками Сяо Синченя. Я успею что-нибудь придумать. А пока можно и поесть».

***

      После полудня Синчень и Чэнмэй отремонтировали крышу. В это время даос и А-Цин отправились на рынок, а девочка осталась с босяком. Сейчас они находились в одной комнате. На циновке, где его лечили, сидел Ян и молча смотрел на свой меч — Цзянцзай. Яна же сидела, полупогружённая в мысли, смотря в одну точку.       — Что молчишь? Мелочь, эй, ты слышишь? — Чэнмэю было скучно, поэтому он решил хоть с кем-то поболтать, даже если это десятилетка.       — А? — его голос вырвал её из потока мыслей.       — О чём думала? — ухмыльнулся босяк.       — О этом мире.       — Ого, а я думал, что ты, как слепышка тупая. А ты, оказывается, умнее её, ха-ха-ха! — рассмеялся он.       — В отличие от тебя, умная.       «Понял? Сарказм на сарказм, вот так. И не нужно насмехаться над А-Цин».       Её глаза встретили полный ненависти взгляд.       «Сам виноват, что нарвался, не надо было прикалываться. Что он так на критику реагирует?»       — Мелочь, ты как с даочжаном познакомилась? — Сюэ Ян немного успокоился.       — Я шла по городу, когда вдруг вышел из дома пьяный мужчина. Он мне угрожал, хотел ударить, но даочжан меня спас, — на лице девочки появилась довольная усмешка.       — А слепышка?       — Не знаю.       «Как-то, я часто Хуайсана вспоминаю».       — Понятно, — Чэнмэй замолчал, что-то обдумывая.       Видимо, он хотел провести остальное время в тишине, но такая перспектива не устраивала девушку. Она подошла и, оставаясь на расстоянии двух метров от Чэнмэя, присела на колени. И, по-детски наклонив голову вправо, заговорила.       — Можно задать тебе вопросы?       — Валяй.       «И какие, нахуй, вопросы она мне хочет задать?» — прокрутилось в голове парня.       — Сколько тебе лет? — гениальный вопрос.       — Восемнадцать… А тебе?       — Ше… десять…       «Чуть не сказала, что мне шестнадцать. Чувствую себя тупой».       — Как тебя зовут?       — Зачем тебе это? — Ян не знал, как отмазаться от этого вопроса.       — Просто, а что боишься говорить? Ты что-то скрываешь?       «Блин, как не заржать? Что мне так смешно? Так лицо как у Лань Чжаня включаю».       Девушка смотрела будто сквозь Чэнмэя, поддерживая образ слепой. Лицо было серьёзным, что выглядело странно для её возраста.       — Что мне скрывать? — сделал самый непринуждённый голос Ян.       — А я откуда знаю? Я что твои мысли читаю? — сейчас девушка уже больше походила на ребёнка.       — Да кто тебя знает?       — А как ты оказался в канаве? — Яна знала, что Мэн Яо его вышвырнул, посчитав его ненужным, но услышать, что скажет Чэнмэй, было очень интересно.       — Мелочь, ты не поймёшь.       — Пойму! — надула губы девочка.       — Нет.       — Да!       — Нет, — парню нравилось бесить девчонку.       — Зануда! — она показала ему язык.       Вдруг послышались шаги, и в дом вошёл даос. В его руках была корзинка с продуктами. А-Цин стояла в дверном проёме. Увидев Синченя, Сюэ Ян с улыбкой на лице подошёл к нему.       — Даочжан, вот ты вернулся, с мелочью поболтать не о чём, она только глупые вопросы задаёт, — взяв из рук даоса корзину, он начал рассматривать её содержимое. — Даочжан, тебе тут гнильё подсунули. Ты нас отравить хочешь?       — Нет, прости, я не знал, — Синчень «смотрел» вниз, будто сделал самое плохое, что только можно было придумать, и теперь ждал наказания.       — Не извиняйся. Пойдём, может, найдём хоть что-то, что не гнилое. Я жрать хочу.       «И ушли, кажется, они всех забывают, когда вместе. Я, конечно, рада, но это второй день их знакомства».       К Яне подошла слепышка и за руку повела её на улицу.       — Тот незнакомец, он говорил, ты ему глупые вопросы задавала, какие? — А-Цин задала этот вопрос, когда они отошли на небольшое расстояние, чтобы их ни слышали, ни видели.       — Ну, я спросила, сколько ему лет, как зовут и как он оказался в канаве?       — Это не глупые вопросы. А что он сказал?       — Ему восемнадцать, на остальное он не ответил.       — Подозрительно. Он странный. Если что-то узнаешь, скажешь мне, а потом мы посмотрим, что делать, — слепышке не нравился он: выглядит странно, смотрит зловеще, да и меч на Яну направил. Также она волновалась за даочжана, свою новую подругу и за себя в конце концов.       — Хорошо.       «А-Цин, знала бы ты, что знаю я, ты бы офигела. А я даже не брала в расчёт все фанфики, которые прочитала по ним, с учётом, что некоторые были нц17. Ну кто из нас, не без греха?»