Это моя остановочка

      Мытьë посуды было не просто физической работой, а убеждением Квин принять участие в обсуждении. Приходилось ворчать, обмениваться сарказмом, подкупать, и, наконец, дело было сделано. Когда все поднялись наверх, Хелен появляется внизу лестницы. — Дарья, ты можешь остаться здесь? Я хочу поговорить с тобой, — просит она.       Джейк лëг спать. Вспышка бреда, полного страха, вымотала его. Пожав плечами и посмотрев на Джейн, Дарья спускается обратно. На первом этаже темно. Только лампа горит тëплым светом в гостиной, где они сидят. Джейн поднимается наверх, чтобы переодеться, а затем идëт в ванную почистить зубы. Там оказывается Квин. — Фу, не могла бы ты подождать, пока я закончу? — сплëвывает рыжая в раковину. — Могу, но тогда налëт может поглотить меня так сильно, что затронет мой мозг, и я стану имбецилом. — Такое может случиться? — взвизгивает наглая девчонка, заставив старшую девушку закатить глаза. — В любом случае, ты много знаешь о парне Дарьи? Он симпатичный? Он просто какая-то странная мужская версия еë?       От постоянной болтовни у художницы начинается мигрень. — Он классный. Я бы не сказала, что он полностью мужская версия еë. Они не полностью идентичны, — говорит она, не выдавая себя, но чувствуя, что довольно забавно подыграть. — Но их характеры очень хорошо дополняют друг друга. — Так... он милый? — подхватывает Квин, набирая в рот жидкость для полоскания рта. — О да, детка. Он просто великолепен, — усмехается вороноволосая девушка, раздувая своë эго.       С восторженным вздохом Квин поворачивается к ней, схватив за руку: — Как ты думаешь, мы можем уговорить Дарью позволить нам встретиться с ним? — Хм, не знаю. Это зависит от того, что ты видишь. Возможно, вы уже видели его где-то поблизости. — В Лондейле? — Да. — Как он выглядит? — О, ростом в пять футов и пять дюймов, тëмные волосы до плеч, астеническое телосложение, симпатичный. — О... — О, что? — Джейн поднимает бровь, надеясь, что Квин достаточно глупа, чтобы не понять, что художница описывает себя. К счастью, так оно и есть. — Значит, он всего на два дюйма выше меня. Это исключает его. Моя коллекция обуви рассчитана на то, чтобы я встречалась с парнями, которые выше меня на три дюйма, как минимум. — Ты думала приударить за ним? Парнем твоей сестры? — Джейн смотрит на неë, слегка покраснев, но и немного скривившись от этой мысли. — Господи, у тебя низкие стандарты. — О чëм ты говоришь? Я только что сказала, что встречаюсь только с парнями на три дюйма выше. Я очень строга в своих стандартах. — Я имею в виду, что ты никогда не видела этого парня, и он парень твоей сестры... неужели ты не можешь хоть раз оставить ей хоть капельку счастья? — Остынь, — стонет Квин, полоская рот и выплевывая ополаскиватель. — Я не «охочусь» за ним, мне просто любопытно. Я бы ни за что не украла парня своей сестры. Кроме того, его описание звучит так, будто ты меня подмасливаешь. Если уж на то пошло, раньше я думала, что он какой-то неудачник.       Художница скрипит зубами, вытирая рот. — Может, хоть имя назовешь? — ноет рыжая, уперев руки в бëдра. — Нет, — отвечает Джейн, сплюнув. — Оу, да что ж такое...!

***

      Травяной чай был чем-то новым в доме. Хелен часто уговаривала Джейка попробовать его, особенно когда пыталась его успокоить. Дарья не является его поклонницей. Хелен отпивает из чашки, облачается в халат и поворачивается к дочери, которая с нетерпением ждëт разрешения на бегство. — Итак, Дарья, я знаю, возможно, ты считаешь, что это не моë дело, но я бы хотела узнать немного о человеке, с которым ты встречаешься. — Хм, значит, я не могу убедить тебя в обратном. Неужели это так очевидно? — Дарья, я твоя мать. Матери могут улавливать всякие мелочи. В последнее время твоë поведение изменилось. Ты тише обычного ведëшь себя дома, и мы тебя почти не видим... — Как только ты сравнишь меня с Квин, я уйду. — Так кто этот человек? Какой он? — Эм... ну... Я не могу сказать, что мы идентичны, потому что это не так, но в его личности есть много общего с моим собственным мышлением, но он всё ещё достаточно девиантный и независимый, чтобы иметь мнение, бросающее вызов этому восприятию, пробовать новые вещи и даже поощрять меня делать то же самое. Он стал неотъемлемой частью моей жизни, и мне трудно представить себя без него.       На это не было особого ответа, только искренний кивок и: «Ммм,» — реплика, побуждающая продолжать. — Когда я с ними, он даëт мне почувствовать, что я не так уж одинока и что я не сумасшедшая, раз думаю так, как думаю. Он заставляет меня смеяться над вещами, которые только я нахожу забавными, в то время как другие либо не могут этого понять, либо просто не принимают их. Всë это естественно, нет ничего фальшивого или навязанного.       Ещë один кивок, только на этот раз более продолжительный и с таким же длительным молчанием. Через минуту Хелен хлопает дочь по колену. — Я уверена, что она думает о тебе так же.       Она?       И тут же Дарья напрягается. Она упустила это условное местоимение, и принимается мять и царапать сиденье дивана. Хелен слегка качает головой. На еë лице появляется тëплая улыбка. — Спасибо, что рассказала мне, Дарья. Надеюсь, это не тяготило тебя слишком долго. — Тяготило? — повторяет Дарья. Еë мозг всë ещё находится в некотором замешательстве. — Мы с отцом очень любим тебя и желаем тебе только счастья.       На этот раз Дарья ничего не отвечает. Она всë ещë пребывает в состоянии шока. — Всë в порядке, Дарья. Иди поспи немного. Я никому не скажу, если ты не хочешь. — Эм... всë в порядке. Пока я знаю, что это люди, которых я знаю и которым доверяю. — Хорошо.       Поднявшись на ноги, Хелен целует Дарью в лоб и тянется за своей чашкой, допивая чай. — Отправляйся в постель. Ты хочешь показать хороший пример комендантского часа для своей девушки. — Мама!       Женщина хихикает, увидев, как еë дочь поднимается по лестнице: — Ты же не думала, что я не понимала, о ком ты говоришь?       При этих словах Дарья опускает глаза. На еë щеках появляется нежно-розовый румянец. Затем она продолжает подниматься.

***

      В доме Лейнов Трент перерывает комнату сестры, за что ругает себя. Обычно он никогда так не делал. Он хочет убедиться, что дневник исчез. Он роется в ящиках, перекладывая вещи, заглядывает под холсты. Всё чисто. Он облегченно вздыхает. — Думаю, это конец. Хорошая работа, Джейн.       Краем глаза он замечает блеск и в одном из ящиков видит дискообразный кулон, лежащий под обрывками бумаги. Он поднимает его и в ужасе смотрит на сигил Вескатур. Юноша вздрагивает, почувствовав дуновение ветерка в комнате. Постепенно стали звучать голоса. Поначалу слабые, похожие на детский смех, потом всë более громкие. Ощущения нарастают изнутри. Так страшно, что его стало тошнить. Он медленно поворачивает голову к дверному проëму. Тëмная фигура стоит, наблюдая за ним. Вспышка. Отключается электричество, и звуки жутких детских голосов исчезают вместе со всплеском успокаивающего света.