Скелеты за дверью

— Б-боже, Руи.! — Камиширо-сан вскочила со своего места, чуть не перевернув недоеденное рагу. — Нет, какой ужас… сейчас, я достану аптечку… Милый, что ты творишь?! Ох, Руи не трогай, не растирай кровь по лицу.! — Тебе есть что сказать? — холодно спрашивает у все еще улыбающегося сына мужчина, как ни в чем не бывало проходя за стол, туда, где стояла его порция. Режиссер лишь покачал головой, прикрыв глаза. Похоже, он серьезно облажался. Видимо, его родители всё-таки обо всем узнали. Нет, он вполне ожидал этого, стоило отцу заявить о намерении поговорить с ним. Ожидал, но безумно сильно не хотел верить. Их труппа много раз вирусилась в интернете — ночное шоу в Phoenix Wonderland, колаборация с Tokyo Arcland… а еще та поездка в Америку, якобы «в институт иследований на конкурс»… он каждое шоу ходил по лезвию ножа, наивно полагая, что никогда не попадется. Но ведь стоило попытаться. Стоило же.? — Руи, ты как? — заботливо спросила мать, зло сверля глазами спокойно приступившего к еде мужа. — Зачем?! Мы собирались спокойно поговорить! Как ты можешь распускать руки на своего сына?! Боже, как много накапало… Сильно болит? — Все хорошо, мам. — спокойно улыбнулся Камиширо, вытирая поданной мокрой салфеткой кровь с лица. — Я заслужил. — Н-нет, Руи… — Ты заслужил. — заявляет Камиширо старший, пережевывая рис.— Бессмысленная трата времени! Мы уже обсуждали это. Забыл? — Нет. Вовсе нет. — Черт тебя дери, убери уже эту улыбку с лица! Да, мне не стоило так сильно тебя бить. Но ты, Руи..! Почему я узнаю что вместо того, чтобы присутствовать на конференции по случаю открытия нового научного музея, ты скачешь на площади перед ним в компании каких-то актеров?! Это же позор! — Милый, не кричи… — Мама. — с ледяной улыбкой попросил механик. — Всё хорошо. Пусть папа говорит. Женщина отвела взгляд в сторону и растерянно выдохнула. — Я говорил тебе, что это не нормальное увлечение. Я говорил, что твой ум надо пускать в другое русло — то, которое принесет обществу пользу в долгосрочной перспективе, а не мимолетные… как там у вас было, в том дрянном ночном шоу? «Улыбки»? Кому они вообще нужны?! Миру нужны открытия, изобретения! В конце концов, я уже пообещал директору нашей корпорации тебя в качестве сотрудника после учебы! Но ты… — Я просто делаю то, что хочу. — тихо сказал режиссер. — У меня есть мечта. Есть цель. И я… — Мечты — это лишь ограничения в нашей голове. — Руи. — прохрипела Камиширо-сан. Сын с надеждой посмотрел на неё — быть может, она сумеет помочь вразумить отца? Ведь она наблюдала как Руи с самого детства отдавал всего себя шоу… Она знает, как это важно для него, она понимает, она… Однако, крохотная надежда угасает также быстро, как и рождалась. — Прости. Но мы уже обсуждали это. Тебе придется бросить. В этот раз навсегда. «Ох…» Когда же… это началось? Когда мать, что так страстно поддерживала его, начала смотреть так отрешенно? Когда они с отцом решили отправить его на занятия по этой дрянной скрипке, «раз в «искусство» так тянет»? Когда, когда же это началось?! Когда его увлечения шоу стали чем-то «ненормальным»?! Когда?.. «Голова кружится…» — равнодушно подумал парень, стараясь подавить нарастающие эмоции. Не хорошо. — Вы можете хотя бы сказать, почему против? — спросил парень, чувствуя разливающуюся в груди горечь. Он ни на секунду не перестает улыбаться, однако голос его дрожит — что-то внутри так и давит… — Назвать причину, почему вы так резко изменились? Хоть что-то? — Я уже сказал. Ты не должен впустую расстрачивать свой гений. Ты… — Нет, это не то. Это не она. Неужели вы не можете просто все объяснить? Попытаться поговорить? — Замолчи. — угрожающе проговорил мужчина. — Неужели это так сложно? Почему я должен отказываться от всего, что люблю, даже не зная причины? — пытался аргументировать своё любопытство парень. Тоска и горечь, расходящиеся по легким, только усугубляли ситуацию. Будь на его месте кто-нибудь другой, он, глядишь, и сорвался бы. Но механик не кричал, ни за что. Он никогда не сорвется на близких, насколько бы ему не было тяжело. Он стерпит. Но сейчас, ему бы хоть что-то узнать! Перед «обыском» его мастерской и комнаты, перед ссорой, перед… — Ты сходишь с ума. Руи замирает. Маска трескается. Он испуганно смотрит в глаза отца. «Нет, нет, нет… не сейчас…» У них ведь на носу шоу… да и объяснить свою резкую пропажу друзьям он не сможет… Нет, нет, нет, ни за что… Собравшись с силами он пытается улыбаться. Получается хуже, чем недавно перед Нене, но он старается. — Отец, я-я… — Кажется, год, что ты жил без нас, окончательно вскружил тебе голову. «Нет, нет, нет, нет…» — Милый, давай не будем? Он все понял, давай не будем... — С утра я позвоню в школу и расскажу о твоем больничном. — поднимаясь из-за стола, проговорил мужчина. — Собирай вещи. — Нет, я не могу… — потерянно закрутил головой Камиширо, крепче сжимая стол. — Пожалуйста..? — Я не хочу, чтобы мир потерял такой талант. Ты сейчас психически не стабилен. Лучше тебе полежать у Санширо-сана. Прокапаться лекарствами, проспаться и… обдумать всё, что ты натворил. — Я… — Иначе придется рассказать всем твоим знакомым о том, что ты, Руи, уже не раз оказывался на лечении в доме душевнобольных. — Камиширо старший угрожающе ухмыльнулся. — Думаешь, они захотят общаться с психом? — Я нормальный. — твердо, но отчего-то с дрожащим голосом проговорил парень. — И они это знают. И принимают все, что я делаю. — Уверен? Мнение людей так переменчиво. — Стоп! — закричила вдруг Камиширо-сан, выступая вперед сына, тем самым закрыв его от приблизившегося отца. — Сегодня Руи никуда не поедет. И завтра тоже. Я не хочу, чтобы он снова проходил через это! — Мама… — Но взамен, Руи, ты навсегда — понимаешь? — навсегда откажешься от своих… идей о шоу и прочей… глупости. Пожалуйста. Мы оба знаем, что тебе не место в больнице. — женщина умоляюще посмотрела на сына. — Если не ради нас, то ради своих друзей — сделай это! Так всем будет легче… — Вы шутите.? В доме повисла тишина. Отец выжидающе смотрел на замершего механика. Последние слова сына, такие тихие и… отчаянные, заставили женщину виновато отвести взгляд, стараясь не представлять, какое выражение лица у мальчишки. Руи молчал. Что же, вот он — худший из всех сценариев. Либо он… снова отправляется туда, куда никогда больше не хотел попадать, либо полностью обрывает все связи с Phoenix Wonderland и WхS. Жестоко. Режиссеру требуется все его самообладание и актерские навыки, чтобы сменить треснувшую маску на новую, еще не запятнанную его эмоциями. Он делает вдох — ком в горле пропадает. Делает выдох — сглатывает странную горечь, идущую откуда-то с самой груди. Вдох — мыслей не осталось. Прочь. Выдох… Резкий вдох, сжатые до побеления костяшек кулаки. Да, новая маска ему к лицу — старая поглубже спрятана в закромах его сознания. Выдох. — Тогда, — улыбнувшись своей самой миролюбивой улыбкой, заговорил Руи, — знаете… я лучше сто раз сойду с ума в больнице, чем брошу дело своей жизни. — Упрямец! — вспылил мужчина. — Да ты..! Камиширо уже готовился к новой волне оскорблений в свою сторону, к новой волне попыток матери свести ссору к нормальному разговору… Неужели это так плохо — быть тем, кем Руи хочет быть? «Так всем будет легче»? Серьёзно? Да, он может перегнуть палку, но он всегда заботится о безопасности окружающих… Да, он часто чересчур увлекается, но это ведь не плохо… не плохо же хотеть дарить улыбки людям, хотеть их объединить и помочь разрешить все недопонимания? Однако… Может, лишь может… Его отец… «…прав?» — устало наблюдая за распыляющимся родителем, подумал механик. Он каждый раз, стоит делу дойти до ссоры, пытается убедить родителей в том, насколько для него важна его мечта. Но… …есть ли в ней смысл, когда он даже со своими самыми близкими людьми общий язык найти не может? «Ойя?» «Что за глупости?» — удивился своим мыслям парень. Это в первый раз… он лишь на секунду допустил такую мысль, но… Неужели он сдается? Он? Нет, бред какой-то! Лучше не думать о глупостях, а подумать, что делать дальше… Если он поедет в больницу, то научить Цукасу игре на скрипке будет попросту невозможно. Хотя… он ведь друг Аояги… Когда Руи был в гостях у Тойи, то видел у него скрипку… Может, попробовать договориться с ним? Он умеет играть, и вполне готов помочь в любом деле. Да, можно поговорить с ним… Потом Руи отплатит ему сполна. Но что делать с шоу? Если Нене, Цукаса и Эму будут на сцене, то они не смогут запустить все приготовленные спецэффекты без него… Можно попробовать попросить помощи у Мизуки… хотя, нет, не стоит его впутывать. Сестру Цукасы, Саки? Нет, её старший брат и близко к оборудованию не подпустит, будет переживать… А как же его роль? Нужен кто-то толковый, кто сможет и справиться с оборудованием, и выйти на сцену… Акито может подойти, но захочет ли он помочь… Нет, надо подумать еще… В доме раздается звон. Трое одновременно вздрагивают: прислушиваются. Руи немного неспокойно поглядывает на дверь: он написал ребятам, поэтому должен быть спокоен, но… — Это остальные вещи. Доставка из аэропорта такая долгая, ужасно. — проворчал мужчина. — Руи. Иди забери сумки и возвращайся. Мы не договорили. — Я понял. — кивнул парень, шустро направляясь к двери. — Я помогу, Руи. Парень молча прошел в коридор. Не обращая внимания на не перестающий звучать звонок, на ворчащего на кухне отца и на быстро догнавшую его женщину, он щелкнул замком и открыл дверь, даже не удосужившись посмотреть в глазок. — Руи-кун! Привет-привет! Мы пришли на супер-вандахой ночев...ку..? — Руи? Ты в поря… Тело сообразило быстрее, чем разум. Поэтому, также быстро, как дверь открылась, она с шумом захлопнулась перед ошарашенными актерами. Маска режиссера с треском разбилась.