Скелеты за дверью

Цукаса неохотно открывает глаза: лунный свет мягко льётся через полуприкрытые темными шторами окна. Парень несколько раз моргает — пить хочется... рука тянется к комоду, где должен стоять стакан с водой на такой случай, но ни комода, ни стакана он не находит. Тенма удивленно вертит головой — это не его комната... Спросонья он не сразу вспоминает об этом — садится на кровать, откидывает одеяло в ноги... И лишь увидев растеленный возле него футон... пустой футон, он наконец-то осознает, где вообще. Около кровати, на полу, лежит телефон. Тенма наклоняется за ним и чуть не падает — смешно ругнувшись, он переворачивает мобильник экранчиком вверх. Как он и думал — на аппаратике ярко сверкает "Untitled", переливаясь приглушенными, но все такими же завораживающими огоньками. Актер покачал головой — на часах почти четыре утра, а его соседа и, по совместительству, владельца комнаты, это, кажется, вообще не волновало. Негромко проворчав что-то непонятное даже самому себе, Цукаса вздохнул — взял в охапку одеяло, которым еще недавно укрывался, и уверенно отмотал застывшую на середине песню в самое начало. Экран чужого телефона вспыхнул и окутал звезду теплым светом. Секай Страны чудес спал. Дремало всё — розовые облака, казалось, и вовсе застыли. За ними проглядывали яркие-яркие звезды самых разных цветов: белые, золотистые, серебряные... Обычно громкая музыка была приглушена — она тихо-тихо, едва уловимо играла из динамиков на столбах с фонарями, заливающих дорожки тусклым светом. Аттракционы не двигались: переливались яркими огоньками, но не двигались. Плюшики дремали в их кабинках, на качельках и каруселях . От их размеренного сна Тенма широко зевнул — аж самому снова спать захотелось... — Вот же энергичный... — зевнул актер, поворачивая в сторону палатки со сценой — он не сомневался, что режиссер там. — На батарейках что-ли? Как можно так долго не спать... Тем более, еще вечером, после... всего случившегося, Руи выглядел так, словно оставь его хоть на секундочку без присмотра, он тут же заснет хоть на полу, хоть за столом, хоть стоя... В принципе, так и вышло. Когда Камиширо и Тенма вернулись в гараж, на них сразу же набросилась Отори. — Вы вернулись? Всё хорошо? Руи, ты проголодался? Хочешь отдохнуть? — Хе-хе, спасибо за беспокойство, Эму, Нене. — ярко улыбнулся парень, словно это не он несколько минут назад задыхался на лужайке, поглощенный приступом панической атаки. На его лице не было ни следа, указывающего на произошедшее — такой же спокойный, такой же улыбчивый... — Кажется, я переоценил себя, и немного устал. Вы не против, если мы продолжим заниматься в другой день? — Я уже говорил, что никто не будет против. — сложив руки на груди, притворно-недовольно проговорил Цукаса. — К тому же, мы не каждый день собираемся у кого-то с ночевкой. — Репетиция сегодня была очень насыщенной, — заговорила подошедшая к ребятам Кусанаги. Девушка осторожно посмотрела на Камиширо — парень миролюбиво кивнул подруге. — поэтому, давайте просто повеселимся? Отвлечемся немного... — А... Да... Да! Давайте сделаем много всего и, как и хотели, устроим супер-вандахой ночевку! — Но Руи все еще уставший. — строго покачал головой Цукаса. — Поэтому, давайте сделаем что-нибудь веселое, но не слишком утомляющее! — Да я не... — начал было Камиширо, но пронзительные взгляды друзей заставили его прерваться. — Кхм... Я был бы не против посмотреть какой-нибудь фильм или поиграть в видеоигры. — Давайте посмотрим "Навсикаю"?! — вскрикнула Отори, загоревшись улыбкой. — Там такие жучки милые! И зверюшки! — Ж-жучки..? — переспросил Тенма. — И зверюшки. — кивнула Нене. — Чем ты вообще слушаешь? — Чем надо, тем и слушаю! — обиженно ответил актер. Руи, наблюдающий за друзьями, усмехнулся. — Раз уж мы выбрали, что смотреть, предлагаю начать готовиться к просмотру. — Ага, вперед! Я принесла много вкусненького — высыпем все в чашки, и будем есть во время просмотра, как в кино! — Звучит здорово, Эму-чан. — улыбнулся Камиширо, вместе с Тенмой раскладывая диван. — У меня на кухне тоже пакет с конфетами и чипсами. Принесете? — Да! Нене-чан, пойдем! — Угу. До половины восьмого ребята смотрели выбранный мультик: Отори несколько раз рассыпала своих жевательных мишек, Нене дважды, из-за смешной и внезапной реакции Цукасы на самые разные кадры мультфильма, почти разлила грейпфрутовый сок. Камиширо с интересом наблюдал как за ребятами, так и за событиями в выбранном Эму "кино" — из этого может получиться интересный сюжет... Можно будет побаловаться со световыми эффектами, поиграться с акустикой и реквизитом... Да и Отори подошла бы роль княжны — с её гибкостью шоу выйдет более насыщенным... Постепенно в голову парня начали закрадываться и другие мысли — особенно сильно выделялась одна, самая волнующая. "Видимо, я все еще не переборол себя... — думал режиссер, совсем не слушая персонажей из мультика. — Надо придумать, как давать уроки Цукасе, не допуская повтора сегодняшнего..." Идея пришла быстро — механик решил, что реализует её завтра. Перед сном накидает чертеж в блокнот, с утра более детально его проверит и к обеду соберет. Ох, ему еще надо не забыть успокоить Нене... Несмотря на поток мыслей, ближе к концу мультфильма парень начал клевать носом. Он еле-еле продержался до титров — включил свет и, прогоняя сонливость, предложил ребятам поужинать. Друзья, наперебой делясь впечатлениями после "кинопоказа", прошли за актером в уже пустую кухню. Прием пищи не занял много времени — Эму съела всё быстрее всех, за что получила от Камиширо секретный приз — вкусную белую шоколадку. Второй была Нене — она "финишировала" почти одновременно со звездой, но парень чуть не подавился. Серебро в их негласном соревновании пришлось отдать актрисе. — Было вкусно. — победно глядя на разбитого Цукасу, улыбнулась девушка. Механик довольно кивнул, наливая труппе чай. — Хэй, Руи-кун, Руи-кун! А ты не будешь есть? — Там овощи. — наигранно вздохнул парень. — Я лучше поем оставшиеся в мастерской конфеты. — Опять твоя борьба с овощами? Теперь ты из-за нее голодать собрался? — Нет же, я... — Ребята, план А: никто не покинет кухню пока Руи не поужинает. — оживился Цукаса. Друзья молча похлопали глазами, переглядываясь. Но через мгновение всю четверку охватил смех. — Эй, я серьёзно! — Фу-фу, мы знаем. — улыбнулся Камиширо. — И от этого еще смешнее. — Ах ты..! Спустя еще полчаса борьбы с Руи, усердиями Кусанаги и Отори горе-режиссера удалось накормить. Правда, он выглядел так, словно его предал весь мир, когда Тенма горкой накладывал поверх его риса овощи, но... Это было весело. После чая ребята вернулись в мастерскую — по-началу, чтобы сыграть несколько раундов в пиксельные бои на принесенных Нене приставках, но когда Камиширо буквально уснул стоя в двери, планы изменились. Руи немного растормошили — парень извинился и повел ребят наверх, чтобы показать и объяснить, кто где спит, а также показать, где находится ванная. Эму и Нене очень не понравилось, что они спят в отдельной от ребят комнате, но возможность посплетничать без мальчишек и устроить свою собственную "мини-вандахой-вечеринку", а также врученный режиссером Эму пакет с несколькими пачками мармеладок заставило девушек наоборот, обрадоваться, что у них отдельные "покои" Быстро расстелив две односпальные кровати, девчат оставили переодеваться в пижамы. В комнате у Руи Тенма и сам Камиширо чуть не поругались: Цукаса настаивал, чтобы механик спал в своей кровати, а он — на футоне. Так актер был бы спокоен за отдых и сон друга. Второй же настаивал на обратном, потому что звезда — гость, а гости должны получать только лучшее. Спустя долгие десять минут, Цукаса сдался. Не ради себя — он бы хоть до утра спорил. Ради продолжающего засыпать на месте друга. Дальше дело пошло гораздо быстрее — футон был расстелен, пижамы надеты, зубы почищены. Стоило режиссеру коснуться головой подушки, как он тут же провалился в Царство Морфея. Тенма наконец-то выдохнул. — Отдыхай уже. — покачал головой актер, вытаскивая из рук уснувшего записную книжку, с которой директор планировал еще поработать перед сном. Обув принесенные из дома тапочки, Цукаса, еще раз убедившись, что друг спит, как можно тише вышел из спальни. Пройдя совсем немного, он прислушался: в коридоре был слышен шум телевизора... но не из комнаты девочек. "Видимо, это родители Руи. — подумал парень, стучась к подругам. — Значит, надо быть еще тише..." — Цукаса-кун? Ты пришел! Отлично, мы ждали тебя. — Эму приоткрыла дверь пошире. Тенма тенью зашел внутрь. — А Руи..? — Спит. Улыбка блондина тут же исчезла. Нахмурившись, он присел на одну из кроватей. Как оказалось, кровать Кусанаги. Девушки сели напротив, на вторую койку. Повисла тишина. Но ненадолго. — Нам надо поговорить. — в один голос, но с разной интонацией сказали актеры. И тут же переглянулись. Однако, в этот раз никто не смеялся. — Руи-кун выглядел очень плохо. — взволнованно перебирая оборочки рукава своей пижамной кофты, проговорила Отори. — Цукаса-кун, что с ним было? — Это... я даже не знаю, как это называется. — почесал голову парень, вспоминая увиденное. — Он просто сидел во дворе, трясся и... не узнавал меня, чтобы я не делал или говорил. Я даже пощечину ему дал, но это не помогло... А еще он не мог дышать..? Как во время приступа астмы, я полагаю... Не хочу даже вспоминать... сам перепугался. Это правда. Увидев своего вечно веселого и слегка безумного режиссера в состоянии, когда он даже дышать самостоятельно не мог, парня охватила паника — что ему делать? кого звать на помощь? как помочь? Руи не отвечал, сколько бы Цукаса его ни звал: лишь отчаянно цеплялся за свою голову, что-то хрипло нашептывая... Ни на пощечину, ни на тряску он никак не реагировал — вжимался в стену, ногами шоркая по траве и бегая наполненым ужасом взглядом по окружающей местности... Это была страшная картина и Тенма отдал бы многое, лишь бы никогда не видеть своего друга... таким. — Это точно было не от переутомления... — продолжала Отори. — Вы же тоже видели, как он выглядел, когда мы только постучали. И тогда, в гараже — Руи-кун был слишком на себя не похож! И сообщение об отмене ночевки, что мы увидели, пока он ел.... — И губу на лестнице так разбить очень сложно... — задумчиво произнес актер. — К тому же, Руи не тот человек, что в "порыве" уборки не будет смотреть под ноги... И еще этот приступ... Если бы вы видели, с каким ужасом он попытался сбежать, когда пришел в себя и увидел меня, вы бы расплакались. — Но у Руи-куна нет астмы, так, Нене-чан? — спросила молчавшую подругу актриса. — И нет причин так нас бояться, верно же..? — Что с ним, Нене? — Цукаса обеспокоенно посмотрел в глаза девушки. — Нене, ну! Пожалуйста! Хотя бы объясни, что это было! Хочешь — без подробностей! "Пока что" — Я... л-ладно... Да. Хорошо. — Кусанаги сглотнула вставший посреди горла ком. Сжав руки в кулаки, она уверенно посмотрела на ребят. — Вы же понимаете, что я всё еще не могу быть полностью честной, но... я-я расскажу, что знаю... Потому что Руи дорог и мне тоже. — Спасибо, Нене-чан. — То, что ты описал, Цукаса. Это была паническая атака. — Паническая атака? Это болезнь? Опасная? — Не то чтобы болезнь... Просто... — Внезапно становится очень-очень страшно и ты боишься всего вокруг, даже если оно не опасно? — поникла Отори. — Да, именно... Эму? — А ты откуда знаешь о таком? — удивленно спросил Цукаса. — После смерти дедушки с сестренкой несколько раз случалось. — покачала головой девушка. — Но мы были рядом и помогали ей! И сейчас у неё нет никаких приступов! — Я также думала и про Руи. — кивнула Нене. — Видимо, он и сам так думал... Давно не видела у него... такого. Еще и эти обстоятельства... Последнее слово привлекло внимание актера. — Обстоятельства? — брови парня вопросительно приподнялись. — Уф... — покачала головой Кусанаги, взглядом показывая, что это она точно не расскажет. Эму и Тенма вздохнули. — Доктор, к которому обращалась сестренка, говорил, что панические атаки не могут случаться просто так. Есть какие-то ситуации, в которые попадаешь, и — хоба! — в голове щелкает, и сразу всего боишься. — Нет, иногда панические атаки могут случаться и просто так. — спокойно возразила актриса. — Но у Руи никогда не было приступов без причины... Сейчас также. — Тогда как... — Вместо "ситуации"... у него есть определенный предмет, который вызывает паническую атаку. — Предмет? — Тенма задумался. Прогнал все, что произошло до "побега" механика из гаража и с удивлением распахнул глаза. — Неужели..? — Скрипка?! — неверяще вскрикнула Отори. Друзья тут же шикнули на нее — не хватало еще разбудить Камиширо или привлечь внимание его родителей. — Почему? — Цукаса внимательно посмотрел на подругу. — Что... Нет, что за.?! Нене, почему скрипка?! — Я... знаю не так много. Лишь то, что рассказывала моя мама или сам Руи. Сначала, ему нравились занятия, но потом он резко... потерял интерес..? И с ним начали происходить странные вещи, когда он играл для гостей или родителей... Взрослые не знали, что это... Он не хотел кого-то пугать. О приступах я и сама узнала по-случайности... Вот... — ...Это все. Правда. Простите... — тихо добавляет девушка. — Нет, Нене-чан. Спасибо, что поделилась информацией с нами! — грустно улыбнулась Отори. — Мы не расскажем об этом Руи-куну. У нас ведь теперь... общая цель, да? — Да... Ребята молча смотрят друг друга. Отори выглядела подавленной — вроде, что-то узнали, но сделать ничего особо и не могут... Цукаса продолжал анализировать полученную информацию. Актер громко и очень недовольно цыкнул, заставив девчат вздрогнуть. — Почему Руи добавил скрипку в сценарий, если так её не любит?! Это же глупо! — Ну... Он сказал, что не может упустить такую прекрасную концовку из-за личной неприязни. — Похоже на Руи-куна... — Идиот... — вздохнул Цукаса, краем глаза посматривая на стену, за которой спал их режиссер. — Если бы я знал, не стал бы его даже слушать! — Что будем делать теперь? — спросила Отори. — Руи-кун всегда заботится о нас, а сейчас мы ему даже отплатить не можем... — Будет слишком подозрительно так внезапно отказаться от его идеи со скрипкой. — размышлял актер. — Но и оставить всё как есть мы не можем. Не сейчас, когда узнали о приступах... Что же делать..? А если... Так, слушайте! — Да? — Надо придумать другую концовку! — закивал Тенма, что-то параллельно обдумывая. — На наше шоу придут жюри из комиссии "Toubou Fest", поэтому нельзя делать её банальной или чересчур унылой. Но и с действиями перебарщивать не стоит... — Может, нам не менять конец полностью? — возразила Кусанаги. — Достаточно заменить часть со скрипкой на что-то еще, а все остальное оставить, как было. — Цукаса-кун может спеть что-нибудь трогательное. — подумала Эму. — Тогда мы вполне компенсируем его игру на скрипке! Это будет не так эффектно, но... я не хочу видеть, как Руи-куну плохо. — Мы тоже, Эму. — кивнула звезда на пару с Нене. — Итак... Тогда, с утра займемся песней и вокалом. С Руи я поговорю сам. Придумаю убедительные аргументы и... В конце концов, если все мы будем против, ему придется изменить сценарий. — Он расстроится... — покачала головой Нене. — Лучше так, чем видеть, как он бьётся в приступах паники. Кто знает, когда ему снова станет дурно... — Да, я тоже так думаю! — закивала Отори. — Мне... жаль, что нам придется немного обидеть Руи-куна и раскритиковать его идею, но это правда лучше... Да..? — Да, Эму. Лучше. — поддерживающе погладила подругу по голове Кусанаги. На минуту, на лицах актрис расцвели искренние теплые улыбки. Тенма решил, что с девочек хватит — если сейчас их улыбки погаснут вновь, то день будет окончательно испорчен. Можно закончить обсуждение: дальше он сам разберется... А они пусть немного отдохнут. — Что же! Ваша любимая звезда на сегодня откланяется! — встав в любимую, "сверкающую прощальную" позу, парень подмигнул подругам. — Положитесь на меня и спокойно спите! Нет ничего, с чем бы не справился принц-пегас! — Дуралей. — весело покачала головой Кусанаги. — Доброй ночи, Цукаса-кун! — похлопала актеру девушка, мягко улыбнувшись. — Завтра будет еще более вандахойный день, я уверена! — Именно так! Добрых снов, Эму, Нене! — Добрых, дуралей. И он вернулся в комнату. Подумал переложить спящего Руи на кровать, а самому лечь на футон, как и планировал, но понял, что это гиблое дело, когда нахмурившийся "лунатик" чуть не разбил ему нос, стоило только попробовать приподнять парня. На часах было всего половина одиннадцатого, но, решив, что мысли пойдут на сонную голову лучше, Цукаса лег на кровать. С головой накрылся одеялом и начал думать. Как ему убедить Камиширо убрать сцену с игрой на злосчастном инструменте? Говорить об этом в лоб — значит сдать Нене и обидеть режиссера. Вдруг он подумает, что ребята не верят в его умения? В его идеи? В него самого? Нет, так поступать было нельзя. Он не допустит таких мыслей в голове друга, ни за что... "Надо еще подумать..." —  решил Тенма, немного раскрываясь. В комнате было прохладно. Под одеялом тепло. Подушка такая мягкая, а простыня такая приятная... незаметно для себя, парень начал засыпать. К сожалению, его гипотеза о том, что в сонную голову гениальные мысли приходят лучше, провалилась. И, проверив, что Руи совершенно точно спит, укрыт и не мучается каким-нибудь кошмаром, Цукаса погрузился в сон. А потом проснулся... Сцена секая Чудес была скудно освещена приглушенным светом центрального прожектора. Еще издали актер заметил это теплое свечение, а прямо под ним — несколько лежащих на сцене фигур. Звезда решила не обнаруживать себя сразу — осторожно пройдя за кулисы, он подошел к центральному входу на саму сцену: за не убранными с последнего шоу декорациями было прекрасно всё видно. Тенма тихо вышел из убежища навстречу виновнику его визита в Страну Чудес. Руи, немного сгорбившись, сидел прямо на полу сцены: очень внимательно рассматривая какой-то непонятный предмет в своих руках, он то и дело что-то крутил в нем, щелкал или зажимал. Его вид вызывал веселую ухмылку и самый недовольный в мире вздох — так обычно вздыхают родители, когда их чадо игнорирует всё и вся и неосознанно заставляет переживать за себя. Режиссер сидел в одной лишь легкой пижаме, даже не удосужившись подстелить что-то вниз или накинуть на себя сверху. Цукаса мысленно похвалил себя за предусмотрительность и крепче прижал к себе одеяло. — Руи-кун... спи... Блондин покачал головой. Положив на ногу Камиширо подушку и неуклюже накрывшись пледом, на парне мирно сопел Лен. Совсем рядом, положив голову на живот Кагамине, спала Рин, более аккуратно, но тоже укрывшаяся пледом. Раз они здесь, значит Руи бодроствует в секае уже довольно долго. Настолько, что пришедшие просто полежать рядом и немного поболтать неугомонные вокалоиды сдались и уснули. На сказанную сквозь сон Леном слова Камиширо лишь тихо хихикнул. — Не беспокойся, Лен-кун. Скоро я закончу и пойду спать... Прости, что мешаю вам. — М-м... не-а... не мешаешь... — ворочаясь, заговорила вторая Кагамине. — Лен просто... дурак.. — Эй, Рин... — возмущенно буркнул светловолосый. Камиширо мысленно хихикнул. Ему было очень стыдно, что он так поздно пришел в Страну Чудес, но он не мог разбудить мирно спящего Тенму своим шуршанием или работой. А идею воплотить в жизнь надо до утра... Неожиданно тело становятся тяжелее. Справа раздаётся тихий стук, а парню в миг становится намного теплее — кто-то накрыл его одеялом... Руи поворачивает голову — прислонившись к его плечу сидел Тенма. Очень хмурый и недовольный Тенма. — И долго тебе еще? — шепотом спросил он, указывая на до сих пор непонятный ему предмет в руках Камиширо. Режиссер виновато улыбнулся. — Только закрепить корпус... Я разбудил тебя своим уходом? Прости, я правда не хотел. — Как ты себя чувствуешь? — приподнимая бровь, продолжал задавать вопросы актер. — И нет, ты меня не разбудил. Я сам проснулся — хотел воды попить и заметил, что тебя нет. — Ох, это моя вина. Я должен был подумать о том, что ты захочешь пить. — Ты специально увиливаешь от ответа на вопрос? — Со мной все хорошо. Не стоит переживать. Я даже выспался — бодр, как огурчик. — кивнул Руи и, словно в доказательство обратного, случайно зевнул. — Ну... почти. — Обманщик. — хихикнул Тенма, забираясь под одеяло к режиссеру. Механик тут же отреагировал — отложил свой странный механизм и лично накрыл звезду, удобно устроив его голову на своем плече. — Прости... Из-за меня ты не можешь даже нормально поспать. — Ну, пойти посмотреть, как ты тут, полностью мой выбор. — парировал извинения друга Тенма, закрывая глаза. Он немного поерзал щекой по чужому плечу в поисках удобной позы и, наконец-то найдя её, сладко улыбнулся. — В конце концов, кто-то должен проследить, чтобы наш горе-алхимик не перетруждался. А то мало ли тебе опять завтра станет плохо. Готовившийся продолжить и, наконец, завершить сборку механизма, Руи замер. Прикусив губу, он виновато и как-то расстроенно нахмурился. — Прости. — проговорил он, медленно прокручивая винтик в пазу ранее упомянутого корпуса. — Я должен был внимательнее следить за собой. Мне жаль, что я вас напугал и заставил переживать. — Эй, да чего ты... Я же не жалуюсь или ругаюсь. — тут же оживился Цукаса. — Просто не хочу, чтобы и завтра тебе стало плохо. Это называется "переживать", понимаешь? Если завтра Эму и Нене поймут, что тебе нехорошо, но ты это скрываешь, то будут слишком тихими, а я — слишком громким! Оно тебе надо? — Ты и сейчас не тихий. — улыбнулся режиссер, указывая на начавших ворочаться Лена и Рин. — О-ой..! — Фу-фу, типичный Цукаса. — Э-эй! Что-то громко щелкнуло — Руи довольно выдохнул, откладывая странный механизм в сторону. Прошептав что-то по типу "Закончил", он посильнее закутался в свою половину одеяла. Цукаса внимательно вгляделся в лицо друга — бледновато, под глазами темновато... — По поводу сегодня... Цукаса вновь посмотрел на Камиширо. Но механик отвернулся, и его лицо было не прочесть. — Спасибо, что не лез ко мне с расспросами — неловко почесав затылок, проговорил режиссер. — И сейчас этого не делаешь. — Я же говорил — если ты не хочешь что-то говорить или делать, то не надо. — улыбнулся Тенма, неосознанно сильнее прижимаясь к чужому плечу. — Это, на минуточку, называется "дружба". Никто не будет заставлять тебя делать то, что ты не хочешь. — Но буквально сегодня вы заставили меня съесть целую тарелку овощей. — фальшиво всхлипнул Руи. — Это было так ужасно..! — Тоже мне, королева драмы. — фыркнул Тенма, слегка пихнув друга локтем. Они еще немного посидели молча. Цукаса начал проваливаться в сон — это было не очень хорошо... — Давай возвращаться..? — сонно протянул он, отодвигаясь от режиссера. — Давай... — сладко зевнул Камиширо, перекладывая свою часть одеяла на Тенму. — Как вернемся, я ненадолго спущусь в мастерскую, отнести инструменты. — И потом сразу же спать..? — Ага. — кивнул с улыбкой механик. Цукаса сонно улыбнулся в ответ. Аккуратно спустив с себя подушку и голову Лена, Руи поднялся, собрал в охапку разные штуки, название которых актер не знал, но видел у друга уже не в первый раз, и помог встать Тенме. Тихо попрощавшись с Рин и Леном, они, уже через мгновение оказались в спальне Камиширо. Цукаса облегченно выдохнул, возвращая телефон Руи владельцу. Режиссер молча поблагодарил звезду и, накрыв его "попушистее" сползшим с парня на пол одеялом, зашуршал инструментами в сторону выхода из комнаты. Тихо скрипнула дверь. Сквозь наступающий сон Цукаса слышал удаляющиеся шаги механика. И, наяву ли, во сне ли, он, кажется услышал нечто абсолютно невероятное: такое мирное, размеренное и убаюкивающее... звучание скрипки.