Скелеты за дверью

На сцене смолкла музыка. С уходом Руи тут стало тихо. Неприятно, болезненно и разрывающе на части тихо. Свет тоже, казалось, стал тусклее — от ярких ламп не осталось ни следа... Если бы Тенма не знал, что сейчас он в Стране Чудес, то мог бы и принять этот мир, свой мир, за тот, что недавно наблюдал, отправившись за Руи — широкая сцена, залитая холодным светом, мрак, поглотивший зрительские места... Не хватает лишь "реквизита" и, черт возьми, главного актера. — Руи... — тихо шепчет блондин, опуская голову. Неужели вся эта ситуация настолько исказила и его, Цукасу? Но... с ним же все хорошо... Д-да даже если и не так!.. Сейчас не время беспокоиться о себе! Есть кто-то поважнее, намного важнее! К черту отдых, к черту страх — не может такого быть! Чтобы его что-то сломало, хах... Глупости, да?.. Он же... Он же уверен в том, что все скоро закончится!.. Ведь... — ...Руи просто наложит на себя руки. "А?.." — И все — хах! — действительно закончится! Можно будет забыть о данных сгоряча обещаниях и не тратить на них время! — вкрадчиво нашептывает кто-то за спиной, заставляя Тенму всем телом напрячься. — Не волнуйся... Ты станешь свободным от проблем, как только это случится, звездочка. Идеальный конец, не так ли? Тенма с силой сжимает подушку, которую совсем недавно подкладывал под голову друга, чтобы тому было удобнее спать на нем же, на Тенме. Его пробирает злость. Что за бред он сейчас услышал? "Не правда..." "Это не так" "Я не хочу... не хочу, чтобы это было так" Негативные, печальные и до замирания сердца пугающие мысли пульсируют в его голове — разбиваются, переливаются и шумят настолько громко, что перекрывают все остальное. От них легко избавиться: нужно просто закрыть глаза и сделать вдох. Вдох, вдох, вдох, вдох... Да вот только стоит актеру сосредоточиться на мыслях, дабы прогнать их, живая фантазия подбрасывает ему новые испытания, в виде детально представленной картины — гадкой мазни под названием "Его смерть" — Пока мы сидим тут, он может уже вязать удушку из простыней. — скрипящим как несмазанная дверь голосом продолжает говорить кто-то из-за спины. — Или бить окна, чтобы достать острые осколки и... О, а может он пробует упасть с кровати и сломать шею? Ну же, звездочка, напряги воображение! Что еще он может сделать, пока находится в таком состоянии один? "Все будет в порядке... Такого не случится. Все будет не так" — мысленно отвечает он гадкому голосу. И слышит смех. Противный, пробирающий насквозь хохот. — Откуда тебе знать, звездочка? Разве ты сейчас с ним? Разве ты можешь прямо сейчас выхватить из его рук что-то острое? Можешь развязать связанную наспех удавку? Глупый, ха-ха! — шея откликнулась внезапным прикосновением — Тенма едва не вздрогнул из-за ощущения чего-то липкого и безумно холодного. Но самообладание все еще с ним, поэтому Цукаса даже не дернулся. — Хей, а вдруг он уже? Уже задушил себя, или!... Или порезал что-то очень важное для жизни? Ах, перерезанная артерия не оставит ему и шанса... Только представь! Палата, кровать, разбитое окно и твой ненаглядный посреди огромной бурой лужи кров... Тенма болезненно бьет себя по лицу. Хлопает? Ох, нет, ведь это совсем бесполезно. Костяшки и ни в чем неповинная челюсть отзываются неприятной, колющей пульсацией — кожа на правой щеке начинает пылать, а во рту появляется неприятный металлический привкус. Самого себя бить крайне неудобно — несподручно, но... другого способа заткнуть назойливый голос в голове он не придумал. Хотя, нет — мог... Но за это время мерзкий ублюдок из его подсознания наговорил бы еще больше отвратительного бреда... — Цукаса-кун? "Идиотизм... — зло думает Тенма. — Наверное, этот шум в голове из-за усталости... Насколько же убоги эти слова! Только настоящие придурки могут думать так, когда... когда их близкому человеку нужна помощь..!" — Цукаса..? — осторожно потянув друга за рукав, позвала Лука. Он никогда бы так не подумал... Не из-за каких-либо моральных норм или принципов, нет. Такое просто не могло прийти в его голову. Не к нему, не о нем... Точно нет. Да никогда!.. Ведь он не жаждет избавиться от жалоб Камиширо и сделать вид, будто ничего не случилось... Цукаса искренне хочет помочь: чтобы у Руи все наладилось... Чтобы он не бросал любимое дело... "Только представь: первое шоу с прямым эфиром из космоса! Наша звезда так ярко засияет на небосводе... Я уже представляю это!.." Чтобы не бросал их... "...Ты д-должен ударить меня и-и оттолкнуть..! Должен накричать, и, и‐и сказать, чтобы я больше никогда не попадался тебе и девочкам на глаза, т-ты..!" Чтобы улыбался ярко-ярко... "Всё будет хорошо, Цукаса... Спасибо" Чтобы не бросал его... "Цукаса я не смогу... Я не вынесу, прошу, Цукаса, я не смогу..!" Немного покрасневшие от недавних слез глаза слегка пульсируют. Тенма усмехается. Он не допустит плохой концовки в их истории. — ...Всё в порядке? — переспросил Кайто. Цукаса не поднимая на друзей взгляда потер тыльной стороной ладони горячую щеку. — Сейчас... не совсем. — Тебе нужно отд... — начала было Нене. — Нет... не нужно. — качнул головой парень. — Потому что вскоре... "Все будет в порядке" — ...все обязательно будет хорошо. — договаривает он, чувствуя, как в трепещущей от странных мыслей и безумных фантазий груди наконец-то появляется капля уверенности. — Я... не бежал от Руи, и делать этого не собираюсь. Я помогу ему, а он... Он... дождется меня. И я... спасу его. Буду рядом. Как и клялся ему. — Цукаса... — Мне плевать, кто встанет на пути. Я добьюсь хорошего конца для него и для всех... всех нас. Потому что я... "Только потому, что я ваш лидер? Нет, отнюдь..." — ...потому что я не хочу видеть боль на ваших лицах. Он разжимает кулаки — поднимает голову и видит своих друзей. Они все — рядом. И они делят те же чувства, что и он. В его глазах зажигаются те самые, неугомонные и ослепительно яркие звезды — на покрытом легкой усталостью лице впервые за прошедший час появляется слабая улыбка. — Мы справимся. — говорит он, уверенно глядя на подруг. На вокалоидов и на прояснившиеся от плавно загорающихся огней сцены зрительские места. — И это, кстати, не вопрос. Мы все сможем. Или мы не "Wonderland x Showtime"!.. Нене мягко улыбается. — Обязательно, Цукаса. — говорит она, краем глаза замечая, как на лице еще недавно находившейся на грани паники Эму расцветает такая же улыбка. — Все точно получится. — Но для того, чтобы получилось... Нам нужно придумать, что делать, так? — сказала Отори. Тенма плавно кивнул. — Что же мы можем сделать? — спросила Рин. — Может... мы можем... мы можем, эм... — Нет, вдруг... — У-у-у-ф... Мику не знает... Она такая глупая... — Все в порядке, ребята. — громко, чтобы все услышали, говорит Цукаса приободряюще улыбаясь. — Если не получается придумать, ничего страшного. У нас... еще есть немного времени. Мы успеем. — Но если с Руи что-то случится до того, как мы придумаем? — Лен грустно посмотрел на лидера труппы. Тенма покачал головой. — Руи сильный. Он... обязательно дождется нас. Я верю в него, поэтому... и вы поверьте. — Угу... — немного неуверенно кивнул вокалоид. — Бодрее, Лен! — хлопнула парнишку по спине Рин. Мальчишка удивленно посмотрел на нее — девушка серьезно надула щечки. — Раз Цукаса-кун сказал, что все будет хорошо, то так и будет! — А-ага..! — более уверенно кивнул Кагамине. — Лен молодец! — приулыбнулась Рин, а после осторожно заговорила, обратившись к ребятам. — Слушайте, а... Может, нужно позвонить в полицию?.. Они могут... помочь? — Но тогда все происходящее выйдет на уровень общественности... не думаю, что это пойдет Руи на пользу... — покачала головой Лука. — Достаточно с него стресса. — М-м... Хм... — протянула девушка и, поборов сильное желание хлопнуть себя по лбу, вскрикнула. — Р-ребята..! — Эму? — У меня... есть идея! — Отори резко поднимается на ноги, уверенно смотря на друзей. — Давайте... а давайте я..! Я разбужу братиков, и все им расскажу, и..! Они ведь взрослые, могут помочь и!.. Я им доверяю... Они точно нам помогут! — Эму... — качнула головой Нене. Девушка посмотрела на актрису, чувствуя, как уверенность медленно рушится от сожаления в глазах подруги. — Что? Что такое, Нене-чан? Что-то не так? — Я... не хочу сказать что-то плохое о твоих братьях, но... — ...вдруг они отреагируют не так, как мы? — А?.. — вопросительно наклонив голову набок спросила розововолосая. — Что ты имеешь в виду? — И впрямь... — задумался Кайто. Отори тут же повернулась к вокалоиду. — Если они воспримут историю Эму как неправду или выдумку, направленную на обеление образа застрявшего в больнице Руи... Возможно, они подумают, что Руи и впрямь болен, но вы пытаетесь это скрыть из-за того, что вы — его друзья... Тогда у него могут возникнуть проблемы с твоими братьями и работой в Фени-лэнде... — Они также могут позвонить его родителям, и тогда шанс на то, что мы поможем Руи, очень сильно снизится. — поддержала вокалоида Мегурине. — Это очень опасно, Эму. — сочувствующе качнула головой Кусанаги. — Прости, но это плохая идея. Отори приоткрывает рот, чтобы возмутиться но... её недовольство остается неозвученным, и девушка молча надувает щечки, опускаясь на пол и сильнее прижимая к себе недавно принесенную аптечку. Нене понимающе гладит девчонку по спине — та и сама прекрасно понимает, что рисков больше, чем возможных благоприятных исходов... Но вдруг они все надумывают и действительно стоит..! — Думаем еще. — качает головой Мейко и Отори чувствует, как печаль сильнее захватывает её сердце. Она хочет помочь. Хотела еще до того, как начался весь этот сыр-бор: еще с той злоклятой ночевки, но... Она ведь не может, так? Ничего не знает о Руи так, как Нене... Не столь решительна, как Цукаса, чтобы отправиться за Камиширо в неизвестность... Наивная простушка, что может только улыбаться и соглашаться со всем... Однако... Ей уже надоела её бесполезность. Надоело игнорировать происходящее с друзьями, надоело избегать их проблем, позволяя увиливать от ответов и прятать чувства... Надоело молча соглашаться с тем, что им одиноко, что им грустно!.. Она хочет помогать им, хочет быть такой же опорой, какой они стали для неё! Эму устала, смертельно устала говорить фальшивое "Хорошо" на их лживое "У меня все в порядке"! Поэтому узнав о том, что у Руи возникают панические атаки из-за скрипки, она начала читать медицинские статьи о том, как с этим бороться и как помогать переносить их. Поэтому она откладывала ужины с семьей, посещая репетиции Цукасы под наблюдением Руи. Поэтому она сама готовила им вкусности на занятия, следила за состоянием друга. Поэтому так испугалась за него, услышав про больницу и дублера... Поэтому даже не думая пришла в секай, узнав, что с Камиширо что-то случилось. Он её друг... а она готова на все ради друзей. Ради тех, кто сделал её жизнь — её парк аттракционов — намного ярче, чем он был раньше... Ради тех, кто не оставил ее одну... ...она будет бороться до последнего. Даже за обреченную на провал идею о том, что нужно попросить помощи у её братьев. Ведь пока есть хоть малейший шанс, что получится помочь... Она не отступит! — Эму..? Поэтому она отстраняется от гладящей её по спине Нене. — Эму-чан? Поэтому она снова встает, прижимая к груди розовую аптечку с запрятанными внутри мармеладками, в которых так осторожно вырезала лунки для лекарств. — Эму? — пронзительно смотря на девушку, спрашивает Тенма. Отори смотрит ему в лицо — если он скажет ей успокоиться и перестать, она все равно не будет молчать!.. Но в глазах Тенмы девушка видит только поддержку. И, приулыбнувшись парню, она смотрит на ребят, начиная чуть сбивчиво и взволнованно: — Я... знаю, что проблема Руи-куна очень сложная... и мы не можем решить её просто сказав несколько "ну пожалуйста" и "очень просим"... Я знаю это! Но... я тоже хочу как-то помочь! Да, я не знаю Руи так хорошо, как Нене-чан... Он не доверяет мне так, как Цукасе-куну, я знаю..! Я не такая смелая как вы, я-я не такая сообразительная, да и сама мало что могу сделать, постоянно полагаюсь на других, но даже так..! Мне кажется, что... что мои братики встанут на нашу сторону... на сторону Руи-куна! Они помогут нам! — Эму... — Знаю, что не нужно создавать лишнего шума, и это может быть опасно, и очень много рисков, но..! Но..! Я могу ручаться за них! Они помогут нам — они нужны нам! Ведь... мы просто дети, а кто станет слушать просто детей..? Но братики — взрослые! Их послушают, и они договорятся, и Руи-куна отпустят! И они помогут поговорить с родителями Руи-куна, объяснят им, что так относиться к своему ребенку нехорошо! — ...пожалуйста, давайте попробуем! — с мольбой смотря на ребят, попросила девушка. — У нас ведь не так много времени... Нужно использовать все доступные варианты! Она замолчала, в ожидании уставившись на окружающих. Она ведь верно им все объяснила? Вроде, да... Да, точно, теперь они точно должны понять, что нужно попробовать обратиться к братикам! Ведь если поговорить с ними, рассказать всю-всю правду, они точно помогут, а все опасения окажутся ложными! Но вокалоиды не смотрят ей в глаза. И Нене также отводит взгляд. "Неужели... все-таки не вышло? — думает девушка, ожидая ответа от ребят. Очевидного ответа, — Н-но ведь... тогда нам придется думать еще дольше, и мы потеряем время, и Руи-кун еще дольше там пробудет!.. И... без взрослых нас могут не послушать, что тогда делать?.." — Эму... — наконец-то собравшись, начинает Кусанаги. Отори дергается, тут же поворачиваясь к подруге. — Ты... — ...большая умничка, Эму. — с теплой улыбкой договаривает за актрису Цукаса, заставляя всех обратить на него внимание. Девушка непонимающе смотрит на блондина — тот лишь ярче улыбается. — Но тебе не стоит принижать себя... Ты дорога нам и — не стоит даже сомневаться! — безумно дорога Руи. А твое желание помочь ему достойно отдельной похвалы! — Цукаса, с тобой все нормально? — осторожно спрашивает Кусанаги, заметив в парне какую-то странную перемену. Блондин на мгновение задумался, а потом вскочил с места. Ребята не слабо перепугались, когда актер неожиданно поднялся с уже насиженного места — за ним инстинктивно поднялись и остальные. Уже находящаяся в вертикальном положении Эму лишь удивленно посмотрела на друга. Тот, уже нисколько не скрывая взбудораженности, громко заговорил — да так, что дремавшие на сцене и некоторых зрительских местах плюшики проснулись: — Отпустило! — довольно, почти даже гордо ухмыльнулся он. — Спасибо Эму! — А? — С ума сходишь? — неуверенно спросила Нене. На ее слова блондин только фыркнул. — Наоборот! Я в полном порядке! И всё благодаря заразительной уверенности Эму! — Э-э-э?!.. — удивленно протянула Отори, выпучив глаза как смешная игрушка-жмялка. — Не стоит так удивляться, Эму. — тепло проговорил Тенма, подходя ближе к подруге. — Ты молодец! Твоя идея имеет смысл: при всех рисках, нам действительно нужно попробовать. — П-правда?! — Правда?! — переспросила Мику. — Мы действительно просто дети. — не без грусти произнес Цукаса. — При всем нашем рвении, даже всем нашим "вместе" вытащить Руи не получится. У меня... была идея: прийти к директору больницы и заявить, что мне известно обо всем, что они делают тут с Руи... Начать угрожать ему вызовом полиции и требовать отпустить Руи сейчас же. Но... У нас нет никаких доказательств того, что на самом деле происходит. Если директор раскусит мой блеф, меня выпнут из больницы, помахав белым платочком на прощание. Руи могут перевести в другое отделение, или корпус, или отправить туда, где мы вообще никогда его не найдем. Могут позвонить его родителям, и тогда его отправят заграницу, лишив любой возможности встретиться с нами. — Да... такое вполне могло произойти... — проговорил Кайто. — Поэтому я подумал, что стоит обратиться за помощью к взрослым. Мои родители... могли бы помочь. Они верят мне, и поверили бы этой истории. В дальнейшем... они могли бы помочь Руи и с вопросом о его отце и матери... Если он захочет, конечно. Но... — Цукаса опустил взгляд. — При всей моей вере в родителей, мне понадобится время, чтобы все им объяснить. Им же — время, чтобы решить — готовы они помогать, буквально влезая за мной в чужую семью, или же нет. Также, мне нужно поговорить с Саки — ведь если родители согласятся помочь не только сейчас, но и после... Такие вопросы нужно решать всем вместе. Я о том, что Руи может отказаться от своих родителей, и тогда мы бы могли оформить над ним опеку. Но об этом уже потом... О чем это я говорил, хм... А! Точно! — Чудик... — покачала головой Нене. — Так вот, к идее Эму. — проигнорировав слова актрисы, продолжил парень. — Мы подойдем к проблеме с двух сторон: пока я разговариваю с родителями, чтобы не терять времени, Эму будет говорить с братьями. Да, рискованно, опасно... Но в нашем положении любое решение будет нести последствия. Поэтому... попробуем! Эму! — А? — Ты сможешь объяснить все своим братьям так, чтобы они даже не допустили мысли о том, что Руи действительно болен? — А-а... М-м... — задумалась Отори. А потом уверенно посмотрела в светлые глаза Тенмы. — Смогу! Обязательно смогу! — Нисколько не сомневался, Эму. — улыбнулся Цукаса. — Отлично... тогда слушайте план, составленный вашим неподражаемым лидером! — Угу! — Первое — Эму, Нене и я вернемся в наш мир. — серьезно заговорил Пегас. — Второе — Эму собирает своих спящих братьев для разговора. Я делаю то же самое со своими родителями. Нене. — Я-я..! — Ты должна подготовить список вещей, которые необходимы Руи для жизни вне дома. — То есть... — Да. — кивнул Тенма. — После больницы он поживет у меня. Я не отпущу его домой... не пока он в таком состоянии. — Хорошо. Я поняла. У меня есть еще несколько вещей Руи... они будут маловаты ему, но ничего. А что-то по типу зубной щетки и зарядки я вполне могу купить. — Отлично. Переходим к третьему шагу — будем... предполагать лучший из исходов: мои родители и братья Эму решатся помочь нам. Мои родители отправятся в полицию и напишут заявление. Для этого нужна ты, Нене. Приезжай ко мне домой как можно раньше... Часов в шесть утра. Я оплачу такси. Эму... ты хватаешь братьев и едешь также ко мне. Поможешь с подготовкой к приезду Руи: нужно приготовить еду, лекарства и теплую постель. Если не будет хватать продуктов или лекарств, я оставлю свою карточку — иди в магазин и трать сколько нужно. А я, вооружившись помощью твоих братьев... поеду в больницу. За Руи. — Ты будешь действовать один? — спросила Мейко. — Нет. — с мирной улыбкой покачал головой Тенма. — Успех в нашем деле будет зависеть не от кого-то одного. Пока я с братьями Эму буду в больнице, пока Нене с моими родителями будет в полиции, пока Эму будет вставлять в новые мармеладки лекарства... мы все будем действовать вместе. И вместе добьемся желаемого результата. — Мы тоже хотим помочь! — в один голос проговорили Кагамине. Мейко улыбнулась. — Вам тоже отведена роль в моем ультра-мега-плане! — блондин посмотрел на вокалоидов. — Вы будете нашими связными: наблюдайте за тем, как у кого идут дела и сообщайте нам, если у кого-то что-то не так. Лен, Рин. — Мы! — Вы будете с Эму. Помогайте ей своими идеями и предложениями! Лука, Мику... — Мы, мы, мы! — заблестела Мику. — Пойдете с Нене. Лука, внимательно смотри за всем, а ты, Мику, будешь быстро-быстро передавать мне новости через... — Нас? — спросил Кайто, с доброй улыбкой. — Именно. — кивнул Тенма. — Мне нужен ты, Кайто. И ты, Мейко. Я... все еще не знаю, что нужно сказать... Как правильно подобрать слова, чтобы не усложнить итак хрупкое положение Руи в больнице. Поэтому... прошу, помогите мне! — Фу-фу... Ты мог бы не просить. — улыбнулась Мейко. — Мы с радостью поможем. — Отлично! — засиял Цукаса. — Тогда... еще раз — у вас есть вопросы, касательно нашего плана? — Вроде нет... — покачала головой Лука. — Если что, мы спросим на месте... или будем импровизировать! — приулыбнулся Лен. — Хорошо... это хорошо. — внезапно серьезно проговорил Тенма, залазия рукой в карман. Парень нащупал телефон и быстрым движением достал его — экран светился чудесным светом, завораживающим своими переливами... Цукаса еще раз посмотрел на друзей — они готовы... Они все смогут. Вместе смогут. У них все получится. — Удачи нам. — напоследок улыбнулся он, нажимая на экран. — Постараемся! — прокричала Эму, и тут же рассыпалась на тысячи цветных осколков как и все, что окружало Цукасу. Тенма сжимает свой телефон. Он выложится на полную.

***

Тихий перезвон невидимых колокольчиков медленно рассеивается: парень не спешит открывать глаза. Он с удовольствием делает вдох — легкие наполняются приятным холодным воздухом. Вернулся: в его комнате слегка прохладно... А когда он уходил, было даже жарковато — неужели за ночь температура снизилась? Хотя... Конечно, нет. Просто теплая кофта, в которой он уходил в Страну Чудес, ныне была не на нем. Актер наконец-то открывает глаза — здесь светло... Он бросает мимолетный взгляд на часы: время уже... ах, пять утра. Уже рассвело... Даже не четыре или три, как юноша мог предполагать... Они так долго просидели в секае? Даже не верится... Или наоборот?.. Слишком много событий за ночь, между которыми, казалось, не было и минутки перерыва... Тенма на ватных ногах доходит до кровати — тело подводит, и он, не имея над собой более контроля, падает в постель. Мягкое одеяло тут же захватывает его в свои объятия. "Так тепло..." — проносится быстрая мысль в голове юноши, на секунду позволившего себе расслабиться. Не более — задерживаться дольше ему нельзя. Он слышит знакомую трель, но сил оторваться от подушки и одеяла совершенно нет. Но это и не нужно — парень итак прекрасно знает о том, что происходит на экране его мобильного. — ...Ну, как они там? — приглушенно спрашивает он. Со стороны оставленного на комоде мобильного слышится тяжелый вздох. — Все хорошо. В боевом расположении духа принялись исполнять пункты плана Великой Звезды. — ответил мужской голос сбоку. Актер хмыкнул. — Я был хорош? — Не то слово. — вздохнула шатенка с чужого экрана. — По-крайней мере, ты смог всех успокоить и подбодрить. — Я рад... — Сам-то как? С кровати донесся глухой смешок. — Я не имею права сломаться сейчас... — заговорил блондин после минутного молчания. — Не сейчас... Впереди очень длинный день. А я все еще не знаю, что нужно сказать или сделать в тот или иной момент. Поэтому... Можем ли мы пропустить этот разговор и просто считать, что я в порядке?.. — Мы же знаем, что ничего не в порядке. — актер кожей почувствовал, как певец покачал головой. — Вся Страна Чудес сама на себя не похожа. — Свет сам по-себе моргает, оборудование на сцене шалит, музыка стихла... — перечисляла Мейко. — Непорядок. — Похоже, Стране Чудес нужен механик. — грустно приулыбнулся Тенма, поворачиваясь лицом к сидящем на его телефоне вокалоидам. — Нужно наладить её работу. — Не думаю, что только Стране Чудес нужен механик, чтобы снова засиять ярче любых огней. — Звезды не могут сломаться. — хмыкает Цукаса. Кайто сочувствующе смотрит на усталое лицо их драгоценного лидера. — Звезды тоже люди. Знаешь же. Парень открывает рот, чтобы возразить, или вставить шутку, способную разрядить обстановку, или просто надуть щеки как Эму и оспорить сказанное, но... К своему большому сожалению, глубоко внутри актер признает, что Кайто прав. — Цукаса... — М? — Руи сильный. Очень сильный, что бы там сам о себе не думал. — проговорил вокалоид. — Он обязательно будет в порядке. И обязательно дождется нас. — Знаю... — шепчет блондин, сжимая одеяло. — Но мне... надо поспешить. Есть одно дело... О котором я не сказал в плане. Хватит уже отдыхать. — Не переусердствуй. — печально улыбнулась Мейко. Вдох. — ...Ага. Он рывком поднимается с кровати — по-другому вряд-ли получится встать... Его немного качает — из-за этого приходится потратить лишнее время на то, чтобы из глаз также быстро, как и пришла, ушла черная пелена. Если ему хватит времени, нужно выпить сладкого чая, а то в состоянии "болванчика" от перепадов давления он будет лишь мешаться... Цукаса подходит к шкафу: накидывает на себя первую попавшуюся под руку вещь — бежевый свитшот с вышитыми голубыми мишками... Хватает телефон — Кайто и Мейко предусмотрительно прячутся за экран. Дверь тихо открывается — актер выходит из комнаты. Спальня родителей находится на первом этаже, и чтобы добраться до них, достаточно просто спуститься по лестнице... Бесшумно и беспроблемно, а самое главное — быстро... Но перед тем, как исполнять озвученную друзьям часть плана, Тенме нужно сделать еще одно дело. Перед трудным разговором с матерью и отцом, хотелось... чего именно? Получить поддержку, уверенность? Или просто поделиться переживаниями о том, что план провалится тут же, стоит ему войти в спальню родных... Он специально упомянул Саки лишь раз — в возможном будущем, если все удастся, а родителей получится уговорить взять опеку над Руи... Только тогда, и не раньше. Парень... просто не хотел вмешивать в это сестру: ей... достаточно и тех забот, что есть в жизни, а лишние стрессовые ситуации вредны для здоровья! Школа с утра, встреча с подругами, репетиция их группы до вечера... Вполне достаточно. Разве он может просить её о помощи или какой-то — смешно! — поддержке в скором разговоре? Это только их— нет! — его... только его тревоги, только его заботы... Цукаса замирает, понимая, что уже стоит у двери сестры. Рука тянется постучать, но он останавливается: выглядывающие из торчащего с кармана телефона певцы понимающе смотрят на колеблющегося актера. Все-таки он не посмеет разбудить сестру так рано: оторвать её от здорового сна, когда впереди — тяжелый школьный день... — ...Нет... — шепчет он, опуская руку. Его голова качнулась из стороны в сторону, словно парень убеждал самого себя послушаться. — Не стоит... — Ты уверен? — шепчет Мейко. — Не хочу впутывать и её. — вздохнул блондин, немного отходя назад. — Вполне хватит и помощи девчонок с вами... — Ты ведь сомневаешься, Цукаса. — шепнул Кайто. Тенма сжал челюсть, отводя взгляд от злоклятой, но такой манящей двери. — Верно... Просто я... Черт, сейчас... — парень нахмурился. — Мне просто нужно мгновение, чтобы настроиться на разговор с мамой и папой... Не больше. Тут постою немного и пойду... Но чем дольше Тенма "уговаривал" себя поспешить к родителям, тем сильнее был уверен, что дверь перед ним вот-вот откроется. Он — слишком громкий, а у Саки тонкий слух... И, как она начала замечать за собой в последнее время, чуткий сон. Возможно это из-за сильных нагрузок на организм, или от нехватки витаминов в организме, или Тенме сейчас не стоит думать об этом, ведь... — Братик..? — сонно протянула девушка в мятой после ворочаний во сне пижамке. — ...Доброе утро. — виновато улыбается Цукаса, рассматривая удивленное лицо сестренки. — А... Братик, ты чего так рано проснулся? — спросила Саки, с легким любопытством повернув голову набок. — Не помню, чтобы тебя мучали кошмары... Ой, знаешь — нечего стоять в коридоре, заходи, заходи! — Спа...спасибо, Саки. — Да проходи же ты! Давай, давай! — Ага... В комнате сестры было ощутимо теплее, чем в его собственной. Оно и понятно — у Цукасы титановое здоровье, поэтому он может позволить себе заснуть с приоткрытой форточкой, в то время как Саки — отнюдь. Светловолосая, буквально затащившая братца в спальню, усадила его на кровать — та была вся смята, прямо как её пижамка... Актер неуверенно присел на указанное место, сестра, сладко зевнув и вальяжно потянувшись, в тапочках просеменила к выключателю и, звонко щелкнув по его кнопке, включила в комнате свет — за окном уже светало, но дом все еще был под контролем ночной пелены. Девушка бодро развернулась — приоткрыла рот, чтобы спросить, что же все-таки случилось у её великолепного братишки, раз он пришел к ней так рано, как вдруг замерла. Она не разглядела в полутьме коридора, но сейчас, когда люстра работала на все сто процентов, Саки была готова на весь дом протянуть громогласное и пропитанное недоумением "ЭЭЭЭЭЭЭ?!" из-за состояния её старшего дуралея. Почему "дуралея"? Потому что назвать Цукасу по-другому сейчас пианистка попросту не могла: это что с ним... такое за ночь приключилось, что на него без слез не взглянешь? На шок, отразившийся на лице светловолосой, Тенма ответил тревожным "Что случилось?" Девушка подавилась воздухом. — "Что случилось"?! Братик, сейчас этот вопрос должен задавать точно не ты! — Ч-чего это с тобой?... — А с тобой?! — возмущенная таким равнодушием к собственному состоянию, ответила младшая Тенма. — Ты на себя в зеркало смотрел? Это же... кошмар какой-то! Твое лицо и... это что, пластырь? Ты поранился? Да не смотри так на меня! В-вот, сейчас! Девушка торопливо достала из своей походной сумочки карманное зеркальцо, и ни секунды не медля бросила его прямо в руки непонимающего суетности Саки братца. Цукаса успел поймать вещичку — раскрыл её, взглянул... — Э-э-э-э?! — закричал он, вскакивая с кровати. — Т-тише! Папа с мамой проснутся! А удивиться действительно было чему: еще вечером румяное и пылающее жизнью лицо совсем потускнело, и теперь казалось абсолютно серым и невзрачным. Даже яркие волосы, напоминающие своим цветом переливающиеся в лучах солнца топазы, сейчас отдавали не более чем старый, уже засахарившийся мед. Под глазами творился ужас — непонятно откуда взялись потемнения, на серой коже заметные настолько, что остается только пугаться. Сухие губы и бегающие туда-сюда глаза лишь добавляли атмосферы чего-то гиблого и несчастного его образу. Парень в недоуменном молчании опустился на кровать. Закрыл зеркальце и отдал его непонятно когда подсевшей под бок сестре. В этот момент их руки слегка, не более чем на долю секунды соприкоснулись, но даже этот маленький отрывок времени дал Саки прочувствовать, насколько холодны руки ее ненаглядного братишки. — Братик, ты вообще спал сегодня? — тут же накрыла старшего пушистым одеялом девушка. Цукаса лишь отвел взгляд. — Чего?! Ужас, совсем не похоже на тебя! Может, ты заболел? Мне вызвать врача? Или разбудить родителей? — Нет... Саки, не нужно так переживать. — благодарно улыбнулся парень, кивнув сестренке. — Я не заболел... Дело в другом. — В чем же? Все-таки ночные кошмары? — Нет. — грузно вздохнул Тенма. — Хотя я был бы безумно рад, если бы происходящее оказалось обычным дурным сном. — Это... большая проблема? — Очень... — Она как-то связана с Чудо-сценой? Кивок. Саки хмурится. — Что-то случилось с ребятами? Кивок. — С Нене-чан? Эму-чан? "С Руи-куном?" Девушка подозрительно хмурится, когда её брат закусывает нижнюю губу. Угадала. — ...Расскажешь? — чувствуя нарастающе беспокойство, вкрадчиво спросила Саки. Брат посмотрел на нее тем самым взглядом, которым взрослые смотрят на детей, что лезут в совершенно ненужные им проблемы — тяжелым, нерешительным и отчасти даже грустным. Девушка понимающе улыбнулась. — Ты... переживаешь за меня, так? — мягко заговорила она. — Глупый вопрос... — хмыкнул актер. — Конечно переживаю! — А рассказывать не хочешь потому что... м-м, дай-ка секунду! — пианистка немного прокашлялась и состроила хмурую моську. — Кхем... "Это только мое дело... не хочу, чтобы другие набрались новых хлопот себе на голову... У них итак забот хватает! Лучше я, Принц-Пегас, сам все решу..." — Э-эй! — смутился из-за передразниваний сестры парень. Саки усмехнулась. — Так я права? — Пф... — возмущенно-обиженно фыкнул парень. — Права... — Хе-хе! Братишка, не хмурься! — улыбнулась девушка. Тенма обреченно посмотрел на Саки — невозможно даже хмуриться рядом с ней... Слишком ярко улыбается. И что-то утаить от неё... "Когда же ты так выросла..." — тепло думает парень. — Знаешь, братик... — осторожно заговорила девушка. — Ты выглядишь плохо. — Знаю! Это... от недосыпа. Немного тонального крема и все исчезнет! — немного смущенно отвечает парень. — Я не о том. — покачала головой светловолосая. — Ты выглядишь словно разбитая ваза. Больно видеть тебя таким, братик. Я знаю, что волнуешься за меня, но... Я же вижу, что у тебя на сердце неспокойно! Ты еще с ужина сам не свой, а теперь — вот это все! — ...расскажи, что происходит, братик. — мягко улыбнулась девушка. — Ведь не просто так ты сам с собой ругался у моей двери! Тебе нужно выговориться, давай! — Саки... — виновато шепчет блондин. — Я... — Ась? — Я не могу с тебя! — смирившись, прошептал Тенма. — В кого ты такая, м? — Есть у меня пример для подражания, хех! — Спасибо, сестренка. — приулыбнулся парень. — На самом деле... мне, наверное... — Брати-и-и-ик! — Мне... нужна твоя помощь! И... совет... Было бы... ну... хорошо, если бы дала парочку... — немного прокашлявшись в кулак, попросил Цукаса. Саки наконец-то выдохнула. — Обязательно! — ярко улыбнулась она. — Но чтобы дать какой-то совет или как-то помочь, мне нужно узнать, в чем дело! — Об этом... — Братик? Тенма хмуро посмотрел на свои руки — именно ими он недавно так крепко обнимал Камиширо, взахлеб рассказывающего свою историю. И каждый раз парню давался лишь сложнее — Цукаса совершенно ясно понимал, почему... Может ли он... Может ли Тенма рассказать что-то настолько страшное своей доброй и светлой сестренке? Сам факт того, что актер и Эму собираются рассказать о Руи без его разрешения претит, но тут... совершенно другое. Он собирается рассказать ей обо всем... о секае, о ночной встрече с Камиширо, о том, что произошло у него на сцене и после выступления... Парень исподлобья смотрит на часы: времени все меньше... Однако... Ему очень нужна сестра. Её помощь. Её совет и поддержка. Чем дольше он сидит с ней, чем дольше слушает... тем больше понимает. Ему очень нужна помощь. — Это не самая приятная история... И все, что в ней происходит очень ужасно и несправедливо. — шепчет Цукаса. — Я... действительно не хотел впутывать тебя, и обещался просить помощи только у родителей, но... — ...Я просто хочу, чтобы в этот раз у меня вышло сдержать обещание. А чем больше людей... тем больше шанс на успех, верно ведь?.. — болезненно морщится блондин. Саки осторожно гладит брата по спине. — В истории... Будет много "безумного" и даже "нереального"... Но я не вру. Веришь? Саки мягко треплет старшего по голове. — Верю, братик. — улыбается она. — Ты постоянно смотришь на часы... У нас мало времени, да? — Да... — Тогда начинай! И — клянусь! — я поверю во все, что ты мне расскажешь! Тенма выдыхает. И вместе с этим выдыхом на его губах наконец-то появляется не слепленная из актерского мастерства, мирная улыбка. — Спасибо, Саки. Я очень счастлив, что ты моя сестра. — А я счастлива, что у меня такой братик! — улыбнулась в ответ девушка. — Что же... Я начну. Если будет неприятно слушать... — Всё в порядке. Не беспокойся обо мне! Вдох... — ...Угу.