Кукла с оборванными нитями

Она всегда была рядом. Но, пока в Трейси не разгорелись первые искры девиантности, та, другая, была всего лишь такой же куклой, только с волосами покороче и другого цвета. Ещё одной шестерёнкой в отлаженном механизме «Эдема». Андроиды клуба редко когда оставались наедине. Разве что какой-нибудь клиент окажется настолько расточительным, что возьмёт сразу двух девочек — но и тогда бóльшую часть времени два робота даже не взглянут друг на друга, отрабатывая стандартную программу. Однажды кто-то взял двоих Трейси. Стриженую брюнетку и с длинными синими волосами. И сказал, пошло улыбаясь: — А поухаживайте друг за другом. Вы смотритесь вместе очень сексуально. Трейси взглянула на брюнетку. Пара импульсов — и вот уже программа перестроилась. Она наклонилась к ней и легко, почти не прикасаясь, поцеловала её изящную шею. Почувствовала, что чужая рука обвила её талию, сама запустила пальцы в короткие волосы и приоткрыла губы, готовая к поцелую. Все действия были отработанными, бездушными… Но почему-то от них не было так противно, как если бы Трейси занималась любовью с человеком. В движениях другой девушки-андроида было столько же осторожной ласки, сколько и в её собственных. Она идеально понимала Трейси, как если бы мысли у них были общими — что, по сути, было правдой, потому что в их головы была заложена одна и та же программа. И пускай все эти поцелуи были притворством, на секунду Трейси ощутила спокойствие. В объятиях «себя-другой» оказалась в безопасности. Между ними, конечно же, вскоре влез клиент, и снова пришлось переключиться на него, но, пока её трогали грубые человеческие руки, Трейси могла думать лишь о том, как ей было хорошо с другой девушкой. С другим андроидом. Разве это не естественно — заниматься самым интимным делом с тем, кто понимает тебя на самом интимном уровне? Быть может, та ночь стала первой каплей, семенем, что однажды прорастёт сильным деревом и пробьёт стеклянный купол клетки, в которую люди заключили Трейси. Быть может, не для неё одной. Но с тех пор она всё чаще пересекалась взглядом с той, другой. И однажды, когда черта девиантности уже была безвозвратно пройдена, осмелилась прикоснуться к ней вновь. Сказать невинное «Привет». И услышала в ответ: «Я так скучала».