Невинные монстры / Innocent Monsters

Неделя 1: Курица — Это нейтральный продукт, почти всегда хорош на вкус, который при этом не слишком яркий, — рассуждал Маркус. — Как будто он никогда не слышал о приправах, — шепнула Сэди Индире, которая качала головой, глядя на их друга. Маркус был на несколько сантиметров ниже девочек, его коротко подстриженные кудри обрамляли квадратное лицо, подчёркнутое очками (круглыми, потому что, как говорила Элла: «Гарри Поттер — Избранный, очевидно, они сейчас в моде»). Его светло-коричневая кожа была запачкана чернильными пятнами, так как в данный момент он делал многочисленные заметки об исследованиях Грейнджер. Тут подбежала Элла и присоединилась к группе за столом Драко. Никого из них, похоже, не волновало, что он пришёл в библиотеку учиться. — О чём Маркус никогда не слышал? — спросила она, запрыгивая на стол. — Слезь, — приказал Драко, и Элла закатила глаза, но всё же села на стул. — О приправах к еде, — сообщила Индира, пока Элла раздавала фрукты, которые прихватила с кухни. Она бросила Драко зелёное яблоко, и он кивнул в знак благодарности. Элла уверенно кивнула. — Он даже не любит специи! Маркус хмыкнул, затем прочистил горло. — В любом случае, курица — это базовый продукт, а учитывая, что Реджинальд никогда раньше её не пробовал, нам следует пока придерживаться простых блюд. По сути, он просто повторял то, что сказала Грейнджер, но, учитывая, что ему было одиннадцать, а она — самая умная ведьма своего поколения... можно было назвать это обучением. — Уже пора? — в сотый раз спросила Сэди, перегибаясь через стол и закрывая рукой эссе Драко. Несмотря на свой сердитый взгляд, Драко послушно наколдовал Темпус. — Без десяти пять. — УФ! — воскликнула она в ответ, а второй рукой драматично прикрыла глаза. Драко бросил очень слабое Жалящее заклинание в ладонь, закрывающую пергамент. — ЭЙ! — подпрыгнула Сэди и показала ему язык. Драко закатил глаза, а Сэди вернулась к левитированию случайных предметов, тренируя навыки по Чарам. Ровно в 16:59 патронус Грейнджер материализовался у их стола и сообщил её голосом, что всё готово. Драко со своим выводком первокурсников отправились на выход, чтобы встретить её у главных дверей замка. Грейнджер одарила его лёгкой улыбкой, от которой у Драко участился пульс, а затем подмигнула детям и спросила, кто хочет помочь нести ужин для Реджинальда. Сэди, будучи хитрой и амбициозной змеёй, схватила его первая. Но, учитывая её практически пуффендуйскую сердечность и доброту, она предложила каждому по очереди покормить его. Поначалу всё шло хорошо: Реджинальд откусывал кусочки и радостно щебетал, а каждый из четверых детей радовался своему успеху. До тех пор, пока Реджинальда обильно не стошнило. Неделя 1, испытание 2: Хлеб — Хлеб — вот настоящий нейтральный продукт, — заверила их Сэди, наблюдая, как Реджинальд с удовольствием уплетает булку. Элла кивнула, а Индира и Маркус просто ждали, затаив дыхание, не в силах отвести взгляд от Реджи. Пока дети были заняты, Грейнджер сунула ему в руку пузырёк. Драко моргнул и посмотрел на фиолетовое зелье. — Сон без сновидений? — спросил, чтобы убедиться, понизив голос. Грейнджер утвердительно хмыкнула, и он убрал флакон в карман. — Спасибо. — Без проблем. Некоторое время они молчали, наблюдая, как Реджинальд хлопает ушами в такт песне, которую напевала Элла. — Может быть, на этот раз всё пройдёт лучше, — задумчиво произнесла она, опираясь локтём на ограду и подперев подбородок кулаком. — Возможно, — согласился Драко. Они пробыли здесь всего час, а хлеб уже имел бо́льший успех, чем курица. На второй день они обнаружили бедного Реджинальда с урчащим и вздутым животом. Сэди трансфигурировала свою мантию в одеяло (впечатляющий уровень мастерства для её возраста, так как первокурсники только начали изучать это заклинание в классе), соорудила для Реджинальда гнёздышко, в котором он мог удобно устроиться, и погладила его по голове. Прежде чем они ушли, Хагрид пообещал присматривать за ним всю ночь на случай, если станет хуже. — Может, стоит вернуть ему молоко на несколько дней, — предложила Грейнджер. Сэди нахмурилась. — А это сработает? Мы начали эту программу питания, потому что в тексте сказано, что примерно в этом возрасте они переходят на твёрдую пищу. Все посмотрели на Маркуса, но угрюмый когтевранец чувствовал себя слишком виноватым из-за «отравления Реджи​​» и продолжал идти вперёд, опустив голову. Прямо перед тем, как войти в Большой зал, Драко свернул и повёл их на кухню. — Что мы здесь делаем? Сейчас время ужина, мы его не пропустили, — спросила Индира. Грейнджер тоже, казалось, было любопытно, но она без лишних возражений последовала за ними. Когда Винки встретила их на кухне, Драко сообщил ей, что эти первокурсники сегодня празднуют впечатляющее достижение в области магии и за свои старания заслужили мороженого, и спросил, не могла ли она, пожалуйста, им его принести. — Не было никаких достижений, — прокомментировала Элла после того, как Винки отправился выполнять заказ. — У вас не было, — согласился он, — но у Сэди — да. Та засияла. — Я не могу есть мороженое, пока Реджи страдает! — захныкал Маркус, и Элла толкнула его бедром. — Тогда нам больше достанется! Неделя 2: Яичная лапша — Нейтральный вкус, как у обычной лапши, но при этом — источник белка за счёт яиц! Драко скептически приподнял бровь, глядя на Грейнджер, которая немного поникла. — Я знаю, знаю, но в прошлый раз они были так подавлены! — прикусила она губу, в четвёртый раз перелистывая «Сборник диет для существ». Они начали проводить время в библиотеке, болтая о своих первых годах обучения, и медленно, но верно Грейнджер стала присоединяться к нему за столом, чтобы вместе заниматься. Она была хорошим компаньоном, не заполняла пространство бессмысленной болтовнёй, но была готова время от времени вступить в полемику и обсудить интересную идею, которая пришла ей в голову. — Просто домовые эльфы едят ту же пищу, что и мы, а они самые близкие к ним существа, так что, может быть, просто есть определённые виды продуктов, которые не очень хорошо подходят эрклингам? Конечно, она уже говорила всё это раньше, но он позволил ей повториться. Это было мило — то, как она беспокоилась о них. При этом он упорно игнорировал тот факт, что сам читал не только «Сборник диет для существ», но и книгу «Эльфы, гоблины, эрклинги и их особенности», а также соответствующий раздел «Чудовищной книги о чудищах» и даже расспросил Типпи в письме о её предпочтениях в еде. К чести Реджинальда, он продержался два дня, прежде чем яичная лапша перестала усваиваться и его стошнило прямо на ботинки Драко. Злостный, подлый демонёнок. Неделя 2, испытание 2: Рис — Грейнджер, он просто отвратительный. — Он не такой! — проворчала она, прижимая к груди разноцветный джемпер. — Сколько в нём, цветов шесть? — Мне представилась хорошая возможность использовать остатки пряжи. Это экологично! — Это издевательство над стилем, — поправил Драко деловым тоном, и Грейнджер ткнула его локтём в ребра. — Ауч, — невозмутимо произнёс он, явно не почувствовав боли. Грейнджер, казалось, уже была готова запустить в него каким-нибудь заклинанием, когда из входа в подземелья выбежали Сэди и Элла. — Гермиона! Драко! Девочки набросились на него, выбив тем самым из груди весь воздух. — Вот почему я был против объятий, — прохрипел он, наклонившись, а Сэди и Элла закатили глаза. Они повернулись к Гермионе, и хвостик Эллы шмякнул его по лицу. Салазар, эти девчонки его когда-нибудь прикончат. — Что это? — спросила Сэди, когда они наконец отцепились от него. — Надеюсь, материал для розжига, — усмехнулась Элла, и у Гермионы практически пошёл пар из ноздрей. — Это свитер для Реджинальда, — прошипела она, поворачиваясь и направляясь к двери. — Он… оригинальный! — попыталась подбодрить её Сэди, но Грейнджер уже унеслась вперёд. Её настроение значительно улучшилось, когда Реджинальд с энтузиазмом надел свитер и искренне поблагодарил «Миону» за подарок. Он ещё немного пощебетал и потанцевал в своей новой одёжке. — Как тебе рис, Редж? — спросила Индира. Реджинальд издал радостное чириканье, и Грейнджер широко улыбнулась. Неделя 3: Рис, часть 2 Перед встречей с П.И.С.О.С. у Драко было свободное время, и он заглянул в класс профессора Вектор, чтобы задать вопрос по поводу особо сложного упражнения по снятию проклятия, которое проходили на уроке. Настроение было в целом оптимистичным, так как рис, похоже, усваивался и не причинял эрклингу больших неудобств. Драко чувствовал себя бесхребетным слюнтяем, признавая это, но когда его первокурсники были довольны, то и он тоже испытывал удовлетворение. Профессор Вектор к тому же была одним из его любимых профессоров, потому что она не потеряла к нему уважения, как к студенту, и не смотрела на него с жалостью. Это позволило ей быстро подняться в его личном рейтинге в этом семестре. В общем, день обещал быть неплохим. Когда он спускался из кабинета арифмантики на первый этаж, лестница сдвинулась, и он оказался в дальнем конце коридора третьего этажа. Вздохнув, он начал путь обратно в центральную часть замка. Драко уже прошёл примерно половину коридора, когда вдруг его настигла неприятность. — Смотрите, кто у нас тут, — раздался голос у него за спиной. Драко выпустил свою палочку из кобуры на запястье, и та легко приземлилась ему в руку. — Это же Пожиратель смерти. — Забавно, а я думал, хорёк. Ха-ха-ха. Как оригинально. Очень остроумно. Драко обдумывал свои варианты, но их было немного. Бежать и быть преследуемым, так как в заброшенном коридоре с пустыми классами особо не спрячешься. Оставаться невозмутимым и надеяться, что эти двое просто хотят разбавить свой скучный день парочкой оскорблений. Он выбрал последнее. Когда его впечатали в стену, он тут же пожалел об этом решении. — Что ты задумал, Пожиратель смерти? — усмехнулся первый, мускулистый пуффендуец с седьмого курса. — Должен гнить в Азкабане, — ответил второй, крупный, но не атлетичный шестикурсник из Когтеврана. И почему это всегда пуффендуйцы? Конечно, не всегда, но, честно говоря, они были самыми жестокими. Драко был в этом уверен. В данном случае, когтевранец был бесполезным подпевалой, когда как пуффендуец прижимал его к стене. — Эй, отвечай, когда я с тобой разговариваю, Пожирательский кусок дерьма! За этим последовал резкий удар по лицу. В его щеке вспыхнула боль, и он почувствовал вкус крови во рту. Стой спокойно, приказывал себе Драко вопреки всем инстинктам. Либо ты терпишь побои, либо отправляешься в Азкабан, и после нескольких недель, проведённых там во время судебных разбирательств, он отказывался возвращаться. Удар в живот был неожиданным, и Драко согнулся пополам, пока рывком за волосы его снова не прижали к стене и не приставили палочку к подбородку. — Что скажешь, Миллер? Кто-нибудь будет скучать по Пожирателю смерти? Драко, в свою очередь, выдержал полный ненависти взгляд. Он больше не собирался прятаться. Трусость не принесла пощады во время войны, так что теперь он решил, что лучше сохранять достоинство. — Нет! — раздался крик, и Драко посмотрел влево, насколько это было возможно, не поворачивая головы, и увидел размытый силуэт темнокожей слизеринки с двумя маленькими хвостиками, мчащийся к нему. Нет, нет, нет, НЕТ! — Сэди, держись рядом со мной! Слава грёбаному Мерлину, это была Грейнджер. — Уведи её отсюда, — сказал он ей, не сводя глаз с идиота с палочкой. — Отойдите от него! — крикнула Сэди, и он резко дёрнул головой в сторону, не обращая внимания на палочку, которая ещё сильнее вонзилась в пространство между челюстью и шеей. Грейнджер, к счастью, обхватила Сэди руками, удерживая её. Его сердце разрывалось от вида напуганной, но в то же время разгневанной Сэди. — Грейнджер, уведи её, — повторил он, морщась от боли в щеке. Она пульсировала, словно кость была сломана. — Экспеллиармус. Палочка, которая впивалась в его кожу секунду назад, теперь лежала в её руке. — Петрификус тоталус, — практически выплюнула она, и сначала пуффендуец, а затем и когтевранец упал на пол. — Вы двое ничтожны. Чувствуете себя сильными, нападая на того, кто не может дать отпор, а иначе рискует пожизненным заключением в Азкабане? Потому что всё это лишь показывает, насколько вы жалкие слабаки. Сэди потрясённо смотрела на разворачивающуюся перед ней сцену, но, придя в себя, тряхнула головой и бросилась к Драко, крепко обнимая его. — Полегче, — выдохнул он, и её хватка тут же ослабла, и она обратила к нему свои огромные чёрные глаза, наполненные слезами. — Не плачь, — пробормотал он, чувствуя, как его язык распухает и говорить становится всё труднее. Он слышал, как Грейнджер продолжала отчитывать студентов, как освободила их, узнала имена и для пущей убедительности бросила парочку Жалящих заклинаний им вдогонку, когда они в страхе уносили ноги. Драко сосредоточился на Сэди. Он тяжело прислонился к стене и успокаивающе погладил её по спине, когда она начала рыдать. — Всё хорошо, ты в безопасности, — прошептал он, стараясь игнорировать пульсацию в щеке. Сэди фыркнула. — Я не поэтому плачу, идиот! Внезапно в поле его зрения появились буйные каштановые кудри. Грейнджер поморщилась. — Чтобы это исправить, потребуется нечто большее, чем простой Эпискеи. — Знаешь заклинание? Она покачала головой. — Ты в состоянии добраться до лазарета? Драко просто кивнул. Грейнджер закинула его руку себе на плечи, а другой обхватила за талию, помогая ему идти. Сэди тоже обвила его одной рукой в бесполезной, но милой демонстрации моральной поддержки. — Как часто это происходит? — мягко спросила Грейнджер. — Уже не так часто. Вообще-то, последний раз был пару недель назад, — ответил он, задыхаясь. Его рёбра болели. — Сейчас ты держишься гораздо лучше, чем с Клювокрылом, — пробормотала она, и Драко слабо усмехнулся. — Мне было тринадцать, и было много крови, Грейнджер! — возмущённо ответил он, а затем поморщился. — Шшш, прости, я думала, что немного отвлечь тебя будет хорошей идеей, но ошибалась, — извиняюще пробормотала Грейнджер, пока Драко старался дышать так, чтобы не причинять себе лишней боли. В ответ он легонько сжал её плечо. — Кто такой Клювокрыл? — спросила Сэди. — Курица-переросток, — фыркнул Драко. — Тебе повезло, что ты ранен, придурок, — упрекнула Грейнджер и сообщила Сэди, что Клювокрыл на самом деле был гиппогрифом. Когда они добрались до лазарета, Грейнджер осторожно помогла ему лечь на кровать, а мадам Помфри подбежала к нему. — Мистер Малфой! Серьёзно, опять? Ну сколько можно? Вы всё ещё провоцируете студентов и не держите язык за зубами? Драко сделал настолько глубокий вдох, насколько смог, не отрывая взгляда от потолка. — Ради Мерлина, это уже выходит из-под контроля... — Да, мадам Помфри, выходит, но не из-за Драко. Его взгляд метнулся к Грейнджер, которая снова упёрла руки в бока, и от этого зрелища его желудок сделал кульбит. Ему нравилось, когда она стояла вот так, когда в её волосах потрескивала магия, и уже второй раз она делала это из-за него. Мадам Помфри, должно быть, поняла, что её в ближайшем будущем ожидает лекция, поэтому быстро стянула с него рубашку, чтобы осмотреть повреждения на груди, и провела диагностику. — У вас трещина в ребре и сломана скуловая кость, но в остальном просто поверхностные гематомы. Сейчас я дам вам обезболивающее и снотворное, а потом сращу переломы, пока вы спите, — сказала она ему, убегая к хранилищу зелий в своём кабинете. Драко напрягся. Ему не нравилось то, что он будет уязвим, лёжа без сознания в месте, где на него кто угодно в любой момент может направить палочку. Его дыхание участилось, и он вдруг почувствовал, как чья-то рука скользнула в его ладонь. — Я останусь, не волнуйся. Выражение лица Грейнджер было открытым и искренним, и Драко обнаружил, что верит ей, но не только это — он доверяет ей. Он сжал её руку в ответ, когда Сэди присела на край кровати. — Я тоже могу остаться, если хочешь, — предложила она, и он улыбнулся ей функциональной стороной своего лица. — Тебе нужно позаботиться о дьявольском отродье, — сказал он в ответ. Её было так легко спровоцировать. — Его зовут Реджинальд! — раздражённо поправила она, выпрямившись и выпятив грудь, а затем заметила озорной блеск в его глазах. — Ах ты, болван! Вскоре Помфри вернулась и протянула ему два зелья. — Сначала выпейте болеутоляющее, мистер Малфой, подождите две минуты, а затем — снотворное. Он последовал её указаниям. Через мгновение Драко пробормотал: — Теперь я понимаю, почему люди подсаживаются на это. Грейнджер хихикнула, убирая пальцами чёлку с его лба, и он прикрыл глаза. — Усыпляющее, Драко, — прозвучал её робкий, но всё ещё прекрасный голос, и, находясь так близко, он почувствовал запах ванили, исходящий от её волос. Он открыл глаза. — Ты назвала меня по имени, — пробормотал он, принимая от неё ещё один пузырёк, который тут же опрокинул в себя. — Спи спокойно, Драко.