Stay (with me)

Дни тянулись для Минхо медленной вереницей секунд, которые каждый раз обозначали свою смену, вынуждая внутренне сжиматься и стонать. Горло саднило, хоть ни одного звука так и не проронилось после того дня. Минхо молча ходил на учебу, так же возвращался, благо никто и не пытался подступиться к нему. Только будучи с Чиху и другими детьми, он выдавливал из себя улыбки, которые старался превратить в искренние. Дети не должны ничего знать. Не только потому, что боль Минхо – это только его личная проблема, но и потому, что не стоит омрачать счастливое время, которое, к сожалению, так скоротечно, подобными темами. Наблюдая за довольным Чиху, Минхо вымученно улыбался. Теплота в глазах плескалась мелкими волнами, которые бывают только на небольших ручейках со слабым течением. Воспоминания бороздили сознание. Они, словно величественные галеоны, разрезали привычную гладь, подчиняя неизвестно откуда взявшийся ветер чувств. Минхо видел себя, еще совсем маленького и несмышленого, окрыленного большим и незнакомым миром. Чувствовал, как короткие ножки бежали по различной поверхности – песок, гранит, камни. Как еще прохладная вода омывала его щиколотки. Как высокая трава щекотала пятки. А позади неизменно шла фигура – мягкая, грациозная, в меру величественная. Бабушка всегда была его хранителем, всезнающим ангелом, что укрывал в грозные ночи, прижимая к груди и грея своей заботой и любовью. Он вспоминал, как она убаюкивала его, когда разморенный жаркой погодой и детской жаждой приключений он не желал спать. Как ее руки вновь и вновь гладили по спине и голове, длинными пальцами расчёсывая непослушные темные волосы. Вспоминал, как подолгу они могли разговаривать – не важно о чем, не важно где. Главное: вместе, вдвоем, в своей совместно собранной из мелких деталей крепости. – Дядя Минхо! – детский голос смешался с его собственным, привнося некую погрешность. Некогда яркие образы стали расплываться, словно кто-то легкую белую дымку сдувал, стараясь вернуть четкость глазам. – Дядя Минхо! – Да, Чиху. Что-то случилось? – проморгавшись, спросил парень, руками бегло ощупывая плечи мальчика. Чиху прикусил губу и улыбнулся. – Я хочу в туалет, – Минхо нахмурился, бросив взгляд на специальную постройку рядом с площадкой. – Так почему не пошел? Ты раньше без проблем бегал туда? – Я… – Пойдем, – парень встал со скамейки и, взяв маленькую ладошку в свою, направился к детскому туалету. Чиху сильней прижимался к Минхо, смотря четко вперед. Он не отводил взгляда, не реагировал на слабое сжатие, словно импульс сердца, большой руки. Детские черты огрубели, будто повзрослев на несколько лет за пару секунд, что не могло не скрыться от старшего. Легкое напряжение сковало мышцы. Минхо бегло глянул на недалеко стоявших мам и нянь, но те не обращали на них никакого внимания. А то и понятно – собственное чадо важней чужого. – Дай мне салфетки, – остановившись, произнес мальчик, – пожалуйста. – Что? – Салфетки. Влажные. Срочно, – умоляющий взгляд ударил в самое сердце, отчего напряжение резко спало, губы растянулись в доброй усмешке. – Почему ты сразу не сказал? – Минхо быстро открыл поясную сумку, доставая все необходимое. – Подождешь меня здесь? Я сразу тебе отдам. – Я отойду только немного, чтобы других не смущать, – Чиху что-то пискнул и, схватив упаковку, скрылся за дверью. Минхо только пожал плечами и отошел немного от уборной. Возникший вопрос так и повис над головой, порождая различные ответы. Минхо взглядом пробежался по всему, чего тот достигал. Дети по-прежнему играли в догонялки, качались на качелях, лепили что-то из холодного песка. Родители стояли на расстоянии, но довольно близко. Шелест уже желтой и красной листвы щекотал уши, а солнце, порой скрываясь за облаками, продолжало светить. – Ему понравилась Бон Су, – знакомый женский голос улыбчиво коснулся ушей. Высокая стройная девушка поравнялась с Минхо, также наблюдая за детьми. – В красном комбинезоне. Думаю, ему было неловко перед ней. – Что ты здесь делаешь? – Решила прогуляться. Вот и все. А что? Соскучился по мне и до сих пор не веришь своим глазам? – черные короткие волосы прикрывали ее профиль, оставляя видимым только кончик носа. – Рад тебя видеть, Мо, – улыбка пропала, но голос прозвучал спокойно и нежно. – Забыл тогда спросить: как поездка? – Отлично. Разрешила парочку проблем и начала поиск жилья. Как себя чувствует Госпожа Ли? Я планировала ее вечером навестить. – На днях переведут в больницу для постоянного наблюдения. У нее проблемы с сердцем. Операция противопоказана – она ее не переживет. – Насколько все плохо? – Пиздец как. Малейшее колебание и… Минхо не закончил, а Момо не стала настаивать. Оба молчали, поддерживая напряжение, которое никто не желал сбавлять. Оно опускалось наэлектризованной паутиной на их плечи, окольцовывало руки, сжимало горло и закрывало глаза. Слезы скопились плотным комом, отчего у Минхо задергалось одно веко, но ни одна капля не проронилась. – Дядя Минхо, – детский шепот растопил покрывающуюся тонкой ледяной коркой паутину. Невидимые холодные капли остались на натянутых нервах, стекая по ним, играя словно на инструменте. Минхо и Момо обернулись, замечая выглядывающую макушку мальчика, который вновь нервно прикусил губу и поглядывал то на старших, то куда-то за их спины. Парень быстрым шагом подошел к ребенку и забрал пачку салфеток. – Руки помыл? – Конечно! – чуть громче задуманного ответил Чиху и тотчас скрылся за Ли, лбом прижимаясь к бедрам. – Бон Су сейчас отошла к маме, не переживай, – теплый голос девушки приободрил мальчика. Минхо уверен, что у того щеки горели. Момо присела на корточки и провела по волосам ребенка, поправляя прическу. Тот в ответ тепло улыбнулся, в глазах звезды загорелись. Чиху с довольным лицом кинулся на шею девушки, крепко прижимаясь, и почувствовал ответные нежные объятия. – Я тоже рада тебя видеть, солнце. А теперь беги, у нас еще будет время. Чиху кивнул и, посмотрев на Минхо, чтобы убедиться в полученном разрешении, побежал к остальным детям. Ли проводил мальчика заботливым взглядом и теплой улыбкой. – Так откуда ты знаешь Бон Су? – Перед отъездом пару раз сидела с ней. Она милая, так что не удивительно, что Чиху она приглянулась. Вот только ей, кажется, на него все равно, – Минхо молча кивнул, проследив за взглядом подруги. Девочка в красном комбинезоне отбежала от мамы и была тут же окружена другими детьми. Чиху, хоть и был вовлечен во всеобщую игру, все равно казался одиночкой. – Как насчет выпить сегодня вечером? – У меня завтра тест, который я не очень хочу пропускать. Давай после него, ладно? – Без проблем. Напиши мне тогда, я подъеду. – Окей, – на выдохе ответил Минхо, почувствовав разрастающуюся пустоту внутри.

*****

Холодная парта спровоцировала противные мурашки, когда разгоряченный лоб коснулся ее поверхности. Теплое дыхание щекотало кожу лица. Черные ресницы затрепетали. Минхо тяжело сглотнул, молясь, чтобы единственная пара, на которую он решил прийти, скоро закончилась. Тест обещали провести в конце, пугая его сложностью, но Минхо было все равно. Чужие голоса и посторонние звуки преобразовались в белый шум. В ушах бурлила собственная кровь, напоминая разбушевавшееся море. Море. Минхо вспомнил, как вместе с бабушкой в детстве строил песочные замки, как лепил куличики. Как они плескались на берегу, а после бабушка учила его плавать. Тогда ему было боязно, непривычно и даже неприятно, но появившееся умение почему-то сейчас казалось таким значимым и увесистым, что, появись возможность, он бы с радостью сорвался с места, купил два билета в ближайшее место, где тепло и есть вода, и улетел бы вместе с бабушкой. Хотелось вернуться, повторить, почувствовать еще раз то, что навсегда запечено за дверью. Завтра ее переводят… Уже завтра вместо дружелюбной атмосферы, музыки и приятной компании они увидят только светлые стены, впитавшие в себя безграничное количество холода, боли и утраты. Минхо боялся… Преподаватель уже неспешно вел свой монолог, будто специально растягивая ход времени. Словно маятник часов замедлил, заставляя вновь кожей чувствовать секунды-паутинки, а на теле неприятное томление-пауков ощущать. Минхо внутренне дрожал, дождаться встречи пытаясь из последних сил. Нужно развеяться. Срочно. Нужно хоть что-то. Хоть что-то. – Эй, ты в порядке? – наплевав на преподавателя, Джисон развернулся к Минхо, положив ладони на чужой стол. В темных карих глазах интерес и беспокойство блестели. Ли незаметно хмыкнул, но взгляд от преподавателя так и не отвел. – Минхо. Минхо? – младший помахал ладонью, стараясь привлечь внимание. – У нас тест в конце пары, отвернись. Вдруг будет что-то из сегодняшней темы. Я не буду потом тебе помогать. Пухлые губы Джисона вмиг растянулись в довольной улыбке. Хан обернулся к преподавателю, проверяя его настроение – вроде, как обычно, ничего особенного, – взял вещи и пересел на ряд назад. Минхо даже не дрогнул, то ли сил не нашлось, то ли такое решение показалось ему в стиле Хан Джисона. – Я не намерен с тобой разговаривать, ясно? – на мгновение переведя взгляд на парня, предупредил старший и отвернулся. Движение сбоку, к удивлению, нисколько не раздражало и не утомляло. Джисон, и правда, замолчал, даже не пытаясь ответить на недавнюю фразу. Тихо принял брошенные слова и, повторив позу, отвернулся. Обещанный тест так и не произошел. Преподаватель забыл не только бланки распечатать, но и принести флешку, на которой те хранились. Счастью студентов не было предела. Все улыбались, шутили и всячески пытались договориться с профессором, что и не нужно вовсе никаких работ. Но чем дольше продолжалась эта сцена, тем сильней натягивались струны из нервов. Минхо попросту потерял время, которое мог провести в более приятной компании. Не став дожидаться, когда профессор всех отпустит, Минхо быстро скинул вещи в рюкзак и, напечатав сообщение, вышел из аудитории, даже не обернувшись, когда его позвали. Тяжелые шаги разносились по пустому коридору, отражаясь от стен и поднимаясь все выше. Осенняя прохлада обволакивала тело, словно сладкий топпинг на только что приготовленных панкейках. Вот только приятного в данный момент было мало. Холод кусал, щипал, уже зримо дрожать заставлял. Минхо наспех укутался в теплую кофту, в кулаках сжимая манжеты, и вышел на улицу, где ветер тут же подхватил его волосы, закручивая. Минхо чувствовал, как холодный воздух доходил до самых легких, блокируя недавнее тепло, исходившее от одногруппника, который старался не нарушать обозначенные границы. Быстро проверив вибрирующий телефон, Минхо размял плечи, отчего те прохрустели, и облокотился о перила лестницы, ожидая знакомую машину. Если бы не несколько студентов, спешивших по своим делам, природная тишина была бы идеальной. – Почему ты сбежал? – А сам? – Нас отпустили, – ответил Джисон, вставая рядом с Ли. – Что происходит? Ты в порядке? – Повторяешься, Хани, – последнее прозвучало с неприятной усмешкой. – Я не ответил тогда и сейчас не намерен. Не лезь в то, что тебя не касается. – Минхо. – Мне не нужна твоя забота, Джисон, – прозвучало слишком грубо, но Минхо все равно. Он действительно не намерен впускать в свою жизнь кого-то. Особенно Хана. – Я бы мог… – Что из моих слов тебе непонятно? – Минхо нахмурился и протяжно выдохнул, словно сигаретный дым выпуская из теплого плена. Пар быстрой струей устремился вперед, а после растворился. Джисон закатил глаза и резко возник перед старшим, руки по сторонам расставляя, опираясь о перила. Недовольное цыканье слетело с губ Ли, глаза точно смотрели на младшего. Вот только в то время, как у того искры сверкали, прощупывая границы дозволенного, внутри Минхо лишь шире бездонная пропасть растягивалась. – Я не стану лезть в твои дела, проблемы, да что угодно, обещаю. Но не отталкивай меня. Я знаю, что придурок, что наговорил многого, что не попросил прощения должным образом, но я хочу все исправить. Знаю, что даже сейчас веду себя не лучшим образом, но… – Я не сбегу, – заверил Минхо, но сам же после усомнился. Сбежит. Обязательно когда-нибудь сбежит, скроется и никогда не вернется. И если Джисон действительно хочет с ним подружиться, то ему будет больно. Больнее, чем каждый из них может представить. – Врешь. – Возможно, но сейчас у тебя есть ровно минута, а после ты должен будешь отойти, понял? – Джисон кивнул. – Я могу тебя обнять? Или ты не любишь прикосновения? Минхо любил. Безумно любил и ценил контакт. И даже сейчас он нуждался в нем. Вот только не от Хана, а от того, кто находится на другом конце города, кто смотрит через большое окно на улицу, запоминая уже давно изученные тропинки, и у кого за спиной стоит собранный старый чемоданчик, а на тумбочке по-прежнему виднеются рамки с фотографиями. Минхо кивнул. Джисон осторожно оторвал одну руку от перил и, быстро вытерев ту о штаны, обнял. Пальцы утонули в мягких волосах на загривке, а лоб опустился на плечо. Младший глаза закрыл и тихо дышал, обдумывал, считал. – Позволь мне стать тем, кому ты сможешь позвонить, когда почувствуешь удушье или если станет слишком невыносимо. Позволь мне стать твоим беспроигрышным лотерейным билетом. – Джисон. – Обещаю, я не подведу. – Отпусти. Минута прошла, – на самом деле оставалось еще двадцать секунд. Минхо считал. Вот только именно за эти секунды он боялся передумать: позволить уничтожить в недалеком будущем две души. – Минхо. – Ты обещал отпустить, – младший сильней прижался к Ли. – Не вынуждай говорить то, о чем я думаю уже некоторое время. – Прости, – Джисон резко отстранился и, посмотрев на Минхо взглядом полным тоски и сожалений, отступил в сторону, освобождая дорогу. – Меня ждут, – зачем-то пояснил Ли, указывая на припарковавшуюся у ворот машину. Хан только молча закивал и, убрав руки за спину, которые сжал в кулаки, тоскливо наблюдал, как Минхо бегло спустился по лестнице и помчался к выходу. Его фигура исчезла спустя несколько секунд – все же бегун из него отличный. Интересно, угонится ли за ним Джисон, когда придет время для выхода на старт? Вот только размеченной дорожки не будет, как и сигнала. Только долгое ожидание, честный фальстарт и неизвестный приз за жалкое старание. Если Минхо отличный бегун, то Джисон обязательно попытается стать его личным пейсмейкером.

*****

– Кто это был? – Неважно. Побочная переменная в моем уравнении. – Значимая? Минхо не ответил. Момо пожала плечами и, несколько раз ударив пальцами по рулю, нажала на газ. Машина плавно тронулась с места и постепенно все быстрей отдалялась от высокого здания. В салоне приятно пахло некой сладостью, которую Минхо никак не мог разгадать. Перед глазами всплывали образы различных ягод и фруктов, специй. Сочетания создавали бесконечные комбинации, от которых голова могла пойти кругом, но Минхо с легкостью отметил, что сейчас это куда приятней и необходимей. Девушка включила свой плей-лист, и музыка приятной волной окружила их. – Ты подумал над моим предложением? – остановившись на очередном светофоре, вдруг спросила Момо. Минхо прикусил губу и облокотился лбом на стекло. – Теперь точно нет. – Понимаю… А после? Я не хочу загадывать, ускорять или давить. Просто спрашиваю. – Если не брать во внимание состояние бабушки, то да. С радостью. Но мы не можем знать наверняка, что произойдет в будущем. Возможно, на что я очень надеюсь, ждать тебе придется еще долго. – Я всегда буду тебя ждать, ты же знаешь, – девушка опустила ладонь на макушку друга и взъерошила его волосы. Минхо даже не дернулся. С приятной легкостью позволил нарушить свою защиту и подпортить идеальную укладку, которая, к слову, получилась случайно. Прошло еще несколько минут, прежде чем Минхо вновь заговорил: – А не рано ли мы приедем? – Мы посидим в кафе, которое находится неподалеку. Пробудем там до закрытия: перекусим, поболтаем, помолчим, – Минхо ухмыльнулся на последнем. – А после уже пойдем в клуб. Я забронировала нам комнату, так что переживать не о чем, – хитрая улыбка коснулась ее губ. – Судя по описанию на их сайте, там брони на несколько месяцев вперед расписаны, – нахмурился Ли, вновь проверяя информацию. – Ты же вернулась пару дней назад. – Для друзей владельца свои привилегии. Например, место, которое доступно только для важных шишек. А сегодня таковыми являемся мы. Представь: собственная комната, делай что хочешь. Правда, за алкоголь нам придется платить, как все посетители, – это я не смогла выбить. Но нам дали небольшую скидку. – Ты и так сделала даже больше, чем нужно. – Для тебя, мой дорогой, все что угодно. – Спасибо, – Минхо осторожно переплел их пальцы, наслаждаясь желанным теплом. – Когда мне было плохо, ты как-то сказал: «Если это трудная дорога, мы преодолеем ее вместе, а если хорошая – пройдем вперед еще быстрее». Теперь моя очередь сделать для тебя то же. Что бы ни случилось, мы преодолеем это. Вместе. Минхо только сильней сжал ладонь подруги. – Приехали, – спустя десять минут молчаливой поездки произнесла девушка. – Добро пожаловать в «The Victory», – указала в сторону еще тусклой вывески. – Какая ирония, – усмехнулся Ли, выпуская чужую ладонь и отстегивая ремень безопасности. – Скажи это вновь, когда мы пройдем фейсконтроль.