Stay (with me)

Минхо продолжал жить обычной, привычной себе жизнью, хоть внутри все скручивалось, стоило взглядом коснуться телефона. В университете он почти не появлялся, чтобы лишний раз не слышать свое имя – не важно с какой целью. Вчерашняя встреча все же позволила вдохнуть полной грудью, однако внутри все еще копошились осторожность и ожидание чего-то темного.

*****

Минхо со всех ног бежал в клуб «The Victory», уже давно вычислив самый короткий путь. Ноги горели, руки чесались от тревоги и нетерпения. В голове мысли кричали, рвали друг друга на части, наслаивались, рисуя страшные образы. Сообщение, присланное Квоном, заставило не на шутку встрепенуться и сорваться с места, наплевав на встречу с Момо. А та только вслед прокричала «удачи» и что ждет всех новостей. Минхо любил Момо с каждым днем все сильней, действительно не понимая, откуда она взялась в его жизни. Чем он заслужит такую преданность и поддержку? Почему она тогда, в далеком детстве, из всех детей выбрала именно его? А после продолжала появляться рядом, медленно укрепляя их связь. Минхо никак не мог понять, как же ей отплатить. Ведь он только получал, получал, получал. А что взамен дал подруге? Лишь свои проблемы и невезения, в которых та вместе с ним варилась. Минхо вбежал в клуб, наспех здороваясь со встречающимся скудным персоналом. Работники продолжали наводить порядок в помещении. В воздухе пахло жидкостью для мытья полов – цветочный, легкий, приятный. Кто-то принимал поставку или подсчитывал выручку, старательно проверяя и записывая каждый пункт на планшете. Кто-то даже открывал новые наборы посуды и намывал до блеска. – Джефф, где директор Квон? Парень с кудрявыми волосами остановился, приветливо улыбнулся и, прижав к груди планшет, указал в сторону главного зала. – Возле бара с каким-то парнем. Они очень заняты, так что советую не отвлекать. Да и вообще, что ты здесь делаешь? У тебя же были планы. – Прибежал как раз из-за просьбы Квона. Сказал, что я обязан прийти как можно скорей. – Странно. Они разговаривают уже более двух часов и, кажется, заканчивать не собираются. Но можешь попробовать, – равнодушно пожал плечами. – Спасибо, – Минхо сделал первый шаг, чтобы обойти коллегу, но тот его притормозил за запястье. – Передать шефу, чтобы приготовил тебе чего-нибудь? – Нет, но спасибо, – Минхо опустил взгляд на место, где их руки соединялись, и нахмурился. – Прости, – поспешно произнес Джефф, выпуская запястье. – Тогда до вечера? – Я буду только завтра. Работник кивнул, хмыкнув, и отсалютовал: – Тогда до завтра. Минхо растянул губы в приветливой улыбке и поспешил в зал. Парня встретила непривычная тишина и ясность помещения. Не было мигающих огней, диджейской музыки, запаха алкоголя и редких закусок. Несколько работников готовили столы, в ушах виднелись наушники, в которых играла громкая музыка, но ее отголоски растворялись в спокойствии просторного зала. За барной стойкой сидело двое мужчин, о чем-то спокойно рассуждая. Бархатные голоса наслаивались друг на друга. Квон сидел лицом к Минхо. Он, как обычно, плавно жестикулировал руками. Во взгляде проскальзывала легкая неприязнь. Разговор, несмотря на свою тягучесть, явно был не из дружеских. Минхо сделал несколько осторожных шагов, выплывая из-за угла бара. Бутылки поймали его образ, растягивая на своих корпусах, словно в комнату смеха переместив. Вот только смеяться хотелось в самую последнюю очередь. – Минхо, давай быстрей, – Квон даже не взглянул в его сторону, продолжая поддерживать зрительный контакт с собеседником. Минхо кивнул и поспешил поравняться с тем, кому больше доверял в сложившейся ситуации. Директор опустил руку на спину работника, плавно проводя по лопаткам. Минхо не стал сопротивляться. – Добрый день… MJ? – на мгновение запнулся, заметив знакомое лицо. – Предпочитаю Мок Джин, но можно и так, – парень тепло улыбнулся, поправляя по-прежнему идеально уложенные волосы. – Присаживайся или, если тебе так удобней, можешь постоять, – бросил взгляд на Квона. – Я постою. – Как знаешь, – ухмылка не скрылась от всех присутствующих. – По поводу недавнего мероприятия… – отпил свой напиток. Бармена, к слову, нигде не было видно. Возможно, Квон сам все приготовил. – Я слышал, что произошло. И если честно, поразмыслив, не могу принять чью-то сторону. Мне стоит пояснить? Минхо кивнул. Хотел ли он этого на самом деле? – Хорошо, – Мок Джин облизнул губы, собирая капли спиртного. – С одной стороны, я понимаю гостей. Они пришли на мероприятие, где понятие нравственности размыто, а опираясь на предыдущие встречи, их желания были вполне лояльны и невинны. Думаю, Джо предупредил тебя, что было в прошлый раз. Никто не жаловался и, что самое главное, никого не принуждали. – Но меня заставили. – С другой стороны, ты – новичок, не до конца осознающий специфику мероприятия и возможных пожеланий гостей. Всем было сказано, что с тобой необходимо быть чуть поаккуратней. Как любят говорить авторы книг: «Чистая душа, незапятнанная гнилью людской», – уголки его губ насмешливо приподнялись. – Но будем честны, ты знал, на что шел. Выделить тебя среди остальных работников означало подписать смертный приговор. Конечно, к тебе было повышенное внимание, благо гости чаще предпочитали иметь дело со знакомыми лицами. – А что по поводу… – Госпожи Ён и той компании? – Мок зажал сигарету между зубов, плавно выдыхая облако дыма. – Как я понял, она преследовала тебя. Ты ей понравился, но она не смогла заполучить желаемое по-быстрому. Узнать про тебя ей не составило труда, – стряхнул пепел. – Крупный долг, бешеные подработки, волонтерство, проблемы с семьей… Продолжать и углубляться, так уж и быть, не стану. Малыш, ты в жопе… мог бы быть. Минхо вздрогнул, а Квон провел по позвоночнику, возвращаясь к лопаткам. – Несмотря на ситуацию, у тебя прекрасный ангел-хранитель, – Мок Джин взглянул на Квона, прищурившись. – У тебя же какие-то планы на него, не так ли? Ты обычно не заступаешь за людей, особенно за должников. И не заливай мне про его возможности и всякую прочую хуету. Вы точно не трахаетесь, это видно, однако бешеное напряжение, исходившее от вашей пары, я чувствовал весь вечер. Так в чем секрет? – Скажем так, кто-то рождается с золотой ложкой во рту, кто-то в рубашке, ну а кто-то с интуитивной удачей и чуйкой на нужных людей, – Квон убрал руку и опустил на свое колено, пальцами играясь с тканью широких брюк. Минхо чуть отошел от мужчины, вызывая еще большую улыбку гостя. – Я сказал своим людям разобраться с ней и теми, кто ей помогал. То же касается Роджера и остальной компании. Но, как я понимаю, Минхо, твой долг после этого только увеличится. Или ты решишь пожалеть его? – Еще не решил. – Но… – Чтобы даже законно устранить людей, необходимы деньги, дорогой. Большие деньги, в несколько раз превышающие твой долг, и которых, будем честны, у тебя и в помине нет. Проще говоря, расплатиться ты сможешь только через несколько жизней, что по биологическим законам попросту невозможно. Однако есть и хорошая новость: небезызвестный тебе адвокат Мун взялся за это дело. Все же мы связаны и вертимся в одних кругах. Парочка человек из того списка уже давно донимала его в некоторых делах, так что он с радостью включился в работу. Вот только как это повлияет на тебя – вопрос хороший. И как столько людей может крутиться вокруг простого пацана, – Мок Джин сделал глоток и глубоко затянулся. – Кто же ты такой? – Какая Вам выгода с этого? – задал интересующий вопрос Минхо. – К твоему счастью, меня эти люди тоже не устраивали. Минус токсики, как говорится. Или это уже устарело? Я не поспеваю за трендами молодежи, хоть и сам недалеко от них ушел. – Не так уж Вы и стары. Несмотря на то, что Мок Джин был младше, Минхо ставил его намного выше себя. Прямая осанка, уверенный взгляд, источавший некую недоступность и загадочность, что делало его еще более привлекательным и магнетичным. Мок Джин словно обладал тайными знаниями и опытом, которые делали его по-настоящему взрослым и уверенным в своих действиях. – Льстец, – MJ усмехнулся, вставая с барного стула. – Надеюсь, это наша последняя встреча в таком плане. Постарайся больше не встревать в подобные ситуации, Минхо. Мок Джин, не дожидаясь ответа, развернулся и, прихватив висевший на спинке пиджак, скрылся, разнося по залу стук каблуков своих дорогих ботинок. – Я нихрена не понял, что это было. И кто он вообще такой? – Если коротко, то ты вышел из ситуации относительно сухим. Я по-прежнему рассуждаю насчет суммы твоего долга: либо она остается прежней – тридцать миллионов, без аннулирования твоих выплат, либо увеличится до… Я еще не посчитал. Минхо напрягся. – Джин – один из теневых организаторов. – Но он же… – У этих ребят извращенные взгляды на ведение подобных встреч. Они любят сливаться с рабочим персоналом своих секций. Если бы ты был повнимательней, то заметил, что он ничего не делал весь вечер, кроме как следил за происходящим и решал спорные вопросы. Даже во время банкета он был в стороне, хоть и искусно создавал впечатление занятого официанта. – Блять. – Повремени. Адвокат Мун пока тоже молчит. Думаю, он крайне удивлен, что человек, которому он доверял, вот так засветился в подобном подпольном месте. Но, скорее всего, ты ему еще понадобишься, а значит, держать тебя он будет подле себя. Продолжай усердно работать, и, возможно, все останется как прежде. Но, Сахарок, ты по-прежнему в дерьме. – Спасибо, – Минхо и сам не ожидал, что ноги подкосятся и он окажется на полу, крепко прижимая кулаки к коленям. Волосы скрыли покрасневшее лицо, нижняя губа закровоточила из-за сильного укуса. – Пока рано благодарить, – отмахнулся Квон, залпом допивая собственный напиток, и удалился. Видневшиеся в зале работники смотрели на молодого коллегу с печалью и жалостью. Впервые Минхо не чувствовал отвращение к подобным проявлениям.

*****

Минхо устремил взгляд на звездное небо. Снежинки вновь медленно ниспадали на землю, оставляя тонкий слой серебристого ковра. Парень втянул первую дозу никотина. Слабое головокружение приносило удовольствие. Пустой желудок заурчал, вот только голод не чувствовался. Легкое, умеренное чувство расслабления пронеслось по телу, окончательно очищая голову. Ветер дергал за волосы, кусал за уши и хлестал по щекам. Кожа постепенно краснела, начиная жечь, но Минхо только наслаждался этим видом боли. Пальцы сами набрали номер. Долгие гудки ворвались в сознание, заставляя наконец прийти в себя и, поморщившись, посмотреть на яркое имя на экране. Почему бы и нет. – Минхо? – Не хочешь погулять? – Где ты? – Джисон явно только проснулся от внезапного звонка посреди ночи. Минхо было не жаль. Назвав адрес и получив усталое «скоро буду», Минхо отключился. Никотин продолжал расслаблять и дарить легкость, в глубине которой кроилась лишь пустота. Холодная, одинокая, тоскливая. Одинокий фонарь освещал небольшой кусок дороги, создавая тусклый желтый кружок. Минхо носком ботинка рисовал витиеватые узоры, чтобы хоть немного скоротать время. В наушниках играла рандомная музыка. Плавная и медленная чередовалась с яркой и ритмичной, или даже агрессивной. Минхо слушал все подряд, не переключая и не повторяя треки. Было в этом странном порядке что-то особенное, неповторимое, личное. Минуты постепенно сменяли друг друга. Джисон не писал, оповещая о своем местонахождении, а Минхо и не стремился уточнять. Ему было приятно просто стоять посреди пустой дороги, волосами и ресницами ловить снежинки. На пальто также красовались неповторимые рисунки. Пальцы перебирали мелкие предметы в карманах, шурша и звеня, только парень этого не слышал. Музыка стала ему временным оазисом. – Минхо? Ответа не последовало. Минхо продолжал заниматься своими делами, слегка пританцовывая. – Минхо-о? – словно пропел Джисон, подходя ближе. И вновь ответа не послышалось. Хан сделал еще несколько шагов. Минхо резко развернулся, ступней рисуя очередной виток, и замер, замечая стоявшую рядом фигуру. Взгляд медленно проскользил по ногам, объемной куртке и заинтересованному лицу, по контору которого виднелись вылезшие из-под шапки волосы. – Привет, – вытащил наушники и выключил музыку. – Нормально добрался? – Что делаешь в этой части города в такое время? – Гуляю, – нежная улыбка украсила губы Минхо. Кажется, ответ не пришелся по нраву Хану, тот вздернул бровью, будто задавал немой вопрос. – Куда пойдем? – Куда угодно. Завтра с самого утра я должен быть с Чиху. – Не пойдешь в универ? – Минхо отрицательно покачал головой. – Если для тебя сейчас работа на первом месте, то почему не возьмешь академ? – Нет оснований. Сессию я сдаю, долги быстро закрываю. В общем, серьезных проблем нет. – Хочешь в клуб сходить? – Хан предпринял первую попытку. Минхо же задумался, являлся ли этот вариант провальным, потому что он уже затрахался от давящей атмосферы подобных мест, запаха алкоголя и пота; или же дело в другом – моральной усталости и предстоящей утром работе. В конце концов, он отрицательно покачал головой, выпуская теплый пар. – Музей? Я слышал, сейчас есть интересные ночные выставки. Вновь покачал головой. – А если посвященные манге? – Минхо замер, посмотрев в упор на Хана. Его глаза загорелись, зрачки затряслись, будто ответ на это уточнение он ждал весь вечер. Минхо хмыкнул, вспомнив, как пару раз видел в рюкзаке Джисона новые выпуски какой-то манги, бережно придавленной к самой спинке, чтобы не помять другими предметами. Да и гуляя как-то по городу, когда они проходили очередной книжный, через витрины которого можно было увидеть определенную секцию, Хан незаметно вздыхал и на мгновение сжимал пальцы, будто останавливал себя от чего-то. Минхо улыбнулся самой теплой улыбкой, на которую был сегодня способен, и ответил: – Но сначала перекусим. – Я плачу! – слишком восторженно отреагировал Джисон и, приобняв Минхо за предплечье, повел в известном только ему одному направлении.

*****

Минхо и не заметил, как на небе стали проступать теплые, но тусклые прорези восходящего солнца. Из-за плотных облаков и тумана лучи казались еще слабей, но не менее прекрасными. Где-то далеко только выплыла круглая макушка, приносящая за собой новый день. Ушей уже касались признаки проснувшегося города: лай собак в парке неподалеку, проезжающие машины, в салонах которых играло радио, редкие птицы начинали свой разговор, радуясь наступлению нового дня, первые работники, которые уже вовсю бежали в своем направлении. Минхо даже заметил несколько открывшихся ранних ларьков, явно выделявшихся среди круглосуточных магазинов. Джисон молча шел рядом, продолжая прижимать к груди пакет с купленным на выставке коллекционным изданием манги, которую он так долго искал и зарекся купить, сколько бы это ни стоило. Минхо вспомнил, как мельтешил Хан возле стенда с продажей, тихо споря сам с собой. Минхо не стал вмешиваться, только тихо стоял в стороне, обводя взглядом окружающие товары, а после вновь возвращая к неспокойной душе, что уже чуть ли слюнки не пускала. «Просто купи уже», – шепотом произнес тогда Минхо, усмехнувшись. Он готов поклясться, что у Джисона словно земля ушла из-под ног, когда слова достигли мигом покрасневших ушей. Наверное, он действительно нуждался в этом, раз в следующую секунду, не успев озвучить желаемое, протянул карту продавцу. Кажется, это впервые, когда Минхо видел такую ярую заинтересованность Хана в чем-либо. – Спасибо, – вдруг произнес Джисон, лучезарно улыбнувшись. – Мне-то за что? Я ничего не сделал. Ты захотел, вот и купил. – Не за это, – указал на пакет, после опуская. – Просто. Минхо не ответил, только кивнул и на ходу поправил съехавшую шапку, в который раз убеждаясь, что она идет Джисону куда больше, чем ему самому. Небо светлело слишком быстро и внезапно. Никто и не заметил, как пропали холодные мармеладные прорези, в которых продолжали кружить ночные приключения, тайны и легкая дымка неизвестного никому будущего. – Ты сейчас домой? – спросил Джисон самый очевидный вопрос, который мог. Минхо задумался, сделал он это специально, или тишина между ними все же некомфортна, отчего хотелось чем-то прикрыть ее, отогнать прочь, заполнить. – Да, у меня осталось около двух часов до подработки, – и не дожидаясь последующих уточняющих вопросов, продолжил. – Сижу сегодня с Чиху весь день. Я вроде говорил. – Да, – протяжное, грустное, наконец осознанное. – Я могу прийти после пар? Вдруг вы гулять будете? Обещаю, мешать не стану. – Можешь и помешать, – пожал плечами. – Чиху недавно спрашивал о тебе. Понравился ты ему. Интересно, почему, – риторический вопрос прозвучал с издевкой, заставив Джисона остановиться. – А что во мне не так? – Вот не знаю. Вроде кажешься обычным, а потом присматриваешься, прислушиваешься и понимаешь, что-то не так. Шумный ты больно, несерьезный, а еще шапку нормально носить не умеешь: съезжает постоянно, а ты и внимания не обращаешь. Научишь Чиху так же ходить, а мне потом за это по шее надают. И вроде Хан хотел возмутиться, Минхо видел это, а вроде и улыбка расцвела на холодных губах, принимая услышанное. – Сказал тот, кто вообще с открытой головой ходит, – ехидно усмехнувшись и задрав нос, Джисон обошел Минхо и направился к остановке, к которой уже подъезжал автобус. – Это, кстати, мой, – указал кивком на транспорт и слегка ускорился. Минхо же и вовсе становился, убирая одну руку в карман и вновь начиная перебирать вещи. Глубокий вдох охладил горло и легкие, заставляя поежиться. – В четыре на площадке. Чиху будет рад, – крикнул Минхо, замечая белесый пар. Хан резко остановился, поставив ногу на ступеньку. – До встречи! – радостно ответил парень, напоследок помахав. Минхо поднял руку, тоже прощаясь, и нос спрятал в вороте пальто. «Я тоже буду рад тебя видеть» – пронеслась нечеткая мысль, выдерживая сонный взгляд Хана.

*****

– Чиху, надень перчатки! – прикрикнул Минхо, наблюдая за беготней детей. Стоявшие неподалеку няни и родители даже не обратили внимания на повышенный голос, хотя обычно качали головой и принимались активно обсуждать подобные действия. Минхо помнил, как в самом начале, когда только начал свой путь бебиситтера, те доносили до родителей практически любое действие, по их мнению, отклонявшееся от принятых. Некоторые пары принимали эти замечания слишком резко, даже в штыки, высказывали работнику свои мысли, не разобравшись полностью в ситуации. Кто-то махал рукой. А некоторые защищали Минхо, указывая другим не лезть не в свое дело. Семья Чиху относилась к смежной категории. Они предпочитали выслушать обе стороны, провести беседу с работником, да и защитить не прочь. По их дому стояли камеры, к которым можно подключиться в любой момент. Минхо часто присылал фото- и видео-отчеты, писал, звонил. Родители мальчика знали, чем занимался их ребенок, что ел, сколько спал. Минхо всегда стремился к тому, чтобы родители не волновались, будучи уверенными в благополучии и безопасности своих чад. – Дядя Минхо, – мальчик со всех ног подбежал к парню, чуть ли не врезаясь тому в ноги, – дай, пожалуйста, платочек. Минхо усмехнулся и быстро достал из сумки необходимое. Пока ребенок был занят своим делом, парень поправил его шапку и ворот куртки. – Не забудь, в кармане у тебя есть термопакет. И положи к себе упаковку с платками. Лишним не будет. – Спасибо, – красный нос ребенка показался Минхо таким забавным, что тот не удержался и щелкнул по нему, довольно улыбаясь. – Не кричи сильно, а то горло может заболеть, и прощай прогулки. – Зато я смогу мультики смотреть, – как-то хитро ответил Чиху, словно продумывал план. – Скорее уроками заниматься будешь, умник. – Что? – Что? Чиху насупился, признавая мелкое поражение, и убрал платок в карман. Мальчик оглянулся, услышав детские возгласы, махнул рукой и со всех ног помчался к друзьям. – Не поскользнись! – вдогонку произнес парень, продолжая улыбаться. Чиху постепенно вливался в компании других детей. Мальчик делал медленные шаги, преодолевая свою боязнь. Он открыто стал вести разговор с новичками, громко смеялся и больше не прятался за взрослыми. Минхо искренне гордился Чиху, его достижениями, мелким шажкам. Возможно, он даже будет рядом, когда тот уверенно пойдет в школу, раскрывая сердце и душу тем, кого ранее опасался. Маленькая гордость. – Я пришел, – теплое дыхание коснулось уха, выталкивая на поверхность собственных рассуждений. Минхо обернулся. Стоявший совсем близко Джисон широко улыбнулся, прищуриваясь. – Как учеба? – Спрашивали о тебе. Мин Су сказала, что ты плохо себя чувствуешь. Кстати, теперь мы работаем вместе. Нам всем дали парное задание, и я выбрал тебя. Ты же не против? – Минхо покачал головой, вновь возвращая все свое внимание Чиху. Как бы ему ни хотелось и дальше смотреть на Джисона, работа и ребенок превыше собственных желаний. – Отлично. А еще я забил за тобой тему для доклада по праву. Выбрал не самую сложную, как мне кажется. Хотя, судя по одной из твоих подработок, для тебя все будут легкими. – Это не совсем так, – Минхо услышал, как Хан хмыкнул. – Чем больше ты знаешь, тем извилистей пути для достижения цели можешь найти. Порой это плюс, а иногда – гиблое дело. Ты хочешь воспользоваться всем, рассмотреть все возможные варианты, из-за чего тонешь и допускаешь ошибки. – Но ведь когда знаешь недостаточно, это также приносит свои недочеты. – Когда ты имеешь неполную базу знаний, то обычно выбираешь одно направление и следуешь ему, изредка сворачивая, чтобы дополнить изучаемую тему. Вдруг вопрос зададут, например. Джисон молчал, явно рассуждая над услышанным. Минхо же глубоко вдохнул, отгоняя желание закрыть глаза – уж больно хотелось спать. Сам виноват, что решил устроить ночную прогулку. Пробегавший мимо Чиху на долю секунды бросил в их сторону взгляд, как бы показывая, что все в порядке, но, заметив новую и знакомую фигуру, замедлился. Мальчик слегка прищурился, вглядываясь вдаль, и, признав Джисона, улыбнулся. – Парень с великом! – и поспешил в их сторону. – Он серьезно запомнил меня как «парень с великом»? – Хан неловко усмехнулся, наклоняясь так, чтобы быть на одном уровне с мальчиком. – Ага, – кивнул Минхо, подавив улыбку. – И ему все равно, что вы виделись после этого еще несколько раз. – Ух ты, как ты подрос, – заметил Джисон, разглядывая ребенка. – Скоро будешь выше нас с дядей Минхо, – метнул быстрый взгляд снизу вверх. – А то. А ты давно пришел? А что здесь делаешь? А надолго? Мама говорит, я в летнюю школу пойду! – продолжал выпаливать Чиху на одном дыхании. Слова наслаивались друг на друга, так сильно хотели достигнуть ушей слушателя. – Не так быстро, я не поспеваю за тобой, Чиху. Давай по порядку. – Чиху-у, – детским хором произнесенное имя привлекло внимание всех присутствующих, – иди к на-ам! – Бежим! – мальчик схватил Джисона за рукав куртки и потянул в толпу детей. Хан только и успел выпрямиться и умоляюще глянуть на Минхо, который уже держал его рюкзак в руках и махал на прощание, продолжая тихо посмеиваться. Минхо протяжно выдохнул, закинул на плечо рюкзак и спрятал руки в карманы, чтобы согреть пальцы. В душе что-то медленно теплилось. Наблюдая за беготней Хана, окруженного детьми, внутри словно раскинулись солнечные лучи – приятные, ласковые. Казалось, что все вокруг обрело краски. Снег стал похож на пух. Мороз приобрел оттенок моря. А высоко плывущие плотные облака превратились в легкие и воздушные. Перед глазами все искрилось радостью и спокойствием, о которых мечтаешь в тяжелые времена. Небольшой отдых наступил внезапно, но так вовремя. Минхо наслаждался каждой секундой, слыша довольный смех и возгласы. Серьезность и сосредоточенность в глазах сменились игривостью и сладкой негой, после которой оставался приятный шлейф воздушности и правильности. – У нас сегодня день встреч? – Я думал, ты придешь вечером, – Минхо показал кулак, по которому девушка тут же стукнула своим. – Кофе, – Момо протянула капхолдер с двумя стаканами. – Латте с кокосом или бейлисом? – Минхо изогнул бровь. – Да брось, никто не будет добавлять так просто алкоголь в кофе в парковой палатке. – Работники – нет, а вот ты – да. – Это было два года назад, зачем припоминать каждый раз-то? – Люблю твою реакцию, Мо, – Минхо усмехнулся и аккуратно вытащил близ стоявший скан. Приятная русская рулетка, итогом которой оказался кокос. – Спасибо. – Что он здесь делает? – Не будь так сурова к нему. По факту он ничего тебе не сделал. – Зато тебе да, – девушка сделала первый глоток, отходя к мусорке, чтобы выкинуть капхолдер. – Кажется, он влюблен в меня, – внезапно произнес Минхо, когда Момо вернулась. Девушка проследила за появившимся из-за горки парнем, за которым гонялась толпа кричащих детей. Момо собрала руки на груди и протяжно вздохнула. – Хенджин предположил то же. Но, Минхо, если Хан просто порой мил с тобой, общается или проводит время, это не значит, что он что-то чувствует к тебе в таком плане. Может, он просто любезен с тобой, так как чувствует вину за все те слова или поступки? – Мо. – Любовь – это когда печешься о человеке больше, чем о себе. Когда ты готов отдать все, лишь бы не видеть грусти и боли в глазах любимого. Когда бросаешь все дела и мчишься лишь по первому зову. Когда принимаешь человека со всеми его недостатками. Это человек, с которым ты чувствуешь себя комфортно, уютно, на своем месте. Или когда… – Момо. – А ему до этого еще далеко… – Но именно это он и делает, – только и ответил Минхо, а после губ коснулась слабая улыбка. – А у тебя самого есть бабочки внутри? – Нет. – Вот и славно. Но ни Минхо, ни Момо не стали уточнять свои слова. Не важно: плохой это ответ, раз внутри нет возбуждающего, щекочущего зуда, от которого улыбка до ушей растягивается. Или хороший, ведь с правильным человеком не должно ничего раздражать внутри. На то он правильный и тот самый, что рядом с ним ничто не трогает тебя, не позволяет перешагнуть зону комфорта. Вот только слова здесь не нужны, они оба знали, что каждый хотел сказать. – Что насчет Квона? – А что с ним? – Не мне говорить тебе о ваших играх. – Ты об этом… – Минхо прикусил губу, рассуждая. – Не спорю, он довольно сексуален, но на этом все, – взгляд коснулся Джисона, резко остановившегося и закружившего одну из девочек. – Наши мысли и странные желания не перейдут черты дозволенного. Вот и все. – Как скажешь, – Момо пожала плечами и прикусила кончик языка. Кофе в руке продолжал согревать, дети радостно кричать, а Минхо думать обо всем на свете, медленно понимая, что появившаяся относительно недавно переменная явно была лишней. Легкое чувство обиды терпеливо ждало своего часа.