И они могут жить

Изуне явно нравилось дразнить не только самого Изаю, но и Тобираму. А как иначе объяснить, что он старался прикоснуться или втянуть в поцелуй так, чтобы Сенджу обязательно заметил. Вот и сейчас пожелание доброй ночи слегка затянулось, грозя перерасти в доброе утро. Тобирама появившийся в коридоре, слегка сбился с шага, что и позволило оторваться от хитрого котика. Может, он и хотел чего-то ещё на эту ночь, но усталость тоже давала о себе знать, так что на просьбу от Сенджу поговорить, Узумаки ответил согласием оставляя сонного Изуну одного. Седзи привычно закрылись, активируя все нужные барьеры и Изая зажег слабый свет. Эти печати он разрабатывал ещё для Каге, чтобы тот мог жить в мире тени, но со временем, их популярность в Узушио стала бешеной, сменив свечи и лучины с поразительной скоростью. - О чем ты хотел поговорить? – фраза была резковатой, но Узумаки смог смягчить её тоном и приглашающим жестом к комфортным подушкам. Стол лишь помеха, да и опять оказался завален многочисленными свитками и заставлен пустой посудой от чая. Скованность и даже робость Тобирамы стала видна как на ладони. Он аккуратно присел и совершенно не знал куда деть глаза, смотря в сторону и нервно сжимая пальцами рукава кимоно. - Техниками можно не прикрываться, - Изая аккуратно перебрался ближе, заставляя юношу вздрогнуть. - В связи с нынешней ситуацией, я не уверен, что этот разговор вообще стоит начинать, - Тобирама повел плечом явно пытаясь хоть как-то выразить свое напряжение. - Из-за Изуны, - Узумаки тихо хмыкнул, - считаешь, что ему не нужно здесь быть? - Да, нет, не совсем, - Сенджу очаровательно зарозовел скулами, - Изая-сан, вы… мне нравитесь и… Юноша затих не в силах продолжить свою речь. Гордый белый котик, без страха бросающийся в бой, на любовном фронте едва ли мог связать двух слов. Плавно оказавшись ещё ближе, Узумаки поймал лицо в чашу ладоней и заставил взглянуть в свои глаза. Как бы ему не нравилась вся эта ситуация, нужно научить говорить о своих эмоциях, не считая их позором. Даже любопытно почему братья настолько разные, но об этом можно подумать позже, сейчас, важно совсем другое. - И что тебе мешает? – пальцы огладили линию челюсти едва касаясь шрамов. Широко распахнутые глаза были полны непонимания. Видимо мешало очень многое, а значит нужно все брать в свои руки. Неторопливо наклонившись, чтобы у Тобирамы была возможность отстраниться, Изая мягко накрыл его губы своими начиная поцелуй. Аккуратно и нежно, чтобы не спугнуть излишней поспешностью и напором. Ладони осторожно скользнули на плечи и притянули чуть ближе, от чего юноша неловко вздрогнул, сбиваясь и показывая свою неопытность. Что ж, учить Изая умел, и в таком деликатном деле – тоже. Голова кружилась от поцелуя, а кожа горела в местах касания. Это было невыносимо сладко, ни в одном сне, ни в одной мечте не было так хорошо. Его обняли, привлекая к чужому телу и Тобирама невольно вздрогнул, цепенея в чужих руках. - Спокойнее, - мастер чуть отстранился и огладил по спине, - если чего-то не хочешь, всегда можешь мне сказать. - Мне… не хватает опыта, - признание далось тяжело, но Изая-сан только лукаво улыбнулся. - Я научу, покажу как, а ты решишь, что именно тебе больше всего нравится. Мы не в бою, здесь можно совершить ошибку и возможно, она будет даже приятней чем правильное действие. Тобираму опустили спиной на подушки будто он был хрупкой статуэткой. Внезапно стали мешать руки, которые он не знал куда положить, чтобы было хоть как-то… нормально, а сердце и так бьющееся слишком сильно, сбилось с ритма пропустив несколько ударов. - Тише, - пальцы огладили его лицо, - не думай, сейчас это вредно. Губы мягко прошлись по линии челюсти и Тобирама прикрыл глаза, рвано вздыхая. Сенсорика глушилась барьерами и кроме Изаи-сана никого не чувствовалось, что казалось только обостряло ощущение от касаний. Скользящие пальцы не делали ни единой попытки забраться под одежду и Сенджу доверился, расслабляясь и приоткрывая глаза. Синие глаза казались почти черными из-за расширившегося зрачка и сам взгляд. Восхищение, удовольствие и что-то жаркое и жадное, не похожее на обычную похоть. Никто ещё не смотрел на Тобираму таким образом, заставляя облизывать пересохшие губы и невольно подаваться навстречу ласкающим рукам. - Не торопи себя, удовольствие нужно получать осознанно. Удалось только слегка кивнуть и его снова поцеловали, неторопливо, позволяя ответить и даже руки уже не казались мешающими. Можно было обнять, зарыться в тонкие косички встречая каждое касание к себе осторожным поглаживанием. Прикосновение к обнаженной коже стало неожиданностью. Когда и как пояс оказался развязан понять не удавалось, но ладони прошлись по животу и плавно поднялись вверх, задевая соски, которые оказались неожиданно чувствительными. Губы Изаи-сана ненадолго задержались на шее и коснулись ключиц, где шли два параллельных шрама. Изуна, когда-то очень удачно махнул катаной пропоров склепку доспехов и кожу. Думать о собственных ранениях оказалось крайне сложно, когда губы сместились чуть ниже и Тобирама закусил свои пальцы, чтобы не застонать в голос. Ни о чем не думать оказалось очень легко, когда ладони прошли по бедрам и притянули к горячему телу, позволяя вжаться в него и снова закусить пальцы. - Не стыдись, - его руку отвели от лица и кратко коснулись ладони губами, - я хочу тебя слышать. С трудом втянув в себя воздух, Тобирама потянулся к чужим губам и на его молчаливую просьбу тут же откликнулись. Юката соскользнула с плеч Узумаки открывая белые узоры, расходящиеся от плеч к ключицам и спускающиеся на грудь, и дыхание вновь прервалось. Красивый, безумно красивый и сейчас, только с ним. Изая с трудом удерживал себя в узде, постоянно одергивая и не позволяя получить желаемое самым быстрым способом. Тобирама не Учиха, который точно знает, чего хочет, ему нужно показать, насколько приятна физическая близость. - Красивый, какой же ты красивый, - шепот сорвался с губ совершенно непроизвольно заставляя Тобираму изумленно распахнуть глаза. Вот именно такой, удивленный, с нежным розовым румянцем и зацелованными алыми губами он вызывал дикое желание. Пальцы скользили по коже, а губы повторяли путь вырывая тихие стоны и всхлипы. Юноша пытался глушить их, кусал губы, но все равно был не в силах сдержаться. Светло-розовые соски потемнели от ласки, и были уже даже слишком чувствительными, почти до боли, а вот её сейчас лучше было не причинять. На ключицах и шеи розовели едва заметные пятна, которые сойдут уже через час, не удержался, прикусил кожу, хотя Тобирама явно был не против. Мягко перекатив юношу на живот, Изая огладил спину прижимаясь губами к позвонку и добиваясь звонкого аханья. Мелькнувшая мысль заставила улыбнуться и медленно спускаться вниз. Искорки чакры пробежали по светлой коже формируя нужную печать и Узумаки аккуратно стянул хакама вместе с исподним. - Обопрись на колени и локти, - Изая на миг прижался к телу Тобирамы и едва ощутимо прикусил краснеющий кончик уха, чтобы отстраниться и позволить принять нужную позу. Легко нажав на поясницу, вынуждая прогнуться, Узумаки тронул светлое колечко мышц от чего юноша под ним вздрогнул и невольно качнулся вперед, избегая касания. Тело напряглось, ещё не понимая, как реагировать на подобное, а Изая уже наклонился вперед, разводя половинки в стороны и касаясь языком поджавшихся мышц. Невнятный вскрик Тобирамы и его попытка дернуться были пресечены второй печатью, вспыхнувшей на запястьях. Что ж, реакция ожидаемая, но убегать Изая не позволит. Руки подломились, заставляя рухнуть грудью на подушки. Печати держали крепко, не позволяя уйти от столь стыдной и жаркой ласки. Тобирама и подумать не мог, что такое не только возможно, но и может принести такое удовольствие. Пальцы и язык ласкающие и растягивающие его не останавливались ни на секунду. Сенджу прогибался в спине едва не до хруста позвонков. Кажется, он разорвал подушку и одурев от ласки кричал в голос. - Готов? – жаркий шепот, прижавшаяся грудь к его спине и горячая плоть проехавшаяся по и так чувствительному входу. Силы остались только на то, чтобы кивнуть и качнуться навстречу. Стыд никуда не делся, но стал много слабее позволяя действовать так, как подсказывало тело. Проникновение было немного болезненным, но Тобирама отстранился от этого позволяя себе расслабиться. Он хотел этого и уже давно, теперь только довериться и отдаться ощущениям. Печать рассеялась уже не ограничивая движений и Сенджу подался навстречу уже не задумываясь о последствиях. Изая-сан придержал за бедра и негромко рыкнул. - Никакой выдержки не хватит смотреть на тебя такого, - признание заставило щеки полыхнуть огнем, - если будешь дергаться, сорвусь и случайно наврежу. Когда же мастер принялся говорить, перечисляя как давно он хотел сделать с ним все это, Тобирама и вовсе потерял контроль над собой толкаясь навстречу каждому движению и задыхаясь от выламывающей волны жара, поднявшейся в теле. Боль исчезла, заставляя нетерпеливо стонать и выгибаться, приближая долгожданное наслаждение. Оно накатило внезапно, выкрутило каждый нерв в теле обжигающим огнем и заставило раствориться в себе. Когда в глазах перестали плясать белые пятна, Тобирама осознал, что лежит накрытый горячим телом на разорванной подушке и пух из неё, щекочет нос. Мысли текли настолько вяло и бесконтрольно, что прислушиваться к ним было глупо. Тело больше напоминало медузу, выброшенную на берег, и Сенджу решил не шевелиться, переводя дыхание. Чуткие пальцы отвели влажные волосы с шеи и губы на миг прижались к коже ближе к мочке уха. - Я очень надеюсь, что не повредил тебе, - Изая-сан приподнялся, заставляя ощутить прохладу от небольшого сквозняка из открытого окна. - Я в порядке, - привычная скованность постепенно возвращалась, от чего стало мучительно стыдно за свое поведение, - простите за подушку. Вместо ответа он получил несильный укус рядом с шеей заставивший тихо вскрикнуть. - Подушку можно новую купить, а столь нежные места вдумчиво и аккуратно лечить, - пальцы прошлись по чувствительному колечку мышц от чего Тобирама зажмурился, представляя себе эту картину, - нормально. Как себя чувствуешь? - Будто из меня кости вынули, - честно отозвался Сенджу и аккуратно развернувшись оказался лицом к лицу с мастером, - но очень хорошо. Узумаки тихо хмыкнул, и улегся рядом, подгребая его к себе. - Сегодня на второй заход лучше не идти, иначе сидеть будет катастрофически неудобно, - Изая-сан огладил его по спине, - но до футона добраться все равно нужно. Тобирама согласно кивнул, утыкаясь носом в плечо и пытаясь окончательно восстановить дыхание. Он слышал, как успокаивается биение чужого сердца приходя в обычный ритм и сам не заметил, как соскользнул в сон. Неловкие попытки Сенджу скрыть то, что у него был потрясающий секс с Узумаки, заставили Изуну прикусить губу. Сенсорика ясно подсказывало, что именно происходило между ними, а смешавшийся аромат кожи, близости и уже знакомого масла не получиться вывести быстрым мытьем. Изая-сан, сидящий на своем месте, вообще никак не смущался такому исходу событий. Впрочем, Изуну это тоже не смущало, в отличии от Сенджу. - В следующий раз вы трахнетесь втроем? – Каге отложил палочки, а Тобирама поперхнулся кусочком осьминога. - Если ни у кого не будет возражений, - как-то очень флегматично отозвался Узумаки, от чего подавился уже Учиха. - Мастер, - Тобирама откашлялся, но как-то продолжить просто не смог, явно не зная, что сказать. - Я уже подумал, - все так же спокойно отозвался Изая-сан, - разорваться пополам у меня не выйдет, а выбрать – не смогу, слишком сильные эмоции испытываю к обоим. - Тренировочный бой между нами тоже не входит в ваши планы? – Изуна отпил чай, чтобы смягчить першение в горле. - Обижусь, - кратко отозвался Узумаки вставая, - жду обоих в кабинете, расследование никто не отменял. Учиха оценил произошедшие перемены в мужчине. Сейчас они общались уже не с общим любовником, и не с хорошим знакомым, а с мастером барьеров Узушио, третьим наследником клана. Спорить с ним сейчас заведомо гиблое дело. У любого Узумаки упрямства больше, чем у барана, лбом скалу снесет, лоб почешет и дальше пойдет, так что… Изуна оценивающе взглянул на Тобираму, нужно будет как-то найти общий язык. Ко взаимному удовольствию друг друга. Седзи в кабинет не закрывались в течении всего дня, так как кто-то постоянно приходил и уходил, мелькали разных оттенков алые волосы других шиноби всех возрастов и полов. В глазах рябило от многочисленных документов, а уши вяли от трескотни. Узумаки были шумные и говорливые, даже по делу могли болтать без умолку, каким-то образом перейдя от доклада на какие-то внутренние проблемы. С другой стороны, вся эта кипа информации помогала выстроить довольно объемную картину и удалось понять, как шиноби вообще проникли на остров, к которому подобраться из-за многочисленных защитных мер было практически невозможно. Все оказалось до глупого просто и даже обидно. Новая технология от страны Снега, которая и так славилась своими передовыми возможностями собрала корабль способный плавать под водой у самого дна. Свидетельство того, что именно так чужаки приплыли, а остатки уплыли, нашлись через пятые руки, но были неопровержимы. Сам корабль нашли спрятанным на берегу страны Волн и уже утащили к себе, так что как только его проверят на всевозможные сюрпризы, то позволят исследовать как следует. Учиха только головой качал. Ни он, ни Тобирама здесь были фактически не нужны, алые дьяволы прекрасно справились с задачей по расследованию, получив новую ниточку в страну Волн. Ему разве что вернули тела соклановцев и исследовали при нем, хотя тоже вполне вероятно, что пока он добирался сюда, шаринганы уже просветили всем чем могли. - Изая, - на пороге появилась Мито-химе, - ото-сан срочно зовет. - Иду, - мастер тут же убрал кисть и выскочил к ожидающей его сестре, слегка прикрыв седзи, - что произошло? - На этой лодке какие-то барьеры и мы… Конец фразы дослушать не удалось из-за печатей, которые покрывали каждое свободное место на всех поверхностях. Как подозревал Изуна, большая часть узоров была фальшивкой, в которую вписали нужные фуин, но все работало. Покосившись на Сенджу, который работал над стопкой отчетов, Учиха оперся локтями о стол наклоняясь вперед. - Тобирама. Тот слегка вздрогнул и настороженно поднял голову. - Что-то ещё? - Поговорить нужно, о том разговоре утром, - Изуна усмехнулся видя, как едва заметно зарозовели скулы Сенджу, - я отказываться не стану, если остаться с Изаей-саном, значит и твое присутствие, то ничего не имею против. - То есть, ты ставишь меня перед фактом, - Сенджу прищурился. - Нас обоих поставили перед фактом. Он и правда не станет выбирать, просто откажется от обоих, какой бы силы чувства ни были. По лицу альбиноса скользнула тень и он, отложив кисть, стер влажным полотенцем мелкие капельки туши с пальцев. - Есть предложение? - Конечно, - Учиха неторопливо и спокойно перебрался ближе, - союз между нашими кланами дело не решенное, но зная твоего брата, он весь мозг Мадаре съест, но своего добьется. - Так не уверен в собственном брате? – Сенджу усмехнулся, но не зло, а по привычке отвечая на колкость. - Мадара в детстве мечтал о мире, сейчас, когда у него появилась реальная возможность, он её не упустит, так что Хашираме просто придется прогрызть себе путь через упрямство Мадары. Они же как два барана, уперлись друг в друга и ничего вокруг не видят. - Очень лестно, - пробормотал Тобирама, - дальше что? От меня то ты чего хочешь? - Я более чем уверен, что общая деревня будет построена, Изая-сан будет приезжать в гости, или мы можем уговорить его остаться на новом месте, но уговаривать нужно вдвоем. Кончики ушей, выглядывающие из-под белых волос, покраснели, хотя лицо осталось довольно спокойным. Было даже интересно смотреть на такого Сенджу, без доспехов и шлема. - Продолжай. - Ты ведь и так все понял, - Изуна чуть наклонил голову насмешливо улыбаясь, - но хорошо, раз ты так просишь сказать, так и будет. Предлагаю пообщаться куда ближе, чем сейчас. Сенджу молчал, но судя по тому, как закаменели его плечи и напряглись руки, он больше всего хочет послать чесать биджу и немедленно утопиться, но здравый смысл мешал брякнуть подобное. - Считаешь это единственным вариантом? – довольно сдержанно уточнил Тобирама, заставляя умилиться. Изуна уже почти считал своего противника хорошеньким. - Ну мы можем разыгрывать на пальцах каждую ночь, но ревности не избежать, во всяком случае с твоей стороны, мне проще, я в этом плане куда спокойнее, - Изуна аккуратно приблизился, касаясь коленом бедра, - так что придется притереться друг к другу. Сенджу неловко взъерошил волосы явно пытаясь сформулировать согласие. То, что он не откажется, Изуна уже не сомневался. - Я знаю, что в связи с куда более сильной сенсорикой чем у меня, у тебя проблемы с опытом, - вот теперь Тобирама побледнел ещё больше обычного, - в этом деле, учить всегда очень приятно. - Не думаю, что я готов вот так сразу приступить к… обучению, - Сенджу и так не смотрящий в глаза вообще отвернулся. - Поверь, с учетом наших… отношений, - решил смягчить Изуна, - для начала нужно привыкнуть к чакре в близком контакте, иначе вместо удовольствия будем постоянно напрягаться оба и ждать куная в печень. Ладонь Учиха накрыла чужую. По коже тут же проскочили искорки чакры заставившие вздрогнуть обоих, но Тобирама явно был не менее упрям чем его старший брат, и потому, перевернув руку, позволил пальцам сплестись, а второй рукой подтянул бумаги. - Я думал, что ты только с оружием владеешь одинаково хорошо обеими руками, - заметил Изуна беря свой свиток. - Спасибо…, наверное, - Сенджу вздохнул и обмакнул кисть в тушь. В кабинете было тихо, только из-за окна раздавался непрерывный шум морских волн. Чакра Тобирамы, знакомая до последних оттенков, вначале покалывала холодом, а затем будто сама по себе стала теплой водой, омывающей тенкецу на ладони. Было даже приятно ощущать подобное, так что Изуна развернул свой свиток и углубился в чтение. Небольшое ограничение движений не мешало, позволяя заняться делами. Вот только несмотря на то, что чужая чакра не спешила оформляться в боевую технику, привычная паранойя все равно дергала, заставляя внимательней следить за Сенджу. В какой-то момент, даже стало любопытно как Тобирама с куда более сильной сенсорикой остается настолько спокойным. Пальцы огладили чужую руку, но не добились никакой реакции. Было ощущение, что Сенджу невозможно отвлечь от документа. - Ты всегда такой холодный? - Особенности водной чакры, - отозвался Сенджу, - или ты о другом? Изуна негромко рассмеялся, слегка покачав головой. Сейчас, смотря на серьезное лицо Тобирамы, даже не хотелось его дразнить и подначивать. К тому же, пришло осознание, что тот прекрасно понимает все уловки, но почему-то зажимает все свои эмоции. Возможно, через какое-то время, Изуна даже спросит почему, а пока, он придвинулся ещё ближе и вернул свое внимание записям. Когда вернулся Изая-сан, Учиха на миг показалось, что Сенджу аккуратно и даже ласково провел пальцами по его руке, высвобождая ладонь, возможно, так оно и было.