Огненное сердце

Том был необщителен в последнюю неделю. Говорил, что навалилось слишком много работы, что нужно разобраться с пленными и назначить даты новых рейдов, поэтому бóльшую часть времени проводил у себя в кабинете, перебирая бумаги и отправляя многочисленные письма с наставлениями своим последователям. Ему сейчас было не до игр, Гарри прекрасно это понимал, однако ребенок внутри него отчаянно бунтовал и не на шутку обижался, словно и вправду страдал от недостатка внимания. Масла в огонь так же подливала недавняя ссора из-за Сириуса, которую мальчишка все никак не мог отпустить. Хотелось еще раз выговориться, поскандалить, сделать хоть что-нибудь, только бы деть куда-то бьющую фонтаном энергию и скинуть с плечей груз накопившихся эмоций, но Реддл был настолько занят, что совершенно не слушал его пустую болтовню, на любой вопрос или претензию отвечая лишь рассеянное "угу". Это бесило до чертиков. Одна часть мозга Поттера терпеливо убеждала, что это ненадолго, и нет повода так сильно злиться (мужчина, как-никак, Темный Лорд, и это нормально, что у него есть свои заботы и неотложные дела), однако другая – всегда выставленная на режим самонакручивания, рьяно побуждала спровоцировать Волан-де-Морта, как тогда в первый день, чтобы тот наконец отвлекся от своей миссии по захвату мира и вернулся к подростку с новой порцией ласки, заботы и развлечений на любой вкус. Заманчиво, особенно если до смерти заскучал и хочешь немножечко экстрима. Уж такой Гарри был по своей натуре – гремучая смесь разбойника Джеймса Поттера с шилом в заднице и тихони Лили Эванс, сотканной из чистой нежности и невинной любви. День он копия отца, день – матери, а может быть и все сразу. Бесов коктейль... После завтрака мальчик уселся в гостиной, распаковал вишневый леденец и стал прикидывать, чем бы себя занять. Втянуть Тома в дуэль? Сегодня он точно ограничится Петрификусом и не станет с ним возиться. Пойти искупаться одному в озере? Но так и утонуть недолго, он ведь ужасно плавает. Внезапно Поттер подскочил, хлопая себя по лбу. Метла, точно, у него же есть метла! И он сто лет не летал, самое время! Погода отличная, не очень жарко, в меру облачно, да и вспомнить квиддичные тренировки стоит, пока напрочь не потерялись все отработанные за четыре года навыки. Подросток был уверен, что Темный Лорд сгорит от гнева, когда узнает о его сумасбродной выходке, однако бездействие и отсутствие хорошей физической нагрузки порядком осточертело. В конце концов, ему было необходимо размять мышцы и отвлечься от навязчивых мыслей, – сколько можно сидеть дома перед телевизором и спать целыми днями? – Я погуляю? – невинно спросил Гарри, постучав в открытую дверь кабинета. – Угу. Он уже и забыл, какой это неописуемый восторг – глохнуть от свиста ветра в ушах, рассекать облака почти в километре над землей и смотреть с высоты на город и долину, которые на таком дальнем расстоянии выглядели как сказочная Нетландия из детских книжек. Мальчишка обожал нырять вниз к рекам и озерам, касаясь пальцами зеркальной водной глади, обожал взмывать ввысь и смело кувыркаться в воздухе, будто у него были крылья вместо гоночной метлы. В полете он чувствовал себя птицей – храброй и свободной, не боялся никакой скорости и плохой погоды, – кажется, даже Виктор Крам – знаменитый ловец болгарской сборной по квиддичу не знал столько сложных трюков, сколько знал Поттер. Теперь же он вопил как ненормальный, задыхаясь от эйфории и бешеного исступления, делал пятую мертвую петлю подряд и разгонялся едва ли не до двухсот километров в час, что являлось почти максимальной скоростью его "Молнии". Для полного счастья не хватало только золотого снитча, за которым можно было бы погоняться, но игра вне поля почти всегда заканчивалась для участников серьезными травмами, а валяться несколько недель с переломами и ушибами подросток хотел меньше всего. Впрочем, ему было весело и так. Каменистые вершины гор, невысокие холмы, покрытые буйной зеленью, домики местных фермеров, утопающие в лесных чащах. Девственная природа северной Шотландии, – ничего красивее в мире не существовало. А эта летняя палитра красок, щедрая россыпь разномастных цветов на изумрудных полях, стада диких оленей, пасущихся у реки, шелест теплого ветра в золотистых колосках... У Гарри перехватывало дух от этих дивных пейзажей. Да, Том не раз говорил, что тут красиво, но вряд ли в реале представлял, насколько. Для этого нужно было оглядеть окрестности с неба, исследовать каждую полянку и ущелье, посмотреть на город с разных ракурсов. Мальчик с улыбкой подумал, что надо показать Волан-де-Морту воспоминания, даже если тот высечет его за такую прогулку розгами. Оно без сомнения того стоило. В сознании яркими вспышками всплыли ностальгические воспоминания: первый полет на метле... Благодаря ему – Поттеру, Гриффиндор выиграл матч и получил кубок... Рвение стать профессиональным квиддичным ловцом... Профессиональный ловец должен уметь выполнять Обманку Вральского. Казалось бы, все настолько просто – падаешь под девяносто градусов вниз, резко выходишь из пике в паре метров от земли и хватаешь снитч... Самое главное, успеть выйти, не врезаться головой в твердую поверхность, иначе перелом шеи и всех костей тела обеспечен. Тут даже об воду убиться можно, смотря с какой высоты падать. Мерлин, да разве подростка это когда-нибудь пугало? – В этот раз я смогу, точно получится, – с уверенностью сказал он сам себе, останавливая метлу над невысоким плато. Затем досчитал до десяти, собрался с духом и молниеносно сиганул вниз, выкрикивая ругательства. Вот только справиться с управлением при таких порывах ветра было крайне сложно даже для опытного игрока, а если говорить о тощем сорокакилограммовом сопляке, шансы удачно выполнить трюк стремительно сводились к нулю. Секунда... Гарри теряет опору, его сбивает в сторону волной воздуха, окоченевшие пальцы отпускают древко. Две... Он отчаянно кричит, пытается ухватиться за вату пушистых облаков, через которые проваливается, но она тает в холодных ладонях, трясущихся от переизбытка адреналина. Три... "Я сейчас умру! Умру! Умру! Умру!" Орать в голос уже не хватает сил, перед глазами все темнеет и плывет, от первобытного ужаса сердце на мгновение перестает биться. "Том... Он не переживет, если потеряет меня..." Это последнее, о чем успевает подумать мальчик, прежде чем его ловят крепкие руки метрах в пяти от огромных булыжников. Задыхаясь, немея от страха, он прижимается к груди Темного Лорда и беззвучно всхлипывает, пока тот медленно опускается вместе с ним на землю, одной рукой держа под бедра, а второй растирая спину и плечи. – Чшшш... – грудной голос тотчас успокаивает, возвращает в реальность, а этот шипящий звук привычно оказывает на перепуганного Поттера чудодейственный эффект, – легкие больше не жжет от неудачных попыток сделать вдох, пережитое потрясение выходит наружу вместе со слезами. – Гарри, уже все. Все, мой маленький, все. Дыши, дыши, вот так. Мы стоим на земле, я крепко держу тебя, все хорошо... Ну же, родной, очнись. Открой глазки, посмотри на меня. Подросток открывает, встречаясь с чужим взглядом – взволнованным и оторопелым. – Вот так, умница, – ласково хвалит Реддл, стирая с его ресниц соленые капли. Спокойно улыбается, шепчет глупости, хотя мальчишка чувствует через ментальный канал ураган паники и неуправляемых эмоций. Страх, злость, облегчение, и все по кругу – снова и снова. – Что же ты делаешь? Я едва не потерял тебя, – голос чересчур ровный, сдержанный, и от этого почему-то становится жутко. Затишье перед бурей? Гарри плачет. Плачет громко и надрывисто, – так, чтобы вызвать еще больше жалости, не дать ярости затмить столь развитые у Волан-де-Морта материнские инстинкты. Это работает, мгновенно. Тот баюкает его, безотчетно целует, твердит как мантру, что все позади, что он вовремя успел поймать его, спасти. – Ты как здесь оказался? – Пошел за тобой, как только ты переступил порог. Я же умею летать без метлы, забыл? – И следил за мной? – От самого дома. – Тогда почему не остановил? – А зачем? Полеты твоя страсть, я не хотел лишать тебя этого. Но теперь, видимо, придется... – Нет, Том, прошу! Накажи меня как угодно, только не забирай метлу! Пожалуйста, я так сильно люблю летать, я просто не смогу без этого! Я все понял, больше никогда не буду так рисковать, клянусь! Только не забирай метлу, умоляю! – Пороть тебя некому, – с тяжким вздохом бормочет мужчина, недовольно цокая языком. – Одна дурь в голове, непослушный мальчишка! Что же ты так не щадишь мое бедное сердце? Смерти моей хочешь? Поттер воет громче. Протяжно, на несколько нот. – Ну-ну, тише, уже дрожишь весь. Сокровище мое... – Том похлопывает его по пояснице, плавно раскачивается на месте, мычит какую-то мелодию. – Ты злишься, – жалобно констатирует подросток. – Разумеется, но от этого не перестаю тебя любить. – Прости, я такой придурок. – О, да. Ты только подумай, чем бы все могло закончиться, не окажись меня рядом? А я ведь специально летал неподалеку, следил, чтобы ты не попал в беду. Что ж, интуиция меня не подвела. Почему ты, кстати, не сказал, что идешь летать? Мы бы пошли вместе. – У тебя же нет на это времени. – С чего ты взял? – Ты вечно занят! – бурчит мальчик тоном разобиженного ребенка. – Одно смотришь бумаги и шлешь свои дурацкие письма! – Для тебя я бы выкроил пару часиков, стоило просто попросить, – добродушно отзывается Реддл, не сдерживая умиленного смеха. – Не хотел навязываться. – Но все равно выкинул такое, чтобы обратить на себя мое внимание. – Я не для этого. – Брось, я же вижу тебя насквозь. Все как в первый день, да? Проверка на прочность? – Нет. Темный Лорд хохочет в голос от его забавных попыток солгать, отчего Гарри только сильнее дуется. – Это мило, Гарри. – Ой, отстань, прекрати смеяться надо мной! – Ты утверждаешь, что уже взрослый, но в душе все еще остаешься маленьким ребенком. О, нет, не злись, я не пытаюсь над тобой издеваться. Это же наоборот хорошо. Всему свое время. – Чему? – Всему. Поттер закатывает глаза, однако раздражение очень быстро уступает место спокойствию и приятной усталости. Его больше не потряхивает, сердце не стучит в беспорядочном ритме, но он точно знает, что в ближайшую неделю даже не взглянет на метлу. Где она, кстати?.. – Вон там, в траве, – отвечает Том его мыслям. – К счастью, осталась цела, ни одной царапины. Знаю мéтла этой марки. Они самые надежные и дорогие. Кто тебе такую купил? В груди мимолетно колит, душу окутывает ностальгический трепет. Подросток вспоминает, как визжал от счастья, когда Сириус анонимно выслал ему "Молнию", а ведь тогда они даже не были толком знакомы. Что заставило его сделать это? Не иначе как искренняя любовь, которую Волан-де-Морт так яро отрицает. Неужели человек, который не любит, отдал бы столько денег за такой дорогущий подарок? Вряд ли. – Профессор Макгонагалл. – И снова ложь, Гарри, – невозмутимо упрекает его мужчина. – Давай попробуем еще раз: кто купил метлу? – Если скажу, ты взбесишься. – Отчего же? Неужто это подарок Дамблдора? – Сириуса. Реддл ожидаемо меняется в лице, с нескрываемым пренебрежением поджимает губы. – Сириус, значит... – ядовито тянет он. – Том, не начинай. – Не собирался, – Темный Лорд с большим усилием берет себя в руки, обхватывает Гарри покрепче и призывает его метлу, создавая портал из первого попавшегося камня. – Давай-ка, я отнесу тебя домой и напою сладким чаем, тебе после такого стресса нужно отдохнуть и хорошо покушать.

***

Впервые Том оставил Гарри одного на ночь. Он страшно не хотел этого, однако накануне вечером ему был послан патронус от Барти Крауча младшего с просьбой срочно прибыть в Малфой-Мэнор на экстренное собрание, которое пришлось незамедлительно созвать из-за проваленной операции (Пожиратели не учли количество мракоборцев, которые, предположительно, должны были приехать на место преступления, и отряд из сорока пяти соратников Волан-де-Морта был полностью разбит при попытке захватить больницу святого Мунго, – двадцать из них погибли во время сражения, пятнадцать угодили в плен, семеро пропали без вести и только троим удалось сбежать и невредимыми вернуться в штаб-квартиру.) Подчиненные Фаджа, разумеется, понесли со своей стороны не меньшее количество потерь, но лорд был крайне взбешен и огорчен таким исходом, поскольку ожидал от своих лучших бойцов победы и удачного захвата хотя бы нескольких отсеков волшебной поликлиники. Как так вышло? Неужели Люциус плохо подготовил их? Мысленно готовясь раздать Круцио всем, кто виноват в этом позорном поражении, Реддл надел свою самую аристократическую мантию, позвал Нагайну и предусмотрительно наложил на дом сигнализационные и защитные чары. – Это займет всего пару-тройку часов, мой милый, – заверил он с напускным спокойствием, ласково улыбаясь застывшему в растерянности мальчику. – Ты забираешь Нагайну? – тот смотрел на него исподлобья, стараясь не выдавать своей тревоги. "Мерлин, да что может произойти с тобой, Гарри?" – убеждал сам себя Поттер, в сотый раз напоминая себе, что он уже достаточно взрослый и вполне способен пережить несколько часов в пустом доме ночью. – "Ляжешь спать и все, никто тебя не тронет, здесь ни одной живой души поблизости. Глупо бояться, как трехлетний ребенок!" – Зачем тебя позвали? – Разобраться. – С чем, Том? – С делами. Не беспокойся об этом, – Темный Лорд шагнул к нему, оставляя на щеке нежный поцелуй. – Они там вляпались в очередное дерьмо, а мне разгребать, как обычно. Сейчас накормлю всех пыточными, соберу Ближний Круг и расскажу им, что нужно делать. Потом сразу домой. – А что там случилось? – Потом объясню. – Ты в опасности? – Нет, солнышко, я не в опасности, все хорошо. Ложись спать, ладно? Не жди меня. Все будет в порядке, обещаю, – Том кивнул ему и в тот же миг трансгрессировал прочь вместе со змеей, – подросток остался один с дурным предчувствием на сердце, хотя знал наверняка, что Волан-де-Морт не станет рисковать жизнью и лезть на рожон без видимых на то причин. – Нужно успокоиться, – твердо сказал он вслух, возвращаясь в спальню и падая на широкую кровать. – Он скоро вернется, просто успокойся. Успокойся. Успокойся. Успокойся... После дюжины таких "успокойся" Гарри смог наконец унять необъяснимое волнение и убедить себя в том, что ничего ужасного за время отсутствия мужчины с ним не приключится. Да, оставаться в одиночестве в столь позднее время суток было не ахти как приятно, однако этот спальный городок был слишком мирным и тихим, чтобы опасаться каких-нибудь краж, нападений или разбоев, а темной дряни, вроде дементоров и инферналов, здесь в принципе не водилось, так как коттедж располагался в обычном маггловском лесу. Безопасность на высшем уровне, – Реддл ни за что не оставил бы мальчишку без присмотра, если бы подозревал, что тут существует хоть малейшая угроза его жизни и здоровью. Но угроза существовала в самом Гарри... До этой ночи ему никогда не снился Сириус. Вернее, были какие-то короткие обрывки, смутные воспоминания, которые быстро сменялись чем-то более ярким и не фиксировались в памяти, но сегодня он увидел во сне то, что прилично потрясло его уязвимую психику. В подсознании всплыла их первая встреча в Воющей Хижине ровно год назад, только теперь мальчик не просто наблюдал за событиями со стороны, как это обычно происходило во всех его кошмарах, а был тем тринадцатилетним Поттером, который нависал над Блэком с остервенелым оскалом и тяжелым камнем, зажатым в кулаке. Тот трясся, забившись в угол и закрыв голову дрожащими руками. Такой же худой и хрупкий, как сейчас, он мало походил на преступника и совершенно не соответствовал жуткому образу того смертоносного чудовища, каким его считал народ. Мужчина был чистым и ухоженным, – гладкое, не покрытое щетиной юношеское лицо рассекали свежие царапины, сквозь ткань джинсов и широкой фиолетовой толстовки, купленной размера на три больше необходимого, проступали темные кровавые пятна, а что за травмы скрывались под одеждой, и вообразить было страшно. Судя по тому, как несчастный Сириус стонал и выгибался, у него был перелом нескольких ребер. Волосы слиплись и блестели от крови, из потемневших до сапфирового цвета глаз градом лились слезы, смешиваясь с алыми струйками, бегущими по щекам. Подросток бил его нещадно, упиваясь лютой ненавистью и гневом, – в голове все еще стучала вбитая взрослыми мысль, что этот человек безжалостный убийца, предатель, а значит как никто другой заслуживает мести и такой же жестокой расправы. – Из-за тебя я остался сиротой, это ты убил моих родителей, ублюдок! Обида разрывала детское сердце на части, и даже если в глубине души Гарри осознавал, что поступает негуманно, ему необходимо было выместить на ком-то эту адскую боль, эту ярость и это депрессивное отчаяние, что он копил внутри своей нежной натуры так много лет. Блэк понимал это, а потому даже не пытался защититься или дать сдачи. Тихо плакал, скулил больным псом, умолял мальчика остановиться хоть на минуту и выслушать его, но тот лишь выплевывал полные отвращения ругательства, нанося все новые и новые удары. – Гарри, больно! Прошу... Пожалуйста... – Заткнись, урод! – Поттер сам ужасался тому, каким холодным ожесточением звенел его голос, однако состояние аффекта было в данный момент гораздо сильнее здравого смысла. Он остановился только тогда, когда распахнулась позади дверь, и на пороге появился всполошенный Дамблдор в сопровождении Макгонагалл и Римуса Люпина. Все трое пребывали в откровенном замешательстве. – Прекрати, Гарри, хватит! – строгим голосом приказал Альбус. – Он не предатель! С него еще вчера сняли все обвинения! Настоящий предатель – Питер Пэттигрю, который все это время скрывался от полиции в образе крысы Рона... Дальше подросток не слушал. Его взгляд, что вдруг стал совсем опустошенным и перепуганным, был прикован к костлявой тонкой фигурке, содрогающейся от конвульсивных рыданий на холодном полу. Сердце рухнуло, тело будто окатили ледяной водой, а перед глазами поплыли цветные круги, застилающие блуждающий взор. Гарри затошнило. От себя, от своей бесчеловечности, от вида этого несчастного создания, которое он сам же и искалечил. – Сириус? – позвал его мальчик совсем тихо. Присел на корточки, протянул руку, однако тот отпрянул от него, словно от огня. Бледный, раненый и оглушенный болью... Поттер проснулся в холодном поту, резко сел, смятенно оглянулся по сторонам и лишь через долгие полминуты осознал, что находится в спальне Темного Лорда у них дома, а не подвергает крестного эмоциональным и физическим пыткам, избивая всем, что попадется под руку. Вероятно, сам Сатана послал ему этот душераздирающий кошмар, чтобы... спровоцировать огненный выброс? В немом ужасе Гарри перевел взгляд на свои ладони, вспыхнувшие знакомым багровым пламенем, вскочил и ломанулся в ванную, напарываясь в темноте на стены и спотыкаясь о ступеньки длинной лестницы. Огонь стремительно расползался вверх по рукам, уже успел охватить предплечья и нещадно обжигал внутренности, вызывая удушье и давящее головокружение. Плохо отдавая себе отчет в том, что нужно делать (раньше рядом всегда был Волан-де-Морт, чтобы остановить пожар и успокоить его), мальчишка открыл кран и попытался потушить пламя ледяной водой, однако это нисколько не помогло, – чтобы успешно купировать выброс, волшебник должен быть собран и полностью сконцентрирован на своих эмоциях, а пока разум охвачен такой сумасшедшей паникой, бороться с огнем любыми другими способами бесполезно. Наперед зная, что произойдет дальше, подросток в одно мгновение слетел в холл, обул сандали и прямо в пижамной футболке и шортах залез в камин, швырнув под ноги летучий порох. – Косой Переулок! Секунда... Две... Три... Взрыв произошел как раз тогда, когда Поттер шлепнулся на пол в одной из домашних хлебных лавок. Витрины и стеклянные шкафы разлетелись вдребезги, во всем доме моментально случилось разрушительной силы возгорание, а сверху послышался визг живущих в здешних квартирах людей, которые потрясенно метались из угла в угол, пытаясь спасти свои семьи от смертоносного огня и поскорее эвакуироваться на улицу. – Нет... – взирая загнанно на последствия своего стихийного всплеска, Гарри медленно пятился назад и глотал слезы, а когда с улицы донесся истошный вой пожарных сирен, без промедления сиганул в разбитое окно и понесся сломя голову вверх по переулку, пока его на соседней улице не схватила за шкирку чья-то рука. Он попытался вырваться, хотел закричать, но рот зажала холодная ладонь, а над ухом раздался бархатный женский голос: – Тихо, Гарри, не кричи, тебя могут услышать. Все хорошо, это я, Беллатриса. Расслабься. – Расслабиться?! – мальчик выкрутился из цепкой хватки, тыча пальцем в густой черный дым, клубящийся над горящим зданием. – Из-за меня взорвался дом, наверняка пострадали люди! – Самое главное, ты не пострадал, – на удивление мягко откликнулась Лестрейндж, улыбаясь ему с подозрительной теплотой. В этой улыбке не было привычной жестокости, глаза не сияли безумным дьявольским блеском. Она выглядела... нормально. Как обычная молодая девушка, весьма симпатичная и привлекательная. Прежде подросток был твердо уверен, что она сошла с ума еще в Азкабане, хотя Темный Лорд не уставал повторять ему, что Белла самая адекватная и милая из всех Пожирателей Смерти вопреки устоявшимся слухам, которые ходили о ней в "светлом" обществе. "У нее просто такой имидж, на самом деле она душка." Гарри никогда не верил в этот бред и только сейчас начал понимать, что мужчина не лгал и не зря ограждал от клеветы любимую подчиненную. – Ты как тут очутился, Гарри? Так далеко от дома? – Убежал камином, чтобы не взорвать наш дом, оставаться там было слишком опасно. – Милорд рассказывал об этих выбросах... Что стало причиной? – Кошмар, – Поттер был падок на любые проявления заботы, поэтому бессознательно открыл Беллатрисе свое доверчивое сердце, ощущая исходящее от нее сочувствие. Видимо, Том не преувеличивал, когда говорил, что она весьма жалостливая особа. – Ты правильно сделал, что не остался дома. Мог бы спалить там все. – А ты откуда здесь? – Работаю. – На задании? – Да, – коротко бросила девушка, а затем стащила с себя мантию, надетую поверх строгого черного платья, и накинула мальчику на плечи. – Ты дрожишь. – Холодно. – Пойдем со мной. Ну же, не бойся, – она протянула ему руку, и тот уверенно взялся за нее после недолгого промедления. Они исчезли в вихре трансгрессии как раз в тот момент, когда из-за угла выскочили трое вооруженных мракоборцев.