Это случилось в Америке

Полгода назад.

Гарри осмотрел местность, в которой оказался несколько минут назад. Он прислушивался к трелям птиц, к игре ветра с листвой, к неведомому скрежету, и, вскинув голову, всматривался в чистое, без примесей небо. Цвет был настолько голубым, что казался неестественным. Будто краска на идеальном полотне. Вдруг он услышал за своей спиной нарастающий стучащий звук, а потом хлопок. Это исчез портал, с помощью которого он здесь появился. Гарри посмотрел вперёд, на извилистую тропинку, которая вела прямо, а потом резко спускалась вниз. Тёплый ветер коснулся его кожи. Гарри облизал губы, чувствуя на них влагу, а потом нагнулся и посмотрел на свои кожаные коричневые туфли. Потоптавшись на месте, он медленно пошёл вперёд. «Гарри, тебе необходимо это обучение. Некоторые люди возмущены тем, что ты так и не окончил Хогвартс! К тому же ты служишь у нас уже более двух лет, тебе необходим карьерный рост. Кто, если не ты? Я скоро покину этот кабинет, и ты придёшь на моё место. Поэтому не дури и немедленно отправляйся в Америку. Кстати, тебе не нужно привыкать к месту и тамошним волшебникам, ведь ты будешь жить с британцами, и мы нашли, совершенно случайно, подходящий для тебя вариант. Да ты его знаешь, вы учились вместе в Хогвартсе». Гарри остановился и пнул среднего размера идеально гладкий, словно обласканный водой, камень. «А ведь здесь недалеко озеро», — подумал он, вспоминая карту местности, которую изучил перед тем, как оказаться в этом городе. Эти мысли о камне, о карте, о местности почти вытеснили воспоминания о словах начальника мракоборческого отдела. Но вдруг Гарри снова вспомнил, что хотел задать ему несколько вопросов и узнать, кто же тот самый знакомый со времён Хогвартса... Да, он хотел задать этот вопрос, но снова что-то приключилось. В кабинете появились волшебники, и водоворот рабочей суеты вытеснил не только все вопросы, но и свободное время. В тот день, точнее, его вечер, Гарри перебрал всех знакомых гриффиндорцев, которые могли бы переехал в Америку, но подходящих кандидатур так и не нашёл. Потом ему нужно было объявить о своём длительном отбытии Джинни, Рону, Гермионе и всему семейству Уизли. Несколько дней он занимался подготовкой к отъезду, так что вскоре и вовсе забыл думать о том, кто же из его знакомых переселился в Америку. Спустившись по тропинке вниз, Гарри увидел озеро, такого же цвета как и небо, и было оно подобно зеркалу, в котором отражалась вечность. Гарри казалось, что он находится там, где случаются чудеса. Впрочем, чудеса перестали быть для него мечтой с тех пор, как он узнал, что волшебник... Но это место было сказочным, и казалось, что даже время не властно над этим ним. — Ну, дружище, ты и забрёл. А я тебя ищу, ищу! Гарри услышал незнакомый голос, обернулся, и, не сдержав своего громкого удивления, сначала замер с открытым ртом, а потом, взмахнув рукой, сделал странное выражение лица, вызвав тем самым смех приближающегося к нему человека. — Не ожидал, — проговорил Гарри. Блейз, подойдя, протянул руку и улыбнулся. — Я знал, что будет подобная реакция. Значит, министерские интриганы тебе не сообщили. Ну что ж... Добро пожаловать в Саммамиш. Тебе понравится это место. Только оглянись, Поттер, какая удивительная красота. Это место впечатляет практически каждого. Здесь свежо, тепло... Добираться, конечно, неудобно... А, ну мы же с тобой волшебники, как же я мог забыть, — сказал он, засмеявшись, наклонился и слегка стукнул Гарри кулаком в грудь. — Блейз, — вырвалось у Гарри. — Я всё думал, кто же из наших переехал. Я не ожидал, что это будешь ты. Я думал, что это кто-то... Но в любом случае спасибо за гостеприимство. — Да ладно, Поттер, ты же ещё не знаешь, каково моё гостеприимство. Может быть, я тебе что-то этакое сделаю... Гарри нахмурился. — Ладно, брось, Поттер, это просто шутка. Ну пойдём, что стоишь как истукан. — Блейз взмахнул руками и снова засмеялся, а потом, развернувшись, пошёл куда-то в обратную сторону. — Я только что пришёл, торопился к тебе и даже не успел пообедать. Пойдём, а то у нас сегодня ещё много дел. К тому же занятия начнутся вечером, и мне ещё нужно тебя проконсультировать. Гарри обернулся и снова посмотрел на озеро, в котором отражалось небо. Это было красиво. «А может быть в этом месте мне наконец перестанут сниться кошмары. Может быть, здесь я обрету покой, который так долго ищу. Хотя это вряд ли рядом с таким, как Забини», — подумал Гарри и пожал плечами. Обернувшись, он понял, что Блейз пропал из его поля зрения. — Эй, ты где? — крикнул Гарри и поспешил догнать его. Вскоре после того, как Гарри догнал Блейза, они оказались около единственного дома в этой округе. По крайней мере, по пути Гарри не увидел ни одного другого. Дом находился в тени деревьев и зарослей кустов, за газоном явно не ухаживали. — Ну же, пойдём. Что ты такой медленный, Поттер? А говорят, лучший мракоборец Британии, — съязвил Блейз. Гарри осмотрелся. Это был большой белый дом с открытой верандой и территорией, у которой, казалось, не было ни конца ни края. — Это твой дом? — спросил он. — Да, я купил его как только переехал в Америку. Но какое-то время я жил в квартире. Но, знаешь, стены начали на меня давить, терпеть не могу тесное пространство. А здесь, — он взмахнул руками, — здесь мне здесь комфортно. Хоть голым ходи. Блейз взглянул на Гарри и увидел его пристальный взгляд. — Что? Это просто такая фраза. Хотя... Да Поттер, что же ты такой... — Почему Америка? — перебил его Гарри своим вопросом. — Почему нет, мне хотелось дышать свободно. Если ты, конечно, понимаешь, о чём я. Ну чтобы не было никаких предрассудков, чтобы не давили обстоятельства. А здесь я дышу свободно. Так, ты будешь задавать мне вопросы или мы всё-таки пройдём? — сказав это, он развернулся и быстро поднялся по ступенькам, оставив при этом дверь открытой. Гарри вздохнул и, войдя в дом, снова осмотрелся — в нём было просторно, чисто... Белая мебель, белые стены... Ощущение спокойствия пришло и к Гарри. Он улыбнулся. Пройдя в гостиную, он понял, что в доме не хватает света — пространство было затемнено, и лишь солнечные лучи тянулись по полу и, изредка прикасаясь к стенам и снова съёживаясь, уползали в другую комнату. — Твоя спальня на втором этаже, пойдём, я тебе покажу, — Гарри услышал голос откуда-то сверху и начал подниматься на его звучание. Оказавшись у светлой двери, он увидел Блейза, что стоял, облокотившись о такую же, как и весь дом, белую стену. — Вот твои апартаменты Поттер, советую чувствовать себя как дома. Можешь закидывать вещи, и поторопись, так как осталось... Твою ж... Всего-то полчаса, — сказал Блейз, смотря на свои массивные наручные часы. — Жду тебя внизу, на кухне. Там и расскажу тебе, где будут проходить занятия, расписание слушаний. Ну и вообще. Например, чем здесь можно заняться. — Я думаю, что учёба займёт всё моё время, а оставшееся я хотел бы посвятить сну. — Поттер, какой ты скучный. Ты же в Америке в первый раз, можно что-нибудь вытворить, пока тебя не узнают на каждом углу. Здесь ты можешь побыть, не знаю, самим собой. Чтобы никто... Гарри вздохнул. — Блейз, последние годы моя жизнь это бешеный бег по нескончаемой лестнице вверх, я устаю, и если у меня появляется какая-то возможность, то сон... — Я понял. Не начинай, — сказал Блейз и хлопнул ладонью ему по плечу. — Блейз, ты дома? Keвин Уокер перенёс трансфигурацию на два часа раньше. Поэтому если ты пойдёшь к своей... Постоянно забываю её имя. Блейз, да я знаю, что ты тут. Надеюсь, ты там не голый. Хватит мне сегодня стресса. Ты в курсе, что Уокер... — женский голос становился громче с каждой секундой, Гарри слышал, как кто-то вбегает вверх по лестнице, и вот уже этот кто-то оказался перед ним. Девушка становится всё ближе и ближе, ещё шаг... Вот он видит, что она держит в руке волшебную палочку, взмахивая ей, просто так, от быстрого поднятия вверх, не применяя волшебства. Вот, оказавшись рядом, она переводит свой взгляд с Блейза и резко останавливается именно на нём. Вот так произошла их первая встреча. Глаза в глаза. Гарри продолжал слушать её голос. Он был высоким, с надменными нотами, каждое слово было чётким, каждая буква ясно проговаривалась... А её зелёные глаза как идеальное зелье... От этого взгляда разум мог затуманиться. Он видел, как она приподняла бровь, её губы дрогнули и она немного склонила голову набок, а потом снова перевела взгляд на Блейза. — Вот значит, кто тот загадочный студент из Британии. Замечательно, Блейз. Я думала, мы друзья, и ты мог бы предупредить, что это будет Поттер. — Какие-то проблемы, Паркинсон? — Гарри спросил это тихо. — Никаких проблем, Поттер, просто это... Ну, согласись, это странно. Впрочем, мне пофиг, — сказала она и могла обойти их, но почему-то раздвинула руками и прошла посередине. — И помните, что я сказала, а опоздаете, прикрывать вас двоих теперь я тем более не буду! Имей в виду, Поттер, этот никакой не маркоборец, он просто финансирует эту контору. Так что если хочешь сохранить своё чистое имя, держись от него подальше. Гарри хотел обернуться, но сдержался, и услышал, как дверь за их спиной громко захлопнулась. — Так ты? — Есть правда в её словах, но, дружище, не заморачивайся. И в любом случае, скоро и я стану таким же, как и ты. Ну, мракоборцем, конечно. И не важно, какую нишу я буду занимать. — А она тоже мракоборец? — Да, скоро будет. Она уже полгода работает в американском министерстве, ничего серьёзного ей пока не давали, но она прошла тестирование и как только она пройдёт обучение, то станет мракоборцем. Она имеет прекрасные успехи. Я сам в шоке, если честно. — Я всё слышу! — они снова услышали её голос. Блейз засмеялся. — Да, дружище, у Пэнс очень острый слух и молниеносная реакция, поэтому лучше её не злить. — сказал он и коснулся ручки двери, открывая её. — У тебя осталось пятнадцать минут, Поттер, и на выход.

***

Прошло три месяца с приезда Гарри в Саммамиш.

— Я был самым счастливым на свете, когда узнал, что я волшебник. Это было чудо, самое удивительное чудо на свете. Но это счастье было недолгим... И порой мне казалось, что каждый день состоит из щепотки горечи, которая уничтожает всё хорошее. Я знал, что свет есть, и надо за ним идти, необходимо. И я шёл. Вопреки всему, видел его даже во тьме. Знаешь, я всегда знал, что правильно, а что нет, и всегда делил на черное и белое. А сейчас... сейчас я не знаю, что правильно. Для меня правильно быть с тобой. Но ведь это не может быть правильным... — К чему эти длинные речи? — спросила Пэнси, переворачиваясь на спину и широко раскидывая руки, чтобы посмотреть в потолок. Гарри кончиками пальцев прикоснулся к её руке, что легла ему на грудь. Его прикосновения лёгкие, словно пером по коже. Он знал, именно это доставляет ей удовольствие, от которого она улыбалась и прикрывала глаза. — Всё это было намного легче, чем сейчас. Тот путь, что я прошёл, он был таким тёмным, сложным и болезненным, но мне кажется, что сейчас всё стало будто бы ещё сложнее. Мне кажется, что я нахожусь в постоянном полёте, и если тебя забрать, это будет равно лишению меня волшебства. Я упаду... — Но ты не умрёшь, знаешь, сколько людей живут без любви? — Но они же больше не летают, — тихо ответил Гарри. — Мне никто не говорил таких слов, — её голос дрогнул. — Я тоже никому не говорил таких слов. — А Джинни? — совсем тихо спросила она. От этих слов он остановился, отстранил пальцы от её тёплой кожи, а потом, сжав её запястье, на секунду, большим пальцем начал легко поглаживать. — Джинни дорогой мне человек, и это никогда не изменится, но я люблю тебя, и это тоже никогда не изменится. Мне тяжело. Я не знаю, как посмотрю в её глаза. Но я посмотрю, я должен ей сказать. Нет, необходимо ей всё рассказать, и пусть будет так. — Хочешь, мы вместе это сделаем? — Нет, это... Это ужасно. — Я ужасна? Да я сущий кошмар, который вошёл в твою жизнь. — Ты только представь, я и ты. Да при виде нас она забудет всё хорошее, что у нас было, а я не хочу. Я не хочу обесценивать наши отношения. Я не хочу лгать. Я хочу с ней поговорить, как с близким человеком и всё объяснить. Она поймёт. — Гарри, но это невозможно понять. Предательство никогда не может быть приятно. Это невозможно. Но со временем, может быть, она простит. Я не знаю её, я никого не знаю из твоих друзей, но я знаю тебя и мне достаточно этого. Я знаю, что тебе больно и что ты чувствуешь себя предателем, но что делать, если мы полюбили? Что ты полюбил меня... Ну что с этим делать? Не жить же с ней и любить меня. Это хуже — поверь, — Пэнси, сказав это, отдёрнула свою руку, от чего Гарри разжал пальцы. Пэнси опёрлась на колени, неуклюже передвигаясь ближе к нему, при этом продолжая держать царственную осанку даже тогда, когда спотыкается о его руку. Сев на него, она запрокинула голову назад, взмахивая волосами, а потом нагнулась и прикоснулась к его лбу своим. — К чертям это всё. Просто сделай это. Ты скажи, и пусть всё станет пеплом. Гарри, наше прошлое уже не спасти, и на нас всегда будет тысяча ярлыков. И ты останешься всё тем же Гарри, а я всё той же Пэнси. Все поговорят, и всё сотрётся. Вроде как ничего и не изменилось. Просто теперь нас двое: ты и я. А я всегда буду плохая. — Я теперь тоже плохой. Пэнси неожиданно прикусила ему кончик носа. — Твою мать, Пэнси. Что ты делаешь? — Нет бы сказать — Пэнси, что ты, ты хорошая и всегда была хорошая. А ты вместо этого говоришь, что теперь и ты плохой. Ну что это такое? — Но ты же поняла, о чём я. За это она хлопнула ладонями по его груди. — Нет хороших и плохих, понятно? У всех своё понимание этого. Есть зло, да, я знаю как оно выглядит. А мы... Ну, случилось так, что мы полюбили друг другу. И что теперь, растоптать нашу любовь? Или ты вернёшься к рыжей потому что это правильно? Ну нет, этого не будет. Ты, Поттер, мой. — Я твой, — сказав это, он, резко приподнявшись, обнял её, припадая к её губам. Пэнси стала его дурманом. Её запах распадался на тысячу частиц и, вдыхая его, он чувствовал себя так, будто они падали в вечность. Их поцелуи всегда долгие, словно у них не было больше времени. Они наслаждались друг другом, даря свою обретённую любовь. Они нашли друг друга и никогда бы не смогли бы отказаться. Даже если все вокруг будут против, они будут вдвоём против всех. Гарри сложно, ведь он любил тех, кто был позади. Пэнси чуть проще. Она уже многое сломала до того, как встретила его, но она не признавала своих ошибок, она просто забывала о них. Она не сожалела о том, что когда-то восхищалась теми, с кем сейчас будет бороться, она просто поняла, что смерть это не то, что она хочет видеть впереди. И она любила Гарри Поттера просто так, с первого взгляда. С того самого взгляда, когда он приехал в Америку и вошёл в дом Блейза Забини. Всё случилось в тот же день, только вечером, войдя в гостиную, она взглянула ему в глаза, и что-то произошло. И это было странно, но это случилось. И тогда она не дала ему возможности подумать, она не дала ему права на сомнение, и теперь он был полностью её. И казалось, что время шло против неё, против них двоих. Скоро, совсем скоро они оба вернутся в Лондон, и тогда Гарри встретится лицом с той жизнью, которой жил все эти годы. Но Пэнси знала, что он не повернётся к ней спиной, что они примут всё вместе. Все пощёчины. Да, ему будет сложно, возможно, будет больно, но она будет рядом всегда. Так думала Пэнси Паркинсон в тот момент, растворяясь в том, кого так сильно любила. — Я тебя люблю, Пэнси, — шёпотом произнёс Гарри, растворяясь в той, которую любил.