Magic and Mystery

Он взмахнул палочкой - на конце вспыхнула крошечная цепочка изумрудных огоньков. Внутренности скрутились в знак протеста. Со слегка искривлённым от боли лицом мафиози прервал поток магии, а в следствии и зелёных искр. — О-очень хорошо! — Хм, вы так считаете? — небрежно поинтересовался Дазай, поворачиваясь, дабы лицезреть любопытного профессора в тюрбане. Он еще раз взмахнул волшебной палочкой, почувствовав сжатый в предвкушении сильной агонии желудок. Чёрт. — Такими темпами я и на второй курс не перейду. И без того шаткая улыбка Квиррелла дрогнула, завидев совершенно нетронутого похвалой, бесстрастного ученика. — Н-н-ну, у-уверен, что ч-что-нибудь да слепится. П-просто н-нужно ещё н-немного практики. Ещё немного практики… Дазай не был столь оптимистичен. Тем не менее, он натянул слабую улыбку и окинул помещение оценивающим взглядом. Профессор Квиррелл оказался крепким орешком. Разыграть ученика - дело пустяковое, но вот для учителя нужно сделать что-то… Что-то особенное. Конечно, он уже конкретно помучил профессора Снейпа, однако тот был, вроде как, для него терпим. Между тем, дядька Квирр имел скрытые мотивы и раздражающее существование. Кроме того, рассуждал он, сейчас зимние каникулы. Почему бы не посветить дело чему-то более захватывающему, чем поголовному уничтожению котлов? Взгляд скользнул по стопке непроверенных эссе, мирно лежащих на учительском столе. — М-можете п-попробовать снова, д-для меня? — промямлил профессор, отвлекая Дазая от хода мыслей. — Е-если т-только... Е-е-если только в-вы не думаете, ч-что в-вас может с-с-стошнить. Опять. — Да нет, — пожал он плечами. — Ну, может быть. И ухмыльнулся, когда мужчина сделал заметный шаг назад. — Просто шучу. Меня уже неделю не тошнит от волшебства, — к чертям ваши приступы головокружения, Дазаю полегчало. Квиррелл же успокоенным не казался. Хотя пребывал ли этот человек хоть раз в уверенном состоянии, не говоря уже о спокойном? Вот именно. Он обнаружил, что это довольно обманчивая черта - ведь всяко лучше казаться взвинченным, боязливым, а не серьёзным и непритязательным. Лучше выглядеть беззащитным, а не недооцененным. Дазай чуть было не почесал бинты, но вовремя отдёрнул себя и сгладил отрывистое движение ещё одним взмахом палочки и бормотанием: — Вердимиллиус! Последующая волна огоньков, вырвавшаяся из его тернового "жезла", засчиталась почти достаточной победой, чтобы отвлечься от веса матерчатых повязок. Всё остальное вытеснил невыносимо скрученный живот. Он удерживал заклинание до тех пор, пока не появились первые признаки накатывающей тошноты. Мальчик задышал, глубоко и прерывисто. — Х-хорошо сработано! — похвалил мужчина. — Спасибо, — голос исказился несвойственной хрипотцой и болью. К счастью, последний недуг он легко скрыл за одной из своих масок, почти сразу пришёл в себя, выпрямился и резко улыбнулся. — Профессор Квиррелл, вы так добры! Не могли бы вы распространить свою доброту и на мои оценки, сэр? Смех профессора ЗОТИ был таким же дрожащим и фальшивым, как и вся личность этого человека. — Н-не хе-хе думаю, что это п-произойдет, мистер Дазай. Х-хотя я д-довольно сильно задерживаюсь с п-проверкой, т-так что п-положи вы на стол старое задание, я бы не з-заметил опозд-д-дания. Дазай приподнял бровь. Снова отведя взгляд от профессора Квиррелла, он взглянул на упомянутый тёмный стол. Он был завален различными учебниками, свитками и эссе. Но только у горстки из них были красные отметины, свидетельствующие о размеченном и оценённом задании. Одна из верхних бумаг вообще была выдана более месяца назад. На ней не виднелось красных чернил, и, судя по многословному, аккуратному почерку, работа принадлежала Гермионе. — Если вы так отстаёте, то не буду нагружать вас ещё больше. Считайте это моей благодарностью за наши индивидуальные уроки. Выглядя слегка развеселённым (или раздражённым - с мафиози всегда трудно сказать наверняка), Квиррелл кивнул, а мальчик ослабил хватку на волшебном оружии и облокотился на парту. — Что вас так задержало, сэр? Все остальные профессорá просто блестят продуктивностью. Веселье быстро угасло и "отставший" профессор задрал нос. — П-полагаю, был з-занят, — кротко пролепетал он. — В о-обязанности учителя в-в-входит много работ-ты. Шатен оторвал взгляд от бумаг, снова посмотрев на странного мужчину. — Действительно? Можно представить, что ещё больше работы Квиррелл променял на то, чем, чёрт бы его побрал, он на самом деле занимался. Например, обязанностями волшебника-мафиози под прикрытием или... или развлечением горных троллей на территории школы. Не то чтобы это его дело. Овладеть недавно открывшимися магическими способностями важнее, чем забавы ради подрывать планы сородича-интригана. Он чуть не проглядел возвращение профессора к рабочему столу. — Д-да, — подтвердил профессор. — В-возможно, нам с-с-следует з-закончить. П-пока в-в-вам не поплохело. — Оу, — тупо ответил он, моргая от такого резкого приказа уйти. — Если вы хотите, сэр. — Т-так и есть, — Квиррелл засуетился над бумагами, выглядя скорее нервозным, чем на самом деле занятым. — К-когда в-вы указали на э-это… В-возможно, я и п-правда о-отстаю от д-других п-п-профессоров… — пока Квиррелл просматривал пергамент за пергаментом, Дазай заметил странно знакомый, замызганный свиток. Разве это не то эссе, над которым много недель назад кропотал Блейз перед тем, как его унесло в Запретный лес? Хм... — П-помните, что я ск-к-казал. Насчёт работ. — Понял, — ответил он. Конечно, сдавать старые задания и в мыслях не было. Но в голове зрела гораздо лучшая идея. Идея, от которой глаза у близнецов Уизли наполнятся слезами восторга. — Приятного в-вам у-ужина, мистер Д-Дазай.

***

Вместо привычной серебряно-зелёной эстетики он направился прямиком к красно-золотому столу, собравшему в себе оставшихся гриффиндорцев. Бóльшая часть Большого зала теперь пустовала, а зима окутала морозом весь кампус. Поскольку Драко тоже отчалил в свой мэнор, рисковать и соваться к слизеринцам он не стал. Профессор Снейп, Макгонагалл и другие наблюдали за горсткой студентов разных окрасов, обедавших в конце зала. Квиррелл всё ещё не объявился. — Добрый день, мои коллеги-любители-зимних-каникул, — официально приветствовал он, без спросу занимая местечко рядом с Роном. — Или... что является противоположностью Клуба Идущих Домой? Фред и Джордж оторвались от еды, поздоровавшись совместными рукоплесканиями. Джордж ответил первым. — Клуб Послешкольных занятий? — Фред добавил: — Но считаются ли розыгрыши санкционированным школой занятием? У нас имеются многочисленные задержания, дабы это опровергнуть. Дазай ухмыльнулся, отмахнувшись от их опасений. Он снял с плеча сумку и кинул себе на колени, прежде чем повернуться к Рону. — Так мило с твоей стороны присоединиться к нам… — Ты украл мою книгу. — Да, это правда, — кивнул он. Услышав не совсем тонкий намёк, мальчик достал украденную книгу и презентующе кинул её на стол, чуть не опрокинув тарелку младшего Уизли. — Обращайся. Близнецы захихикали. На разношёрстную компанию гриффиндорских проказников было невозможно смотреть без улыбки. Он сложил пальцы: — Ну что, перейдём к делу? Казалось, все давно согласились с тем, что Дазай будет занимать руководящую, лидерскую должность, ведь пререканий и мятежа не последовало. Вот и хорошо. Фред перелез через стол. — Что ты задумал, мой дорогой крохотный слизеринец? — С самого начала следует уточнить - нашей целью будет Квиррелл. Я хочу, чтобы к концу зимних каникул он был порядком засолен и подан к столу. Постараемся не засветиться. Близнецы закивали с небывалым энтузиазмом. Неудивительно, учитывая, что они давно планировали напасть на профессора исподтишка. Рон же наоборот, казался немного удивлённым и испуганным. — Ты хочешь подшутить над профессором? Сам себе могилу роешь, приятель! — О-о-о, боишься маленькой отработки, Ронникинс? — Что может сделать Квиррелл? — фыркнул Фред. — Шоковое состояние обездвижит его до конца каникулярных дней! Рон скрестил руки на груди и недовольно хмыкнул: — Я всего лишь первокурсник! Поэтому не могу просто взять и разрушить свою жизнь, надругаясь над учителем!  Дазай приземлённо фыркнул. — Ты правда прислушивался к каждому слову Гермионы, а? В любом случае, есть масса веских причин для того, чтобы нацелиться на Квиррелла. А ещё я на девяносто процентов уверен, что он не добьётся нашего исключения. Убедившись, что снова завладел всеобщим вниманием, он небрежно начал свои разглагольствования: — Итак, что мы знаем о Квиррелле, — начал загибать пальцы Дазай: — Он плохой профессор, он заставляет меня дополнительно работать, он наверняка состоит в волшебной мафии, а также однажды он похлопал меня по плечу. Я до сих пор не могу простить ему это… — Прости… То, что мы знаем? — Волшебная мафия? Фред и Джордж наблюдали за его монологом с одинаковой смесью веселья и смущения. Рон выглядел так, словно всерьёз пересматривал свой круг общения и пребывание за этим столом. Демонстративно игнорируя замечания, он заключил: — Это очень веские причины, по которым мы должны насолить профессору гораздо бóльшим, чем парой снежков по затылку. Да и тем более, — неопределённый взмах рукой, — это ведь взаимовыгодный розыгрыш. Всё внимание снова на нём. Он всегда отличался своей способностью держать подчинённых в узде. — Лакомый кусочек сего собрания - профессор Квиррелл отстаёт с оценкой работ на несколько месяцев. Будет ли ему обидно, если с этими неоценёнными эссе что-то случится? Вот она - искра интереса, сверкнувшая в глазах близнецов. Даже Рон несколько оживился. Дазай сложил пальцы домиком, губы растянулись в миловидной улыбке. Он почти повёл себя как Мори, но в этом не было необходимости. Не с учётом того, как внимательно подчинённые ловили каждое его слово. Когда Дазай перегнулся через стол, банда рыжеволосых идиотов сделала тоже самое. — Итак, вот наш план...

***

— Не нравится мне это. Минерва Макгонагалл недовольно оторвалась от своего ланча и элегантно приподняла бровь. — Тебе ничего не нравится, Северус. Он стиснул зубы, затем указал на дальний угол гриффиндорского стола. Дазай Осаму и троица Уизли склонились над своей едой, заговорщически перешёптываясь. Время от времени кто-то из них делал странный неопределённый жест, который Северус почти боялся распознать. Проследив за его взглядом, заместительница директора устало вздохнула. — Они в сговоре. — Ну, они же друзья, — вяло запротестовала она. — Не часто увидишь дружбу между гриффиндорцами и слизеринцем. Несмотря на его колючий и пугающий образ, чётко вырисованный в сознаниях большинства учеников Хогвартса, мастер зельеварения очень заботился о своих учениках. Конечно, он не мог не заметить необычную дружбу, завязавшуюся между его змеёй и учениками Минервы. Такого рода отношения между факультетами были достаточно редки, но тот факт, что в них фигурирует никто иной, как Дазай Осаму… У Северуса Снейпа не было любимчиков. Он нашёл простой баланс между заботой о своих змеях и полным неведением об их жизни - тщательное разделение между «я сделаю всё, что в моих силах, дабы помочь вам в достижении ваших целей» и «если я знаю ваше любимое блюдо, значит, я слишком привязался». Любимым блюдом Дазая Осаму были крабы и Снейп слишком к нему привязался. Между собой они не общались. Северус не пал так низко. Но… Было в этом пареньке что-то. Возможно, дело было в приятельских отношениях меж факультетами. Возможно, секрет заключался в полном отсутствии магического таланта. Может, вся проблема в Поппи, постучавшейся в дверь его кабинета спустя двадцать минут после начала комендантского часа и рассказавшей о шрамах и голодании нездорового мальчика. Или, возможно, дело было в том факте, что Квиринус Квиррелл тоже проявил интерес к юноше. Да, как Северус и обещал Поппи, он начал более пристально присматривать за слизеринцем. Он видел, как мальчик едва притрагивался к еде, если еда эта не считалась крабом, и даже в этом случае ел не больше пары штук, будто пищеварительный процесс давно вышел из моды, а все вокруг заряжаются от энергии солнца. Видел он и то, как тот чешет руки, безучастно таращась в стену. Видел, как каменели его глаза, когда тот думал, что никто не смотрит. Все эти детали мужчина запоминал, подчёркивал и ставил на них ярко-красные флажки, развивавшиеся взад-вперёд, требовавшие внимания, которого, казалось, никогда не поступит. А Квиррелл тоже наблюдал, вот только Северус не был уверен, что видел этот человек. Мальчик не выделялся талантами. Вздохнув, Снейп сделал большой глоток из своего бокала и поставил его на стол, видимо, слишком резко, учитывая быстрый, местами дёрганый взгляд коллеги в его сторону. — Я собираюсь поговорить с директором. Приглядывай за... этими четырьмя. — Уверена, что если они что-то замышляют, то даже мой зоркий глаз не сможет остановить их. Ты же знаешь, какие они способные, эти близнецы. Снейп действительно знал. Он также начинал понимать, на что способен Дазай, и от этого осознания слегка побледнел. — Уж постарайся, Минерва. Должен же мальчику когда-то наскучить этот геноцид котлов… верно? Макгонагалл тонко улыбнулась. Он поднялся с усталым вздохом, небрежно попрощался с присутствующими профессорами и быстрым шагом направился в кабинет Дамблдора. Проходя мимо факультетских столов, Снейп всего на мгновение встретился взглядом с его проблемным ребёнком. Осаму моргнул, подняв на него свое карие, невинные и такие лживые глаза. С тех пор, как он приехал в Хогвартс, лицо пополнело здоровым жиром и слегка зарумянилось. Небольшое улучшение вызывало беспокойство, ведь ел мальчик и так совсем немного, а это заставляло задуматься, ел ли он до Хогвартса вообще. Ещё один красный флажок в коллекцию. Ещё одно скрытое беспокойство. (Он ни к кому не привязывался. Это долг учителя - присматривать за учениками). Северус отвернулся от пристального, обманчивого взгляда. Он не готов ответить на весёлый интерес в этих пустых глазах, хотя скрытное выражение лица ребёнка навевало нежеланные мысли. Было ощущение, что Осаму суёт свой нос куда не следует. К сожалению, нежели к счастью, юноша был из тех, кто добьётся успеха лишь приложив усилия. Дазай ни к чему и не стремился, только приводил всех в бешенство.  Эффектно распахнув двери Большого зала, профессор пролетел по пустующим коридорам. На пути - ожидаемо - не оказалось ни одного студента, так что он со спокойной душой погрузился в свои мысли. Интерес Снейпа к персоне мальчика вызван из чистого беспокойства, к большому его неудовольствию. Интерес Квиррелла был вызван... Чем-то. Он выдохнул. Горгулья, охранявшая кабинет Дамблдора, сверлила его своими каменными глазищами. Снейп попытался передать всю серьёзность ситуации в своём тоне, но учитывая странное предпочтение директора касательно паролей, получился весьма неоднозначный результат: — Жимолость. Древнее существо безропотно отошло в сторонку, открыв обзор на простую винтовую лестницу. Феникс оживился, завидев самого мрачного профессора всея Хогвартса. Дамблдор ожидал его, сидя за своим ужасно захламленным столом. Северус демонстративно проигнорировал многочисленные безделушки, магические предметы и тома, забившие собой всё помещение. — Северус, как я рад тебя видеть, — промурлыкал директор, как всегда - сама доброжелательность. — Однако, если я не ошибаюсь, в данный момент ты должен присутствовать на ужине. — Могу сказать вам тоже самое. Дамблдор усмехнулся. — Полагаю, мы оба слишком увлечены работой, дабы делать подобные перерывы. Чем могу быть полезен? Сразу к делу? Что ж, хорошо. — С Квирреллом нужно что-то делать. Альбус вздохнул всем своим телом, затем провёл старческой рукой по своей длинной, курчавой бородке. — Мы уже обсуждали, Северус. Пока лучше держать его поближе. — Он опасен. — Несомненно, так и есть. Но это не меняет ситуации. Снейп стиснул зубы: его разочарование постепенно вырвалось на поверхность. Он мысленно снял двадцать очков с Гриффиндора. Почти помогло, почти успокоило. Почти. Он сделал долгий, страдальческий вдох. — Это не меняет ситуации… Разве его скитания по замку не были отдельной проблемой? Он пристал к одной из моих змей! Зрачки Альбуса опасно сузились. — Осаму Дазай, — понял тот. Встав, старец пересёк комнату и присел прямо перед опаляющей жаром птицей, взъерошив несколько солнечных пёрышек. — Ты слишком остро реагируешь, Северус. В игре есть более масштабный сюжет - если Квиррелл узнает о нашем плане, всё может обернуться довольно плачевно. Есть такие события, над которыми мы не имеем власти. — Чтобы этот человек проявил интерес к Дазаю... — прошипел он. — Неужели вас это совсем не касается? На пол скатилось первое огненное пёрышко. — Ты привязался к мальчику. — Я... — он моргнул, резко мотнув головой. — Я защищаю своих учеников. — Верно. И я восхищаюсь этим, Северус, — снова примирительно кивнул директор. — Но ты не видишь большей картины. Профессор оскалился, блуждая взглядом по настенному гобелену. Он не видел решительного лица директора также, как игнорировал ещё несколько упавших перьев феникса. — Если он причинит вред моему ученику… — Небольшая потеря в текущей войне. Бóльшая картина.... На мгновенье комнату осветила яркая вспышка света. Дамблдор убрал руку от птичьей клетки, не желая гладить оставшуюся кучку пепла. Снейп знал, что феникс возродится в течении этого дня. Как картина должна быть больше, если слуга Тёмного Лорда проявляет интерес к его ученику?! — Подожди, пока Квиррелл сделает свой ход, — голос Дамблдора звучал как удар молота - отдавал явной сталью. — Не пытайся вывести студента из-под его влияния. В игре всё ещё слишком много неизвестных переменных, — «что убило горного тролля? Почему эта дверь была не заперта?» — И пока у нас нет ответов, более важно, чтобы наши действия остались незамеченными. Ответь мне, Северус… Он повернулся обратно. Феникс был мёртв. — …Что ужасного может сделать маленький мальчик?