Вишенка в шоколадке

      Юнги не находил себе места. Время в этом мире было слишком неоднозначным. Он где-то читал, что возможны варианты, при которых у тебя время идёт, как обычно, а у других в этот момент проходят года и даже столетия.       А вдруг, когда он вернётся, в их мире пройдёт тысяча лет? И уже не будет там Чимина, который его, конечно, разозлил, отправив Тэхёна в эти ебеня, но с другой стороны, зачем ему, Юнги, мир, в котором не будет маленького омежки? Не будет его улыбки и блестящих влажных глаз. Не будет маленького тела, которое так щедро дарило ему наслаждение.       Юнги пнул стену и зашипел от боли. Как он должен уговорить Тэхёна признать себя? И что это значит? Принцесса Ви-Тэ не желала общаться с незнакомцем. Хосок кивал головой, но не спешил организовать им встречу наедине.       Чонгук, сообразив, что король жаждет сплавить дочурку замуж хоть за кого-нибудь, старательно доказывал Его Величеству, что он и есть «тот самый», кто избавит родителя от проблемы. Принцесса при этом вела себя, как Тэхён, которому показалось, что кто-то пялится на него с грязными желаниями: ругалась, топала ногами, швырялась, чем попало.       А время шло неумолимо, прошла уже неделя с той поры, когда каждый из них получил совет от ведьм и колдунов. И сейчас Юнги поджидал Хосока — единственного, кто был вхож к принцессе. Когда Чон появился на горизонте, Мин окликнул бывшего друга:       — Бро, не хочешь обсудить со мной свои дальнейшие действия? Или ты решил остаться в стороне?       Хосок, нехотя, притормозил. Он ждал этого разговора, но совершенно не желал его! Друг, с которым они прежде были ближе, чем братья, теперь казался ему чужим. И дело даже не в том, что в этом мире Юнги был не похож на того альфу, которого знал Чон. Теперь у них были разные цели.       Юнги хотел отнять у него Тэхёна, чтобы вернуть его в их мир и ОТДАТЬ другому. Хосок продолжал лелеять мысль, что он как-то сможет ОСТАВИТЬ Тэхёна себе. Да, вот такой он жадный! Не готов он был расстаться со своей первой любовью. Ему было мало девушки, которая так же стала для него любимой. Но и тот самый омега, когда-то покоривший его сердце, всё ещё был дорог ему. Их редкие разговоры были нужны Хосу, как воздух! Он готов был истязать своё тело и беречь невинность принцессы бесконечно, лишь бы изредка смотреть в любимые карие глаза.       И Юнги этого не понять. Он уже отпустил Тэхёна, променяв его на Чимина. И это ещё больше злило Чона. Он вздохнул и всё же решил ответить:       — Мин, как только я услышу хоть немного дельное предложение, я обязательно приведу к тебе Тэхёна. Но пока что ты просто рвёшься потоптаться на любимой мозоли мальчишки. Придумай что-то дельное, и мы с принцессой с удовольствием это обсудим!       Юнги нахмурился:       — Хос, неужели ты не понимаешь, что Тэхён так же хочет вернуться домой?       Чон лишь ухмыльнулся на подобное заявление. Как же сильно люди иногда верят в то, во что хотят! Поэтому он, едва сдерживая гнев, поинтересовался:       — Ты уверен, Мин? Что такого прекрасного ждёт его там? — сверлил он глазами бывшего друга. — Умирающий дед? Одиночество? Жизнь без любви и счастья? — приближался он к Юнги, почти нависая над ним. — Скорая и болезненная смерть? Ты не понял, Мин? В том мире его убили! — он злобно смотрел в расширившиеся от ужаса глаза и продолжал объяснять: — Мы пришли сюда со своими телами, а он захватил чужое! Даже если его тело каким-то невероятным образом восстановится, оно долго не протянет: те уроды разрушили его морально, а мы с тобой, Бро, помогли ему уничтожить себя физически! Тэхёну некуда возвращаться, Мин, — уже с болью говорит Хосок, — тело принцессы — единственное убежище из множества вариантов, в котором Тэхён сумел сохранить себя. Мин, зачем ты тревожишь его? — положив руку другу на плечо, пытается Чон поймать его взгляд. — Парнишка тут почти счастлив. Оставьте его и найдите другой путь, чтобы вернуться. Уходите без него, — молит он. — Ведь у тебя там есть Чимин, Чон тоже найдёт кого-нибудь. Я не верю, что тренер действительно полюбил нашего мальчика. Он точно переживёт. Возвращайтесь в свой мир и оставьте его со мной. Я буду продолжать любить его и защищать!       — Хосок, не будь эгоистом! — просит Юнги. — Я видел, как хочет вернуться Тэхён…       — Он делает это ради вас, Мин! — перебивает его Хосок. — Снова и снова мальчишка выбирает не себя! Оставьте его в покое и прекратите навязывать ему своё мнение! — Чон отворачивается к окну и, глядя вдаль, продолжает: — Он многого не знает из того, что творилось за его спиной. И я хочу уберечь его от этих знаний, Мин. Я просто прошу тебя: забирай Чона и валите в свой мир!       — Хос, — тихо просит Юнги, — без Тэхёна мы не сможем вернуться. А если и сможем, то это будет другая реальность, где мы все никогда не познакомимся. Он был для всех нас клеем.       — Вот оно что, — горько усмехается Чон и поворачивается к Юнги лицом. — Ты зассал, что твой маленький Чимин не сможет узнать тебя? А ты подумай по-другому: ведь ты накосячил перед пацаном именно из-за Тэхёна, — вкрадчиво говорит Хос. — Не будет Кима — не будет проблемы. Просто завоюй мальчика. К тому же, там не будет меня, Пак свободен. Подумай, Мин. И вам без моего Тэхёна будет лучше! — почти шепчет парень. — Ну, а его дед, старый лис, вообще не заметит, что его не стало: не было и не надо! Уходите, Мин! Проваливайте! — и Хосок, развернувшись, оставил друга наедине со своими мыслями.

***

      Чонгук рассматривал принцессу Ви-Тэ. Прекрасная женственная версия Тэхёна была капризна, неугомонна и до одури сварлива. Угодить ей было невозможно. Приблизиться к себе она не позволяла. День за днём Чонгук проводил время рядом с этой стервозой, но никак не мог призвать Тэхёна. А ему нужно срочно поговорить с ним! Время!       Иногда на их небольшие собрания стараниями принцессы зазывался Хосок. Тогда Чон видел девушку в другом свете. Нет, она не прекращала ругаться и вредничать, но её глаза начинали светиться счастьем. Эти двое словно вели параллельный, понятный только им двоим, молчаливый диалог. Чонгук понимал, что не имеет на девушку никаких прав. Да и на омегу тоже, но сердцу этого он доказать не мог. И каждый раз просто умирал от ревности!       И как, скажите на милость, он должен поступить в этой ситуации? Разлучить двоих влюблённых только ради того, чтобы вернуться в свой мир? А ведь он даже не уверен в том, что Тэхён любит его. Да, у него получилось слегка приручить мальчишку, навязать ему свою волю, заставить какое-то время жить по своим правилам. И к чему это привело? Парень изо дня в день умирал на его руках. И Чонгук ничем не мог ему помочь.       То, что сказал Мин после разговора с Хосоком, всё сильнее мучило Чонгука. А если Хос прав, и Тэхёна больше нет и не будет в том мире? Как он переживёт это? Он забудет его или нет? И чего он, Чонгук, добивается, находясь здесь? Чон решил сам поговорить с Хосоком. В голове созрел жестокий, но, как ему показалось, действенный план.       — Сэр Хосок, я бы хотел побеседовать с Вами наедине, — просит Чонгук рыцаря, который не сводит глаз с принцессы.       — Хорошо, сэр. Выйдем в сад?       Чонгук кивнул, и парни покинули приёмную короля.       — Хос, завтра я буду официально просить руки принцессы. Попрощайся с девочкой, потому что я не позволю своей невесте продолжать так безбожно флиртовать с посторонними мужиками! — жёстко говорит младший и внимательно следит за реакцией друга. — До свадьбы к ней не зайдёт ни один мужчина, кроме её отца. Я лично прослежу за этим и убью любого, кто осмелился нарушить мой запрет. Ты понял меня?       Хосок развернулся и бросился назад в приёмную. Чонгук не пошёл за ним. Он знал, что король уже ушёл. Мало того, он покинул замок и не вернётся до завтрашнего полудня, об этом позаботился Мин, сообщивший Его Величеству о возможном нападении на его границы со стороны соседнего государства. Чонгук только уронил голову на руки и застонал: он своими руками отдаёт любимого другому! Но иного выхода, видимо, просто нет.       Хосок вбегает в приёмную, но ни принцессы, ни короля там больше нет. Стражник говорит, что король отбыл с королевским войском к ближайшей границе. А принцесса Ви-Тэ вернулась в свои покои. Чон смотрит возможные развития событий, но из-за волнения никак не может отследить процент вероятности. Никак не может сопоставить то, что он видит, с тем, что есть. Он бежит в комнату к принцессе, находит её там, с болью и любовью смотрит в синие глаза и шепчет:       — Девочка моя, нас хотят разлучить! У нас с тобой только эта ночь! Я хочу провести её с тобой, как супруг. А завтра мы расскажем твоему отцу, что давно тайно женаты. Прошу, будь моей женой! Стань ей этой ночью!       — Сэр Хосок, но как же Ваш друг, ради которого…       — Это больше не важно, Ви-Тэ! Я не хочу терять тебя! Этой ночью я стану тебе мужем! — твёрдо заявляет он.       Синие глаза моментально стали карими! Наконец-то! Хосок никому не говорил, но Тэхён с некоторых пор начал прятаться от него. Чон провоцировал омегу именем Чонгука, одаривал принцессу запретными ласками, всё больше и глубже изучая её тело, говорил при ней вещи, о которых знал только Тэхён, но упрямец не желал проявляться! Единственным методом осталась — угроза лишения девственности этого тела. Чон тут же отпустил желанную женщину и тихо поприветствовал:       — Привет, Тэ! Бля, как я по тебе скучал, малыш! — с внезапной нежностью он снова прижал к себе принцессу. — У меня хреновые новости, Тэ. Чонгук хочет просить руки принцессы и собирается на ней жениться. Завтра, как только король вернётся, он сделает это. Тренер, оказывается, ещё тот урод! Он ведь видит, что девочка любит меня, но всё равно хочет сделать её своей женой!       Тэхён, слегка отстранившись от парня, задумчиво говорит:       — Хосок, тут что-то не так. Чонгук не настолько сволочь или придурок. Он хочет, чтобы ты запаниковал. А в панике люди допускают массу ошибок. Что ты хотел сделать?       Хосок смущённо спрятал руки за спиной и нахмурился:       — Тэхён, прости, но я не вижу иного выхода, как сделать принцессу своей этой ночью и назавтра сказать королю, что мы с ней тайно женаты.       Тэхён сел в кресло и задумался. Сегодня он получил от Мина письмо. Больше никак его друг не смог связаться с ним. Принцесса лишь взяла в руки письмо и, не разобрав ни слова, уступила ему место. Мин писал о том, что, если Тэхён не желает возвращаться в их мир, если ему комфортно в теле женщины, если он готов прожить свою жизнь рядом с заботливым и любящим его Хосоком, то лично он, Мин, совершенно не против. Он будет искать и обязательно найдёт возможность вернуться, пусть Тэхён не переживает.       Как оказалось, у каждого альфы, то есть, мужчины, есть свой план. Планы, конечно, хороши, но всегда есть одно «но» — сам Тэхён! И он не согласен с Мином! Он не желает провести остаток дней в теле принцессы. Это несколько… странно. Тэхён уже пару раз выскакивал из принцессы в довольно пикантные моменты. Хорошо, что в те моменты голова Хосока бывала под юбкой девушки, иначе он со стыда бы сгорел. Однако ощущения, которые наполняли тело принцессы, глушили омегу, и он снова прятался — это не его чувства, он не должен!       Что будет, если в самый ответственный момент Хос вместо синих глаз увидит карие? Как он потом сможет проявить себя и не сдохнуть со стыда? А никак! Надо:       — Хось, я должен предупредить тебя… Я иногда прихожу… В такие моменты, когда ты и принцесса…       — Бля! Тэхён, это просто пиздец! Я же пытался так тебя вызвать, а ты, значит, специально не выходил! — носился по комнате взволнованный Хосок. — Ладно, не в этом проблема. Скажи мне, как ты отнесёшься, если я… Я сделаю с принцессой «это»?       — Бро, хреново я к этому отнесусь! — настала очередь Тэхёна возмущаться. — Мы с ней в одном теле, на минуточку! Но я обещаю, что постараюсь вам не мешать. Изо всех сил буду стараться, Бро, хотя не понимаю, почему меня забрасывает в такие неподходящие моменты!       — То есть, ты, как бы, не против? — уточняет Чон.       — А я имею право стоять на вашем с принцессой пути к счастью? — отвечает вопросом Тэхён.       И снова это! Тэхён опять приносит себя в жертву! Ради него, своего «бро», и его счастья, парень будет ломать себя! Хосок падает перед ним на колени, берёт тонкие пальчики и целует каждый со словами:       — Тэхён, ты самый лучший, добрый, отзывчивый, честный, преданный, настоящий, любимый, желанный, прекрасный и достойный счастья! Я всегда любил тебя и люблю, совсем не как брата! В том мире у меня не было шанса. Здесь я встретил принцессу. Но и ты в моём сердце! Тэ, мой любимый мальчик! Не приноси себя в жертву мне! Я не переживу, если из-за меня ты будешь страдать!       Тэхён внимательно слушает брата. Он удивлён? Ни разу. Он не догадывался? Да ладно! Он, конечно, тварь непонятная, но далеко не глупая! Тэхён берет Чона за подбородок и склоняется над ним. Глядя в глаза Хосоку, он говорит:       — Я не знаю, как переживу тот факт, что мой первый секс будет вот таким, но, Хосок, это не будет жертвой. То, что я чувствовал, когда случайно попадал в… Короче, я не против. Лишь бы не помешать вам. А мне… Было классно, Хос. Ты отличный любовник! Я не жертвую собой. Я тоже хочу этого. Но на моем месте должна быть принцесса.       — А на моём Чонгук? — горько улыбается Хосок.       — Да, Бро. Не хило нас так растрепало, да? Я постараюсь вам не мешать, но ничего не обещаю. Оно как-то само так выходит…       — Я понял, — странно улыбается Хосок. — Не сочти меня за извращенца, но я буду счастлив, если и ты примешь участие…       — Хос, бля! — перебивает его омега. — Не переходи берега! Может, я вам ещё и рожу потом? А что, удобненько вы устроились, — смеётся Тэ.       Хосок не поддерживает его веселья. Он поднимает девушку с кресла, прижимает к себе и шепчет ей в губы:       — А этот поцелуй пусть будет только нашим, Тэхён! — и он накрывает мягкие губы принцессы.       Разницу между девушкой и омегой он ощущает слишком сильно: страх и почти отчаянное сопротивление встречает парня. Он снова шепчет:       — Тэхён, один раз подари мне свой поцелуй. Всего один, — гладит Чон своего омегу по спине, не обращая внимания на женские прелести.       Тэхён прикрывает глаза, медленно кивает и подставляет свои губы. Хосок со стоном прижимается к ним, разрушает стыдливость, снимает робость, преодолевает нежность, и уже страсть наполняет оба тела. Тэхён распахивает глаза и шепчет в поцелуй:       — Хосок! Я… — глаза становятся синими: — люблю тебя, сэр Хосок. Я согласна стать Вашей женой. Прямо сейчас.       Чон, подавив в себе разочарованный крик (он ведь теперь наверняка никогда не узнает, что хотел сказать Тэ!) спрятал лицо в волосах принцессы и постарался не позволить слезам появиться сейчас! Он подхватил податливое тело и отнёс на широкую кровать. Не прекращая думать о Тэхёне и их первом поцелуе, он раздел девушку и снял свою одежду. Накрыл обоих одеялом и припал к манящим губам.       Теперь он знал разницу между ними. Принцесса уже чувствовала себя уверенно. Её язык то и дело нырял ему в рот и провоцировал на более смелые действия. Руки блуждали по его телу, умело лаская мужчину. Вскоре Хосок полностью переключился на желанное тело, оставив позади мысли о своей первой любви. В тот самый момент, когда невинная принцесса фактически стала женой Хосока, синие глаза на одно мгновение полыхнули карим цветом и снова стали синими. Хосок замер, переживая то самое чувство, когда вместо одного приза получаешь два. Тэхён был тут. И он, Чон Хосок, был у него первым!

***

      В это время Чон Чонгук умирал от ревности. Он словно смотрел в своей голове порно фильм с участием самого близкого человека. Ему хотелось выть, но он тихо сидел в кресле и пожирал сам себя изнутри: за то, что не сумел защитить Тэ, за то, что позволил Хосоку быть у него первым, за то, что, возможно, он в эту минуту окончательно теряет свою любовь. Навсегда.       И никого нет рядом! Юнги отвлекает короля. Джин… Ох, братик! Как часто больше всего боли приносит именно желание помочь близкому человеку! Чонгук понимал, что Джин старался защитить его. Вот только он опоздал.       С какого момента Чонгук ещё готов был развернуться и уйти из жизни бешеного омеги? Да ни с какого! Он с самого начала пропал! Врал себе, врал брату, врал Тэхёну, но в тот момент, когда услышал его голос, он уже пропал. А дальше он просто катился в пропасть под названием «Любовь», даже не стараясь за что-то зацепиться!       Парень ударил себя кулаком по колену, скрипнул зубами, зажмурился, отгоняя плохие мысли. Но ничего не помогало! В голове теснились картинки, где его омега, не принцесса, с упоением отдаётся другому альфе! И не было никакого спасения от этих мыслей!

***

      Хосок лежал рядом с принцессой, рассматривая спокойное лицо. Спящая Ви-Тэ была копией омежки, который рос рядом с ним до того мерзкого случая. Чуть капризные губки так же причмокивали во сне, ресницы дрожали, уголки губ то и дело приподнимались в улыбке. Принцесса спит.       — Тэ, — тихо зовёт Хосок. — Выйди, я хочу с тобой поговорить.       Веки приподнимаются, взгляд карих глаз ясный.       — Хося, я с тобой трахаться не буду, пока она спит! — сразу заявляет Тэхён, смягчая фразу улыбкой.       — Нет, Тэ, мы не будем этого делать, — уверяет парень омегу. — Я только спросить. Ты… был с нами?       — Был. Хос, ты меня смутить хочешь? Мне тебе все моменты рассказать?       — Нет, если не хочешь, — опускает Чон взгляд.       — Не хочу, — подтверждает омега. — Мне стыдно. Хотя это и не моя вина, но я как будто мешаю вам. Хось, я хочу домой, — тихо поскуливает Тэхён. — Я хочу вернуться в своё привычное тело и жить той жизнью, к которой привык. А ещё, Бро, я тоже хочу, чтобы внизу моего живота запульсировала новая жизнь, — кладёт он руку поверх одеяла на низ живота принцессы. — А принцесса пусть сама рожает вашего спиногрыза, я в этом участия принимать не желаю! — лукаво заканчивает он свою речь.       — Ты что, можешь чувствовать это даже в женском теле? — удивляется Чон.       — Дело не в теле, Хос, — объясняет Тэ. — Я же генератор. Я работаю с энергией своего тела и знаю, где и почему она концентрируется!       — Значит, у нас с Ви-Тэ будет ребёнок… — видно, что Чон растерян. — Вот так сразу… Тэ, выходя из этого тела ты не повредишь ему?       Тэхён врать не умеет:       — Хось, я не знаю. Знаю только одно — это нужно сделать срочно, пока мать не начала всю силу отдавать новой жизни. Я думаю, мы это сделаем в ближайшее время. Я должен уйти, Хос, — мягкий голос девушки звучит не слишком уверенно.       Но Хосок всё равно кивает. Он сам требовал от Мина не навязывать мальчику свою волю. Но у него есть вопросы:       — Тэ, что ты хотел сказать мне во время нашего поцелуя?       Тэхён смущается, но всё равно отвечает:       — О, ничего особенного. Я просто хотел сказать, что не жалею о том, что попал в этот мир. Не жалею, что ты прибыл в него за мной следом. Здесь ты будешь счастлив. Это должно было случиться, да? Ты поэтому не хотел ничего говорить? Потому что ты понял, что мы… Окажемся тут?       Хосок снова улыбается. Если бы всё было так просто!       — Тэ, ты никак не поймёшь, как это работает? Я тебе объясню. Представь, что у тебя есть много клубков синей пряжи, которые лишь чуть-чуть отличаются оттенками. И вот твой кот, которого ты любишь, размотал их по всей комнате. И ты пытаешься найти начало и конец каждой нити глазами. Теряешься, цвет-то почти одинаковый! Но всё равно ищешь.       И вдруг видишь, как несколько нитей спутались нераздельным узлом и создали новые пути. И ещё, и ещё. В общем, я стараюсь максимально точно отследить путь каждой нити, но такие вот узелки сильно влияют на нашу жизнь. И получается, что мы не просто идём по намеченному пути, а то и дело делаем выбор. И от него зависит, какими дорогами и куда мы придём.       Чимин не сам принял такое решение. Ему помог Джин. Джин, который влюбился, спустя много лет. Влюбился в парня, который тебя боготворил. К тому же Чонгук — последняя надежда семьи Чон. Он должен продолжить этот род. А ты уничтожил себя, как омегу. То есть, не подходишь теперь на роль продолжателя их рода.       Тэ, не хмурься. Я тебе кое-что скажу, но вначале ответь мне честно на вопросы. Хорошо?       Тэхён кивнул. Он сильнее натянул на себя одеяло и постарался максимально отодвинуться от парня. Когда-то он запросто раздевался перед ним. Но теперь это кажется невозможным! То, что случилось этой ночью, заставило омегу стыдливо краснеть. Однако он кивает другу и прикрывает глаза. Он догадывается, что это будут за вопросы. И ему откровенно страшно! Хосок только умиляется со скромности любимого и задаёт первый вопрос:       — Этой ночью ты был с нами один раз?       — Нет, извини, — пищит омега.       — Не надо извиняться, — уверяет его Хосок, — я был к этому готов. Сколько… Нет, тебе всё понравилось?       — Нет, конечно! Было больно. Несколько раз. Но потом ты всё исправил.       — Ты хотел бы повторить это? — ловит взгляд друга Чон.       — С тобой? — пугается Тэхён.       — Нет, не важно, с кем, — небрежно отмахивается альфа.       — Важно, Хос. Очень важно, — задумчиво возражает Тэ. — Принцесса была счастлива, даже когда ей было неприятно. Я это чувствовал. А я страдал, даже когда ловил остатки её оргазмов.       — С кем бы ты хотел испытать то, что чувствовала принцесса? — быстро интересуется Хос.       — Зачем ты спрашиваешь? — смущается омежка. — Ты ведь и так знаешь, кто он…       — Отлично! Тэхён! Радость моя! — почти кричит Чон, пугая Кима. — Я не знаю, почему ты пошёл на это, но только что ты признался мне, что желаешь быть любимым. Желаешь, чтобы кто-то делал с тобой то же, что я… с принцессой. Ты принял себя, Тэ. И теперь у тебя есть шанс. Тысяча шансов, Тэ!       И Джин это поймёт и примет. Он тебе не враг. Просто он очень любит брата и желает ему счастья. Он чувствует свою вину перед семьёй. А ещё он ревнует Намджуна. Но это всё пройдёт. Потом. Тэ, ты должен вернуться. Мы с тобой должны расстаться. Мне будет тебя не хватать, Лучик, — почти всхлипывает Хосок.       — Я тоже буду скучать, Бро, — даже не скрывает своих слёз мальчик.       — Мы должны сказать об этом Чонгуку. Он там, наверное, с ума сходит!       Тэхён представляет, что чувствовал бы он, зная, что происходит в данный момент с любимым человеком, и спрятался под одеяло с головой. Не-не-не! Не пойдёт он сейчас к тренеру. Это же, сука, страшно до одури!       — Выползай, гусеница! Теперь я в курсе, что там бабочка, а не труп! — Чон вытряхивает лёгкое тело из одеяла и кидает Тэхёну вещи: — Одевайся, я отвернусь. Или ты хочешь, чтобы это сделал я?

***

      Чонгук слышит шаги. Более того, он знает, кто идёт. Ему хочется вскочить с кресла и запереть двери на засов, чтобы не впускать в свою жизнь то, что неминуемо зайдёт к нему вместе с ночными гостями. Но он сидит. И ждёт. Чон сразу понимает, что перед ним Тэхён, и это делает ожидание ещё более ужасным. Хосок, падла такая, держит его мальчика за руку. И лыбится, гнида! Тэхён серьёзен. Он говорит мелодичным голосом принцессы, от чего у Чонгука никак не срабатывает ассоциация. Однако слова звучат, и хотя с трудом, парень начинает их воспринимать:       — … поэтому я решил, что это будет лучшим вариантом для всех нас. Вы согласны, тренер Чон?       — Что? С чем согласен? Тэхён, прости, я, наверное, не совсем проснулся. Что именно ты решил? — пытается сохранить лицо парень.       — Вернуться в наш мир, конечно. Или Вас что-то смущает?       — Что? — всё ещё подтормаживает Чон. — Нет! А ты уже знаешь, как это сделать?       — Я думаю, что да, знаю. Ваша ведьма, тренер, знает путь. А я понял, как у меня получится вернуться. Нам нужно поспешить. Я чувствую, что мы не должны тут задерживаться! Это касается принцессы. В эту ночь девушка забеременела. Она пока не знает этого, но вскоре её организм начнёт работать на ребёнка и не отпустит меня.       — Тэхён, — обмирает Чонгук, — ты…       — Да, тренер. Я принимал периодически пассивное участие в этом, — как всегда слишком, ну просто чересчур честно отвечает омега. — От меня ничего не зависит в этом теле. Но я не жалею. Мне это помогло принять окончательное решение. Нравится Вам это или нет, я не отказываюсь от того, что было!       Чонгук прикрыл глаза ладонью. Ну вот и всё. Его любимый прошёл свой первый путь в любви без него. Что это меняет? Он перестал его любить? Нет. Его страдания ничего не значат. Омега в теле женщины не мог помешать влюблённым. И он ни в чём не виноват. Это Чонгук не уберёг парня.       Но такого больше не повторится. Он резко встаёт, хватает девушку за руку, притягивает к себе и… почти целует, но синева заполняет глаза, и принцесса начинает верещать:       — Сэр Хосок, спасите! Сэр Чон, уберите руки! Отстаньте от меня! С этой ночи и до конца моих дней я супруга сэра Хосока!       Девушка вырывается из его объятий и бросается в руки старшего. Тот прижимает к себе драгоценное тело и улыбается. Нагло и победно: Тэхён не позволил Чонгуку поцеловать себя! Парень сбежал! Ох, Чонгук, как же тебе будет с ним тяжело!

***

      Вернувшись с королём с границы, Мин едва успел забраться в ванну, как к нему припёрся Чонгук и начал торопить, мол есть серьёзный вопрос, который необходимо решить быстро! Кое-как смыв с себя походную пыль, Мин выполз из воды и, игнорируя накатывающий сон, побрёл к Чону. Там он обнаружил всех четверых.       Тэхён сверлил его своими карими глазами с лица принцессы и, кажется, еле сдерживал злость. Мин вздохнул. Наверное, заслужил, что поделать. Ему очень хотелось сесть. А ещё лучше, лечь и уснуть. Но Тэхён в кои-то веки почтил его своим присутствием.       — Что скажете? — не выдерживает Юнги и сам начинает разговор.       — Мин, ты когда сюда попал, точно не на башку приземлился? Какого хера ты мне написал? Может, ты уже знаешь, как отсюда свинтить? — набрасывается на него Тэхён.       — Тэ, ты чего? — даже слегка отстраняется от омеги Юнги. — Конечно, не знаю. Просто не хочу тебя ни к чему принуждать. Если тебе тут хорошо…       — Ага, пиздец, как отлично! — почти кричит Тэхён. — Трахают её, а шатают меня! Мин, бля, ты сам понимаешь, что значит — жить в чужом теле? Нет? Вот и не суйся! Идём, нас ждут великие дела! — тащит принцесса за собой альфу. — И попробуй только ещё хоть раз обидеть мелкого! Клянусь, я его у тебя отобью! Кое-что я поглядел у Хоси: Пак точно будет моим!       Мин даже побледнел, представив, что узнал Тэхён от Хосока!       Ребята быстро шли по лесу. Чонгук уверенно вёл их по едва приметной тропке. Вскоре, уже на закате, они приблизились к холмику-домику ведьмы. Та опять ждала их снаружи. Она внимательно посмотрела на принцессу и улыбнулась:       — Есть, из-за чего голову потерять! Пойдём, поговорим.       Ведьма взяла Тэхёна за руку и отвела за домик. Там она внимательно оглядела её и спросила:       — Ты действительно готов? Если ты ещё раз предашь свою природу, больше тебе никто не поможет!       — Я готов, Мать, — твёрдо говорит Тэхён.       — Хорошо, — кивнула ведьма, и они вернулись к ожидающим их мужчинам. Внимательно оглядев парней, она ткнула на Мина: — Мне нужна твоя сила, юноша.       Мин, ни секунды не колеблясь, кивнул. Сделал шаг вперёд и протянул руку. Старуха взяла её, внимательно посмотрела на ладонь и криво усмехнулась:       — У тебя получилось отпустить такую любовь! Это невероятно. Но и награда будет велика. Не наделай только глупостей.       — А разве я не умру? — тихо спросил Юнги.       — Это с чего бы? Мне нужна твоя сила, чтобы починить его, — кивнула ведьма на принцессу. — Моих сил лечить и твоих чинить должно хватить. Но если нам помогут с той стороны, будет просто замечательно! Держи мою руку. Я открою вам двери.       Ночное небо уже забрызгали звёзды, но Луна появиться не спешила. Ведьма начертила несколько кругов один в другом. Самый широкий — для их защиты. Во втором стоит она с Юнги и Хосоком. В третьем Тэхён и Чонгук. В четвёртом они проходят проверку, в какой именно мир их нужно вернуть, и только из пятого они могут попасть к прорехе. Тэхён внимательно смотрел вверх. И вдруг крикнул:       — Я вижу! И там… Намджун?       — Тот, кто держит прореху? Я не знаю, милый. Но силы у парня на исходе. Первым пойдёшь ты, — кивает старуха Чонгуку.       Тот кивает, и шагает в один круг, в другой… Исчезает, словно его и не было.       — Теперь иди ты, милый.       Тэхён возвращается в их круг. Обнимает Хосока. Слёзы льются из прекрасных карих глаз.       — Хось, я не могу… Я не хочу терять тебя!       — Так, парень, — растаскивает их ведьма. — Тебе никто не сказал, но такую связь, как у вас с принцессой, так просто не порвать. Если она согласится, и ты пожелаешь, вы сможете видеть глазами друг друга. Так что, не ной. Увидишь ты своего Хосока. Даже услышишь. Обнять, конечно, не получится, но вам этого и не надо. А теперь иди, нам многое нужно сделать.       — Мин, спасибо. Ты мне очень помог. И продолжаешь жертвовать собой! Я жду тебя на той стороне, Бро! — и Тэхён смело шагает в самый центр.       Разъединение происходит слишком болезненно. Принцесса приходит в себя и видит Хосока, который стоит от неё вдалеке. Она тянет к нему руки, но он только качает головой:       — Я не могу, любимая! Я жду тебя тут, ты сама должна вернуться ко мне. Иди сюда! Мы же говорили об этом…       Девушка хочет сделать шаг, но что-то не пускает её, мешает ногам двигаться. Принцесса плачет и видит, что слёзы текут и по лицу её любимого рыцаря.       — Помоги мне, супруг мой!       Хосок делает движение, но ведьма кричит:       — Стоять! Вас двоих затянет, но тебя унесёт в твой мир, а она вернётся сюда! Ты этого хочешь? Зови её! Она должна сама прийти!       — Дорогая, Ви-Тэ! Сделай усилие, приди ко мне, любимая, — со слезами на глазах молит Хосок.       И девушка, наконец, делает шаг, другой и выходит из круга. Синие глаза сияют от слёз. Она падает в объятия любимого и спрашивает:       — У нас получилось? Твой друг ушёл?       — Мать, где Тэхён?       — Он застрял в ткани Мироздания. Не отвлекай меня, я пробую восстановить не только его душу, но и тело. Эх, помогли бы нам с той стороны! Но нет, не хотят…

***

      Чимин опустошил всех боевиков за десять минут. Он вытянул энергию из всего, что было в радиусе пятидесяти километров, преобразовал её и впихнул в Намджуна. Но без генератора энергия тратилась слишком быстро.       Джин стоял рядом и, не скрываясь, рыдал. Он потерял брата и неизбежно терял любимого. И всё из-за этого бешеного омеги! Будь он проклят! Чимин тихо прошептал:       — Это всё, Джин. Мы выиграли бой, но потеряли свой мир. Зря мы сделали это с Тэхёном! Мы сломали всё, что нам было дорого…       — Заткнись, Чимин! — почти рычит старший. — Ты ещё найдёшь себе мужа, а вот я потерял брата! И любимого человека теряю! И Ким, будь он проклят…       — Ни при чём, Джин, — мягко прерывает его Пак. — Просто признай, что он красивый, умный, честный, достойный. В него невозможно не влюбиться. Я не могу винить Мина в том, что Тэ появился в его жизни раньше меня. Даже не так. Если бы не Тэхён, в моей жизни никогда не появился бы Мин. Как и в твоей Намджун. Признайся, Джин, что парень подарил нам своих друзей, а не отнимал любимых! Мы были к нему несправедливы, и теперь пожинаем плоды своих поступков.       Джин уже стоял на коленях и, опустив лицо на ладони, кивал:       — Ты прав, Чим. Ты прав. Я всё испортил!       — О, Джин-и, что это? — внезапно срывается на крик голос Чимина.       Намджун, давно потерявший сознание, выталкивается кем-то из прорехи. Его держит на руках Чонгук. Он кладёт парня к ногам брата, велит ему:       — Лечи! — а сам смотрит в прореху.       Лицо его суровое, почти злое. Он ждёт, но ничего не появляется. Прореха медленно стягивается. Он бросается к ней и начинает удерживать края. Джин, сквозь слёзы, зовёт:       — Чонгук, вернись! У нас нет сил поддержать тебя! Ты никого не спасёшь!       — Заткнись, Джин! Лечи своего альфу и молчи! И не смей больше лезть в мою жизнь! Если Тэхён не вернётся, я снова уйду за ним, и больше не вернусь сюда!       Альфа полностью встаёт в прореху и какое-то время ничего не происходит. Но вдруг он начинает шептать:       — Тэ, иди ко мне! Не бойся, мой мальчик! Я не обижу тебя. И никому не позволю этого сделать! Просто прошу тебя, не бойся. Иди ко мне, дай мне руку. Джин! — кричит Чонгук. — Помоги Тэхёну! Джин, ты мне должен любимого человека!       Он выпрыгивает из прорехи и на его руках без чувств висит омега. Тот, который всего пятнадцать минут назад вылетел в прореху. Однако Джин опытным глазом лекаря сразу видит изменения: нет синевы под глазами, омега выглядит здоровым и полным сил, вот только никак не приходит в себя. Джин хватает его за руку и удивлённо смотрит в глаза брату.       — Чонгук… — начинает он, но в прореху влетает Мин.       Юнги сразу цепляется взглядом за Чимина и бежит к нему.       — Ты ещё тут, Кнопочка! О, как хорошо, что я не потерял тебя! Сколько времени прошло?.. О, похоже, совсем немного, ты и соскучиться не успел! А я чуть не сдох там без тебя! Чимин…       — Юнги, — перебивает парня омега, — где Хосок? Прореха почти стянулась!       — Кнопочка, смирись. Хосок не вернётся. Он там нашёл свою любовь. Но если ты хочешь его вернуть, я…       — Юнги, ты дурак? — интересуется Чимин. — Если он там счастлив, что ему делать тут? Я рад, что хотя бы у него всё будет хорошо.       — Если ты дашь мне шанс, то и у нас с тобой всё будет отлично. А если нет… — альфа грустно вздохнул, помялся и продолжил: — Тэхён сказал, что отобьёт тебя у меня. И ведь он сможет, падла такая! Хосок его чему-то научил, а зная этого извращенца, я уверен, что Тэ мигом вскружит тебе голову, Чим. Прошу, не поддавайся этому паразиту!       — Ой, бля! Какой же ты дебил, Мин, — застонал на руках Чонгука Тэхён. — Чим, давай я женюсь на тебе. Ну серьёзно! — встаёт омега с рук Чонгука и, чуть шатаясь, идёт к Паку. — Усыновим пару ребятишек и будем жить долго и счастливо! А этого тупня оставим учиться хорошим манерам. Ты как смотришь на это, Чимочка?       Пак смущённо прячется за спину Юнги. Тэхён, пока ещё бледный, но уже улыбающийся и снова напористый, слегка пугает омежку. Мин прячет его в своих объятиях и говорит:       — Отвали от моего мальчика, наглый извращенец! Я сам женюсь на нём и сделаю ему столько детей, сколько он захочет! А ты вали к своему альфе, не лезь к нам!       Тэхён смеётся, отходит в сторону и почти падает. Его подхватывает Чонгук и прижимает к себе.       — Тэхён, будь аккуратнее. Это тело… Оно не то, что было у тебя. Это… Другое, новое. То… Погибло.       — Я так и понял, тренер Чон. И кто я теперь?       — В каком смысле — кто? Ты — Ким Тэхён. Ведьма как бы заново собрала тебя из ткани Мироздания. Так что, ты это ты. Только не отравлен таблетками. И должен бы стать таким, каким был до своих проблем, но, что-то в глаза не бросается. Ты такой же дерзкий, каким и был.       — Ага. Я всегда таким был, тренер Чон. Думаете, зря меня так ненавидели омеги моего класса? Я в одиночном бою всегда побеждал. Поэтому они начали бить меня толпой. Но когда мы с Мином вставали спина к спине, хрен нас кто мог одолеть! Да, Юнги? Не отвлекайся, целуй Чимина, а то я его поцелую!       Когда Намджун пришёл в себя, ребята вернулись в особняк Чонов. Там Чонгук рассказал про их приключения, про то, как Хосок нашёл там свою любовь, и как они вернулись. Джин, всхлипывая, то и дело повторял:       — Простите меня… Простите… Тэхён, прости…       — Всё нормально, Джин, — увещевал его Тэхён. — Хос счастлив. Я здоров. Можно сказать, ты спас нас. Всё хорошо…       Однако, когда всё было рассказано, Тэхён резко засобирался домой, хотя за окном уже стемнело. Джин, посмотрев на улицу, подошёл к Тэхёну и взял за руку.       — Я понимаю, что одними словами не исправить того, что я натворил, но прошу тебя, Ви, выслушай меня, а потом решишь — ехать тебе домой или не стоит.       Тэхён кивает. Ему очень хочется увидеть деда, сказать ему, что с ним всё в порядке. И между ними тоже всё хорошо, что он не против. Что он хочет и будет проводить рядом с дедом всё оставшееся у них время, если не будет сильно мешать им. Но Джин смотрит на него так жалостливо, что сердце омеги тает, и он кивает: дед его должен понять. Эти люди тоже стали для него семьёй. А в семье принято давать друг другу шансы почти бесконечно…