Пойдём | Let's Go

      — Это всё твоя вина! — Мебуки швырнула стул в Какаши Хатаке.       Он, конечно же, увернулся, и Наруто вздрогнул. Каждую неделю они собирались в Башне Хокаге, чтобы обсудить любую информацию о Сакуре и о том, видели ли её где-нибудь. Суна держалась особняком после той ерунды, которую они устроили прямо перед отменёнными экзаменами.       Конечно же, за всем этим стоял Орочимару, и они сделали Цунаде Сенджу Хокаге. Родители Сакуры обвинили Какаши в её исчезновении. Когда всё пошло наперекосяк, они (деревня) обвинили ниндзя Песков в её убийстве, хотя тело так и не нашли.       Между ними всеми была напряжённость, и это сильно ранило Наруто.       — Вам нужно успокоиться…       — НЕТ! Ты должен был её научить! — завизжала Мебуки, дрожа от ярости.       Кизаши сидел в углу, уставившись в пол. Наруто хотел утешить расстроенную женщину, но в прошлый раз, когда он попытался это сделать, она дала ему пощёчину. Саске не появлялся на этих встречах весь последний месяц. Казалось, он ещё больше замкнулся в себе. Ино пришла бы, если бы могла, но сегодня она была занята семейными делами.       Все экзамены, связанные с продвижением по службе, были приостановлены до дальнейшего уведомления.       — Готова поспорить, что её убил тот рыжеволосый псих! Он пропал без вести перед тем, как Суна напала на нашу деревню! Ты должен был защищать её! Она была всего лишь генином!       — Она была ниндзя, — холодно произнёс Какаши, глядя в окно, а не на мать-блондинку.       — Как, чёрт возьми, она могла быть ниндзя, если ты её ничему не научил?       Наруто вздрогнул и бросил на своего сенсея косой взгляд.       Оглядываясь назад, можно сказать, что на самом деле он не уделял Сакуре должного внимания. Наруто был чертовски уверен, что Сакура сбежала или её похитили против её воли. Не может быть, чтобы кто-то с такой сильной волей, как у Сакуры, просто умерла без боя, и тому не было доказательств. Он понял, что они мало что сделали для неё, когда она сама шла на жертвы. Ему стало ещё хуже от того, что он не помог ей так, как она помогла им с миссией «Строитель моста».       — Прошу прощения?       — Да ладно! Не делай вид, что ты обиделся!       Кизаши наконец поднял взгляд.       — Она права, — сказал он механическим голосом. — Каждый раз, когда наша Тыковка говорила о тебе и тех двух мальчишках, казалось, что она так ничему и не научилась. Она наблюдала за тобой. Мы спрашивали её, чему она научилась, но она даже не могла нам ответить. Сакура, может, и была девчонкой и ей нравились мальчики, но она не была идиоткой. Каждый день, когда она возвращалась домой, в её глазах читалось явное разочарование.       Какаши сжал кулаки и заскрипел зубами, когда Цунаде громко вздохнула.       — Это правда, Какаши? — спросила она, сложив руки на столе. — Ты проигнорировал её?       Он ничего не сказал.       — Это правда… — Наруто тихо ответил. — Простите.       Все взрослые в комнате посмотрели на него. Он чувствовал раздражение Какаши.       — Наруто, прекрати. У тебя был не очень хороший учитель, который мог бы показать тебе, что правильно, — тихо сказала Мебуки. — Ты продолжал искать её, так что я знаю, что ты не виноват.       — Я всё ещё думаю, что она жива! Сакура такая умная!       — Спасибо, сынок. Это очень много для меня значит, — улыбнулся Кизаши.       — Я отправлю другую команду АНБУ, — сказала Цунаде, — но тот факт, что мы ничего не слышим, указывает либо на её смерть, либо на то, что она не хочет, чтобы её нашли. Я знаю, вы не хотите этого слышать, но такова реальность ситуации.       — Да, Госпожа Хокаге, — сказала Мебуки, направляясь к двери. — Мы просто хотим, чтобы всё было закончено. Это всё, о чем мы просим.       — Я полностью понимаю, и мы сделаем всё возможное, чтобы получить ваши ответы.       Харуно ушли, и Цунаде откашлялась.       — Какаши Хатаке. Ты освобождён от любых внешних миссий. Мне нужно, чтобы ты присмотрел за Саске Учихой. Этот парень и так натерпелся в своей жизни. Наруто, Джирайя должен вернуться через два дня, и вы двое можете пойти поискать Сакуру. Поскольку ты выполнял множество миссий для деревни и помогал финансировать поисковые отряды АНБУ, я не буду тебе в этом отказывать. Чертовски жаль ту девочку.       Она достала фляжку и сделала глоток.       — В каждой деревне силён сексизм по отношению к женщинам, и, похоже, Сакура стала его жертвой. Я изучила всех людей, файлы и слухи об этой девочке, и из неё получился бы чертовски хороший ниндзя-медик. Такой контроль над чакрой в столь юном возрасте — дар небес. Со мной в детстве обращались так же, но я добилась успеха только благодаря своим товарищам по команде. Они меня поддерживали. Мне приходилось бороться усерднее, чем всем остальным, даже несмотря на то, что я внучка Первого. Ты лишил Сакуру Харуно шанса стать выдающимся ниндзя, и это явное пренебрежение.       Она отодвинула в сторону какие-то бумаги.       — Мы несём ответственность за её исчезновение. Они вполне могут подать на нас в суд и завладеть этой деревней. Существуют определённые законы, которые не позволяют нашим шиноби недостаточно тренироваться.       Наруто тихо кивнул.       — Вы оба свободны.       Блондин выбежал из Башни Хокаге и направился к цветочному магазину Яманака. Он рассказывал Ино обо всех встречах, которые она пропускала. Дверь распахнулась, и Ино вышла поприветствовать его с широкой улыбкой. По крайней мере, у него всё ещё был друг.

***

      — Значит, ты хочешь изучать медицинское ниндзюцу? — спросила Сакура, присев на корточки перед книжным шкафом.       Гаара кивнул в ответ и опустился на колени рядом с ней.       — Хорошо. Это отличная идея! У тебя всё получится, ведь ты умеешь управлять песком! — взволнованно прошептала она.       Он слегка улыбнулся ей и посмотрел на книги. Они перевоплотились в подростков, чтобы никто не приставал к ним с расспросами о том, что они делают в отделе ниндзюцу. В Медведе у них возникли некоторые проблемы, поскольку они не были генинами (были, но не могли носить повязки), поэтому им потребовалось несколько дней, чтобы попасть внутрь, купить нужные книги и уйти.       Сакура, нахмурившись, пролистала несколько страниц.       — Здесь не очень понятно… Они объясняют, как это работает, но не рассказывают, как использовать чакру по своему усмотрению.       — Мы всегда можем поэкспериментировать, — предложил он.       Сакура ухмыльнулась.       Ей удалось научиться контролировать свою чакру настолько, чтобы сразиться с Гаарой и бросить ему вызов. Она несколько раз пробила его ультимативную защиту и почти сравнялась с ним в скорости. Ей потребовалось два дня, чтобы научиться управлять ей так, чтобы она не отключалась, и неделя, чтобы практически овладеть ей.       Когда всё было готово, Гаара обрабатывал её раны, слегка нахмурившись.

***

      — Ты постоянно получаешь травмы.       — Всё в порядке! Это небольшая цена за то, чтобы стать лучше! — Сакура слабо рассмеялась.       Она смотрела, как он проводит указательным пальцем по её перевязанным костяшкам. Они были в крови и синяках от её изнурительных тренировок. По крайней мере, она добилась результата.       — Это несправедливо по отношению к тебе. Как ты можешь сражаться, если тебе постоянно больно?       Выражение её лица смягчилось. С тех пор как они покинули Гору, Гаара стал более эмоциональным, поэтому она заметила его беспокойство, пусть и на мгновение.       — Я всегда буду сражаться, но я знаю, что ты меня поддержишь, правда?       Она увидела, как он напрягся и отвел взгляд, но кивнул. Когда она потянулась за спиртом, чтобы обработать вторую руку, он остановил её.       — Давай я.       Она кивнула. Гаара всегда обращался с ней так, словно она была хрупкой, — почти как со стеклянной, когда дело касалось её ран. Это её нисколько не обижало. Это было очень мило и трогательно. Она видела, на что он способен, поэтому неудивительно, что он был особенно осторожен, прикасаясь к другим.       Что-то внутри неё подсказывало, что он нечасто общается с людьми.       — Думаю, мне стоит изучить медицинское ниндзюцу.       Голос Гаары вырвал её из раздумий. Она моргнула, и её губы приоткрылись от удивления.       — П-правда?       — Да. В этом есть смысл. Я могу защитить себя, но у тебя нет песка, как у меня. Я смогу исцелить тебя и при этом защитить нас обоих.       Он не смотрел ей в глаза, но она улыбнулась.       — Думаю, это отличная идея.

***

      — Я не против. Может, начнёшь с мелких животных или насекомых и постепенно будешь продвигаться дальше? Я не против, чтобы ты тренировался на мне.       Гаара бросил на неё взгляд.       — Я доверяю тебе, Гаара, — тихо сказала она, положив руку ему на предплечье. — Я знаю, что ты не причинишь мне вреда.       Она видела, как на его лице сменяются эмоции, а книга в его руках сжимается в комок. Он отвернулся, устремив взгляд своих стеклянных глаз на деревянный пол книжного магазина.       — Ты этого не знаешь.       Его голос прозвучал так тихо, что она почти не расслышала его. Атмосфера вокруг них стала неловкой и напряжённой.       Я сказала что-то не то. Он что, не доверяет себе?       — Мы можем учиться вместе, — тихо сказала она, — вместе во всём разберёмся.       Гаара ничего не ответил, но кивнул.       Они расплатились и вышли из магазина, не сказав друг другу ни слова.

***

      Прошло три дня. Сакура не настаивала на разговоре, и он был ей за это благодарен. Он не знал, как реагировать на её слова. На то, что она ему доверяет. Он знал, что она не должна ему доверять, но доверяла. Она доверяла ему, хотя почти ничего о нём не знала.       Она относилась к нему как к человеку, а не как к какому-то монстру.       Каждая её лучезарная улыбка была для него как удар ножом в руку — в сердце. Он предавал её доверие.       Я ей не понравлюсь.       Ну а кому бы понравился?       Гаара едва не заскрежетал зубами, но сумел сдержаться. Сакура была занята тем, что делала пометки, слегка высунув язык из уголка рта. Он был удивлён, когда впервые увидел, как она пишет, ведь сам он едва мог написать своё имя. Он просто копировал то, что люди записывали для экзаменов на звание тюнина, не понимая, что это значит.       Она была шокирована, когда он сказал, что не умеет писать, но показала ему, как это делается. Он по-прежнему был медлителен, но его навыки чтения значительно улучшились.       На его лице на секунду появилась улыбка, но этот голос решил испортить ему настроение.       Ты можешь убивать как профессионал, но не умеешь читать. Какой же ты тупой!       — Ты в порядке?       Голос Сакуры прервал его размышления и нарастающую ярость. Он лишь взглянул на неё.       — Ты в порядке, Гаара?       Он кивнул.       — Ну, я тут подумала… Может, стоит пойти в гостиницу? Небо выглядит не очень…       Он посмотрел вверх и увидел тёмно-серое небо. В то утро было ярко и солнечно, и они действительно провели большую часть времени в тени деревьев, но, похоже, скоро начнется гроза. Он едва заметил, что воздух вокруг них стал прохладнее.       — Я думаю, это отличная идея.       Она улыбнулась ему и закрыла книгу.       — Было бы здорово хоть раз поваляться в постели! Нам не нужны проблемы со спиной до шестнадцати лет!       Он слегка улыбнулся в ответ на её шутку, и они собрались отправиться в ближайший город.

***

      Они добрались до гостиницы как раз вовремя. Они выбрали номер, а затем направились в обеденный зал и бар, куда начали стекаться ниндзя и путешественники, спасаясь от непогоды.       Гаара видел, как его сестра Темари ела, но она почти ничего не брала. Или, может быть, она заметила его и больше не хотела есть, а вот Сакура могла есть сколько угодно. Когда они ели вне дома, она больше всего любила сладости. Он заметил, что с тех пор, как она начала заниматься тайдзюцу на основе чакры, она стала есть больше продуктов, содержащих белок.       — Может, нам стоит подняться… На случай, если кто-то нас почувствует.       Сакура откусила ещё кусочек торта и кивнула. Она взяла с собой остатки еды, а Гаара — напитки. Они поднялись в свою комнату, и Гаара запер дверь, засыпав щели песком, чтобы никто не проник внутрь.       — Хочешь сыграть в карточную игру?       — Карточная игра?       — Ага! Я тебя научу! Она называется «Вперёд рыба»!       Сакура рассказала ему правила и объясняла каждый шаг во время игры. Правила были довольно простыми и помогали расслабиться. Когда они дошли до третьей игры, им удалось играть намного быстрее, и игра стала соревновательной.       Он никогда раньше не играл в карты.       — Фу! Как я могла снова проиграть?! - Сакура застонала и запрокинула голову.       Гаара слегка ухмыльнулся, неумело перетасовав карты. Сакура улыбнулась ему, терпеливо ожидая, пока он справится с перетасовкой.       - Я подумала, что, возможно, было глупо брать их с собой, но я рада, что взяла их.       Он кивнул в знак согласия.       Они сыграли ещё десять партий, прежде чем Сакура начала зевать.       - Устала? — спросил он, и она кивнула, протирая глаза.       Они убрали карты и по очереди приняли душ. Сакура легла на кровать, её мокрые розовые волосы разметались по подушке. Она закрыла глаза и приоткрыла губы, а через несколько минут уже храпела.       Гаара не смог сдержать улыбку. Он никогда раньше не слышал, чтобы кто-то храпел, кроме Сакуры.       Он устроился рядом с ней, стараясь не разбудить её. Он сидел и смотрел в окно несколько минут, пока она не повернулась на бок, обняла его и уткнулась лицом ему в бок. Он замер на несколько минут, не зная, что делать.       Мальчик посмотрел на руку Сакуры, которая стала темнее, чем раньше, и была покрыта заживающими порезами и шрамами. Он провёл пальцами по её руке, нащупав бледный шрам, который выделялся на фоне остальных.       Интересно, откуда он у неё.       Гаара вообще не был покрыт шрамами. Именно в такие моменты он осознавал, насколько хрупкими были другие люди по сравнению с ним. Он перешёл к самому свежему порезу и направил чакру на свою руку, заставив её мерцать мятно-зелёным цветом. Её порезы начали затягиваться, оставляя после себя исчезающий шрам. Он зачарованно наблюдал, как раны исчезают.       Мятно-зелёная чакра исчезла, так как он больше не мог видеть порезов и не хотел рисковать, причиняя ей боль.       После этого Шукаку замолчал, и он смог спокойно провести ночь, слушая тихий храп и дыхание Сакуры.