Пойдём | Let's Go

      Сакура обернулась — глупый поступок, но воздух был настолько плотным от чакры, что она не могла это игнорировать. Это было настолько тяжёлым и подавляющим, что она вообще забыла о боли. Что-то чёрное промчалось мимо неё, и она почувствовала тяжесть этой атаки… Что бы это ни было. Это определённо было нечто не из этого мира.       Пыль рассеялась, и она увидела, насколько изрезана земля, а в конце — Шукаку с убийством в глазах.       Её старые товарищи по команде разбежались куда-то, но она не могла сосредоточиться на том, где они. В тот момент их просто не существовало — её взгляд был прикован к её лучшему другу.       Шукаку в своей истинной форме, его отметины вспыхивали подобно предупреждению, как это делают некоторые животные в природе. Сакура была поражена таким зрелищем. Символ её клана на его предплечье тоже мерцал, и внутри неё всколыхнулись эмоции, но они быстро забылись.       Странное онемение начало охватывать её.       Вот именно...       Дрожащей рукой она подняла неповреждённую руку, чтобы попытаться исцелить рану, но, боже, это казалось непосильной задачей. Её дыхание было прерывистым. Глаза не могли сфокусироваться. Это из-за потери крови?       Вероятно.       Её вырвали из сумбурных мыслей, когда Шукаку прикрыл её одним когтем, а другим разорвал землю, а его рёв сотряс всё вокруг.              Кисаме отпрыгнул на расстояние, и Сакура могла видеть ужас в его глазах. Итачи не было рядом, но его напарник сделал несколько шагов назад.       — УБИРАЙТЕСЬ, ИЛИ Я ВАС, НАХЕР, УБЬЮ!       Синий мужчина, казалось, был так ошеломлён, что прирос к земле.       — ТЫ ТРОНУЛ МОЁ! УБИРАЙТЕСЬ, ИЛИ Я СОЖРУ ВАС ЗАЖИВО!       Это был первый раз, когда она слышала Шукаку в гневе. Она знала его уже больше года, и это был первый раз, когда она увидела силу хвостатого зверя в действии.       Это поразило её как нечто прекрасное и ужасающее.       Величественное.       Едва заметив, что кровотечение замедлилось из-за песка, направляющего целительную чакру в её тело, она устало перевела свои зелёные глаза обратно на Кисаме. Теперь Итачи был рядом с ним, истекая кровью от ран. Он схватил Кисаме, выводя его из ступора. Адовы глаза снова остановились на них, выражение лица Итачи было нечитаемым.       Она понятия не имела, что думать об этом, но там было что-то.       Чего она не замечала?       А затем…       Сакура чуть не раскрыла рот от осознания, что они ушли. Они отступили, исчезая быстро, оставляя за собой кровавый след.       Она понятия не имела, почему Шукаку их не убил. Они были незакрытыми вопросами, которые могли вернуться позже за местью. От этой мысли её желудок скрутило от беспокойства, но она была не в том состоянии, чтобы прикончить их самой.       Возможно, поэтому. Он не оставит меня сейчас.       Два члена Акацуки скрылись вдалеке, исчезнув из виду, и световое шоу на гигантском теле Шукаку наконец прекратилось.       Песчаный зверь опустил морду, на его лице застыла тревога. В его золотых глазах появился странный зеленовато-голубой оттенок.       — Я-я в порядке. Я… прости, — прошептала она, извиняясь, — я облажалась.       Сомнения начали одолевать её. Она пострадала, потому что была неосторожна. Это была её вина, что они ушли.       — Нет! Мне жаль....       Он быстро отвернулся.       — Я потерял контроль. Я... чёрт. Чёрт! Ты в порядке? Мне так жаль!       Несмотря на боль, Сакура улыбнулась ему, и это было похоже на гримасу.       — Не твоя вина. Он использовал туманную технику, да? Я-я…       Она поняла, что боль в её руке отступает. Она опустила свои изумрудные глаза и увидела, что мышцы снова сшиты вместе. Было странно видеть это.       — Я думаю, этот меч высосал часть моей чакры, — прошептала она. — Я бы не сожгла её так быстро. Только когда песок был мокрым, но я думаю, он это сделал…       — Этот меч был чертовски странным. Я мог сказать, что он был почти… живым. Я просто не знал, что он сделает. По крайней мере, теперь мы знаем.       Она чувствовала, как её кожа снова срастается. Она несколько раз поморщилась — ощущение было странным, похожим на уколы иголок.       — Гаара читал о том, как можно притупить боль чакрой. Он сказал, что научит тебя, но у него есть предчувствие, что ты будешь сражаться с зияющей раной, и это было бы неразумно.       Она слабо рассмеялась. Она была немного безрассудной. Шукаку усмехнулся, но она всё ещё видела тревогу и беспокойство на его песчаном лице.       — Спасибо. Я люблю вас обоих. Теперь мы знаем на следующий раз. Никакой пощады.       — Никакой пощады для таких ублюдков. Они ранили тебя...       Сакура махнула здоровой рукой.       — Расплата придёт, когда придёт время, но пока мы не будем активно их искать.       Шукаку ощетинился, низко зарычав.       — Ладно! В следующий раз — при встрече!       — Если только они не будут в людном месте. Мы не можем рисковать, чтобы нас преследовали, причиняя вред невинным людям.       Он закатил свои золотые глаза и просто кивнул. Он почти выглядел надутым.       Потребовалось в общей сложности шестнадцать минут, чтобы полностью восстановить её руку. Когда чувство вернулось, она поморщилась.       Остался шрам. Это было не самое страшное… Возможно, много лет назад она была бы расстроена этим, но теперь это было доказательством того, что она выжила.       Доказательством того, что её жизнь стоила того, чтобы жить, и что они выбрали её, а не завершение битвы. Несмотря на туманность всего, что только что произошло, она снова почувствовала внутри себя всплеск эмоций.       — Гаара всё ещё очень расстроен. Он не знает, хочет ли пока выходить.       Сакура подняла на него взгляд и мягко улыбнулась.       — Теперь всё в порядке. Я не злюсь на тебя. Если бы ты остался слишком близко, ты бы двигался медленнее, и я могла бы умереть. Я думаю, ты поступил правильно, отойдя тогда. Это было лучшее решение в тот момент.       Он ничего не сказал, вместо этого его глаза скользнули по её телу. Возможно, он проверял, не лжёт ли она или всё ещё испытывает боль. Её рука болела, но она выживет. Она чувствовала себя такой уставшей, и это было хуже, чем истощение чакры.       — Теперь нам нужно поговорить с ними.       Он дал понять о своём недовольстве, фыркнув, словно это было досадной необходимостью, но она усмехнулась.       Шукаку отказался позволить ей идти пешком. Её поместили на его голову, и он медленно подошёл к ним. Она задавалась вопросом, пытался ли он выглядеть как можно менее угрожающим. Что ж, это было не похоже на него, но если бы он ворвался к ним, они могли бы убежать.       Теперь она видела их, за кустами. Они явно стояли сбившись в кучу и о чём-то говорили. Выражения их лиц было трудно прочитать с такой высоты. Когда Шукаку опустился, похожий на кота, свернувшегося калачиком, он поместил её прямо между своих когтей. Его золотые глаза вспыхнули — предупреждая их не говорить и не делать ничего, что ему не понравится.       — Теперь можно выходить? — спросил Какаши, его тёмные глаза устремились на неё.       Он выглядел… встревоженным. Возможно, даже злым. Не видя всего его лица, было трудно его прочитать.       — Пока вы не проявляете к нам агрессии, беспокоиться не о чем, — сказала Сакура, махнув рукой.       Она наблюдала, как Саске, Наруто и Ино вышли из укрытия.       Саске выглядел очень раздражённым и отстранённым.       Наруто практически избегал её взгляда, выглядев пристыжённым.       Ино нервно теребила руки.       — У вас есть что-то от Пятой Хокаге, верно? Я хотела бы получить это сейчас.       Наруто кивнул и полез в куртку. Он достал два свитка.       — Красный — от бабушки Цунаде, а синий — от твоих родителей… Они хотели кое-что передать.       Сакура мягко улыбнулась.       Они всё ещё думают обо мне.       — Спасибо, Наруто.       Она не знала, что чувствовать. Она думала, что почувствует гнев, но вместо этого она чувствовала… покой.       Она так переживала из-за внутреннего конфликта всё это время. Часть её думала, что, возможно, она даже захочет вернуться домой, но этого тоже не было.       После всего, через что я прошла, как я могу чувствовать… почти ничего?       Какаши всегда проповедовал командную работу, но на самом деле её не было. Сакура не чувствовала привязанности к ним. Даже к такой, как Ино, она чувствовала себя глупо. Глупо было ссориться из-за слабоумного мальчика. Движимого желанием только мести. У него была глубина лужи. Неужели всё это время дело было только в его красивом лице?       Сакуре стало почти стыдно.       Она провела рукой по его песчаному когтю, чтобы напомнить ему, что она здесь и с ней всё в порядке.       Свитками в руках Сакура достала свиток из своей сумки на ноге. Она призвала пустой из свитка хранения и достала ручку.       Она начала писать, какой бы уставшей ни была, но хотела сообщить новой Хокаге о своих выводах. Похоже, они с Темари объединялись, так что будет лучше сообщить и ей. Она слегка высунула язык, продолжая обдумывать, что хочет сказать. Она составила отчёт максимально официально, избегая обвинений и эмоций.       К четвёртому абзацу Ино прочистила горло.       Изумрудные глаза Сакуры мгновенно остановились на ней, и она увидела, как её бывшая соперница нервно заёрзала.       — Привет.       Розовые брови Сакуры взметнулись вверх.       — Здравствуй.       Наруто, казалось, поморщился от такого плоского ответа. Сакура почувствовала лёгкое веселье, но ощутила, как песок касается её кожи. Шукаку не сдвинулся ни на дюйм с тех пор, как устроился.       — Хм… Как ты? — тихо спросила блондинка. — Ты выглядишь очень хорошо! Ты такая…       Сакура на мгновение изучила её. Она, конечно, была напряжена, но этого и следовало ожидать.       — Классная.       — Классная? — переспросила Сакура с неверием.       Шукаку фыркнул, прежде чем усмехнуться:       — Ты очень крута, Сакура.       Она не смогла скрыть усмешки:       — Тогда я приму комплимент.       Затем она рассмеялась.       Крутая...       Она понятия не имела, почему это было так смешно…       Так освобождающе.       Быть увиденной.       — Спасибо, Ино. Я всё та же, знаешь.       — Конечно, ты та же. Просто никому не было дела до того, чтобы увидеть, насколько ты смертоносна и прекрасна на самом деле.       Сакура вернулась к письму, чувствуя, как один из когтей Шукаку в успокаивающем жесте касается её обуви.       — Разве ты не собираешься прочитать свитки?       Она проигнорировала Наруто целую минуту, прежде чем поднять взгляд.       Её чувства к нему были… горькими до определённой степени.       — Я прочитаю… позже. Нам нужно доставить тебя обратно в Коноху, Наруто. Здесь для тебя небезопасно.       Его голубые глаза расширились.       — Н-Но как же ты?!       Она приподняла бровь.       — А что я? — спросила она почти защищаясь.       Он беззвучно открывал рот от шока, но его плечи поникли от поражения.       Она вернулась к письму и наконец закончила свой отчёт.       — Как думаешь? — спросила она, поднимая его для Шукаку.       Его золотые глаза пробежались по тексту.       — Я думаю, ты учла всё. Гаара согласен.       — Хорошо.       Сакура поднялась, рука всё ещё слегка болела.       — Легче?       — Всё будет хорошо.       — Хм-м-м.       — Если я начну чувствовать себя странно, я дам тебе знать, - она фыркнула.       — Лучше дай. Я знаю, какая ты.       Сакура одарила его довольной ухмылкой.       — Здесь я спорить не могу. Ладно, давайте вернёмся в Коноху. Тебе здесь не место, Наруто.       Он сжал губы, избегая зрительного контакта, прежде чем вздохнуть.       — Мы хотели — я и Ино хотели найти тебя. Я дал понять бабушке Цунаде, что хочу помочь найти тебя.       Всё тело Сакуры напряглось.       Она словно на мгновение окунулась в ледяную воду.       Но… но зачем?       Внутренняя Сакура молчала.       Она отсутствовала уже некоторое время, и она едва это заметила.       Было одиноко и тревожно не иметь её внутреннего голоса.       Что-то коснулось её спины, напоминая, что она не одна.       — Хм, — наконец выдавила она, но это был не вопрос.       Ино и Наруто озадаченно посмотрели на неё.       Сакура решила, что не даст никому из них отпущения.       Даже Ино.       — Хатаке.       Какаши на мгновение вздрогнул, а Саске уставился с открытым ртом.       — Отправь одну из своих собак к Хокаге. Я хочу лично передать ей свои выводы, но я не ступлю ногой в Коноху — ни на секунду.       Его тёмные глаза вспыхнули чем-то, но ей было всё равно.       Доставить Наруто домой, обратиться к Цунаде Сенджу и отправиться дальше.       Возможно, устроить нервный срыв где-нибудь после этого. Им определённо нужно будет залечь на дно, пока она не почувствует себя лучше. Этот меч вызвал у неё почти тошноту.       — Как мне знать, что ты не собираешься напасть на нашего лидера? — спросил он.       Сакура наклонила голову.       Он пытается разозлить меня нарочно?       — Твоего лидера, не моего. Я не принадлежу Листу. Я принадлежу Гааре и Шукаку.       — Значит, ты принадлежишь Суне.       Ино выглядела напряжённой, а Наруто взял её за руку. Хотя это было действительно интересно видеть, Сакура не сводила глаз со своего старого… Ну, был ли он вообще сенсеем?       — Я думаю, ты плохо слышишь, — прорычал Шукаку, его отметины слабо вспыхнули. — Она принадлежит нам. Мы не принадлежим этой грёбаной песчаной тюрьме. Отправляй свою чёртову собаку сейчас же. Ты только теряешь время.       Челюсть Какаши сжалась, и он призвал Паккуна.       — Что случилось, босс?       Маленький мопс посмотрел на Шукаку, его глаза расширились, затем он перевёл взгляд на Сакуру. Он моргнул и склонил свою пушистую голову.       — Я слышал, ты ушла, малышка.       — Ты правильно слышал, — холодно сказала она.       — Выглядишь хорошо, малышка, - он кивнул. - Сильная. Я всегда думал, что ты что-то особенное. Рад видеть, что у тебя всё хорошо.       Паккун быстро повернул голову к Какаши.       — Что у тебя для меня?       — Передай Хокаге, что Харуно хочет поговорить с ней.       — Хорошо. Увидимся скоро.       С этими словами собака умчалась.       К большому удивлению Сакуры, песок закружился вокруг её ног. Она почувствовала, как чья-то рука взяла её, и Гаара снова взял контроль.       — Ты в порядке? — тихо спросил Гаара, явно обеспокоенный.       — Я в порядке, - она кивнула. - А ты?       — Теперь лучше, раз я вижу тебя. Прости за шрам.       Сакура покачала головой:       — Лучше шрам, чем жизнь, правда?       Он поднял её руку, прижавшись губами к её тыльной стороне. Его глаза впились в её, и она не осмелилась отвести взгляд. Она не боролась с девчачьей улыбкой на лице, и он усмехнулся, отстраняясь.       Сакура разозлилась бы на любого, кто пытался бы заявить права на территорию, но она знала, что это значит.       Шукаку дал понять, что будет сражаться и убивать любого, кто придёт за ней.       Гаара дал понять, что его верность принадлежит ей, и он ясно показал их отношения.       Она знала, что сможет смотреть на ворота Конохи и встретиться лицом к лицу с их лидером, пока её люди рядом с ней.