Учиха Хари

      Сколько времени они с сестрой провозились во внутреннем мире, Саске не знал. Хари его не торопила, и не подгоняла, она только подсказывала, как и что лучше сделать. А он сам так увлекся, что позабыл обо всем на свете. После того, как он починил комнату и заново ее обставил, только теперь не как детскую, а как нечто среднее между спальней и кабинетом, то решил добавить дому еще комнат. Теперь в нем были и кухня, и гостиные, и библиотека, где теперь хранились свитки с воспоминаниями, и защищенный подвал, где было сложено все самое ценное, и много чего еще.       Когда закончили с домом, то Саске взялся за сад, растущий вокруг, потом за окружающие дома и домики. Оне-чан тогда сказала, что этот город станет неплохой обманкой для возможных вторженцев, и пока те будут искать нужный дом, они их и выловят. Воодушевившись этой идеей, а также осознавая необходимость защиты разума, мальчик создал еще кучу самых разнообразных строений, а также замок, почти в центре города. Это строение должно было обязательно привлечь всех вторженцев, а расположенные внутри ловушки их остановить и захватить. Впрочем, ловушки были и в остальном городе, причем самые разные.       Волшебница даже гордилась тем, что ее брат оказался таким способным в менталистике и столько всего сумел построить в своем подсознании, не забыв при этом и о защите. А еще она радовалась, что Саске хоть ненадолго, но отвлекся от мыслей о произошедшей трагедии. Ее все еще пугали воспоминания о пустых глазах отото и просьба забрать его тело. А еще она боялась возвращаться в реальный мир, где ждало множество проблем и именно им с братом предстояло их все решать.

***

      В общей сложности они провели в подсознании примерно неделю. За это время Саске хоть немного, но пришел в себя. Хари тоже набралась сил, обдумала ситуацию и даже набросала небольшой план действий, некоторые пункты которого обговорила с братом и получила его согласие.       Пришли в себя они во все той же палате госпиталя, в которой мальчик пробудился в прошлый раз. Потолок по-прежнему был в трещинах, тумбочка пуста, а рядом никого не было. Внутри тумбочки обнаружилась выстиранная одежда, в которой он был в тот день, а также драгоценная сумка, в которой теперь хранилось все наследие клана.       За окном почудилось какое-то движение, а потом все стихло. То ли птица вспорхнула, то ли АНБУ убежал с докладом.       Посидев пару минут и поняв, что никто не спешит появиться и прояснить для него ситуацию, Саске решил все же одеться и привести себя в порядок. Когда мальчик был полностью собран и уже собирался выйти из палаты, внутрь все же заглянула какая-то медсестра и очень всполошилась, что пациент решил уйти. Девушка тут же подняла крик, уложила его обратно в постель и убежала за врачом. Явился, кто бы сомневался, Сэтору-сенсей и тут же принялся ездить по мозгам лекцией на тему, что нельзя покидать госпиталь без разрешения лечащего врача. Этому непробиваемому человеку было абсолютно плевать как на душевное состояние Саске, так и на все попытки объяснить, что сбегать никто не собирался. Для него встал с кровати – значит уже виновен. А состояние здоровья пациента – это самая важная на свете вещь.       В общем, когда в палату заявился Хокаге в сопровождении главы клана Яманака и парочки АНБУ, Сэтору-сан все же угомонился и вынес свой вердикт – физически здоров, но присутствует сильное чакроистощение (ну да, а где, по-вашему, Хари должна была брать такую прорву энергии, которую потратила той ночью? Она то призрак, вот и пришлось позаимствовать). Постельный режим не обязателен, но очень желателен, хотя бы на пару дней. Короче, лежать ему в госпитале и пить горькие таблетки.       В общем, когда настырного врача все же выпихнули (по-другому это назвать было нельзя) из палаты, господин Хокаге уселся на стульчик возле кровати и начал разговор:       - Здравствуй, Саске-кун. Я рад видеть, что ты, наконец, пришел в себя, мой мальчик, - печально вздохнул Хирузен, не видя, как скривилась от этих слов Хари. – Мне бы не хотелось бередить твои раны, но нам нужно знать, что произошло в ту ночь.       - Я не знаю, - глядя четко перед собой, а точнее туда, где стояла Хари, ответил мальчик. Сестра, как и он, была не в восторге от предстоящего допроса, но сразу сказала, что это нужно. И он должен пройти через все сам, без ее подмены, чтобы принять ситуацию, прочувствовать, повзрослеть.       - Совсем ничего? – удивился глава деревни, переглянувшись с Яманака. Маленький Учиха на вопрос только медленно кивнул.       - Но хоть что-то ты помнишь? – мягко заговорил Иноичи. – Расскажи нам все, что ты помнишь о событиях того вечера.       Мальчик, сидя чуть покачнулся, после чего, увидев кивок оне-чан, заговорил, произнося слова все так же равнодушно и размеренно. Как ни пыталась Хари, но излечить столь сильную душевную рану за такое короткое время она не могла. Только немного приглушить боль, но не излечить. А сейчас им предстоит ковыряние в этой ране под чужими изучающими взглядами.       - Под конец моего дежурства в госпиталь доставили серьезно раненого генина. У него была рассечена брюшина и повреждены внутренние органы. Требовалась срочная полостная операция. Большинство ирьенинов сильно потратились за день, было много других пострадавших, поэтому ассистентом и батарейкой Сэтору-сенсей поставил меня, так как у меня уже есть С-ранг и мне нужно набираться опыта. Операция прошла успешно, но я сильно потратился.       По глазам взрослых было видно, что их совершенно не интересует, что происходило в госпитале, но они, тем не менее, поощрительно кивали на каждое произнесённое слово.       - После окончания операции мы с Тадао-саном и Мамору-саном пошли домой. В квартале, когда мы туда пришли, было совершенно пусто, и ни в одном из домов не горел свет. Я подумал, что я очень сильно задержался и все уже спят, поэтому поспешил домой. А потом за очередным поворотом мы увидели их, - тут плечи мальчика затряслись при воспоминании о заваленной телами улице и он обхватил себя руками, будто пытаясь согреться. – Они лежали там. Много. Все в крови. Никто не шевелился, - речь стала лихорадочной и бессвязной. – Я пытался помочь или хотя бы найти живых, но все они были мертвы. Все мертвы! – на последних словах он сорвался на крик.       Вспышка эмоций будто отняла последние силы, и Саске упал на кровать, уставившись пустым взглядом в потолок.       - А что было дальше, - наконец не выдержал Яманака спустя пару минут молчания.       - Ничего, - равнодушно ответил мальчик, не отрывая взгляда от потолка.       - То есть, ты хочешь сказать, что потерял сознание? – осторожно предположил Хирузен.       Ребенок ничего ему не ответил.       Дальнейший разговор никак не клеился, а заглянуть на воспоминания мальчика Яманака не смог из-за двойной защиты разума от Саске и Хари, и в итоге взрослые попрощались и вышли. Только перед уходом Хокаге предупредил, что сразу после выписки Саске нужно будет прийти к нему для решения некоторых вопросов.

***

      - Мальчик ничего не знает или не помнит, - вздохнул Хирузен, сидя в своем кабинете.       - Но кое-что из его рассказа все же стало ясно, - задумчиво проговорил Шикаку Нара, приглашенный на совещание к Хокаге.       - И что же? – поинтересовался один из старейшин.       - Сначала людей убили, а потом уже значительно позже сожгли их тела. А еще, мальчик всего минут на пять опередил спешащих к кварталу АНБУ и уже тогда большинство Учих были мертвы.       - Пусть так. Но это ни на гран не приблизило нас к ответу на вопрос: кто это сделал? А также непонятно, почему мальчик все же выжил, а те же его телохранители, судя по всему, нет, - возразил старейшина.       - Если отложить версию о причастности ко всему Учиха Итачи, - покосился на сидящего в углу кабинета старейшину Данзо Нара, – то можно предположить, что напавшие в процессе убийства или сразу после наносили на тела специальные печати, которые после позволили сжечь все тела. Во всяком случае, именно так было возле полицейского участка. Мальчика, возможно, спасло то, что он потерял сознание, а перед этим, пытаясь помочь, измазался в крови. Производящий зачистку человек мог просто не заметить, что он жив. Ну а телохранители, видимо, оставив подопечного, ринулись искать врага. Или враг нашел их почти сразу и убил, а мальчика просто не заметил. Можно, конечно, предположить, что Учихи сами нанесли себе на кожу печати, что-то сродни Джуину Хьюга, но срабатывающие через некоторое время после смерти. Правда, непонятно, зачем вообще нужна такая задержка. Не для того же, чтоб кто-то успел вытащить их Шаринганы.       - Складно говоришь, - хмыкнул из своего угла Данзо. – Вот только это не отвечает на вопрос, как эти «напавшие» проникли на территорию квартала. Напомню, там стояла очень сильная фуин-защита, которую не смогли пробить даже АНБУ. Ты, конечно, можешь сказать, что защиту вскрыли. Но, я более чем уверен, что убийц привел предатель, а потом также и увел. И я более чем уверен, что это был Учиха Итачи.       - Мы поняли вашу точку зрения, Старейшина Данзо, - прервал его Хирузен. – Совещание окончено. Всем продолжить работу. Данзо-сан, останьтесь, – уже у выхода остановил Старейшину Хокаге.       - Это все решило, - проговорил одноглазый старик, оборачиваясь к главе деревни.       - Это не решило ничего. У Конохи теперь ещё больше проблем, чем было. Мы ещё не до конца отправились от буйства Девятихвостого. А теперь у нас огромная дыра в обороне деревни, - с холодом в голосе отчеканил Хирузен.       - Думаю, она не так значительна и ее вполне можно закрыть бойцами АНБУ и другими шиноби. Впрочем, я и сам рассчитывал на меньшие потери, кто ж знал, что мальчишка решит гарантированно выполнить задание и привлечет посторонних. Я был уверен, что он выбьет только верхушку клана. Ну, или убьёт треть Учиха максимум, и то если считать гражданских. А он оказался сильнее, да и умнее, чем я думал, - задумчиво произнес старейшина, подходя ближе и присаживаясь на один из диванчиков.       - Это твой просчет. Да и с чего такая уверенность, что Итачи не погиб? – поинтересовался Хокаге.       - Он пришел ко мне той ночью, когда мы ждали падения барьера, и пригрозил, что раскроет тайны Конохи другим деревням, если с его братом что-нибудь случится, - скривился Данзо. Второй старик на это только задумчиво покивал. Итачи успел встретиться и с ним, не в ту же ночь, а позже, но говорил он примерно о том же, пусть и без столь явных угроз.       - Хм, то есть, его помощник в это время все еще был внутри барьера, - задумчиво постучал пальцами по столу глава деревни.       - Не факт. Он мог активировать печати и на расстоянии, - пожал плечами Шимура.       - В любом случае, нам нужно продолжить расследование и выяснить, кто помог Итачи. Потому что это в любом случае неслабый шиноби. К тому же он, скорее всего, похитил доудзюцу клана Учиха, раз участвовал в резне. Теперь он будет представлять еще большую опасность для Конохи, да и Шаринганы, наверняка, попадут на черный рынок и в другие деревни. Нужно проконтролировать. А что касается Саске… Не будем давать повода Итачи приводить в действие свои угрозы. Нужно позаботиться о мальчике и назначить ему подходящего опекуна, он теперь последний Учиха в Конохе, не в приют же его отправлять.       - Я мог бы взять его воспитание на себя, - дернув уголком губ, задумчиво предложил Данзо.       - Нет, Шимура, лучше даже не приближайся к мальчишке. Ты и так уже дел наворотил. Всей деревне теперь разгребать последствия.       Старейшина на эти слова только поморщился и с разрешения Хокаге покинул в кабинет. Хоть его Корень официально и был распущен, вот только реально его распускать никто не собирался, и он со своими бойцами будет по-прежнему выполнять свои задачи по защите деревни.       Из угла же вышла никем не видимая Кушина Узумаки и, осмотрев напоследок кабинет, прошла сквозь стену и устремилась прочь. Ей нужно было обдумать все то, что она здесь услышала, а еще предупредить обо всем Хари.       События той ночи и ее выбили из колеи, что уж говорить о Наруто и уж тем более о Саске с Хари. Той ночью ее сын так и не сумел заснуть, вслушиваясь в звуки с улицы. А с утра она сама, отведя Наруто в Академию, отправилась на разведку. И результаты ее совсем не порадовали. Клан. Целый клан оказался уничтожен всего за одну ночь руками старшего наследника – Итачи и неизвестного отступника в оранжевой маске. Деревня бурлила, люди вовсю сплетничали, а в резиденции Хокаге все носились как угорелые.       Послушав несколько дней, что говорят живые, она все же рискнула отправиться в квартал уничтоженного клана. Собравшиеся вместе призраки были не менее деятельны, чем живые и выдвигали самые разные теории, звучало даже то, что этим отступником мог оказаться Учиха Шисуи, чье тело так и не нашли и в чьем убийстве несколько лет назад обвиняли Итачи. Другие говорили, что это был бастард, третьи же припоминали всех пропавших за последние годы детей. Кто-то даже вспомнил, что Итачи в начале года лазил в архивы и пытался найти информацию о ком-то, возможно, как раз об этом человеке.       Так, слушая теории и планы мести, выдвигаемые воинственными призраками, Кушина добралась до главного особняка клана, где встретила свою подругу Микото, вместе с ее мужем. Женщина была очень взволнована и явно сильно нервничала. Фугаку же, наоборот, был довольно спокоен и задумчив.       Едва завидев вошедшую в их дом Узумаки, подруга сразу же бросилась к ней и, обняв, расплакалась, прося у нее прощения, что не смогла достойно позаботиться о ее сыне. Что Наруто забрали у них, когда ему едва исполнился год и они никак не могли ничего сделать. Хокаге запретил даже приближаться к нему.       Кушина же на это только сильнее прижимала Микото к себе и гладила, нашептывая успокаивающие слова. Она отлично понимала, каково сейчас подруге, у которой в семье произошла самая настоящая трагедия и она сама при этом потеряла все возможности влиять на мир, оставшись только бесплотным наблюдателем. Ей самой тоже пришлось пережить подобное, только проходила она все это в одиночку и была просто невероятно счастлива, когда ее нашли Наруто и его друзья.       Спустя некоторое время Учиха успокоилась и извинилась, что расклеилась и не смогла сдержать свои эмоции. На это аловолосая только махнула рукой, показывая, что не стоит переживать по такому поводу.       На этом моменте в комнату вернулся Фугаку, который покинул их почти сразу, как пришла Кушина, видимо, давая возможность наедине разобраться с эмоциями и поговорить между собой.       - Приветствую, Узумаки-сан. Очень неожиданно вас здесь видеть, - поздоровался мужчина.       - И тебе здравствуй, Фугаку, - хмыкнула Узумаки, напрочь проигнорировав этикет. - И чему ты удивляешься? Тому, что я до сих пор не ушла в Чистый Мир? Так и ты, я посмотрю, туда не сильно торопишься.       - Хм, я имел ввиду несколько другое, - нахмурился глава клана Учиха.       - И что же? - приподняла брови женщина.       - То, что ты смогла прийти в наш квартал. Мы уже пытались передвигаться, но не смогли даже сами покинуть этот дом.       - А, вот вы о чем, - просветлела лицом уже начавшая раздражаться Кушина. - Так мне с этим Хари-чан помогла.       - Хари-чан? – удивленно распахнула глаза Микото.       - Ну, да, даттэбанэ. Я вижу, вы с ней уже познакомились, - улыбнулась красноволосая. – Они с Саске были вместе с Наруто, когда мы встретились. Я тогда сразу поняла, кем она является. Многие Узумаки раньше помогали Шинигами в его работе, и у нас в библиотеке было множество свитков на эту тему. Я попросила Хари-чан помочь мне с проблемой перемещений, и она провела специальный ритуал. Теперь я могу спокойно ходить везде, где захочу, а в случае чего всегда найти моего сына по маяку, - счастливо закончила она.       - Довольно удобно, - покивал на это Фугаку.       - Раз ты можешь ходить везде, то не могла бы ты сказать, где сейчас Саске и что с ним? – с надеждой посмотрела на подругу Микото.       - Он сейчас в госпитале. Уже очнулся, но его пока не отпускают. А еще я подслушала совещание в кабинете Хокаге, - тут же посерьёзнела Кушина и пересказала все, что ей удалось узнать за это время.       - Значит, Итачи все же хоть и так своеобразно, но позаботился о брате, - задумчиво проговорил Фугаку. – Вопрос с опекунством очень важен. Как я понимаю, моего сына не оставят самого по себе. Но и в чужой клан ему нельзя, так как если опеку возьмет кто-то из клановых, а учитывая статус Саске, это должен будет быть глава или его наследник, то Саске просто не сможет потом вырваться оттуда. Его просто не отпустят. Женят на ком-то, обвешают долгами, но не отпустят. Он теперь последний носитель великого доудзюцу, имеющийся в Конохе, – размышлял Учиха.       - Но Какаши же в свое время никто не прибрал, и он жил сам по себе, - удивилась Узумаки.       - Тогда началась война, и всем было не до него. К тому же он очень быстро закончил Академию, получил звание генина и попал под опеку своего наставника. А насчет никто не прибрал, ты не совсем права. Или ты думаешь, он просто так сначала оказался в АНБУ, а потом и в Корне?       - Хм, если смотреть с этой точки зрения, - ушла в свои размышления аловолосая.       - Боюсь, в нашем случае этот вариант не сработает. Сейчас не военное время и Саске никто не выпустит раньше времени из Академии. Что же делать? Может обратиться к Курама, они же дружественный клан. Или остался кто-то из Учиха, кто находится на длительной миссии? Возможно, получится сделать опекуном именно его, – стала мерить шагами комнату Микото.       - В нашем случае, лучше всего, чтобы опекуном стал бесклановый, - внезапно огорошил всех глава клана.       - Что?! – удивлено воскликнули обе женщины, а также незаметно подтянувшиеся в дом соклановцы (у которых получилось сюда дойти), отчего не заметившая их ранее Кушина крупно вздрогнула и огляделась.       - В нынешних условиях это будет лучшим вариантом, - проскрипел один из старейшин. – Клановым премудростям он, конечно, научить не сможет, но с этим мы и сами справимся. Этот человек нужен будет только чтобы отгородить наследника от всех остальных и позаботиться о нем.       - Этот человек должен быть достаточно сильным и умным. А в идеале еще иметь хорошую должность, и быть самостоятельным, а не чьим-то протеже. Еще лучше, если у него были бы обязательства перед нашим кланом или хотя бы дружественные отношения хоть с кем-то из Учиха, - дополнил другой старейшина.       - Хм, это уже слишком фантастичный вариант. Или ты знаешь того, кто отвечает всем этим требованиям? – поинтересовался Фугаку, после чего обвел взглядом и остальных задумавшихся соклановцев. Через некоторое время стали выкрикивать имена, но ни одна кандидатура так и не была полностью одобрена. Конечно, в идеале бы тут подошел Минато Намикадзе, если бы был жив, конечно. Другие просто не дотягивали. В конце концов, кое-как определились с пятеркой кандидатов, в которую неожиданно затесались Ёкояма Сэтору и Хатаке Какаши (так-как у него был Шаринган).       Кушина пообещала передать все Саске и Хари, чтобы они попытались хоть как-то повлиять на выбор своего будущего опекуна. Все очень надеялись, что у ребенка хотя бы для приличия спросят его мнения, а не поставят перед фактом. А уж там-то будет только делом техники и упрямства продавить нужную кандидатуру. Все очень на это надеялись.