Возрождение Феникса

На похоронах бывшего Лорда Огня Озая не было такого триумфа и помпы, как на похоронах его отца, Лорда Огня Азулона. Его даже не сожгли, по традициям Народа Огня. Не предали его тело родной стихии. Его просто закопали в землю на окраине кладбища для заключённых. В том самом месте, где хоронили убийц, самоубийц, воров, насильников, военных преступников, предателей, дезертиров и прочих преступников. На похоронах не было почти никого. Зуко обязан был там присутствовать, как Лорд Огня. Как сыну умершего, он считал, ему нет необходимости там быть. Друзья и семья, разумеется, пришли вместе с ним для поддержки. Хотя никто не испытывал особого удовольствия присутствовать на похоронах человека, который сделал им столько зла. После того, как столицу облетели слухи о том, что Озай лично чуть не убил собственную дочь, а также невесту своего сына и девушку Аватара, уже не осталось тех, кто бы поддерживал его. Слухи, которые ходили по Стране Огня ещё с момента возвращения Урсы и появления Юзуки, теперь приобрели мощный настрой против бывшего Лорда Огня. Несмотря на то, что Озая уже не было в живых, его ещё довольно долго продолжали обсуждать и поливать грязью. Вести дошли и до Кипящей Скалы. Варден был в шоке, когда узнал, что его любимую племянницу родной отец использовал в интрижках против Зуко. Когда же Хана, как предателя, доставили в Кипящую Скалу, его моментально посадили в карцер. - За что, брат? – промямлил Хан, когда Варден вызвал его к себе в кабинет на допрос после нескольких часов в морозильной камере. Мужчина стучал зубами, дрожал, а нос его распух и покраснел. - За племянницу! – прошипел начальник Кипящей Скалы, беря подбородок Хана в свои руки и с презрением глядя в его глаза. – Теперь я понимаю настрой генерала Айро в отношении Лорда Зуко! Это же твоя родная дочь, как ты мог так поступить с ней?! А теперь ступай в свою камеру! Советую тебе смириться с тем, что ты здесь навсегда! И поблажек не жди! Я больше не твой брат! Я твой начальник! Впрочем, Хан был не единственным новым пленником Вардена, ибо Зуко отправил в Кипящую Скалу всех, кто добровольно или за деньги поддерживал Озая. Многие предатели были ранены. Других же, которым удалось смыться, вычислила Тоф по их походке и дрожащим голосам. Девочке предстояла тяжёлая работа - опросить всех и понять, кто служил Озаю по собственному желанию, кому заплатили, а кого запугали и заставили пойти против Зуко и Аватара. Некоторые клялись, что Озай обещал убить всю их семью, если они не согласятся. Лгать величайшему в мире магу земли было бесполезно и даже опасно. Тоф моментально вычисляла лгунов, и дальнейшая ссылка в Кипящую Скалу была им обеспечена. Те, кого Озай заставил под страхом смерти работать на себя, были оштрафованы и отстранены от должностей. Зуко не хотел сажать их, так как и сам совершил море ошибок из-за Озая. Но держать этих людей возле себя он больше не мог. В любом случае, их семьи остались довольны решением Лорда Огня. В конце концов, настоящим предателям повезло куда меньше. Варден потирал руки в ожидании новых пленников. Вот уж кому было всё равно, кто стоит во главе Страны Огня. Главное, что в Кипящей Скале он царь и бог! Он может делать всё, что угодно с пленниками, подвергая их за нарушение режима любым пыткам! Зуко же решил не мешать дядюшке Мэй вершить правосудие в Кипящей Скале. Не считая того случая, когда он сам в компании Сокки, Суюки, Хакоды и ещё одного заключённого сбежал из тюрьмы, из Кипящей Скалы по-прежнему невозможно было сбежать. Помня свой былой промах, Варден усовершенствовал охрану. Кроме того, Зуко не очень-то хотелось портить отношения с дядей Мэй, который любит свою племянницу не меньше, чем Айро любит его самого. Мэй не особо горевала по поводу ареста отца. После выздоровления, девушка не стала возвращаться домой. У неё не было сил смотреть в глаза матери, которая вместе с отцом и Озаем держала её в подвале. Мэй только слышала от слуг, что у матери был сердечный приступ. «Должно быть, из-за ареста отца. Моё ранение было сущей ерундой на этом фоне…» - думала Мэй, кусая губы. Поначалу мать не хотела её ни видеть, ни даже слышать. Но за приступом, примерно через неделю, последовал ещё один. Тогда женщина, наконец, решила принять у себя дочь. Мэй, как всегда, с натянутой на лицо маской равнодушия явилась к матери всего через пару часов после того, как служанка доложила о втором приступе и желании госпожи Рисы увидеть дочь. - Ты пришла, Мэй, – сухо поздоровалась женщина с дочерью. - Как видишь… - голос Мэй звучал отстранённо. Она старалась поменьше смотреть на мать, лежащую в постели среди кружевных подушек. - Я только хотела спросить, когда выпустят твоего отца, – Риса так же, как и Мэй, старалась не смотреть на дочь. - Никогда! – твёрдо сказала Мэй. – Он заключён в Кипящей Скале навсегда! И дядя с ним церемониться не собирается! - Ясно… - вздохнула женщина. – Я просто чувствую, что скоро… В общем… Нужно будет кому-то позаботиться о Том-Томе… Он же маленький… - Я позабочусь о нём, можешь не волноваться! Но я сделаю это ради братика, а не ради тебя! – Мэй немного помолчала, раздумывая, стоит ли говорить матери то, что она хотела сказать. – Ты беспокоишься за Том-Тома. Но тебе совсем не интересна МОЯ судьба. Тебе по-прежнему плевать на меня. Это потому, что я девочка? Или потому, что я не маг огня, в отличие от Том-Тома? - Дело не в магии огня, Мэй, – Риса всё же набралась смелости и посмотрела на свою дочь. – Дело в том, что ты родилась тогда, когда я не хотела иметь детей. Но я узнала о беременности слишком поздно, и мне пришлось рожать. Правда, я была рада, что ты родилась примерно в одно время с принцессой Азулой. Я очень рассчитывала на эту дружбу. Когда же ты стала встречаться с Зуко, ещё до его изгнания, я тоже была рада. - Но только потому, что мечтала породниться с правящей семьёй, не так ли? – Мэй строго посмотрела на мать. Неужели эта женщина абсолютно ничего к ней не чувствует? - Да, так и было. Нам с твоим отцом было выгодно, чтобы ты вышла замуж за Зуко. Ты ведь всегда была такой необщительной, застенчивой и неказистой на вид, – женщина говорила это, даже не думая, что делает своей дочери больно подобными словами. – Если честно, я не понимала, что такой симпатичный мальчик, как Зуко, нашёл в тебе… - Хм… Дай-ка подумать… - Мэй картинно подпёрла подбородок указательным пальцем. - Может быть, то, что ты за столько лет так и не захотела найти во мне? И, кстати, ты единственная, кто считает меня не красивой! Зуко не раз говорил, что я симпатичная. - И всё-таки - это не помешало твоему Зуко сделать из тебя, своей якобы невесты, дочь предателя! - Зуко этот факт не волнует, – пожала плечами Мэй. – Он любит меня, а не мой социальный статус. Кстати, сам Зуко, считай, тоже сын военного преступника. Но это его тоже не волнует. Аанг как-то сказал ему, что человека определяет не то, кем он родился, а поступки, которые он совершил. И я с ним согласна. Так, а как же Том-Том? – Мэй решила сменить тему на ту, что её больше интересует. - Его ты тоже родила только потому, что забеременела? - Да. Но с момента его рождением всё изменилось. Я всегда хотела иметь только сына. А Том-Том родился мальчиком. Я была счастлива, когда он родился. А потом ещё выяснилось, что он маг огня... - Всё понятно… Я думаю, наш разговор окончен. Ты сказала мне, что хотела. Прощай. За Том-Тома можешь не волноваться, я позабочусь о нём. Но, как я уже говорила, только ради него, не ради тебя! - Мэй отвернулась и шатающейся походкой пошла к двери. Она знала о чувствах матери к ней, но слышать это от неё напрямую было всё же слишком тяжело. Риса даже не пыталась остановить дочь. Она даже не думала, что сделала Мэй больно. Она вообще никогда не задумывалась, когда кого-то обижала. Так было в детстве, и так есть сейчас. Детство… Риса с тоской уставилась в потолок. «Ну почему всё так вышло… Я же просто хотела быть ближе к нему… К Озаю…» - на глаза женщины навернулись слёзы. Она вспомнила себя юной девушкой. Она всю жизнь жила в этом самом доме, сначала с родителями, теперь с мужем. Когда Риса была ребёнком, её отец, как и Хан, был довольно известным политиком. Он часто бывал во дворце по делам и брал с собой жену и дочь. Риса мечтала о каждом визите во дворец. Потому, что там был он… - Чего тебе? – пренебрежительно отозвался симпатичный мальчик в наряде младшего принца Страны Огня. – Отстань от меня, прилипала! - Озай, я просто хочу поиграть с тобой! – надула губы девочка. - А я не хочу! – топнул ногой принц. - Озай, ты должен быть повежливее с девочками, – усмехнулся подошедший брат Озая, Айро. - Не лезь не в своё дело, Айро! – снова топнул ногой Озай и убежал куда подальше. «И так было всегда, пока мы не выросли… - подумала Риса. – В юности Озай стал более галантным и обаятельным с девушками. И я стала его первой девушкой. Он хотел жениться на мне, но его отец настаивал на браке с внучкой Аватара Року. С этой Урсой». Риса до сих пор помнила тот день, когда сияющий Озай сообщил ей эту новость: - Отец женит меня на Урсе! – по внешнему виду Озая нельзя было сказать, что он расстроен. - Но… Но мы же хотели быть вместе… - Риса не поверила своим ушам. – И ты ничего не скажешь своему отцу? И ты не против жениться на этой деревенщине? - А почему бы и нет… - пожал плечами Озай. – Она красивая… У неё такие глаза… А её грудь… - на лице Озая появилась блаженная улыбка. - Принц Озай! Только не говори мне, что ты влюбился в эту деревенскую простушку с первого взгляда! - А кто сказал, что я люблю её? – Озай вздёрнул бровь. – Она будет моей женой, а не возлюбленной! - А как же я? Я что, хуже неё что ли? – подбоченилась Риса, гневно глядя на бывшего парня. - Вовсе нет, – Озай схватил подбородок девушки и заглянул ей в глаза. – Но мой отец Лорд Огня! Ты же знаешь о моих планах на будущее! Если я пойду против воли отца, всё пойдёт прахом! - Хорошо… - сдалась, наконец, Риса, заметив явный цинизм в глазах Озая. – Но я всегда буду с тобой! Скорее всего, мои родители тоже выдадут меня замуж, когда узнают, что мы расстались по причине твоей женитьбы… Знаешь... Пообещай мне кое-что! - Смотря, что обещать… не люблю котов в мешке… - Озай принялся накручивать бородку на палец. - Пообещай, что ты приблизишь к себе моего мужа! Кем бы он ни был! Я постараюсь сблизиться с этой Урсой! И тогда… Тогда мы будем хотя бы часто видеться… - Я не против… Могу тебе даже порекомендовать жениха из своих друзей. Тогда мне не понадобится сближаться с каким-нибудь дураком… «Да, так всё и было… - вздохнула Риса. – Озай познакомил меня с Ханом, и мы поженились буквально через месяц после свадьбы Озая и Урсы. Мне не стоило труда окрутить Хана, он был падок на красивых девушек. Как, в принципе, и Озай… А после ухода Урсы я стала его любовницей, втайне от Хана, – на лице женщины вдруг появилась грустная улыбка. Она вдруг вспомнила те часы, что проводила в постели Озая, и тоска снова её захлестнула. - Ну почему, почему его больше нет… Я никогда и никого так не любила, как его… Даже к своим детям я не чувствую такой любви, ведь они не его дети… Урса погубила его! Урса и её щенки! Жаль, что я ничего не могу сделать с ними теперь! Но, по крайней мере, я пыталась помогать Хану в борьбе с Зуко!» Женщина судорожно втянула воздух. Что-то опять сердце не в порядке. Нужно дотянуться до тумбочки с лекарством… «Нет, не хочу… - подумала Риса, опуская руку на одеяло. – Моя жизнь закончилась вместе с его жизнью…» Женщина закрыла глаза и уснула. Спустя пару часов слуги нашли её мёртвой. Никто особо не горевал по поводу кончины хозяйки. Слуги не любили Рису - она всегда была груба и черства с ними. Постоянно наказывала по пустякам и вообще была довольно склочной женщиной. Лоск хорошего воспитания она напускала на себя только во время приёмов. Мэй присутствовала на похоронах матери, но не проронила ни слезинки. «Какая бесчувственная дочь!» - шептались все вокруг. Но никому не было известно, что рыдания буквально разрывали девушку изнутри. Она кусала губы до крови, пытаясь сдержать их. Но показывать свои чувства она не собиралась. «Мама умерла, считая меня во всём виноватой. Она всю жизнь считала меня куском льда. Она так и не сумела понять меня и принять такой, какая я есть. Более того, она совсем не любила меня. Такой я для неё и останусь - бесчувственной и холодной…» - думала про себя Мэй. Девушка уже распустила почти всех слуг, так как в этом доме никто больше жить не будет. Пока Том-Том не вырастет настолько, что не сможет жить отдельно. В доме остались только пара горничных и старая экономка, чтобы следить за порядком. Пожилая женщина искренне сочувствовала своей молодой госпоже, ведь она с детства знала Мэй и порой уделяла девочке куда больше внимания, чем её родная мать. Более того, она и Рису знала с самого детства и невольно сравнивала дочь с матерью. Мэй, по её мнению, была больше похожа на леди, чем её мать. Сдержанная, но при этом честная и порядочная. В отличие от Рисы, которая была полной противоположностью своей дочери. «А ещё говорят, что яблоко от яблони недалеко падает… - думала старая экономка. – Вот взять хотя бы госпожу Мэй, она совсем не похожа ни на одного из своих родителей. Да и Лорд Зуко на своего отца ни капли не похож, кроме как внешне». Мэй даже не пришлось уговаривать Зуко взять братика во дворец. Юноша сам предложил ей это, понимая, что ребёнку нужна семья. Девушка решила сама собрать вещи Том-Тома и вот уже два часа укладывала их в сундук, чтобы перенести во дворец. - Мэй… - Том-Том дёрнул сестру за рукав. – Я хочу к маме… - К маме… - ну как объяснить трёхлетнему мальчику, что матери уже нет. – Мы не сможем пойти к ней, Том-Том. Мама, она… Она ушла в мир духов… - В мир духов? А когда она вернётся? Когда? - Никогда, – Мэй присела на краешек кровати и взяла брата на ручки. - Теперь ты будешь жить со мной и Зуко. Мы будем твоей семьёй. Мальчик на пару минут насупился, что-то обдумывая. - Здорово! – Том-Том вдруг засмеялся и захлопал в ладошки. - А тот парень с бумерангом тоже там будет жить? Он обещал научить меня, как им управлять! - Сокка? Он будет время от времени приезжать к нам, – усмехнулась Мэй, радуясь, что Том-Том уже успел подружиться со всей Командой Аватара. - А как же папа? Он же не в мире духов, нет? – мальчик внезапно посерьёзнел. - Папа… - Мэй вдруг стало больно и обидно. Том-Том по-прежнему любит отца, но как она может объяснить маленькому братику, что их отец мерзавец. – Он сейчас живёт у дяди Вардена, в Кипящей Скале. - Они теперь оба начальники? - Нет… Не совсем… - Мэй прикусила губы, подбирая слова. – Папа не может жить с нами. Он совершил плохой поступок, и его наказали… - А по-другому его нельзя наказать? – не унимался малыш. – Меня обычно в угол ставят… - Ну… Понимаешь, Том-Том. Взрослых наказывают по-другому… Да и проступки взрослые совершают посерьёзнее, чем таскание конфет без спросу. Когда подрастёшь, я тебе всё расскажу. Мэй обняла братика и внезапно вспомнила слова Юзуки о том, как ей было обидно, когда бабушка с дедушкой скрывали от неё правду о матери. «А разве у Урсы был выбор? Ведь Юзуки всё равно бы не поняла, что к чему, пока была маленькой…» - вздохнула Мэй, чувствуя, что и она поступает так же со своим братом. Но она не станет тянуть слишком долго, пусть лучше Том-Том узнает правду от неё и Зуко, чем услышит сплетни от кого-то ещё. Пусть ему исполнится хотя бы лет десять, этого будет достаточно, чтобы он понял ситуацию. Но надо подумать, что ему сказать, если он вдруг сам каким-то образом узнает об этом раньше. *** Юзуки стояла на одном из балконов дворца, пила чай и щёлкала орехи. Это был один из немногих моментов, когда всегда общительной и неугомонной девушке хотелось побыть одной. Все её мысли вертелись вокруг внезапно приобретённых семье и статусе. Теперь она не просто Юзуки, а принцесса. И она больше не сирота, теперь у неё снова есть мать, а также брат и сестра. Она настолько углубилась в свои мысли, что не заметила подошедшую сестру. - Вот ты где, – протянула Азула, лениво растягивая слова. – А я всё думаю, почему ты не ластишься к мамочке, как Зузу. Ты же теперь её любимая доченька и его любимая сестра… - А ты разве нет? – вздёрнула бровь Юзуки. - А ты как думаешь? – не смутилась Азула. - Думаю, ты всё ещё не можешь понять, что сама к ним чувствуешь. Я же уже давно определилась со своими чувствами. - Да неужели? Да я… - Азула, Юзуки, надеюсь, вы тут не собираетесь скинуть друг друга на клумбы с цветами? – Зуко решительным шагом прошёл на балкон и встал возле сестёр. На губах его играла лёгкая улыбка. - Я всерьёз задумывалась над этим, но тут появился ты, Зузу… - вздохнула Азула. - Прекрати меня так называть! – отрезал Зуко. - Как называть, Зузу… - девушка снисходительно посмотрела на брата. - А по-моему - это мило звучит, – хихикнула Юзуки. – Или тебе больше нравится, как тебя Тоф называет, Горячий Парень! - Не важно… - Зуко почувствовал, что краснеет, и поторопился отвернуться от довольно усмехающихся сестёр. – Почему вы обе всё время язвите? Я думал, что мы теперь одна семья… - А когда это у нас была одна семья? – Азула внезапно помрачнела и сузила глаза. – Мама всегда была только с тобой. Пусть она сколько угодно говорит, что скучала по мне, но мои детские воспоминания не лгут! Моей копии, кстати, тоже не очень-то много внимания досталось! - Это так… - вздохнула Юзуки. – Я всё детство злилась на маму за то, что она бросила меня. И даже после того, как по вине Озая погибли бабушка и дедушка, я не знала, что чувствую к маме. Но когда я увидела её в той темнице, где держал её Озай, моё сердце само собой сжалось от боли и жалости. Только тогда я поняла, что люблю её… А ты, Азула, если бы не любила маму, то и не ревновала бы её к Зуко! - Я вовсе не ревновала! – взвизгнула Азула. – Мне вообще всё равно, как она ко мне относится! Даже если она действительно считает меня монстром! - Если бы тебе было всё равно, ты бы так не бесилась! – Юзуки похлопала сестру по плечу. – В любом случае, я рада, что у меня теперь есть мать и вы двое. Сказать по правде, ещё до того, как я узнала правду о том, что у мамы есть другая семья, я хотела, чтобы у меня был брат или сестра. А теперь у меня их двое, – девушка обвила руками шеи Зуко и Азулы. - Я тоже в детстве хотела иметь сестру, с которой было бы повеселее, чем с Зузу. Его нытьё иногда сводило с ума! «Мама, Азула опять порвала твои платья... Мама, Азула опять толкнула меня в фонтан… Мама, Азула опять подожгла мне волосы…» - удерживая смех, передразнила Азула и хитро посмотрела на брата. – И так каждый раз! Ябеда! - И так каждый раз, когда ты не хотела играть со мной! – усмехнулся Зуко. – Когда мы играли вместе, мы всегда выгораживали друг друга. - Вижу, у вас тут было весело без меня, – Юзуки протёрла слезящиеся от смеха глаза. – Думаю, вы уже достаточно помирились для того, чтобы ты, Азула, оставила свои мысли о свержении Зуко. - Да, передумала… - девушка сделала важное выражение лица. – Я всё ещё считаю, что я была бы лучшим Лордом Огня, чем братец. Но есть одно обстоятельство, из-за которого я не хочу больше быть Лордом Огня! - И это обстоятельство зовут Ли, верно? Если ты будешь Лордом, то вы не сможете быть вместе, он же маг земли… – Юзуки посмотрела сестре в глаза. – Ты, наконец, ответила ему взаимностью, а? - Ничего подобного! – Азула постаралась скрыть смущение за раздражением. – Ли просто мой друг! - Ну, тогда и Мэй просто моя подруга, на которой я хочу жениться, – улыбнулся Зуко. Азула залилась краской и не нашлась, что ответить. В это время Урса стояла у двери балкона и, улыбаясь, наблюдала за своими детьми. Женщина не хотела прерывать их разговор. «Наконец Зуко и Азула помирились, – думала Урса, возвращаясь в свою комнату. – Наконец все мои дети счастливы».