От неё пахло сиренью

       Время шло. Жизнь четы Дракула стала прежней. Знакомство и общение с Ван Хельсингом, на удивление, пошло на пользу любовным отношениям Влада и Элизабет. Они начали больше проводить времени вместе.        Влад, наконец, рассказал жене о том, что он делал в своём "тайном логове". Вызвало это лишь искреннее удивление на лице вампирши, возраст которой уже перевалил за 200 лет.        В Греции Влад оказался не просто так, туда его привели рукописи, которые он нашёл в империи Хань, Китай. Там говорилось о существах очень похожих на вампиров, но были они намного страшнее, и не было у них совершенно ничего общего с людьми. Внешность их страшна и напоминала скорее летучих мышей, только намного крупнее. Они, как писали люди, были могущественны, но глупы, поэтому им требовался повелитель. Влад загорелся этой мыслью и отправился в Грецию, где и нашёл продолжение китайских фолиантов.        Древние бумаги, к которым не разрешено было даже прикасаться, хранились в подземных библиотеках. С помощью вампирского гипноза Владу не составило труда добраться до них. Он каждый солнечный день уходил в эти библиотеки и тщательно изучал бумаги в надежде узнать, где же найти этих существ. Поиски Влада не увенчались успехом, зато он нашёл кое-что другое...        Теперь перед ними стоял вопрос о продолжении рода. Долгие годы у Элизабет не получалось забеременеть. Но вот, в один прекрасный день ей неожиданно стало плохо, а ещё позже она заметила чуть округлившийся живот. Всё указывало на ребёнка, и так оно и было!        Семья была счастлива и готовилась к появлению наследника древнего румынского рода. В эти месяцы Элизабет было особенно тяжело. Она всегда была слаба, даже для вампира. И без того худая, она ещё больше потеряла в весе и вид у неё стал смертельно больной. Ей было тяжело двигаться, казалось, что долгожданный ребёнок забирает силы у матери.        Элизабет не могла без своего сада. Она выходила на улицу, садилась на каменные лавочки, покрытые мхов времени и подолгу сидела под раскидистыми ветвями глициний. Она держала руку на округлом животе и тяжело дышала.        Влад же стал особенно заботлив и даже немного навязчив. Он больше не летал к своим трём любовницам, он забыл о своих исследованиях и постоянно старался быть рядом с женой. Он и до этого носил Элизабет на руках, потакал всем тем её немногим прихотям и сам старался радовать её. У него это выходило отлично! — Дзынь! - подлетая в виде летучей мыши к сидящей в саду жене, воскликнул Влад, — Позволишь составить тебе компанию? - всё ещё паря перед женой в воздухе, спрашивал он.        Элизабет перевела на мужа немного усталый, но полный любви взгляд и жестом указала на свободное место рядом с ней на лавочке. Влад улыбнулся и принял обычный вид. За спиной он прятал что-то, и слегка поклонившись, он протянул Элизабет букет из веточек цветущий вишни. Влад в ту же секунду присел с ней рядом, и женщина приняла из его рук этот подарок.        Она уткнулась носом в раскрывшиеся белые цветы, с оливкового цвета листочками и насладилась ароматом. Глаза её заблестели, словно от слёз, но она была для себя самой счастливой вампиршей на всём монстрическом свете. — Где ты нашёл деревья вишни? - удивлённо спросила Элизабет. — Разве это важно, если моя княгиня рада? — Ты прав, совершенно не важно! - вампирша засияла и потянулась к Владу, а тот нежно поцеловал её.        Князь гладил живот Элизабет, рассуждал вслух о наследнике и они вдвоём светились от счастья, которое переполняло их сердца. Так они просидели несколько часов, пока Элизабет не задремала. Влад всё смотрел на неё, а потом тихо подхватил на руки и отнёс в спальню, где бережно опустил на кровать и укрыл тёплым одеялом. Он взмахнул рукой, красный дым окутал женщину, и вместо привычного чёрно-синего платья и плаща на ней оказалась широкая чёрная сорочка. Затем Влад поцеловал жену в лоб и ещё долго сидел рядом, глядя на то, как она спит и гладил её по животу.        Он был не в силах снять эту боль, которую Элизабет испытывала каждодневно, поэтому он ограждал её от всего, что могло принести ей дискомфорт. Их чувства вспыхнули с новой, ещё более испепеляющей, силой!        Дом князя и княгини стали посещать родственники со стороны Влада. Как оказалось, не вся семья была убита в тот ужасный день. В живых остались дальние родственники, до которых Владу не было дела и один из кровных братьев. Бернард Дракула - тогда он тоже был в отъезде, впрочем, как и всю жизнь. Он не любил приезжать в отчий дом, отец считал его слишком непутёвым, поэтому каждый приезд домой не обходился без презрительных взглядов и упрёков.        Бернард или как его звали в кругу семьи Берни, был вампиром-одиночкой. Считал, что дзынь ему не познать и что всю жизнь он проведёт в беспорядочных связях и путешествиях по миру. С появлением железной дороги Влад и Берни горячо полюбили этот вид транспорта и часто пользовались им, а не вампирскими способностями. Ещё Бернард курил сигары, был довольно вспыльчив и, как и Влад обожал женщин.        Увидев Элизабет он не смог обойтись без кокетливых и грязных комплиментов в её адрес. Он жарко целовал её руку при каждой встречи, но всегда встречался с безразличием в её голубых глазах. Ему нравилась Элизабет, но не так чтобы слишком, поэтому он обходился комплементом и поцелуем руки при встрече и прощании.        Немногочисленные друзья Влада тоже стали чаще посещать дом Дракулы. У Элизабет же кажется где-то в Греции осталась семья, но они были не слишком близки, поэтому обходились письмами. Друзей у вампирши так же не было, в этом плане она была одиночкой. Бывали у неё подруги, но дружба продолжалась не слишком долго. Княгиня даже подумывала о том, что хотела бы подружиться с тремя любовницами Влада, но пока не решалась просить мужа об их встречи.        Беременность протекала тяжело, как и роды. Элизабет долгие часы страдала, а рядом с не кружились две старушки вампирши, которые в последние годы запали Элизабет в душу. Их старческие лица, седые волосы - они были старше Влада и Бернарда. Бабушки были такими милыми, немного скучными, но безумно уютными, поэтому именно их двоих она попросила помочь.        Час, за ним ещё один и ещё... Роды начались ночью, когда луна только-только появилась на небе, и продлились до самого утра. Влад был на первом этаже с Бернардом. Брат князя закурил сигару и вальяжно развалился на диване, когда как Влад не находил себе место. Вампир метался из угла в угол и вздрагивал от каждого шума и крика, который доносился из комнаты на втором этаже, где находилась Элизабет.        Влад был взбешён безразличием Бернарда и в один момент быстро приблизился к нему, выхватил сигару и смял в руках так, что она превратилась в пепел, который быстро заструился на расшитый ковёр. Глаза князя горели красным, как бывало только когда он был в виде летучей мыши. Берни даже бровью не повёл, достал из-за пазухи портсигар и закурил новую сигару.        Он выдохнул изо рта дым, и тот на мгновение принял форму черепа, а затем, немного расползся по комнате и исчез. — Я попросил тебя поддержать меня, а ты сидишь здесь и только и делаешь, что куришь! — Твоя прелестная жена рожает, чем я могу помочь? Да и вряд ли я смогу успокоить тебя, а глупые безрезультатные разговоры ни к чему не приведут, - говорил Бернард совершенно расслабленным голосом. — Ты можешь для начала затушить сигару?! Этот дым может оказаться в той комнате и навредить! - Влад указал пальцем на дверь.        Раздался очередной крик Элизабет и Влад готов был рвануть вверх по каменной лестнице, но Бернард, непонимающе затушив сигару, схватил брата за руку. Они посмотрели друг на друга, и Берни сурово покачал головой, смешно вытягивая губы вперёд. Взгляд его просил Влада успокоиться, взять себя в руки, когда как глаза Влада говорили лишь о страхе за свою любимую. Бернард дождался кивка Влада и, отпустив руку, вновь рухнул на диван и вальяжно на нём устроился.        Прошло ещё немыслимое количество часов, прежде чем дверь наконец распахнулась и одна из старушек вынесла в руках свёрток. На улице было время, когда луна уже ушла, а солнце ещё не вышло. Это магическое время и стало временем рождения Графа Дракулы. Вампиры подпрыгнули, и даже Бернард в эту минуту проявил интерес и некоторое волнение. Может он всё это время и тревожился, но мастерски скрывал это за маской безразличия.        Глаза Влада сверкнули в свете свечей, и он за секунду оказался рядом с бабушкой, которая уже спустилась с последней ступеньки. Вампирша мило улыбнулась и вложила ему в руки свёрток. Чёрная мягкая ткань зашевелилась, и старушка осторожно развернула уголок, где пряталось лицо младенца. Маленькое тельце, словно крошечный червячок извивалось в руках князя и издавало странные звуки. На Влада вдруг посмотрели большие голубые глаза, которые поразили князя до глубины души. — Это мальчик! - сообщила старушка и быстро зашагала вверх по лестнице. — Постойте! - воскликнул Влад и младенец начал издавать более громкие звуки, — Как Элизабет? - старушка замерла и нехотя перевела на князя встревоженный взгляд. — Плохо... - нерешительно ответила она и исчезла в темноте второго этажа.        Сердце Влада упало. Он сжимал на руках младенца, который немного успокоился после небольших покачиваний. Бернард подошёл к брату и похлопал его по плечу. — Копать хоронить, ты переживаешь за неё как за человека! Ей просто нужно время на восстановление, - воскликнул он и слегка сжал плечо Влада. Вампиры вновь встретились взглядами. — Откуда ты знаешь!? - почти шёпотом, видимо, чтобы не тревожить лишний раз младенца, раздражённо произнёс Влад. Он слегка сузил глаза, что придало его лицу напряженный и слегка свирепый вид. — Я знаю, как проходят роды и не раз присутствовал на них, - смеясь, отвечал Берни, — Для каждого вампира это проходит по-разному, но в итоге всё делает регенерация. Ты только не будь дураком! Поспит и будет как новенькая, она же Дракула!        Влад перевёл взгляд на сына и тот сонно открыл глаза. Сердце князя дрогнуло от одного взгляда в них. Если его жена умрёт, он не сможет смотреть на сына, не хватит сил. Слова Берни немного успокоили Влада, но чувство тревоги внутри не успокаивалось до того, пока он увидел её...        Время в этот день протекало совершенно иначе. Не было понимания того сколько они здесь сидели, когда именно родился младенец. Лишь то, что творилось снаружи замка, давало им понимание о времени суток. Восход солнца прошёл, и Влад наконец-то смог подняться к жене.        Измождённая, мокрая, словно в бреду - Элизабет лежала на постели и не различала того, что происходило вокруг. Влад застыл у кровати, пока старушки бегали возле княгини и пытались привести её в сознание. Такой он видел свою жену впервые. В камине тихо трещали догорающие полена, расплавленный воск от свечей капал на пол, мгновенно застывая, в комнате царил полумрак. Влад осторожно баюкал на руках сына, боясь раздавить или сделать ему больно. — Дзынь, у него твои глаза... - тихо произнёс Влад, пытаясь привлечь её внимание.        Было страшно наблюдать за ней. Блондинистые волосы с серебряным отливом разметались по подушке, а некоторые пряди слиплись между собой. Пот стекал по её лбу, и одна из старушек всё подбегала к ней и вытирала его. На её глазах, словно льдинки, застыли слёзы.        После слов Влада прошло несколько мгновений прежде чем Элизабет посмотрела на него. Лучше бы она этого не делала. Во взгляде княгини, читалось такое немыслимое отвращение, которого в них просто не могло существовать. Мурашки пробежали по спине Влада, и он сильнее прижал сына к своей груди. Она была так рада перспективе ребёнка, но сейчас казалось, роды отбили у неё всё желание, материнский инстинкт и даже любовь...

Сирень. только сирень.

       Влад был разбит. Каждую ночь, когда Элизабет просыпалась в отдельной комнате, на прикроватной тумбочке в хрустальной вазе уже стояли свежие цветы или цветущие веточки. Он приносил своей жене их каждый раз, пытаясь хоть как-то её порадовать. Пионы, маки, глициния, розы, лаванда; из веточек яблоня и снова вишня. Но только когда спустя больше месяца он принёс ей только что распустившиеся грозди сирени, Элизабет встала с постели.        Она долго лежала под одеялом, свернувшись в комочек. Прижимая колени к груди, а руки пряча под подушкой, она смотрела лишь на эту вазу. Неизвестно о чём именно она думала, но мысли явно привели её к свету.        Впервые она вошла в детскую, где стояла небольшая кроватка с чёрным балдахином. Там покоилось маленькое тельце, которое всё ещё мирно дремало, хоть и наступила ночь. Кожа младенца была бледной, уши почти незаострённые, а волосики на голове чёрные-чёрные.        Элизабет не решалась коснуться его, словно до сих пор не верила, что смогла произвести на свет нечто настолько прекрасное и идеальное. Младенец почувствовал чьё-то присутствие и нежно потянувшись, проснулся. Когда взгляды сына и матери встретились, то они оба замерли. Глаза их, одинаково голубые, были широко распахнуты. — Ну, здравствуй, чудище моё! - тихо произнесла Элизабет и усмехнулась.        Сын издал булькающие звуки, и когда мать потянулась к нему чтобы взять на руки, тот оставался таким же тихим и покорным. Он всё глядел на свою маму и что-то мычал.        Бережные руки Элизабет обхватили тельце и прижали к груди, слегка покачивая. За всем этим наблюдал Влад, облокотившись о дверной проём. Княгиня уже давно почувствовала за своей спиной мужа, поэтому сейчас развернулась к нему и глаза её были наполнены лишь слезами, счастьем и истинной материнской любовью, которую она чуть не потеряла...