Завтра все будет лучше

Натаниэль резко открыл глаза и сразу же об этом пожалел. В его не привыкшие зрачки попал яркий свет больничной лампы. В непонимающей ничего голове появилась только паника. Что он, чёрт возьми, тут забыл? Нат судорожно приподнялся и огляделся, несмотря на слезящиеся глаза и боль во всём теле от резкого движения. Он увидел перед собой классическую больничную палату. Постепенно воспоминания возвращаются и выстраиваются в логическую цепочку. Подвал, неизвестный мужчина, поклон отца, выход наверх, а теперь…больница. Но вопросов это не убавило, только наоборот. Что нужно этому мужчине? Кто он? — Проснулся? — с усмешкой спросил незнакомый голос. Натаниэль вздрогнул от осознания, что он не заметил чужого человека около себя. Парень попробовал ещё раз сфокусировать зрение и в этот раз получилось лучше, но глаза всё ещё слезились из-за яркого освещения. Теперь подросток мог увидеть двух взрослых мужчин, среди которых был вчерашний «маленький лорд». Натаниэль, увидя, что один из них приближается, напрягся. Мужчина в чёрном взял стул и подсел к койке. Глаза Натаниэля окончательно привыкли, и он смог рассмотреть мужчину перед собой. Чёрные короткие волосы уложены в строгую прическу, как у классической важной шишки, и подросток даже представить не мог, кто перед ним, вспоминая реакцию отца. Белоснежный цвет кожи, узкие глаза, вытянутый большой нос — всё это напоминало традиционного японца. Тёмные глаза без стыда рассматривали его в ответ. Взгляд Натаниэля пошёл ниже. В этот раз на нём была другая одежда. Чёрная слегка заправленная рубашка и классические брюки. Когда парень снова посмотрел в глаза гостю, тот сказал: — Насмотрелся? — японец снова усмехнулся. — Я рад. Обсудим твоё будущее сейчас или когда ты придёшь в норму? — серьёзно спросил гость, от былой игривости не осталось и следа. — Сейчас, — голос предательски захрипел. Мужчина недоверчиво покосился, но не прокомментировал, протягивая стакан воды. Только после того, как Нат опустошил бокал, японец начал свой рассказ. — Меня зовут Ичиро Морияма, вон там, — японец показал рукой на другого мужчину, сидящего за столом и махающего в ответ, — сидит твой дядя Стюарт Хэтфорд, и он хочет усыновить тебя. Естественно, не просто так, взамен ты будешь работать на нас, — Ичиро внимательно смотрел на подростка. Кажется, в какой-то момент Натаниэль перестал понимать английскую речь. Иначе как объяснить весь бред, что он сейчас услышал? А ещё он понял, почему тот не рассказывал во время питья, видимо, не захотел принять вечерний душ в больничной палате. — Что ты так резко с ним? — с упрёком проговорил другой мужчина. Японец пожал плечами и вернул своё внимание Натаниэлю. Подросток уже давно не находился в больничной палате среди подозрительных мужчин, сейчас он дрейфовал посреди океана, слушая вопли чаек и звук бьющихся волн о скалы. Раньше Натаниэлю очень нравилось море, но смерть матери очернила эту любовь. К сожалению, следующие слова якорем вернули в реальность. — Если подробнее, то вчера мы подписали договор с Натаном Веснински, о передаче тебя главной ветви, но ты мне не нужен, так что это лишь защита от твоего отца, — исправился и немного прояснил ситуацию мужчина с внешностью японской шишки, хоть Нат не знал как те должны выглядеть. Смысл слов, как бы этого не хотел подросток, всё-таки дошёл до него. Его продал собственный отец. Звучит как приговор или подарок судьбы, но в этом он разберётся чуть позже. Наконец, обретя способность говорить, парень тихо произнёс: — Я не хочу быть связан с преступностью. Я не хочу быть как мой отец, — подчеркнув последнее слово, Натаниэль не мог больше ни на кого смотреть и устремил свой взгляд вниз на свои руки. Это была ошибка. Те выглядели просто отвратительно. Все они были в бинтах, а причиной этого были лезвия на наручниках, про которые подросток иногда забывал. Неожиданно с другой стороны койки послышался голос, и парень невольно вздрогнул. — Натаниэль, посмотри на меня, — серьёзно произнёс Стюарт. Нехотя подросток поднял свой взгляд и когда их глаза встретились, тот продолжил. — Мы не хотим заставлять тебя делать то, что тебе не нравится. В преступности люди не только убивают. Но ты знаешь, как это работает, и как бы нам не хотелось, но тебе нужно сделать что-то взамен. Ты меня понял? — всё тем же серьёзным голосом продолжал мужчина. Натаниэль слегка кивнул. — Ты же знаешь несколько языков? — дождавшись еще одного кивка, Стюарт заговорил снова. — Мы сможем найти работу связанную с бумагами, а не убийствами. — Пообещай, что не заставишь меня прикасаться к оружию с целью умышленно навредить кому-то, — решительно потребовал подросток и посмотрел в глаза обоих мужчин, что были по разные стороны его кровати. — Мы не заставим тебя убивать, Натаниэль, — серьёзно заверил его Ичиро. Стюарт кивнул в подтверждение. Это странно. Почему наследник мафии сидит тут и объясняется перед обычным подростком, а не занимается своими мафиозными делами? Еще и это «мы»… Вдруг Натаниэля осенило, и он нечитаемо посмотрел на японца. — Почему вы участвуете в этом…г, — он не успел договорить, как его перебили. — Пожалуйста, на ты. Можешь называть меня Ичиро. А насчёт неозвученного вопроса… — мужчина быстро взглянул на замолчавшего соседа и, увидев кивок, продолжил. — Мы с твоим дядей в отношениях. Это настолько глупо, что хочется смеяться. Но, посмотрев на собеседников, Нат передумал. Они серьёзно. Это не грёбанная шутка. Натаниэль решил пока не думать о психологическом здоровье своего дяди, но посчитал нужным всё же уточнить. — Кто ещё знает об этом? — Пожалуй, только ты и несколько доверенных людей, — кивнув самому себе, ответит Стюарт. — Что насчет моего отца? — с усилием заставив произнести эти несколько слов, Натаниэль обязал себя успокоиться, досчитав до десяти на разных языках. — Он не сможет ничего тебе сделать, даже несмотря на то, что сейчас у него власти больше, чем у тебя. А позже он умрет, — ответил Ичиро с не наигранным отвращением, как будто он не хочет говорить об этом человеке. — Почему? — удивился подросток. — Я этого не позволю. — Скоро я займу место моего отца и предыдущий Мясник больше не понадобится, — одновременно ответили возлюбленные и, посмотрев друг на друга, слегка подняли уголки своих губ. Натаниэль подозрительно посмотрел на обоих и задумался. Что если ему довериться им? Хотя, они не спрашивали, а поставили перед фактом. Но они также приняли к сведению пожелание парня. Вдруг у него и правда появится место, в котором он будет чувствовать себя в относительной безопасности? Нет, нет. Как наивно. Парень быстро отогнал от себя эти глупые мысли. Подросток опрокинулся обратно на свою подушку и, пролежав так некоторое время, принял решение. — Я согласен, — недоверчиво, но твёрдо произнёс он. Нат всё ещё не доверял этим незнакомым людям, но решил ухватиться за шанс, который развернулся перед ним, по крайней мере теперь у Натаниэля будет удобная кровать, еда и относительная безопасность. — Спасибо тебе, Натаниэль, теперь всё будет хорошо, — на удивление всех, с теплотой произнёс Стюарт и слегка потрепал мальчика по макушке, но от взрослых не скрылось то, как парень вздрогнул от этого безобидного движения. — Подробности обсудим позже, а сейчас отдыхай. Мы зайдём через некоторое время, — с улыбкой посмотрев на действие своего парня, ответил Ичиро. После ухода гостей Натаниэль обессиленно лежал, не в состоянии уснуть, думая обо всем, что с ним случилось.

***

Мужчины вышли из палаты и, кивнув охраннику, пошли прочь из больницы, когда тот зашёл внутрь. Они нарочно не говорили друг с другом, пока не дошли до машины. Единственное место, где они смогут безопасно обсудить произошедшее. — Как некомфортно находиться не на своей территории, — поежился Стюарт, когда машина выехала на дорогу. Ичиро хотел поворчать как старик, но был вынужден согласиться. Хоть Веснински и подчинялся главной ветви, но тот предан его отцу, никак не ему. И о каждом подозрительном и нет шаге будет доложено выше. Остаётся только смириться и вести себя как обычно. Японец повернулся к старшему, пока тот лазил в своём телефоне. Кудрявые жемчужно-розоватые блондинистые волосы переливались в фиолетовых оттенках заката. Зрачки цвета яркого изумруда внимательно следили за происходящим на экране. Не отрываясь от работы, блондин тихо произнёс: — Не пялься. Хмыкнув, но, отведя взгляд, Ичиро подкинул новую тему для обсуждения, попутно наблюдая за меняющимся пейзажем за окном. — Он выглядел как загнанная в угол кошка, — в мыслях добавляя, — «безумно боялся, но был готов сражаться». — А я говорил, что он будет сопротивляться. У него все эти года был мой номер телефона. Как думаешь сколько раз он мне позвонил? Ответ не требовался. Но Стюарт не унимался. — Правильно! Целых ноль раз, а вам, молодой человек, не следовало быть таким нетерпеливым с ним. Ты же сам видел его состояние, — эмоционально произнося каждое слово, но с последним предложением становясь тише, произнёс он. О да, в сознании Ичиро ещё надолго останется такой Натаниэль, у которого нет блеска в глазах, живого места на теле, и, не успев бы японец, не было бы и руки. Всё, что было у этого ребенка — животный страх. — Я буду с ним аккуратным, нам нужно научить парня жить, а не выживать, — всерьёз заверил Ичиро, смотря прямо в глаза партнеру. От дальнейших разговоров их прервал звонок. Японец нехотя взял трубку. —「あなたの弟がケビン-デイの腕を壊してパルメットに向かっています どうすればいいの? — 何も、彼を脱出させないでください. — あなたが命令するように. Ичиро продолжил наблюдать за пейзажем за окном, как будто он никогда не видел ничего подобного. «Кто-то очень хочет разозлить отца и старшего братика». Он внутренне усмехнулся своим мыслям и сделал себе мысленную заметку поскорее подарить Натаниэлю телефон, чтобы делиться свежими сплетнями, ведь он выглядит вполне надёжным, но в этом ещё нужно убедиться.

***

Следующие несколько дней прошли очень скучно. Натаниэлю запрещали лишний раз двигаться, а из занятий было только окно и несколько скучных романов. Был ещё телохранитель, но тот полностью игнорировал все попытки Натаниэля завести разговор. Благо, его страдания прекратились, когда за ним зашёл Ичиро. — Так, мелкий, тебя сегодня выписывают и мы летим в Нью-Йорк. Вот твои вещи, жду около двери, — сказал японец, оставив пакет около двери и вышел с телохранителем. Медленно и аккуратно Натаниэль смог встать с кровати, но не надолго. Он чуть не полетел на пол. Ухватившись за тумбочку, что стояла около койки, подросток дал себе привыкнуть стоять. Это было не так больно, но швы неприятно тянуло от каждого вздоха. Прошло несколько минут, прежде чем он смог подойти к пакету. И почему он оставил его так далеко? Вернувшись, Натаниэль высыпал содержимое пакета на кровать и был немного удивлён. Слегка. Ну, может и не слегка. Перед ним лежал полностью чёрный наряд, белая рубашка и чёрно-белые кеды. Ткань на ощупь такая мягкая и приятная, что хочется никогда больше не отпускать её. На то, чтобы одеться, потребовалось ещё несколько минут. В ванной комнате было зеркало, как помнил Нат, поэтому он тихонько пошёл к нему, чтобы оценить свой внешний вид. Зайдя в санузел, в зеркале Натаниэль увидел парня, с безобразной прической и в шикарной одежде. Но он всё ещё не мог привыкнуть к своему настоящему цвету глаз. Когда его поймали, ему запретили использовать линзы. А краску с волос пытались смыть, но безрезультатно, ведь Натаниэль использовал очень сильный пигмент. Парень решил не думать об этом и оглядел себя в зеркале. Чёрная водолазка покрывала весь торс, а длинные рукава закрывали безобразные шрамы на руках. Чёрные джинсы не были слишком свободными, но и не обтягивали. Золотая середина. Белая заправленная рубашка добавляла образу контраст. Немного подумав, Натаниэль закатал рукава, не без усилий, конечно. Потратил ещё несколько минут на приведения себя в порядок. Волосы никак не хотели выглядеть нормально, что бы Нат не делал. Прическа «вчера я пил всю ночь» не подходила для встречи с другими людьми, тем более такими важными. Хотя, плевать. Уже более уверенно, парень вышел из палаты, личных вещей у него тут нет, надо бы их найти. Он слегка помотал головой, передумав. Не нужны ему эти личные вещи. Около двери на пуфике сидел его спутник. Сегодня он выглядел так же как и всегда. Чёрная водолазка, сверху тёмная шелковая рубашка, заправленная в свободные брюки. Ичиро удостоил своего компаньона коротким изучающим взглядом, задержав его на волосах, и встал. — Долго ты, — произнёс он голосом, в котором не было ни одной эмоции. Натаниэль не ответил. У него всё ещё были сомнения в том, как именно вести себя с Ичиро, поэтому пока он будет только наблюдать. Шли они в тишине, она не была неловкой, но комфортной её тоже назвать нельзя. Вряд ли хоть что-то связанное с мафией можно назвать комфортным. Позади тихо шли телохранители. Подойдя к стойке регистрации, японец подписал документы и ему вручили пачку медикаментов. Вежливо попрощавшись, Ичиро подошёл к телохранителю и шепнул ему на японском — それらを取り除く, — и протянул пакет с лекарствами, говоря на английском. — Неси. «Надо бы выучить японский», — подумал Натаниэль, потому что ничего не понял, а ему было важно понимать происходящее вокруг. Дорога до машины прошла без происшествий, подросток очень аккуратно сел на своё сидение, чтобы не причинить себе боль от прикосновения его задницы с сидением. Как только машина тронулась, Ичиро подвинулся ближе и, взяв откуда-то расчёску, спросил: — Можно? Натаниэль неуверенно кивнул, и тот приступил к своему занятию. Он достал ещё и распылитель, несколько раз пшикнул на потрёпанные волосы. Подросток мгновенно покрылся мурашками, но, не обращая на это внимания, Ичиро аккуратно стал расчёсывать волосы. Несколько раз повторив свои действия, он наконец-то удовлетворил своего внутреннего парикмахера. Натаниэль чувствовал себя очень смущённо, то ли от осознания, что такой важный человек расчёсывает его, то ли от своего внешнего вида. Пока он думал, откуда Ичиро взял распылитель, ведь вряд ли такое лежало в каждой машине, парень вспомнил, что тот быстро что-то напечатал в своем телефоне после взгляда на Натаниэля. Неужели ему достали это, пока они шли от палаты до машины? Кивнув самому себе, японец убрал вещи к водителю и, смотря прямо в глаза подростка, резко заговорил. — Спрашивай. У тебя наверняка множество вопросов, мелкий. Натаниэль слегка опешил от неожиданности, но быстро взял себя в руки и решил, что сейчас узнает ответы на все свои вопросы. — Где мой дядя? — не отводя взгляда, твёрдо спросил подросток. — Он уже улетел в Англию, у него очень много работы в связи с передачей власти. Он хотел ещё поговорить с тобой, но ему пришлось неожиданно вернуться, — усмехаясь с реакции, спокойно прояснил Ичиро. — …то есть? — потянул Нат, не зная как именно выразить свои мысли. — Нет, главой станет его старшая сестра, Стюарт же убеждается в преданности людей, — скучающе ответил японец, а позже добавил. — Что ты думаешь по этому поводу? — Вы… то есть ты имеешь в виду пол? — и, увидев кивок, продолжил. — Мне плевать, главное чтобы была надёжна, — объяснил свою позицию парень, пожав плечами. У Натаниэля и правда не было никаких предубеждений по этому поводу. В его жизни было много сильных как и женщин, так и мужчин. Хотя конкретно одну особь он не считает за женщину и человека в принципе, но это уже исключение из правил. Из тяжёлых воспоминаний его вырвал голос японца, тот, видимо, заметив задумчивость парня, решил сменить тему. — Хочешь объясню как работает моя семья? — увидев кивок, Ичиро продолжил рассказывать секретную информацию пока что совершенно незнакомому человеку. — Семья Морияма делится на две ветви: основная и побочная. Основная занимается большей частью вещей. К этому можно отнести заключение сделок с другими преступными семьями, убийства и нелегальный бизнес. Побочная же состоит из вторых сыновей, то есть мой дядя и младший брат относятся к ней. Члены разных ветвей не могут контактировать между собой, — давая время на усвоение новой информации, продолжил. — Основная задача этой ветви зарабатывать деньги для работы основной части семьи, и обычно нам плевать как именно это делается, пока это не портит нашу репутацию, но сейчас произошёл небольшой казус, — увидев в глазах собеседника заинтересованность, японец, ухмыляясь, подвинулся ближе к уху парня и шёпотом продолжил. — Рико сошёл с ума и сломал актив. А именно, он сломал левую руку Кевину Дэю, — он отодвинулся, давая возможность обдумать ситуацию, и стал внимательно следить за реакцией. Сначала на лице парня возникло непонимание, в глазах едва заметная тихая ярость, сменившееся глубокой задумчивостью, а потом тот произнёс: — Его рано списывать со счетов, я думаю, он не бросит играть и сможет дальше приносить доход, — заметив заинтересованность, Натаниэль продолжил: — он же живёт экси, без смысла своей жизни он не сможет, поэтому будет переучиваться играть другой рукой, пока его ведущая не заживёт. Ты тоже так считаешь. На это заявление Ичиро лишь поднял одну бровь и поинтересовался, скрестив пальцы и положив их на грудь. — Почему же ты так считаешь? — Где сейчас Кевин? — вопросом на вопрос ответил подросток. — В Пальметто. — Не думаю, что у тебя нет возможности избавиться от человека, — ехидно заметил Натаниэль. — Кевин Дэй — медийная личность, от таких сложнее избавиться, — скучающе подметив, пожал плечами Ичиро, позволяя взгляду блуждать по салону. — Тут была идеальная возможность, — продолжил, изображая кавычки пальцами, из-за чего те неприятно заболели, — «Кевин Дэй не смог справиться с окончанием его спортивной карьеры и покончил жизнь самоубийством», — пародируя голос ведущего новостей, проговорил парень. — Но ты отпустил его в свободное плавание, давая тому возможность восстановиться в нужной ему обстановке, — улыбаясь и смотря прямо в глаза, ответил Натаниэль. Японец поднял руки в жест капитуляции и расплылся в улыбке, подросток на это лишь победно хмыкнул, но глаза, устремлённые в окно, нескрываемо заблестели озорством. Дальнейшую дорогу до аэропорта они провели в приятной тишине, иногда прерываемой телефонными звонками японской шишки, думая каждый о своём.