Аромат нашей любви.

Во время прогулок, а особенно в конце, перед самим прощанием, мужчинам нравилось обниматься. Намджуну – тем, что его молодой человек так правильно, так комфортно тонул в его руках, а Хосоку – потому, что младший всегда приятно пах, его парфюм ощущался только если зарыться носом в ткань пальто, а запах кожи всегда был приятным. Мужчины познакомились не так давно – всего пару месяцев назад, как раз когда лето окончательно уступило осени, а тёплые дни стали очень приятной редкостью. Оба, оказывается, были знакомы друг с другом через три рукопожатия, а в один вечер судьба – в лице их друзей – неожиданно свела этих двоих, заставив сообща убирать бардак после празднования дня рождения друга Намджуна, так как все остальные гости уже либо спали, либо обнимались с унитазом в силу неопытности и незнания собственной меры. Тогда, устав от постоянных наклонов и марш-бросков до мусорного бака, Хосок впервые упал в объятья своего будущего парня. Намджун уже собирался домой, так как утром его ждала работа, а на празднике он почти не пил, вот и стоял на пороге частного дома и искал свой телефон в глубинах сумки. Хотел уже уходить, как на него свалилось почти неконтролируемое тело и начало лезть носиком под пальто, куда-то в сторону подмышки. Небольшая доза выпитого алкоголя, не позволяющая передвигаться быстро, а временами даже стоять, но сохранившая способность ясно мыслить, не помешала Хосоку почувствовать тот самый аромат, в который он влюбился буквально за пару вдохов. «Позвони мне, когда я протрезвею, — попросил тогда Хосок, на удивление быстро установив связь между мозгом и языком, — хочу расспросить про духи». А что Намджун – а Намджун так и сделал. Узнать через друзей своих друзей номер Хосока оказалось довольно просто, старший, что значительно облегчило задачу, всё помнил и ждал звонка. Хосок при личной встрече узнал и марку парфюма, и цену, и сам потом съездил в магазин послушать, даже купил миниатюру и распылил дома, но всё казалось не тем, не так, не на том. Похоже, мужчине понравился не сам аромат духов, а его сочетание с запахами пота, средства для стирки, дезодоранта, геля для душа Намджуна, похоже, ему понравился запах самого Намджуна. О своих выводах Хосок сразу же рассказал, перед этим ещё раз удостоверившись во время приветственных объятий. Младший тогда пошутил: «Если тебе понравился мой запах, может, и весь остальной я понравлюсь?» — а Хосок долго не думал – буквально в следующую же встречу ответил взаимностью. Они уже как две недели парни друг друга. У Намджуна зрачки обретают форму сердечек каждый раз, когда он смотрит на улыбку Хосока, а сам Хосок при каждом удобном случае падает носом в ворот пальто своего любимого. — Хоби, тебе не кажется, что это уже зависимость? — время шло к зиме и Намджун хотел сменить своё бордовое пальто на более тёплую куртку, но при попытке упаковать его в футляр, мужчина был яростно остановлен старшим, который оттолкнул Намджуна от кровати, расстегнул змейку футляра и приложил воротник пальто к носу, глубоко, медленно вдыхая. — Нет, — парень оторвался менее чем на секунду. — Я иногда сомневаюсь, что ты встречаешься со мной, а не с моим пальто, — притворно обиженно произносит Намджун. — Не говори ерунды, — Хосок оставляет вещь в покое и застёгивает футляр обратно, — просто я очень люблю запах на нём. — Я всю осень носил это несчастное пальто, я пахну буквально также, это, чёрт возьми, мой запах, так почему ты так одержим именно им, а не мной? — скажи кто-нибудь Намджуну раньше, что он будет своего парня ревновать к какому-то куску бордового кашемира – послал бы по всем известному адресу, а сейчас, когда это вполне походит на реальность, это даже слегка пугает. — Нет. Это другое, — Хосок подходит к мужчине на другом конце комнаты и обнимает. Намджун немного оттаивает от любимых рук на своей спине, но всё ещё чувствует себя как-то не так. — Есть в нём что-то такое… Я не знаю, будто оно состоит из этого запаха. — Хоби, вот, — младший указывает на столик с духами и косметикой для волос, — тот самый парфюм, если тебе так нравится, то можешь забрать и хоть круглосуточно упиваться ароматом. — Нет, дело не в духах. Они не так звучат во флаконе, как на том пальто. — Хорошо, Хоби, — понемногу начинает сходить с ума Намджун, — почему тебя так к нему тянет? На нём нет никаких феромонов, там просто запах меня. Я на него даже парфюм не брызгаю. Чем оно тебя так очаровывает, что ты, аки наркоман, не можешь оторваться? — Не знаю. Мне просто нравится. Когда ты меня обнимаешь, я будто в защитном коконе. Твой запах успокаивает. Мне хочется его всё больше и больше, хочется ощущать его вечно, — признаётся Хосок и садится на кровать, утягивая за собой и Намджуна. — Я бы не был так в этом уверен, — улыбается мужчина и ложится рядом с Хосоком. — Тебе повезло, что мы осенью познакомились, а не весной. — Почему? — старший поднимает голову и пару секунд смотрит на Намджуна, после чего опускается ему на плечо и мягко водит носом по шее, вылавливая крепкий, безумно приятный для него запах мужского тела. Намджуном Хосок одержим ничуть не меньше, чем его бордовым пальто, просто шансов показать это значительно меньше – вместе-то они не живут. — Поверь, тебе бы точно не понравился аромат пальто, если бы это было полгода назад, — мужчина стыдливо отводит взгляд и накрывает ладонью глаза, нервно посмеиваясь. Это пальто относительно новое. Намджун купил его в конце зимы и планировал носить ранней весной, однако надеть его больше одного раза не смог из-за своего племянника. У Намджуна дома тогда гостила его сестра с мужем и сыном, малышу приглянулся красивый фигурный флакон с ярко-красной крышечкой в форме кристалла, стоявший тогда на столике у зеркала в коридоре – Намджун только купил новый, большего объёма флакон полюбившегося ему аромата – мальчик потянулся к нему и, испугавшись довольно большого веса, неожиданного для такой маленькой вещи, уронил на пол. Духи растеклись по коридору, а осколки с пульверизатором разлетелись по всем углам. Ребёнок понимал, что нужно что-то сделать, нужно убрать, и его взгляд пал на красивое новое пальто, что покоилось на вешалке и ждало хозяина. Потянув вещь за полы, мальчик уронил на ламинат всю вешалку, но до конца свой план всё-таки довёл, вытерев пол и спрятав осколки под несчастным пальто. Взрослые в то время разгружали машину сестры Намджуна, вот и не слышали всего этого погрома. В конце концов преступление было раскрыто, осколки убраны, пол идеально вычищен множеством агрессивных средств – хотя аромат парфюма стоял тогда в коридоре ещё дней пять минимум – а пальто было отправлено в химчистку. За три визита так и не удалось окончательно вывести запах из кашемира, так что Намджун просто забил и оставил пальто в шкафу до лучших времён. За полгода аромат значительно ослаб, стал лёгким, ненавязчивым, как раз таким, как надо. Намджун решил дать этой прекрасной вещи второй шанс и осенью начал носить, понадеявшись, что это не он привык к своим любимым духам и просто не чувствует их уже, а запах действительно почти сошёл. Вот уж чего-чего, а того, что он на этот аромат поймает себе партнёра, он точно не ожидал. — Как-то так, — Намджун рассказал историю пальто и повернулся к притихшему Хосоку, что лежал рядом и внимательно слушал, смеясь на некоторых моментах. — Только вот мне до сих пор не понятно, почему тебя так к нему влечёт. — А нанеси сейчас на себя. Намджун не любил распылять духи на кожу, ведь они в таком случае держались меньше, предпочитал брызгать пару раз на верхнюю одежду или в крайнем случае на волосы, однако сейчас, будучи лишь в широкой майке и джинсах, выбора не было. Мужчина встал с кровати и нанёс парфюм на шею, Хосок поднялся следом и, закрыв глаза, вдохнул частички аэрозоли, оставшиеся в воздухе. Он хотел уже прижаться к шее своего любимого, как его мягким смехом остановил Намджун. — Хоби, подожди, — он выставил руку вперёд и не дал Хосоку приблизиться, уперев ладонь в грудь, — дай аромату включиться. Потерпи несколько минут. Намджун всё же повесил футляр с пальто в шкаф и вышел из комнаты, поманив парня за собой. По большому счёту им сейчас и делать-то нечего. Уже довольно поздно, Хосоку скоро ехать домой, благо живёт он не так уж и далеко, а у Намджуна завтра рабочий день и младшему тоже нежелательно допоздна засиживаться. Они и встретились-то изначально ненадолго, просто выдался относительно свободный вечер и Намджун, вызвонив Хосока после работы, предложил прогуляться и зайти к нему на чай. Чай, однако, стал белым вином, но это ничего не меняет. Мужчины допивают оставленный в бокалах ранее напиток, Хосок кладёт голову Намджуну на плечо и утыкается в кожу носом. Дышит, щекочет тёплым кончиком кожу, пускает по шее любимого мурашки своим дыханием. Аромат сейчас более яркий, но не менее приятный. В какой-то момент Хосок отставляет пустой бокал на стол и пересаживается со стула на бёдра Намджуна, продолжая гулять носом по шее. Младший не двигается, только крутит головой, чтобы любимому было удобнее. Хосок скользит ладонями по его рукам и, зацепив запястья, перекладывает их на свою талию. Намджун сцепляет пальцы в замок и притягивает любимое тело поближе к себе, Хосок же обвивает руками шею младшего, держит крепко ладонями его голову и, отвлекаясь от своего занятия, чувственно целует. В их отношениях это первый поцелуй. Вот так просто на кухне, со вкусом белого вина и запахом духов Намджуна, в комфортной домашней атмосфере. Хосок отстраняется не сразу, он не двигает языком и не пытается как-то углубить поцелуй, он просто прижался к пухлым губам напротив и даже закрыл глаза, когда понял, что сделал. Намджун тоже не спешит, он почти не дышит, чтобы не разрушить такой нежный, хрупкий, интимный момент. Он не двигает руками и никак не подбивает Хосока что-либо менять, он даёт время старшему насладиться этими секундами и самостоятельно решить: остановиться ему или вести начатое куда-то дальше. Хосок склоняется больше к первому варианту. Почти беззвучно губы влюблённых разъединяются, старший оставляет совсем лёгкий поцелуй на шее Намджуна, совсем рядом с кадыком, и смотрит в счастливые, удовлетворённые, почти кошачьи глаза. — Я люблю тебя, Хоби. — Я тоже тебя люблю, Джун. Признание в любви для них сегодня тоже первое, как и поцелуй. Стоит ли говорить, что Намджун, будучи в реальной жизни взрослым, серьёзным, собранным человеком и ответственным работником, ещё несколько часов после отъезда Хосока не мог заснуть, прокручивая в голове сегодняшний вечер, и время от времени краснел, будто он школьник, впервые вступивший в отношения, а Хосок, вернувшись домой, долго спорил с самим собой по поводу принятия душа – ему не хотелось смывать с себя запах младшего – а в итоге пошёл на компромисс с внутренним голосом и всё-таки сполоснулся перед сном, а лёг в кровать в той же футболке, в которой и ездил к Намджуну.