Second Opinions

      Мысль была внезапной и тревожной, хотя совсем непрошеной её было не назвать.       Сначала он по ошибке принял её за навязчивую идею, призванную сбить его с толку и заставить сделать нечто феноменально глупое. Идею, подобную ядовитому растению, которое заманивает своих жертв приторно-сладким ароматом, или морскому чёрту, чей коварный свет, точно блуждающий огонёк в ночи, влечёт стаи рыб на верную смерть.       Новичок сегодня прекрасно выглядит.       Ему потребовалось мгновение, чтобы осмыслить это, а затем ещё одно, чтобы подумать и тут же прийти к выводу – да, Новичок сегодня в самом деле выглядит хорошо. Изящно и красиво.       Дело было не в смокинге. Перри уже видел Новичка в костюме, когда того как-то раз вызвали в клинику посреди свидания, так что эти стройные плечи, туго натянутая на груди парня ткань, его чёткая линия талии не были для него в новинку. Новичок казался образцом элегантности и самообладания – до тех пор, пока не открывал рот и не начинал щебетать о клоунах на трёхколёсных велосипедах, жонглировании коктейлями или чучелах лабрадоров. О всякой бессмыслице.       Но сегодня вечером, похоже, что-то в нём изменилось.       Перри задумался, был ли это огонёк в его глазах или то, как в ответ на самые простые вещи его губы трогала улыбка. По ходу вечера мальчишка хмелел всё сильнее, опрокидывая один «Эпплтини» за другим. Перри вспомнил, что в какой-то момент видел его с мартини, но не мог сказать наверняка – то ли бармен просто перепутал заказ, то ли в пьяную голову Новичка пришла идея изобразить Джеймса Бонда: смокинг, уложенные волосы и всё такое.       Прежде чем он понял, что делает, Перри с громким стуком поставил пустой бокал на барную стойку и направился прямиком на танцпол, где Новичок кружил Барби; оба не переставая хихикали. Должно быть, они помирились, осознал Перри. Или же она просто тянула время, дожидаясь возможности потащить Новичка к шведскому столу.       Так или иначе, Перри было всё равно. Казалось, весь его мир сузился до Новичка, до света в его глазах, румянца на щеках, смеха, срывавшегося с его губ. Всё прочее точно приглушили, убрали на второй план – гул бессмысленной болтовни, звяканье столового серебра. Даже музыка группы звучала тихо и словно издалека, когда бодрые нотки She’s a Lady сменились чем-то более размеренным, проникновенным. Балладой.       – Могу я вмешаться? – спросил он, подойдя к парочке. Глаза Барби почти комично расширились, она смущённо пробормотала «к-конечно», высвободилась из объятий Новичка и протянула руку. Не заметив этого, Перри подался вперёд и сжал ладонь Новичка в своей. Все сомнения, которые одолевали его – вдруг Джей Ди не хочет этого, не хочет его? – рассеялись с удивлённым смешком, сорвавшимся с губ парня.       Он притянул Джей Ди ближе, наслаждаясь теплом прижатого к нему тела и тем, как идеально они подходили друг другу. Мальчишка пах свежесобранными яблоками и лавандой; Перри едва поборол желание зарыться носом в его волосы и вдохнуть соблазнительную смесь ароматов.       – Что на вас…       – Не мог больше смотреть, как ты пытаешься вести, – фыркнул он, прежде чем отстраниться и посмотреть в лицо Джей Ди. Он ожидал, что тот возмутится или оскорбится, но Джей Ди просто улыбнулся ему, ярко и ослепительно. Парень определённо светился, и Перри почувствовал, что напряжение покинуло его плечи, уступив место внезапной беззаботности. Как будто ничто в мире не могло испортить ему настроение, не тогда, когда Джей Ди сиял так, словно Перри повесил на небо луну, и глаза его были наполнены беззастенчивым обожанием и радостью.       – Чтоб вы знали, до сих пор никто не жаловался, – самодовольно сказал Джей Ди. – Девушки любят… И-и-ик!       Новичок несолидно взвизгнул, когда Перри крутнул его в танце, а после притянул обратно, так что их тела снова оказались прижаты друг к другу. Это наверняка вызвало бы много перешёптываний, но половина гостей уже ушли со свадьбы, а оставшиеся напились вдрызг и перестали замечать, что происходит. Что Данни воровала столовое серебро, а пьяный в стельку Келсо почти уснул за пианино. Что Джордан ускользнула с одним из барменов, и что Перри было наплевать.       – О чём ты там говорила, Марла? – спросил Перри. – Из-за всех твоих охов-вздохов и падений без чувств я не расслышал.       Джей Ди рассмеялся. Звук вышел таким живым, таким ярким, что одурманенный скотчем разум Перри захотел запереть его в банке, как светлячка. Он завидовал Джей Ди. Завидовал его лёгким улыбкам, непринуждённому смеху. Расслабленный и свободный, мальчишка запросто делился всем этим с людьми, подобным ему. Людьми, которые не заслуживали…       – Хей, – мягко позвал Джей Ди, всматриваясь в его лицо. – Вы в порядке?       – Не волнуйся обо мне.       Задумавшись, Джей Ди негромко, гортанно хмыкнул. Всецело владеть его вниманием было странно, и Перри боролся с искушением отвести взгляд, сказать что-нибудь обидное и язвительное, лишь бы разрядить напряжение. Поскольку Джей Ди всегда становился слишком проницательным, когда дело касалось блага Перри, сейчас его испытующий взгляд выбивал мужчину из колеи. Заставлял чувствовать себя уязвимым. Словно это был тест – и печальная улыбка на губах Джей Ди давала ему понять, что он не прошёл испытание. Что он потерпел неудачу.       – Сколько вы выпили?       Перри застонал и зажмурил глаза:       – Наверное, столько же, сколько и ты.       – Значит… много.       – Ага.       Джей Ди кивнул, и Перри обнаружил, что крепче сжимает парня в объятиях, уверенный, что тот может отступить в любую секунду. Сделав это, Джей Ди отправил бы Перри обратно к осколкам его жизни, тупиковой работе и жене, которая его не любила. К бессонным ночам, проведённым в мечтах о по-детски голубых глазах, полных теплоты и восхищения – в мечтах, на смену которым всегда приходило резкое, жестокое осознание того, что ничего этого у него никогда не будет.       – Тогда, наверное, убраться отсюда не лучшая идея? – спросил Джей Ди, вместо того чтобы отстраниться, и Перри слегка откинул голову. Видимо, Новичок нервничал: его глаза смотрели куда угодно, только не на собеседника. Румянец на его щеках – слабый оттенок розовато-красного – заставил Перри почувствовать, как дёрнулись пальцы во внезапном порыве потянуться и развязать галстук-бабочку на шее Новичка, чтобы посмотреть, насколько далеко всё это может зайти.       Перри сглотнул.       – Наверное, нет, – согласился он, прежде чем схватить мальчишку за руку и утащить в ночь.       Oh, all the trouble gone away, oh       For a while anyway, for a while anyway       On this heavenly, heavenly, heavenly, heavenly day