Сад несдержанных обещаний

Хёнджин

- А ты, как я посмотрю, так хочешь, чтобы это был не блеф, да? – Хёнджин был уверен, что ему набьют морду после такой незапланированной угрозы, но от Феликса исходило совершенно иное ощущение. Он только сейчас обратил внимание на то, что парень уже едва сопротивлялся и почти смиренно принял свою участь пострадавшего. Хван медленно, всё ещё боясь, что ему прилетит в любой момент, отпустил руки Ли и выпрямился. Только сев ровнее на его бёдрах, Хёнджин понял одну очень неожиданную вещь, ещё более внезапную, чем его угрозы минутами ранее. Он шокировано посмотрел на Феликса, пытаясь понять по лицу, не показалось ли ему. Однако член довольно однозначно упирался ему в зад. - Ликс, ты, - слова подобрать не получалось. Хёнджин в который раз за этот слишком долгий вечер не мог понять, как ему действовать с Ли. Собственное желание отреагировало моментально. Ему тоже хотелось! Ему тоже надо! Хван был бы рад поддаться этому минутному порыву, но отголоски здравого (нихуя не здравого) смысла кричали, что нельзя. Завтра ничего не изменится, они всё равно не будут вместе, а об этом спонтанном сексе очень сильно пожалеют. - Феликс, я не могу. Ты утром будешь жалеть, я не хочу этого, - слова звучали как-то совсем неубедительно, а тело в целом и не пыталось притвориться, что ему не хочется близости. Дыхание участилось. Хёнджин поджимал губы и как-то потерянно посмотрел на Феликса. Он такой красивый. Только любимых веснушек на щеках не было. Надо собраться с силами и слезть. Пойти взять у Минхо эту чёртову воду да уложить их обоих спать. Только вот в планы Ли это явно не входило. Парень опять заставил его задохнуться, сев и оказавшись настолько близко, что вся выдержка грозила улететь куда-то очень далеко. Тихое: "давай, скажи ещё раз, что я тебе противен", сделало лишь хуже. Надо ответить, надо отшить и снова выкинуть что-то неприятное. Надо закончить всё и не давать ложных надежд. Надо, но он не мог. Это было сильнее него. Он достаточно видел, как страдает Феликс, и просто не мог себе позволить ещё раз причинить боль. Во внутренней борьбе победило сердце. Ему слишком сильно не хватало прикосновений этого солнца. - К чёрту всё, - сорванным шёпотом произнёс Хёнджин и подался вперёд, сливаясь с любимыми губами в жадном поцелуе. Здоровая рука легла на спину, придерживая, а левая зарылась в волосы, несильно сжимая светлые пряди. Они целовались так, словно в любой момент кто-то зайдёт и растащит по разным углам. Так, словно не могли дышать без этого. - Я всё ещё не уверен, что нам надо это делать, - Хёнджин отоврался от желанных губ, тяжело дыша и прижимаясь своим лбом к горячему лбу Феликса. Ли же, кажется, уже было плевать на всё. На все его слабые отговорки, он лишь утянул Хвана в новый поцелуй. На этом абсолютно всё, что сдерживало Хёнджина, было сломано. Как можно продолжать играть в безразличие, когда тебя вот так касается любимый человек? Хван со всей осторожностью уложил Феликса обратно на диван, накрывая его тело своим. Рука отвратительно ныла, но на неё было плевать. Наоборот, это даже добавляло какого-то странного и извращённого шарма ко всей той буре ощущений, что он испытывал сейчас. Хёнджин спустился поцелуями ниже, покрывая шею едва заметными следами, которых на утро уже, наверное, даже видно не будет. Ладонью он нащупал влажные салфетки, что лежали в аптечке. Ему хотелось убрать эту маску из косметики, за которой прятался его настоящий Феликс. Прервав своё занятие, Хван поднялся на здоровой руке, чтобы бережно стереть тональный крем с лица. - Так-то лучше, - Хёнджин улыбнулся как-то слишком счастливо. Он целовал каждую веснушку на этих щеках ровно так, как хотелось сделать несколько дней назад. Ладонь в это время пыталась справиться с джинсами парня. Как только ему это удалось, Хёнджин сразу же приласкал изнывающий от желания член, срывая с родных губ первый стон. На застывшего в шоке Минхо, который зашёл в комнату в самый удачный момент, никто не обратил внимания. Они были слишком увлечены друг другом, пытаясь поймать каждое прикосновение, стон, что наполняли комнату. Минхо немного постоял, проморгался, а после скрылся в спальне. Он никак не ожидал, что после той шумной ссоры застанет своего друга, трахающим парня, который вот только что кричал, чтобы Хван не смел прикасаться к нему. Уже позже, когда Феликс, кажется, уснул после всего пережитого, Хёнджин уткнулся ему в плечо. Слишком много мыслей кружилось в его голове, но самой яркой была та, которая уверенно заявляла, что он не сможет отпустить. Не хочет, чтобы всё заканчивалось вот так. Надо попробовать договориться с Саной. Может, в этом человеке осталась хотя бы капля сострадания, и у них есть шанс? Хёнджин мягко провёл большим пальцем по щеке Феликса. Он смотрел на него и понимал, что обязательно попробует вернуть его. Они ещё будут счастливы. - Я так сильно люблю тебя, - прошептал Хёнджин совсем тихо, словно боясь спугнуть. Полежав ещё немного рядом, он всё же поднялся с дивана. Места тут мало, вдвоём спать неудобно, а спальню занял друг. Точно. Минхо. Он же в квартире. Блять. Хёнджин поморщился, представляя, что его лучший друг мог видеть всё то, что тут происходило. Ладно, оставалось верить, что он уже спит и не заметит его тихого проникновения в ванную. Надо было кое-что закончить, а это кое-что лежало именно там. Хван медленно приоткрыл дверь, протискиваясь в небольшую щёлку. Он даже не дышал, боясь, что это выдаст его присутствие. - Если ты опять пошёл пытаться не убить себя, то, пожалуйста, захвати полотенце. Я заебался убирать твою кровь, - пробурчал сонный голос откуда-то из-под одеяла. Хёнджин вздрогнул, понимая, что его раскрыли. Он тяжело вздохнул, закатывая глаза и уже спокойно, а не в позе зашуганной мыши, пошёл в нужную комнату. Тут и правда уже было чисто. Надо будет потом отблагодарить Минхо за всё то, что пришлось сегодня лицезреть. Нужные вещи обнаружились на раковине. Альбом был в крайне плачевном состоянии, а вот с цепочкой дела обстояли лучше. Он взял всю свою добычу, пару баночек перекиси из ящика и рулон тканевых салфеток. Ему предстоит долгая и опять бессонная ночь. Под светом тусклой лампы кухонной вытяжки, Хёнджин методично оттирал листы от засохшей крови. К его удивлению перекись работала настолько хорошо, что через какое-то время ни единого следа крови на бумаге не осталось. Теперь предстояло самое сложное. Собрать всё это и склеить. Вооружившись скотчем и ножницами, Хван до самого утра собирал этот пазл их разорванного счастья. Вышло криво, часть фрагментов всё же была утеряна, но это хоть что-то. С цепочкой расправился без проблем. Там просто слетело одно кольцо, которое легко получилось зажать обратно и сразу же вернуть кулон на своё законное место. Как раз тогда, когда он уже заканчивал с уборкой своей импровизированной мастерской, в дверь постучали. Не догадываясь, кого могло занести в такое время, Хёнджин пошёл открывать, по дороге накинув на себя первую попавшуюся футболку. Чего людей лишний раз пугать. Хорошее настроение, которое успело начать появляться, в один миг исчезло, когда на пороге возникла Сана. Он хотел захлопнуть перед ней дверь, но девушка нагло остановила его и зашла в квартиру. - Разве так встречают дорогих гостей, Джинни, - она улыбнулась, строя наигранно милый вид. - Тебе тут не рады, - сказал Хван, а потом вспомнил, что хотел поговорить, - Хотя, знаешь, у меня к тебе есть дело. Прекрати всё это. Оставь нас в покое. Я больше не могу смотреть на то, как он страдает. Давай поменяем условия сделки. Я готов пойти на всё, чтобы сохранить отношения, умоляю. Сана тихо рассмеялась, а затем, проигнорировав хозяина квартиры, немного прошла внутрь. Она увидела мирно спящего Феликса и всё поняла. - Вижу, ты уже сам всё прекратил. Нарушаешь в первые же дни сделки, Хван, а потом просишь о пощаде? Ты такой забавный, мне нравится. Хм, может, действительно прекратить? – Сана сказала это, чтобы увидеть огонёк надежды в глазах Хёнджина, а после сделать ещё больнее, - Ой, что за бред я несу? Прекратить? О, нет, малыш, ты заплатишь мне за то, что нарушил. Точнее, это сделает твой такой дорогой бывший парень. Помнишь, как кричал, что мне конец, если я влезу в ваши отношения? И кому теперь плохо, Хван? Девушка не прекращала улыбаться, искренне наслаждаясь происходящим. - Нет, умоляю не надо. Не смей ничего делать! Хватит издеваться над Феликсом. Если хочешь мстить, то трави меня! Зачем ты трогаешь его?! - А я не буду травить. У меня есть идея получше. Ожидай подарочек, Джинни, - она подмигнула ему, а после добавила, - Мой тебе совет, отвали от него. Перестань лезть, пока не сделал хуже, а то кто знает, чем это всё обернётся.

*****

Феликс

Хёнджин замер. Чёрт, ещё чуть-чуть и он точно догадается. Ну вот. Растерянное "Ликс" из уст бывшего прозвучало до мурашек волнующе. Он всё-всё понял. И не разозлился. Робкая надежда на мгновение скользнула в сознании. Может быть..? "Не могу, будешь жалеть, не хочу", – как неубедительно. Ли невооружённым, с трудом фокусирующимся взглядом видел, что Хёнджин и может, и хочет. А жалеть они будут оба. Но если это и правда конец, то почему не воспользоваться шансом? Феликс решил испытать судьбу и относительно плавно, чтобы случайно не потерять сознание, поднялся, оказавшись вплотную к замешкавшемуся парню. Одной ладонью осторожно провёл по его щеке, а вторая легла на ощутимо возбуждённое достоинство. – Не хочешь? – Ли даже не пытался скрыть ехидства в голосе. Да, Хёнджин конченный урод, но прямо сейчас хотелось заставить его стонать, чтобы впредь он несколько раз подумал прежде, чем заявил, что Феликс плохой любовник. – Давай, скажи ещё раз, что я тебе противен, – Неизвестно, что творилось в голове бывшего, но спустя несколько мучительно долгих секунд он всё-таки поцеловал. В этом поцелуе не было и намёка на отвращение. Так не целуют нелюбимых. Феликс должен был запутаться, но все мысли разлетелись, как самолёты по расписанию. Осталась лишь одна: сейчас они переспят, и это не обсуждается. "Я всё ещё не уверен... нам не стоит..." – Ликс отстранился от Хвана и пристально на него посмотрел. Что он несёт? Мозг, кажется, окончательно потерял способность мыслить рационально, поэтому парень наклонился к уху того, кто всё ещё сидел на его бёдрах, и прошептал: – Зато я уверен в том, что любил и всё ещё люблю тебя. Мне плевать, что будет завтра. Пусть хоть весь мир схлопнется в одно большое "ничего". Хочу тебя. Сейчас, – Теперь уже он сам поцеловал Хёнджина, вкладывая в это действие максимум своего желания, словно пытаясь подтвердить сказанное. Его аккуратно уложили на спину, заставляя снова ощутить потрясающее чувство безопасной беспомощности, которое возбуждало ничуть не хуже самых откровенных ласк. А потом Хван зачем-то потянулся за салфетками. Оказалось, он хотел стереть макияж. Феликс замер, не смея пошевелиться до тех пор, пока салфетки не выполнили свою миссию. В какой-то момент Ли осознал, что к виску катится слеза. "Зачем ты врал мне?" — Единственный вопрос, который тревожил где-то на задворках сознания, пока Ликс получал удовольствие, доставлял его партнёру в ответ и пытался надышаться запахом родного тела, молясь, чтобы время остановилось. Но оно неумолимо шло вперёд. Всё закончилось так же резко, как и началось. Феликс вдруг понял, что его голова невообразимо тяжела, а глаза закрываются против воли, и даже недовольно бурчащий желудок не смог остановить процесс засыпания. Пообещав себе, что с утра он обязательно задаст Хёнджину тот самый, важный вопрос, Ли уснул. Он даже не вспомнил о том, что обещал вернуться через сорок минут, как не подумал и о включении звука на телефоне. Ему снилось, что всё произошедшее за последнюю неделю было просто кошмаром, что они всё ещё вместе и совсем скоро будут смотреть на празднично украшенный город. Хёнджин говорил, что любит его, а Феликс безоговорочно верил в это.

***

Утро. Ликс открыл глаза и испытал лёгкое недоумение. Почему он спал на диване? События вчерашнего вечера медленно и очень неохотно начали обрывками всплывать в сознании, вводя Феликса в состояние тихого ужаса. Он не должен был сюда приходить. Не должен был видеть всего, что видел, не должен был спать с Хёнджином и уж тем более потом оставаться в его квартире. Кровь на носке, единственной вещи, которую он вчера не снял, высохла, образовав неприятную корочку, так что парень не задумываясь снял их и спрятал в карман спешно натянутых джинсов, пофиг, без них дойдёт. Главное смыться побыстрее. Интересно, где бывший? Спит у себя? А Минхо? Всё-таки, спят вместе? И... точно, тот самый вопрос, который он хотел задать ночью, но не успел. Часть из интересующих его тем отпала, когда Ли услышал голоса на кухне. Отлично, сейчас он всё и узнает. Странно, но один из голосов почему-то принадлежал девушке. Сана? Что она здесь делает? Твою мать! Судорожно отыскав в складках дивана выпавший телефон, он включил его. На загоревшемся дисплее высветились пять пропущенных. Не дозвонилась и пошла искать? Но... Феликс решил выяснить всё у неё самой. "Отвали от него. Перестань лезть, пока не сделал хуже..." – Разговор о нём? Подруга защищает его перед бывшим? – Доброе утро, – непринуждённо поздоровался Ли, войдя на кухню. Босые ступни раздражающе (но похоже, что только его) шлёпали по полу, поэтому он остановился на входе. – Может, расскажете, что здесь происходит? Сана, как ты меня нашла? – Это было несложно, – хмыкнула девушка. – Ладно, мы ещё успеем поговорить позже. Думаю, нам пора. Хван, ничего не хочешь мне сказать? – Феликс подумал, но не решился назвать бывшего привычным "Джинни". До ужаса хотелось, чтобы хотя бы сейчас Хёнджин признался, что совершил ошибку и предложил снова сойтись. Наверное, Сана добивалась именно этого, чтобы Хван представил, каково им будет друг без друга и, возможно, понял, что он так не хочет.

*****

Хёнджин

Хёнджин уже хотел было ответить Сане на очередную порцию угроз. Возможно, попытаться всё же выпросить помилование, но их наимилейшую беседу прервал Феликс. Наблюдая за тем, как спокойно тот общался с девушкой, которая уничтожила их отношения всего парой действий, Хван ощутил горький вкус обиды. Ли считал её своей подругой и даже не подозревал, какое зло скрывается за этой доброй, наигранной улыбкой. Феликс задал вопрос. Слишком сложный вопрос. Стоящая рядом Сана подбивала ответить как-то мерзко. Сказать, что эта ночь была просто очередным способом развлечься. Что он решил воспользоваться ситуацией и переспать со слишком доступным парнем. Однако язык не поворачивался ответить подобным образом. Если бы девушка не заявилась сегодня к ним (нему) домой, то с высокой долей вероятности, они бы помирились, но судьба явно не была намерена так быстро сворачивать свою жестокую игру. Хёнджин очень долго молчал, сверля взглядом пол. Он боялся посмотреть на Феликса. Боялся сказать что-то такое, от чего у парня отпадёт какое-либо желание продолжать общение. Варианты ответа беспрерывно появлялись у него в голове, но ни один из них не подходил. Все звучали или слишком жестоко, или противоречили тому, чего от него требовала Сана. - Мне не о чем с тобой разговаривать, - тихо выдал Хёнджин спустя слишком долгую минуту молчания. Это максимум жестокости, на который он был способен в данный момент. Хван сердито посмотрел на улыбающуюся Сану. Ему хотелось рассказать Феликсу всю правду. Раскрыть её истинную натуру. Кричать о том, что нельзя доверять этому человеку. Помириться, наконец-то, и вместе сейчас поехать за подарком, который он планировал подарить ему на этот Новый год, который они, по иронии судьбы, всё равно провели вместе. Хотелось... но пронзительный взгляд Саны и страх за жизнь любимого, вынуждали действовать другим образом. Возможно, когда-нибудь, много лет спустя, вся эта ситуация уляжется и он обязательно расскажет Феликсу о том, почему поступил столь мерзко. - Ты прав, вам пора идти. Хорошо провести выходные, - Хёнджин сказал это и отвернулся от парочки фальшивых друзей. Он не мог смотреть на Феликса и продолжать делать вид, что ему плевать. Пришлось создать иллюзию серьёзной занятости утренней рутиной.

*****

Феликс

Феликс думал, что сойдёт с ума в ожидании ответа. Казалось, вот-вот он соберётся и всё-таки скажет, признается, попросит прощения. Но вместо этого лишь сухое "не о чем". – Я тебя понял. Что ж, тогда желаю удачи. Береги себя, пожалуйста, – Ли недвусмысленно покосился на плечо, скрытое под футболкой, после чего взял за руку Сану, и вместе они покинули квартиру. По дороге до дома парень кратко рассказал, как так получилось, без лишних упоминаний всего, чего не стоило бы, а также сообщил о том, что прямо сейчас поедет к родителям. Девушка задумчиво кивала, иногда вставляя какие-то комментарии и задавая вопросы. Было приятно ощущать её поддержку, хотя он и был расстроен окончательным разрывом. В этот раз он ощущался как будто бы более спокойно – принятие неизбежного, Хёнджин просто почему-то не хотел. Слова, сказанные им в универе всё ещё тревожили, но Ликс решил, что надо жить дальше, может быть, тогда он узнает истинную причину. А даже если нет, у него всё ещё есть семья, которая его любит.

***

Половину воскресенья и весь понедельник он провёл с родителями. Семейный ужин, разговоры "по душам". Парень отключил телефон и старался не думать о Хёнджине. Получалось отвратительно. Несколько раз мама спрашивала, что случилось, но неизменно получала нервное мотание головой и поспешное "всё в порядке, просто устал". Папа гораздо больше интересовался учёбой, и здесь Феликс снова терпел полный провал – не сказать о Хёнджине он не мог. Отец проникся к бывшему уважением и симпатией, когда узнал, как сильно он помог Ликсу справиться с очередным семестром. Естественно, об отношениях и тем более о некрасивом разрыве Ли тактично умолчал.

***

Вернувшись к Сане, он снова старался не говорить о бывшем, к счастью, девушка не настаивала. На работе он справился сравнительно неплохо, и даже с помощью слишком уж общительной клиентки нашёл себе новую квартиру. Вечером этого же дня заключил договор, а с утра перед экзаменом перевёз вещи. По-хорошему, стоило бы подготовиться, но Феликс прекрасно знал, что ничего не выйдет. Они не успели пройти эту тему с Хёнджином, а самостоятельно её разобрать он чисто физически не успевал. В аудиторию он плёлся медленно, но всё же успел вовремя. – Эй малыш, классная попка. – Что? – Говорят, ты теперь свободен. Не хочешь попробовать новые отношения? – Мгм... — Подумай, подумай, я не шучу. Ликс промолчал, поджав губы, общаться с психом не хотелось, к тому же, у их разговора было немало свидетелей, которые вполне могли бы воспринять его слова как-нибудь не так. Парень быстро прошмыгнул в аудиторию и занял место почти в самом конце помещения. Сразу следом за ним влетел и Джисон. Пялясь на листок с заданиями, Ли стремительно осознавал, что это конец. Он не сдаст. Пересдач больше не будет, он снова скатится в самый низ рейтинга, отчислится и разочарует отца, которого ещё позавчера обрадовал. Собравшись с мыслями, Феликс всё же предпринял попытку написать что-то вразумительное. Он сделал примерно половину, когда учитель внезапно поднялся со своего места и сообщил о том, что его ненадолго подменят. Шанс списать? С надеждой уставившись на дверь, Ликс задержал дыхание и мысленно помолился. До слёз в краешках глаз знакомый силуэт, появившийся в проёме, очень быстро приобрёл чёткие черты. Хёнджин. "Ну конечно, ёпт твою мать, кто же ещё это мог быть!" С трудом удержавшись от того, чтобы скомкать листы, лежащие под рукой, Ли тихо выдохнул. Он не останется здесь больше ни на минуту. Плевать, что отчислят. К чёрту это всё. Быстро собрав шелестящую бумагу и письменные принадлежности, Феликс буквально сбежал с дальнего ряда к профессорскому столу и, оставив недописанный экзамен на краю, вышел из аудитории, попутно накидывая лямку рюкзака на плечо. Самое время пойти напиться в новой квартире.

*****

Хёнджин

Кофе, который Хёнджин упорно пытался приготовить, сбежал. Минхо зашёл на кухню мрачнее тучи. По нему было видно, насколько тяжёлой выдалась эта ночь. Феликс ушёл, оставив после себя только едва склеенный альбом и болезненные обрывки некогда счастливых воспоминаний. В голове стало как-то тихо. Словно после этого разговора с Саной Хёнджин принял реальность. Понял, что ничего уже не удастся вернуть. Значит надо хотя бы пытаться жить дальше. Насколько тяжело бы это ни было. После весьма вкусного завтрака, на который с огромным боем его уговорил Минхо, Хван поехал за подарком. Хотелось бы, конечно, лечь и выспаться хорошенько, от усталости Хёнджин едва держался на ногах, но время уже было назначено. Ничего, отдохнёт потом. Сегодня воскресенье, и он ещё месяц назад договорился с владельцем кафе на этот счёт. Ему стоило огромных усилий доказать тому, что он достоин и сможет обеспечить качественные условия, поэтому просто позвонить и сказать, что уже не актуально, не выйдет. Да, они с Феликсом больше не вместе. Парень, наверное, даже никогда не узнает об этом, но всё равно. Быть может, так у него появится хотя бы один маленький повод жить. Приехав в кафе, которое, по правде говоря, никогда особо не нравилось из-за количества аллергена на квадратный сантиметр, Хёнджин зашёл внутрь. Его уже ждала переноска с тем самым котом, который всегда относился к его бывшему парню с особой любовью. Ещё в один из первых походов сюда у Хвана промелькнула мысль о том, что забрать это пушистое чудовище домой было бы отличной идеей. Да, он, мягко говоря, не дружил с котами, но ради счастья любимого человека потерпеть какую-то аллергию – не так трудно. Подумаешь, придётся каждый день принимать лекарства, зато Феликс будет рад. Был бы рад… Владелец кафе в сотый раз спросил его о правилах ухода за питомцем и только потом отпустил. Дома ждал Минхо, который был крайне удивлён их новому жильцу. Всех этих ушастых друг просто обожал, да и посчитал, что ответственность за маленькую жизнь пойдёт Хёнджину на пользу. Так у него дома появился новый сожитель.

***

Через несколько дней Хёнджин чувствовал себя немного лучше. Пребывание кота и друга в его доме всё же пошло на пользу. Хотя, возможно, гораздо лучше работало принятие неизбежного. Он больше не пытался связаться с Саной. Лишь молча ждал, когда та сделает свой обещанный новый шаг. Судя по её обещаниям, ещё более жуткий, чем до этого. Сегодня у Джисона пересдача. По этой причине Минхо всё же удалось выдернуть Хвана в люди, хотя тот больше предпочитал сидеть дома и никуда не выходить. Плюсом ко всему ему тоже надо бы закрыть практику. После той жуткой неудачи на симуляторе его не хотели допускать до отработки более сложных заходов, говоря, что основы хромают. Однако Хёнджину всё же удалось выбить разрешение и доказать, что он заслуживает работать над тем, что надо сейчас по программе. Они стояли около аудитории, ожидая Джисона, когда из неё вышел преподаватель и внезапно попросил Хвана присмотреть за студентами. Он попытался соскочить, но мужчина настоял на том, что парень достаточно ответственный и больше всех из присутствующих подходит на данную роль. Хёнджин неохотно согласился. Наполовину пустая аудитория. Разглядывать тех, кто пытался написать экзамен, желания особого не было, поэтому Хван молча занял место профессора, сразу же утыкаясь в телефон. Почти сразу кто-то из студентов бросил свою работу на стол и скрылся. Хван обернулся на звук открывающейся двери и моментально узнал знакомую фигуру. Точно. У Феликса же тоже сегодня пересдача. Как можно было забыть. Работа, небрежно брошенная на краю профессорского стола, принадлежала ему. Из чистого любопытства, Хёнджин взял листок в руки, сразу же отмечая несколько ошибок. Последняя часть не была решена вовсе. Он понимал, что так делать нельзя, но не сдай этот тест, Ли бы вылетел из университета. Хван невозмутимо взял ручку, что принадлежала их учителю и быстро, пока тот не вернулся, заполнил все пропуски. Пусть нечестно, но он не мог позволить парню отчислиться вот так просто, понимая, какие у того потом могут быть проблемы в семье. Закончил своё преступление очень вовремя. Профессор вернулся в аудиторию, и Хёнджин с почти чистой совестью ушёл. Потом он, правда, выслушал гневную речь от Джисона за то, что ему он таким образом не помог, но на это было так же похуй, как и на большинство вещей в последнее время. Главное, что он хотя бы чуть-чуть смог сделать жизнь Феликса легче.

*****

Феликс

Быстрый набор пароля, и дверь с тихим щелчком отворилась. Запах одиночества. Он ощущался так отчётливо, что хотелось застрелиться, хотя ещё совсем недавно это было привычным и даже комфортным. Сняв обувь, Ликс прошёл внутрь и почти сбросил свой рюкзак на пол. Приглушённый звон напомнил о том, что по дороге он заходил в магазин. Пришлось остановить руку на половине пути и поставить аккуратно. Несмотря на пополнение запасов алкоголя, пьянство было с сожалением отложено на завтра, потому как в случае косяков на работе ему грозило увольнение, а вот в универ он теперь мог заявиться в любом виде. Чтобы не спиваться в одиночестве, написал Сане с заманчивым предложением, от которого она не смогла отказаться. Вроде бы, жизнь потихоньку налаживалась. Вторник прошёл отлично: клиенты спокойные и приветливые, повара не задерживали блюда, а бармен и вовсе предложил Феликсу составить им компанию, когда парень рассказал о планах на вечер. У них были неплохие отношения, так что Ли согласился – этот знает толк в крепких напитках. Приятель даже пообещал захватить чего-нибудь "своего", чтобы они точно не остались разочарованными. Со смены ушли вместе. Феликс привычно осмотрелся по сторонам, вызвав недоумение спутника. – Боишься чего-то? – А? О чём ты? Ааа... да, паранойя, знаешь ли, страшная штука, – соврал Ли, не моргнув глазом. Сана пришла примерно на час позже, чем добрались парни. К этому моменту они уже успели накрыть на стол, вечер обещал быть нескучным. В половине первого Феликсу стало просто жизненно необходимо поделиться своим занятием с миром, поэтому он записал короткое видео, засняв каждого из участников мероприятия, а потом и себя, чтобы выложить в историю всех доступных ему соц. сетей (хотя в итоге ограничился только инстаграммом, потому что стало лень). С подписью решил не париться, написав лаконичное "празднуем свободу", имея в виду своё отчисление. Уже ближе к утру он понял, что в целом и в отношениях теперь "свободен", но эта деталь – лишь "забавное" совпадение, от которого душу заскребли безжалостные кошки, так что Ли поспешил залить в себя ещё чего-то, первого попавшегося под руку, лишь бы забыться окончательно.

***

Когда гости разошлись, Ликс убрал квартиру и уже через пару часов отправился в универ, чтобы узнать результаты заваленного теста и (не)дописать последнюю отработку. Состояние было ужасным настолько, что он едва не забил на этот бессмысленный поход, но всё-таки решил, что раз уж делать что-то, то до конца. Едва ему дали работу, Феликс тут же поднял руку: – Да, мистер Ли? Что случилось? – А-эм... ничего, всё в порядке, простите, – пробубнил он в ответ, внимательно перечитав своё имя несколько раз и осознав, что это не ошибка. Почти максимальный балл. Невозможно, просто невозможно. Он ведь его даже не доделал! Хотя... Воскресив в памяти события экзамена, Ли вспомнил о том, что преподавателя некоторое время подменял Хёнджин, неужели он..? "Да не может быть". Вот только экзаменационные листы кричали об обратном. "Может, это глюки?" – Мистер Ли! Я был поражён, вы так хорошо подготовились, это один из ваших лучших результатов за всё время обучения. И я слышал, что в других дисциплинах вы тоже стали преуспевать. Расскажите, в чём ваш секрет? – привлекая к себе внимание, поинтересовался профессор. – Л-любовь? – неуверенно ответил растерявшийся парень. А что ещё он мог ответить, если думал в этот момент только о бывшем? – В смысле, я хотел сказать, нужно полюбить то, что делаешь и... просто делать это. – Мгм, что ж, мы вас поняли, – Профессор, похоже, был не вполне удовлетворён ответом, но решил оставить студента в покое. Отработка, которую они писали после, оказалась настолько простой, что Ли без проблем справился с ней даже в своём наполовину адекватном состоянии. Хотя не исключено, что именно благодаря своему наполовину адекватному состоянию он и был достаточно уверенным в себе, расслабленным и способным использовать свой мозг по назначению вместо того, чтобы бесполезно страдать. Законная свобода ощущалась гораздо приятнее, чем вынужденная. Феликс зашёл в туалет на первом этаже, чтобы сполоснуть лицо прохладной водой, после всего пережитого, нужно было освежиться, но развернувшись в сторону выхода, наткнулся на чью-то твёрдую грудь. – Простите, я не хотел... – Зато я хотел, – Сильные ладони сжали плечи, так, что Феликс почувствовал собственные кости, а затем затылок ощутил твёрдую поверхность плитки. Неприятный шум в ушах лишь усилился, когда его впечатали в стену повторно. После столь радушного приветствия, парень планировал сползти на пол, закрывая голову руками, но ему не дали. – Держи его, – Оказалось, что незнакомец был ещё и не один. Рассматривать времени не нашлось, поэтому Ликс лишь попытался оказать сопротивление, чтобы вырваться и убежать. – Как мило, ты посмотри, – Резкий удар поддых заставил зайтись кашлем. В тот же момент Феликс понял, насколько малы его шансы на успешное исполнение задуманного. Тело не в том состоянии, да и численное превосходство противника оптимизма не добавляло. Второй из напавших бодро свёл его руки за спиной и поднял согнувшегося Ли так, чтобы он смог увидеть своего "собеседника". – Давай, спроси, что нам нужно? Желания говорить не было, однако после очередного удара в живот пришлось передумать. – Что... вам нужно? – прохрипел Феликс, молчаливо радуясь тому, что нанесённый им же самим порез находился достаточно низко, чтобы туда бить, а кроме того, был неглубоким, так что уже затянулся и вряд ли бы начал кровоточить от подобного рода нагрузок. Хотя бы сегодня его одежда останется не испорченной. Однако в этом он снова просчитался. – Ты клеился к моему парню. – Что?! – Ликс буквально поперхнулся воздухом от такого заявления и снова попытался вырваться. Неудачно. – Будешь отрицать? – Разумеется! – Давай, – Парня довольно резко развернули и приложили головой о раковину. Из носа и рассечённой брови радостно хлынули струйки крови, а Ли попрощался с любимой толстовкой. Звук входной двери заставил всех немного отвлечься. Даже Феликс сквозь мутную пелену попытался сфокусироваться на том, кто вошёл. Он увидел "новенького" только наполовину, но даже этого хватило, чтобы понять: Хёнджин. Обидчики явно перепугались, и даже хватка стала как будто слабее, но у Феликса уже не было сил сопротивляться, поэтому он лишь безвольно повис на собственных волосах, когда осмелевший от бездействия Хвана парень, схватил его за макушку, чтобы посмотреть прямо в лицо и злобно прошипеть: – Ещё раз увижу рядом с бывшим – прибью. Что это могло значить Ли так и не понял, а думать сейчас было слишком больно. Гадать о том, что здесь делает Хёнджин и почему ведёт себя так, будто ничего необычного не происходит – тоже. Видимо, наличие посторонних, карателей всё-таки напрягло, потому что прополоскав напоследок Феликса в раковине под ледяной водой, они ретировались.