Тайна созвездий Амита Таккара

      Металл тихо звенел, плавясь в котле. Магия струилась над огнём, как пар — плотная, тускло-голубая, живая.       Рагнок подошёл к телу Гермионы. Осторожно, почти уважительно — не потому, что боялся, а потому что чувствовал: его шаги нарушают тишину.       Он наклонился и потянулся к её запястью.       — Тронь её — и я сломаю тебе руку.       Голос Дина был ровным, как выстрел.       Гоблин замер. Поднял голову. Их взгляды встретились.       — Это мой бескар, — не отводя взгляда, прошипел Рагнок. — Она обещала его. Мне.       Дин подорвался с места и в три шага преодолел расстояние между ними, хватая Рагнока за ворот, шипя ему прямо в лицо:       — Я сказал: отошёл от неё.       — Ты не понимаешь! — прохрипел тот. — Коробки… мы делаем их из гоблинской стали. Потом — обшиваем прутьями из бескара. Из того доспеха выйдет не больше пяти штук, а по моим расчётам нужно минимум десять.       Дин скривился, хоть гоблин этого и не видел, а затем отпустил его, грубо отталкивая в сторону. Затем присел рядом с телом жены и взял её руку в свою. Медленно, аккуратно снимая её браслет с запястья.       Её рука была ещё теплой.       Дин поднёс её к губам и оставил мягкий поцелуй на родной ладони.       — Прости, кьяр’ика, — прошептал он так тихо, чтобы Рагнок его не услышал, а затем положил её руку на тело и отошёл, грубо протягивая браслет его жены гоблину.       Тот посмотрел на браслет. Было в этом взгляде что-то почти человеческое — нечто похожее на грусть. Или… уважение. Гоблин стиснул челюсть и бросил браслет в котёл.       Пламя взвыло. Ярко, как будто бы в котёл упал не металл, а её пылающее сердце.       Дин подошёл ближе. Не говоря ни слова, медленно снял с бедра пластину и отбросил её. Затем — вторую, потом — наручи, поножи. Потом — наплечник. Затем ещё один.       Всё это со звоном упало на пол.       Лицо Рагнока напряглось, но он молчал.       Дин остановился. Рывком сорвал с себя шлем и грубо сунул в руки гоблину.       Его лицо было пустым. Красные глаза, невидящие ничего перед собой, запавшие щеки, губы плотно сжаты.       Рагнок посмотрел на груду бескара.       Грогу подошёл к ним и сбросил в общую кучу свою кольчугу и нагрудный диск. Молча кивнул отцу и получил такой же сдержанный кивок в ответ.       — Этого хватит? — дар’мэндо повернулся к гоблину.       Рагнок кивнул и добавил тихо:       — Даже… с избытком.       Дин не ответил.       Рагнок бросил шлем в котёл. Тот начал таять, как масло на горящей плите, а затем зашипел и запузырился. Спустя несколько минут от него больше ничего не осталось. От доспеха, и от Дина — тоже.