Позови

Ваймак устало потер лицо ладонями и налил кипяток в чашки с растворимым кофе. Синтетический, но не лишенный приятности аромат, смешался с душноватым воздухом его небольшой квартиры. Не спрашивая, тренер поставил одну чашку перед Кевином, добавив еще тосты и наскоро обжаренный бекон. — Не высокая кухня, конечно, — усмехнулся он. — Ничего. Спасибо. Мне кажется, я уже дня два ничего не ел, — Кевин соорудил себе подобие бутерброда, способного повергнуть в шок какого-нибудь именитого шефа из упомянутой выше кухни, и с наслаждением захрустел корочкой. — Что тебя беспокоит? — Ваймак последовал его примеру, оседлав табурет, — хватит уже секретов. Я тебя не узнаю. Тренировки только портишь своим озадаченным видом. — Эндрю у «Воронов», — понизив голос, сообщил Кевин, чувствуя, что ему на глазах становится легче. — Еще не лучше! — тренер отхлебнул кофе и едва не закашлялся. — Откуда тебе это известно? Кевин добавил к тосту и бекону еще тост, кусок листика салата, полил майонезом; ему самому стало смешно от количества калорий и вредных веществ, готовых попасть в его организм. Ваймак только моргнул, но никак не прокомментировал сей кулинарный изыск. Он молчал в ожидании ответа. — Веснински приезжал. Упрекал нас во всех смертных грехах и понтовался своим благородством. Говорит, Эндрю в клинике… — Если Лайонел Годфри лечит его, то у него есть все шансы вернуться в строй; вот только куда? — Ваймак проницательно глянул сыну в глаза. — Кроме излечения, еще нужно желание, — возразил Кевин, — а Эндрю ясно дал понять, что играть не намерен. — Под химией чего только не скажешь, — Ваймак тяжело вздохнул, — проклятый Морияма повсюду насовал своих шпионов! Откуда, спрашивается, они так быстро узнали о наших проблемах и утащили Миньярда в свое гнездо?! Мы еще совет федерации не успели уведомить, что потеряли вратаря, а они уже тут как тут! — Ты думаешь, Эндрю станет играть за «Воронов»? — Кевин озвучил вопрос, который пугал Ваймака до обморока. — Не знаю. Он умеет быть благодарным. Я не уверен, подпишет ли Эндрю долгосрочный контракт, но на год, чтобы отдать долг, вполне… Тем более, что мы говорим о Морияме… Да, после перестановок и чисток, в их дурдоме посвежело: Ичиро более гибкий и здравомыслящий лидер, но не стоит забывать, что речь идет о преступном сообществе. Я всегда держу это в уме. Они способны на все, в том числе, и на угрозы. Эндрю — смелый парень, отчаянный, но благодарность, смешанная со страхом за собственную жизнь — убойный коктейль, сынок, понимаешь меня? — Уже давно все понимаю, — вздохнул Кевин. — Мне жаль, что ты прошел через все это дерьмо, но теперь-то надо жить дальше. Учесть прошлое, и спокойно идти в будущее. Да, без Эндрю нам крышка. Тебе я могу сказать об этом. — Ваймак допил кофе и поднялся, — поехали на стадион. Начнем пораньше. И я хотел бы попросить тебя, не распространяться пока об этих перестановках, тем более, что мы пока еще не знаем о намерениях Эндрю. Сумеешь промолчать? — он метнул взгляд, полный надежды. — Надо промолчать, — вздохнул, соглашаясь, Кевин. — Ребята и так в шоке. Рене только вчера вернулась в строй, но Эбби каждый день на стадионе: следит за ней, как коршун. Я все думаю: у нас столько желающих играть, неужели нельзя поискать талантливого голкипера? — Я ищу, — коротко отозвался Ваймак, — но голкиперы, да еще, талантливые, на дороге не валяются… — Этот отбитый Рико, кстати, давно зарился на Эндрю. Он — идиот и садист, но талантливых игроков кожей чувствует. — Ты это к чему? — напрягся Ваймак. — Хочешь сказать, что он мог приложить руку? Кевин тоже допил кофе, с сожалением заглянул в пустую кружку и медленно произнес: — А ты посмотри на конечный результата, отец, — он кивком поблагодарил Ваймака, когда тот налил ему вторую порцию. — Только этого еще не хватало! — заметил тренер, задумываясь над словами сына. Сегодня тренировка заняла больше двух часов. Лисы выкладывались, как могли, умудрившись даже ни разу не поссориться. Через два дня их ждал товарищеский матч с Чарлстоном. Львы, уже имевшие опыт победы над самими Воронами, повергали ребят в отчаянный ужас, который, в свою очередь, влек за собой досаду и хорошую спортивную злость. Даниэль, как по учебнику, раскладывала примерный ход игры, но беспокойные руки, сжимавшие телефон, выдавали ее неуверенность. — Короче…лететь два часа. В Чарлстоне — жара под сорок; болельщиков будет немного, сами понимаете… Все обстоятельства работают против нас. Одно только радует — у Львов очень нестабильные результаты. То они уделывают Воронов, а то проигрывают Сервалам. Я ничего не понимаю. Играют на одном настроении и нерве. Странно, для такой сильной команды, — ее свежее личико, раскрасневшееся после пробежки, с надеждой повернулось в Ваймаку, — с ними невозможно ничего предугадать. — А мы и не гадать сюда пришли. Продолжай, Дэн. — Ваймак кивнул ей, — мне пока нечего добавить. — Рене? — вмешался Кевин, вошедший в рабочий режим после разговора с тренером, — ты как? Справишься? Безмятежные глаза, словно подернутые туманом, оглядели ребят: — Справлюсь. Вот только, у нас лишь один голкипер. Иногда мне кажется, что мы зря отпустили Эндрю… Все испуганно замерли, косясь на Ваймака. Бунтовать, конечно, никто не пытался, но мнения, сходные с Рене, понемногу начали высказываться. — Так, — Ваймак поднялся и оглядел всех по очереди, — наша проблема в страхе, что преодолимо; и в малом количестве игроков. Сыграем в Чарлстоне — дальше поглядим. Скоро к нам присоединится Ники; с новичками вплотную поработаем… Можно попробовать воронью схему по привлечению новых игроков — Я не уверен, что сумею кого-то принудить, — усмехнулся Мэтт, — нам надо срочно на стажировку в «Эвермор». — Ладно. Будем исходить из того, что есть. Нам надо посмотреть, на что мы способны в этом составе. В новичках я уверен… — оставив шутки без внимания, вздохнул Ваймак, — Кевин, займись Тедом и Симоном, а Рене — Софией; девчонка трусливая, но, если отвлечь и раззадорить, прекрасно отстоит один период. Будем пробовать с теми, кто есть. — Мы и без них в жопе, — подал голос Аарон, — извините, тренер. — А ты прекрати думать о себе, лучше, чем есть! — оборвал его Ваймак. — Без слез не взглянешь на вашу оборону. Включайте мозги. Львы — скоростная команда, но суетливая; из-за этого, и результаты такие неровные. Следите за ними и… Ладно. Жду на вечернюю тренировку. «Лексус» Ники, ключи от которого были пока у Аарона, ждал их на парковке, рядом с «Порше» Элисон. Девушка сидела за рулем, уставившись в экран телефона и, казалось, никого не замечала. Кевин пожал плечами и окликнул ее: — Что-то личное, или, может, поделишься? Она не сразу, но подняла глаза: — Короче, нам всем трындец. После ухода Эндрю вся команда чувствовала себя неуютно. Кто-то испытывал вину, кто-то радовался, но не светлой радостью, когда сбывается мечта, а глупо удовлетворяясь, что у недруга случилось несчастье. Элисон принадлежала к этим вторым. Ей непонятна была ностальгия Дэн или Рене по беспокойным дням, когда непредсказуемый Миньярд каждую тренировку преподносил какой-нибудь сюрприз. Он мог просто хамить и выводить из себя, и тогда игра шла задорно, хоть и со знаком «минус,» и с желанием убить эту белобрысую сволочь. А иногда он распускал руки или влезал в личное пространство, зная абсолютно все обо всех, но не касаясь и пальцем. При этом, он не был болтлив или весел. О, нет. Он просто обжигал взглядом своих непонятных глаз, и спокойным, холодным голосом ставил на место. Ей тоже не хватало его. Но она не отдавала себе в этом отчета. — И почему нам трындец? — поинтересовался Аарон, приближаясь. Он совсем не походил на Эндрю: его злость была просто злостью, а не выверенным рецептом для выкручивания мозгов. Она убавила музыку и повернула телефон; Аарон склонил голову, присматриваясь. Когда до него дошло, что было в тексте сообщения, он треснул рукой по стойке и выругался. — Тачка моя здесь не при чем, — холодно осадила его Элисон. — Что там? — Кевин, который вот уже несколько минут пытался понять, что происходит, приблизился тоже и взял телефон из рук девушки. — Заебись, — обреченно произнес он и поднял глаза на Аарона. — Я туда не пойду. — А кто пойдет? — угрожающе вопросил Аарон, — я?! — Все, вот, как назло! — Элисон вышла из машины и сердито скрестила руки на груди. Солнечный день, казалось, померк, и стены Лисьей Норы утратили яркость. — Может, ты пойдешь со мной? — без особой надежды, обратился к ней Кевин, — ты, хоть, красивая. — Спасибо! — яростно огрызнулась она, — ты, блядь, тоже красивый! Иди, сам очаровывай эту дебильную Кэти! — Дело не в Кэти, — сухо заметил Аарон, — дело в Рико. Это его проделки… — А это значит, — медленно проговорил Кевин, — это значит, что у Мориямы есть, чем всех удивить. Они переглянулись. Элисон забрала телефон у Кевина и стала читать сообщение более внимательно: — Ничего здесь не сказано, — констатировала она, — но вот мне, почему-то кажется, что тебе что-то известно, — ее серые глаза прожгли Дэя подозрительным взглядом. — Колись! — Откуда я знаю, что у него на уме?! — Кевину почти удалось; глаза его забегали, но наткнулись на не менее подозрительный взгляд Аарона. — А ведь она права, твою мать. И лучше бы тебе не крутить нам мозги. На шоу у Кэти ты будешь выглядеть полным идиотом, если проигноришь… Кевин терпеть не мог откровенных разговоров. Еще с тех пор, как его сломанная рука превратилась в тему для шоу Кэти Фердинанд. Эта ушлая дамочка, завоевывающая себе рейтинги с помощью нехитрых репортерских уловок, вдруг опять возникла на горизонте. Кевин до сих пор помнил, как болели мышцы лица в притворной улыбке; и свои дебильные ужимки. Столько лет прошло, а глаза Рико все преследуют его насмешливыми черными впадинами. «Собственность Эвермора» — так зовет его Рико, пока Веснински не обретает право голоса и не затыкает Морияму, ко всеобщему удивлению. И еще Миньярд. Эндрю Миньярд. Кевин поморщился. Вина перед Эндрю начала мучить его, как только он увидел сорванную дверь в комнате общаги. Что они сделали для Эндрю? Молча смотрели, буквально, как кучка лисиц, сбившаяся у дороги, в ожидании подачки судьбы. Но ничего не произошло. Судьба плевать на них хотела. Само ничего не делается в этой жизни. А не делаете, и не надо. Миньярд… Господи. Они его не заслужили. «Вратарь от Бога», «Смертоносное приобретение Лисов», «Ворота «Лисов» теперь на замке!» Какие заголовки! Хоть одна блядь оценила?! Он тяжело вздохнул. Вот, почему так хреново на душе. А еще…еще Миньярд умеет быть благодарным. И он, как подозревает Ваймак, вполне мог подписать контракт с «Воронами», хотя бы из чувства приличия. Из внутреннего, свойственного Эндрю, благородства. И если Веснински, который тоже производит сильное впечатление своими человеческими качествами, это благородство оценит, то «Лисам» пиздец. У них просто не останется шансов. Морияма, хоть и сволочь, великолепен на поле. А Веснински и Миньярд, вообще, на пару, могут раскатать любую команду. Он снова вздохнул и решил больше не врать. — Вороны уволокли Эндрю к себе в клинику. — К Лайонелу Годфри? — холодно уточнил Аарон. — Да. — Тогда можно расходиться. Я поеду поступать в Медицинский университет в Калифорнии, давно уже задумываюсь. Годфри — пример для подражания, кстати… — Аарон, побелевший от избытка эмоций, отвернулся. — Я тоже не сомневаюсь, что Лайонел поставит Эндрю на ноги, — обреченно проговорила Элисон, — только это же не значит, что он встанет на ворота… Кевин покачал головой и усмехнулся: — Я не удивлюсь. Они умеют уговаривать. Элисон обвалилась за руль. Молчание затягивалось. Потом Аарон махнул рукой и направился к машине: — Я поехал, Кевин. — Давай. — А ты чего? — Элисон грозно уставилась на него. — А я, все-таки, попросил бы тебя пойти со мной к Кэти. Она задумалась. — Я плохо схожусь с людьми. Хочешь, чтобы мое хамство прогремело на всю страну, и спортивный мир охренел; я боюсь не сдержаться, в присутствии этой шалавы, которая готова делать людям больно, только из желания понравиться публике — так себе качество. — Это ее работа, как, собственно, и выслушивать хамские замечания, — Кевин проводил взглядом Аарона. — Я хочу своими глазами убедиться… — Дурак, что ли? — фыркнула девушка. — У нас сезон начинается через две недели. Там и убедишься. Еще этот товарищеский матч с Чарлстоном. Опозоримся, чует мое сердце. Так себе начало, да? Кевин молча думал над ее словами, сам уже понимая, что лучше бы Ваймак не принимал приглашения «Львов»… А Элисон вдруг добавила: — Знаешь, мне не очень хочется прославиться, как кучка долбоебов, которые проебали лучшего в мире голкипера…не смотря на его заебы. Так я считаю. — Ничего себе, какой ты цельный человек, — Кевин с интересом посмотрел на нее, — готова признать Эндрю лучшим, хотя тебе от него досталось… — Пошел ты. К моим человеческим качествам это не имеет никакого отношения. Кэти выставит нас полными дебилами, и все вернется на круги своя: «Лисы» — отстой, и не стоит тратить на них время! Вот, что меня беспокоит! — Ты пойдешь или нет? — Кевин нахмурился, признавая ее правоту, но вынужденный понимать и необходимость присутствия на шоу. — Я подумаю, — махнула рукой Элисон и пригласила, — садись уж, отвезу. Утреннее шоу Кэти Фердинанд было запланировано на ближайший четверг. Когда представитель телекомпании озвучил дату, Ваймак только суеверно вздохнул: прошел ровно месяц, как Лисы расстались со своим голкипером. Кевин смирился с мыслью, что ему придется выступить в эфире, и с упрямством готовил речь, состоявшую из закругленных фраз, без намека на откровенность. Элисон, которую он уговорил пойти с ним для моральной поддержки, злилась, демонстрируя полное неумение держать гнев под контролем. Аарон даже начал сомневаться, правильно ли они поступили, заявив на съемки эту взъерошенную, искрящуюся эмоциями, кошку. — Может, переиграешь, и пригласишь Рене? — Аарон встревоженно перечитал список вопросов, который заранее передали из пресс-центра. — Она сдержаннее. Кевин взял список у него из рук, пробежал глазами, потом задумчиво покачал головой: — Элисон злее и ярче. Есть надежда, что у нее получится отвлечь на себя внимание, а я сумею оценить обстановку. — Ха, да че там оценивать! — Аарон раздраженно пожал плечами, сдаваясь, — Рико всегда полон сюрпризов. Этот мудила не появляется на телевидении, если ему нечего сказать. Такое ощущение, что нас вообще позвали, чтобы поиздеваться. Я уже говорил, что мечта всей жизни Мориямы — выставить нас на посмешище. Вот увидишь, весь этот цирк затеян с его подачи. — Но начинается сезон, Аарон. Кэти всегда, примерно в это время, устраивает свои провокации. К тому же, и кроме нас, полно новостей. Например, у этих недоумков «Шакалов» два охрененных приобретения… Последние слова Кевина потонули в скептическом фырканье Аарона: — Пиздец! И давно ты стал таким оптимистом?! Говорю тебе, нас ждет какая-то херня. Вот увидишь. И готов спорить, Эндрю — не последний козырь Мориямы. Если я увижу его на шоу, сразу после — возьму билет до Калифорнии. — Ты все-таки считаешь, — Кевин повернулся, и Аарон даже пожалел о своих словах: такая бледность залила лицо Дэя. Но отступать было поздно, и он закончил свою мысль. — Да. Есть опасение, что Эндрю теперь «Ворон». — Этот Натаниэль умеет крутить людям мозги. С детства был таким, — Кевин вздохнул, — это не Рико, Аарон. Я уверен, что Эндрю никогда бы не дал ему согласия. — Какая, нахуй, разница, — дернул плечом Аарон, — кто ему там приглянулся больше… Кевин вздрогнул: — Давай, скажи, что Эндрю замутил с Веснински… — Не такая уж глупая мысль. Он всегда тащился по нему. — Не верю! — Кевин аж подпрыгнул. — Я тебе не верю. Натаниэль, конечно, красавчик, и все такое…но, — Кевин вдруг замолчал и с испугом посмотрел на Аарона. — Блядь! — Вот-вот, — Аарон уже сам был не рад, что поднял этот вопрос, и, возможно, ухватил истину за хвост. — Я ничего такого не замечал, — упрямо поставил точку в разговоре Кевин и, с убитым видом, стал перебирать вещи для съемок. — Не могу поверить, что я опять сюда приперся, — Кевин уже тысячу раз давал различные интервью, но ни что так не будило в нем тяжелые воспоминания, как эта студия телецентра, заполненная, как всегда, оживленными зрителями. — Успокойся, — Элисон в строгом брючном костюме темно-синего цвета, с гладкими локонами, переброшенными через одно плечо, напоминала кино-диву, снизошедшую до простых смертных. В туфлях на немыслимых шпильках, она оказалась одного роста с Кевином, от чего он сдался, подчинившись ее уверенности, горевшей в глазах, прямо напротив его мечущихся глаз. Студия продолжала бурлить, как котел с перекипающим бульоном. Кевин высунул нос из-за кулис и скривился: — Воронья стая прилетела. Их там человек пять. — Веснински в зале? — поинтересовалась Элисон, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь через его плечо. — Не вижу, но он обычно садится на первые ряды, особенно, если кто-нибудь из свиты Ичиро почтит своим вниманием… — Так. Здравствуйте, — вкрадчиво-медовый голос заставил их обоих отпрянуть от двери. Кэти в белом брючном костюме и темной стрижкой «каре», доходящей ей ровно до плеч, составляла интересный контраст с Элисон. Она и сама это поняла, окинув девушку быстрым взглядом, в котором отчетливо мелькнула зависть, но тут же была профессионально спрятана под дежурной улыбкой. Элисон вздернула подбородок, а Кевин предостерегающе коснулся ее локтя. — Нам пора? — без эмоций, обратился он к Кэти. Ведущая посмотрела ему в глаза, сверкнув отточенной улыбкой, но не смогла скрыть досады, при взгляде на руку Кевина, придерживающую Элисон. — Прошу через пять минут, — ответила она, — как только заиграет ваш гимн. Она прошла в зал, поправила микрофон на лацкане и заняла свое место за столиком между двумя диванами, приготовленными для гостей шоу. — Она к тебе неравнодушна, — заметила Элисон, — вопросы будут не по сценарию. — Что? — Кевин удивленно перевел на нее взгляд. — Дурак, что ли? — удивилась девушка. — Говорю, готовься к тому, что тебя на всю страну спросят, не шпилимся ли мы. — И че говорить? — в его глазах мелькнул ужас. Ясно, что мысли его были заняты вовсе не этим. Она рассмеялась: — Скажи, что вот, буквально только что, отодрал меня в гримерке. Кевин хмыкнул, наконец, расслабляясь и оглядел ее, словно, по-новому. — Может, и в самом деле, отодрать… — задумчиво проговорил он. — Я сверху, — фыркнула она. — Во второй раз, — парировал он. Напряжение отпустило, и он с благодарностью сжал ее локоть чуть крепче. Хорошо, что он пригласил именно ее: Элисон умела говорить гадости, но и была отличным другом, способным оказать, прямо-таки, пацанскую поддержку. Зазвучал гимн команды, и под аплодисменты, они вошли в зал. Еще с первых секунд, Кэти показалась Кевину кошкой, нализавшейся сметаны. Только что, не облизывалась. " У нее в запасе точно какая-то гадость!» — уж не в первый раз мелькнула мысль. Не успел он так подумать, как загремели барабаны, и гимн «Воронов» на секунду остановил его дыхание. Когда-то это было его триумфальным сопровождением, которое чуть не превратилось в похоронный марш. На диван, справа от Кэти, аккуратно уселся Рико. — И мы приветствуем капитана команды «Вороны», нападающего, великолепного Рико Морияма! Кэти, широко улыбаясь, обратилась к нему: — Сегодня вы готовы порадовать болельщиков каким-то сюрпризом? О чем речь? — Думаю, не только болельщики будут удивлены, — холодновато улыбнулся Рико, но улыбка не задержалась надолго на его губах, тут же спрятав волчий прикус, с острыми клыками. — Я рад представить нашего нового голкипера. Встречайте: Эндрю Миньярд! Кевин вцепился в пальцы Элисон, и она, вся побелев, ответила ему тем же. — Сука, — прошипела она, непонятно, кого имея в виду. Кевин бросил взгляд на Эндрю. Спина покрылась мурашками. Охренеть просто. Так хорошо и уверенно, Миньярд не выглядел со времен их первого знакомства. Крутая стрижка, с падающей на лоб сверкающей платиновой челкой, оттеняла его темные брови и длиннющие ресницы. Дорогой костюм — просто черный, с белоснежной сорочкой и темно-бордовым галстуком, сидел так, будто Эндрю всю жизнь носил только такие вещи. Кевин невольно перевел взгляд на Аарона, но только теперь осознал, какие они, на самом деле, разные. Аарон был тоже хорош собой, но чего-то в нем не хватало. То ли этого шика и небрежности в глазах, то ли таланта, накладывающего отпечаток на весь облик. Кэти возбудилась ни на шутку: — О, Боже! Вот это событие! Эндрю, скажи, пожалуйста, чем ты руководствовался, принимая такое решение? Это ведь очень серьезный шаг? — не обращая внимания на гвалт в зале, Кэти с улыбкой повернулась к Миньярду. — Благодарностью, — холодно ответил он. — И все? — Этого мало? — поднял он одну бровь. — Наш Эндрю очень своеобразная личность, — подал голос Рико, — и Кэти радостно закивала, смягчая лаконичность ответов пятого номера. Свежая татуировка на бледной скуле тоже не осталась без внимания. — Эндрю, ты говоришь о благодарности… Значит ли это, что «Лисы» теперь не могут на нее рассчитывать. Ведь твой первый тренер тоже был ее достоин. В зале снова прошелестел возмущенный гул, и Кевин заметил, что Рене мягко взяла Ваймака под руку, а Дэн, сидя с другой стороны, положила ему голову на плечо, что-то тихо шепча. Эндрю оглядел зрителей. Рико напряженно сверлил его черными глазами, за которыми невозможно было разглядеть никаких эмоций. — «Лисы» и Дэвид Ваймак навсегда останутся со мной, в памяти и в мыслях, — холодный голос заставил Кевина вздрогнуть, — но обстоятельства обернулись против. Я сам виноват. Теперь ничего не изменить. Кэти кое-как взяла себя в руки: — Ты не хочешь принести извинения? Эндрю медленно поднял взгляд и посмотрел прямо Ваймаку в глаза: — Да. Я приношу извинения. — Но это, все-таки, звучит так, что ты не жалеешь? Кэти старалась изо всех сил, но Эндрю плевать на нее хотел: — Теперь я ни о чем не жалею. Кэти повернулась к Кевину: — О, но ты молчишь! Как ты относишься к таким перестановкам? Ведь без Эндрю Миньярда команда «Лисы» станет более уязвима? — Очень деликатно! — усмехнулась Элисон. — Нам предстоит нелегкий сезон, но нам и никогда не было легко, — она переглянулась с Кевином, — даже, когда Эндрю был с нами. — Особенно, когда он был с вами! — насмешливо встрял Рико. — Не умеете вы ценить подарки судьбы! — Вы тоже не отличаетесь гуманизмом! — парировал Кевин, — Эндрю вы заполучили, да, но я подозреваю, игра была нечестной. Рико прищурился: — Твои обвинения не имеют под собой почвы. Эндрю сильный игрок; он принял решение… И сказал нам «да». — Уверена, что не тебе! — звонко выдала Элисон. Зал взорвался. Кто-то вскочил с места. Кто-то, наоборот, пытался сдержать чересчур вспыльчивых товарищей. И весь этот гул перекрыл красивый холодный голос: — Да. Не ему. Немая сцена, последовавшая сразу за обрушившейся тишиной — будто кто-то выключил звук, заставила Кэти понервничать. Она лихорадочно пыталась найти слова, а, вместо этого, глупо выпалила: — А кому же тогда? Эндрю молча перевел взгляд на сидящего в первом ряду Натаниэля Веснински. Между ними, словно, протянулась раскаленная нить. Кевин глубоко вдохнул, забыв выдохнуть, а Элисон кивнула своим мыслям. Когда скандальное шоу завершилось, Кевин уже передумал нервничать. Он как-то, разом, осознал необратимость их потери, как будто, амбициозная Кэти Фердинанд, заботившаяся только о собственных рейтингах, прямо указала им на допущенные ошибки. Ничего больше не сделать. Эндрю с «пятеркой» на скуле выйдет на поле в матче с «Шакалами», который, если верить турнирной таблице, состоится уже через неделю. И в победе «Воронов» Кевин не сомневался. Рассаживались по машинам в гробовом молчании. Над всеми «Лисами», без исключения, словно повис знак запрета на эмоции. Только Ваймак, махнув всем разом на прощание, пошел к «Мазерати» Натаниэля, куда уже садился Эндрю. Тренер окликнул его, и Миньярд, что-то сказав Веснински, приблизился. — Эндрю, — тихо произнес Ваймак, протягивая руку. Миньярд крепко ее пожал, посмотрев прямо в глаза: — Тренер. — Я не знаю, что сказать, честное слово, — горько усмехнулся Ваймак, — но я не смог бы сейчас просто так уехать. Мне надо знать; разум отказывается отпускать тебя. — Я все понимаю, — кивнул Эндрю. — Мы прошли большой путь вместе. Но я не вернусь. — Я знаю, что не вернешься, — Ваймак оглядел его посвежевшее лицо, красивую стрижку, дорогой костюм… — скажи, ты же не нам назло?..Я просто не переживу. — Вы серьезно? — глаза Эндрю стали огромными, — когда это я успел создать себе такую репутацию? — Тогда назови мне основную причину, и я уеду со спокойным сердцем, — Ваймак подошел к нему поближе. — В чем дело, Эндрю? Почему ты сделал такой выбор? Над телецентром поспешно расчищалось небо. Солнце вспыхнуло в волосах, стоящего чуть поодаль Натаниэля. Он терпеливо ждал, когда же Эндрю успокоит своего бывшего тренера, и уедет с ним к новым спортивным рекордам. Ваймак и Эндрю одновременно посмотрели на него, сдержанного и элегантного. Он чуть удивленно склонил голову, а Ваймак не сводил глаз с лица Эндрю. Золотистые глаза, полуприкрытые длинными ресницами, замерли; точеный подбородок приподнялся, и гордо развернулись плечи. В глубине глаз мелькнуло нечто, похожее на печаль… — Эндрю? — негромко окликнул его Ваймак, и встретился с ним взглядом. Истина, словно выхваченная из темноты этим разыгравшимся солнечным лучом, осветила его мозг. Ясно. Теперь больше нет вопросов. Он протянул руку Миньярду, пожал ее и улыбнулся такой редкой, доброй улыбкой: — Ладно. Пусть у тебя все сложится хорошо, — проговорил он и пошел к ребятам, оставив Эндрю, в недоумении гадать, что же там такое открылось Ваймаку.