Dragon Heart

Минори резко распахнула глаза, делая глубокий вдох. Она очнулась на полу и тут же закашлялась, словно всё это время провела под водой. Её тело сильно трясло. Сознание ещё не успело осмыслить случившееся, но тело уже реагировало. Морияма попыталась встать, но ноги дрожали и не слушались. Сил почти не осталось. Она не знала, как выбраться отсюда. Собрав последние остатки чакры, Минори послала Шисуи сигнал через землю. Он почувствует её состояние — и сразу всё поймёт. Она знала: он поймёт. Он всегда понимал. Шисуи появился почти мгновенно. Не говоря ни слова, он поднял её на руки и исчез, унося на окраину деревни. Минори прижалась к нему, спрятала лицо в его грудь — в поисках укрытия, защиты, такой нужной в этот момент. Всё изменилось слишком резко. Слишком внезапно для той, кто всегда стремилась держать всё под контролем. Она не была к этому готова. — Ты в порядке? — с тревогой спросил Шисуи, поглаживая её волосы и заглядывая в глаза. — Расскажешь, что произошло? Минори кивнула и глубоко вдохнула, готовясь начать. Когда рассказ подошёл к концу, за окном уже была глубокая ночь. За это время они успели перебраться в временное укрытие в Стране Реки — недалеко от границ страны огня. Минори внимательно следила за выражением Шисуи, ища на его лице хоть какую-то реакцию. Она не делилась тем, что чувствовала сама — ни словом, ни взглядом. Но он чувствовал напряжение между ними. Видел, как она всё чаще отгораживается от него и от мира. Он знал, какая тяжесть легла ей на плечи. Тяжесть неподъёмная. — Это… — начал он, заметив едва уловимое волнение на её лице. — Минори, милая, ты уверена, что хочешь этого? Она замерла, не сводя с него взгляда. — В каком смысле? — спросила она. — В смысле, что ты не обязана идти по этому пути, — он взял её за руку, сжав крепко. — Клан, предназначение — я понимаю всё это. — Он кивнул, подтверждая свои слова. — Но это не значит, что ты не можешь прожить свою жизнь по-своему. — Шисуи, это тяжелее, чем кажется… — только и ответила она, поворачиваясь на бок. Кровать мягко прогнулась, когда он лёг рядом и обнял её сзади. — Я с тобой при любом раскладе. Просто помни об этом. Минори улыбнулась, закрывая глаза, и почти сразу провалилась в сон.

***

Она стояла посреди пустоты. Ни неба, ни земли — только лёгкий туман под ногами и тёплое свечение вдали. Оно становилось всё ближе, пока перед ней не вырос знакомый силуэт. Массивный, величественный. Его глаза светились золотом, а голос гремел, не разрушая тишину. — Ты снова жива, — проговорил Расгарион, подходя ближе. — Несмотря ни на что. Минори удивлённо посмотрела на него: — Разве ты не исчез, когда… — Я не исчез. Я ждал, когда ты станешь готова услышать. — Он наклонил голову, и его взгляд стал мягче. — Но это всё ещё не тот момент. — Тогда зачем ты здесь? — Чтобы напомнить: ты не одна. Мы связаны. Навсегда. Она хотела что-то сказать, но всё начало рассыпаться, как стекло под давлением. Пространство вокруг задрожало, потемнело, и внезапно ей стало жарко. Обжигающе жарко. Минори вскрикнула и резко села в кровати, хватая ртом воздух. Шисуи всё ещё крепко спал рядом, не ощущая изменений. Сердце стучало где-то в горле. Всё тело будто пылало изнутри, словно огонь разлился по венам. И тогда она услышала это. Голос. Внутри головы. Спокойный, но мощный, с лёгким эхом: «Ты чувствуешь это? Моя сила — теперь и твоя. Я в тебе, Минори. Не бойся.» — Расгарион?.. — прошептала она. Ответа не последовало. Только лёгкий рёв в груди — не громкий, но глубокий, будто дракон свернулся клубком в её сердце и только дышал. Она закрыла глаза, не зная, чего боится больше — того, что он в ней, или того, что теперь действительно всё началось. Минори проснулась с первыми лучами солнца. Она уже не чувствовала жара, но внутри всё ещё тлело странное, почти уютное тепло. Шисуи уже не спал — сидел на краю кровати, привалившись к стене и лениво наблюдал за ней. — Доброе утро, огнедышащая. — усмехнулся он. — Слушай, а ты, случайно, не начала превращаться в дракона? Или мне показалось, что ты всю ночь жарила меня взглядом даже во сне? Минори фыркнула, поднимаясь на локтях: — Очень смешно. Я вообще-то чуть не сгорела изнутри. — Значит, точно дракон. Надеюсь, он хотя бы харизматичный. Не хочу делить голову своей девушки с каким-нибудь древним надменным ящером. «Я слышал это.» Минори замерла. Голос прогремел внутри неё с обиженным величием. Она удивлённо уставилась в пустоту, потом перевела взгляд на Шисуи. — Эм… он слышал. — Дракон? — насторожился Учиха. — Ну… Расгарион. Он теперь точно навсегда в моей голове. И да, он явно не в восторге от того, что ты назвал его надменным ящером. Шисуи на мгновение опешил, потом театрально вскинул руки: — О, прошу прощения, о великий огнедышащий властелин пафоса. Не губи меня! «Хм. У него есть чувство юмора. Это… неожиданно.» Минори рассмеялась, закрывая лицо рукой. — Он говорит, у тебя чувство юмора. Это… неожиданно. — Скажи ему, что это ещё цветочки. Пусть привыкает — я надолго. «Смелый. Мне это нравится.» Минори кивнула, всё ещё улыбаясь, но в её глазах сквозило лёгкое волнение. Теперь это было реальностью. Расгарион был с ней. Настоящий. Пробудившийся. — Он сказал, ты смелый. И что ты ему нравишься. — Ого. Одобрен драконом. Можешь не благодарить. — Как знать. Вдруг он теперь следит за каждым твоим словом. Шисуи картинно выпрямился, вытянувшись, как тростинка: — В таком случае я официально обещаю быть примерным любовником, сэр дракон. Минори хихикнула, спрятав лицо у него на плече. Но внутри, глубоко под всеми этими улыбками, росло предчувствие. Что бы ни началось между ней и Расгарионом — это только начало.

***

Высоко в горах, где ветер был особенно резким, Минори и Шисуи сидели на краю скалы, болтая ни о чём. Он жевал сухофрукт, она лениво перебирала в пальцах травинку, наблюдая, как облака плывут под ними. Было удивительно спокойно. — А если бы не Шиноби, кем бы ты была? — спросил Шисуи, бросая взгляд в сторону. — Не знаю. Может, продавала бы чай где-нибудь на границе с Песком. Или стала бы писателем. — Она пожала плечами. — А ты? — Я? Я бы стал путешественником. Или разводил бы кошек. «Ты слишком спокоен, для шиноби. Это подозрительно.» — пробормотал Расгарион в голове Минори. Она чуть не рассмеялась, но тут же сдержалась. — А может, мы оба бы открыли чайную с кошками, — бросила она, и Шисуи в ответ улыбнулся. Молчание затянулось. Потом он вдруг сказал: — Ты ведь снова чувствуешь это, да? Минори напряглась. Пальцы сжались на травинке, и та рассыпалась. — Я не хочу об этом говорить. — Но тебе нужно, — мягко, но настойчиво ответил он. — Твоя чакра изменилась. Я чувствую это. Ты боишься. Именно это и сработало, как спусковой крючок. Паника пронзила грудь. Что, если она не справится? Что, если сила, которую она в себе несёт — это не дар, а проклятие? Темнота зашевелилась. Секунда. Вздох. И мир взорвался. Из тела Минори вырвалась тьма — густая, вязкая, как чернила, и с яростью стихии. Камни вокруг неё покрылись трещинами, воздух загудел, как перед бурей. Скала содрогнулась. Шисуи тут же оказался рядом, пытаясь схватить её за плечи: — Минори! Эй! Посмотри на меня, ты справишься! Я с тобой! Но в следующий миг волна силы отшвырнула его прочь, как сухую ветку. Он с глухим стуком врезался в скалу и остался лежать, не подавая признаков движения. Минори закричала. — Шисуи! Голос сорвался, а тело дрожало. Всё было не так. Всё вышло из-под контроля. «Дыши.» Голос был тихим. Расгарион. Глубокий и уверенный, как скала, на которой они сидели. «Я с тобой. Вспомни, кто ты. Вернись ко мне, Минори.» Она стала глубоко дышать, пытаясь вернуть себе былое спокойствие. Минори спрыгнула со скалы и подбежала к нему, сердце стучало где-то в горле. Она опустилась рядом, прикасаясь к его лицу. — Шисуи… пожалуйста… — её голос дрожал, а пальцы были ледяными. Глаза Учихи резко распахнулись, и он простонал: — Я жив… но теперь я точно чувствую каждую кость в теле. Спасибо, Минори, это был прекрасный полёт. Почти как у орла. Только орёл, в отличие от меня, умеет приземляться. Минори ошарашенно уставилась на него, а потом хрипло рассмеялась — от напряжения, от страха, от облегчения. — Ты идиот, — прошептала она, всё ещё дрожа, но уже почти улыбаясь. — Я стараюсь. Хотя, если быть честным, я бы предпочёл упасть с горы из-за романтического признания, а не… твоей чакры. Что это вообще было? Она открыла рот, чтобы ответить, но тут снова раздался голос в голове: «Хм. Ты могла бы сказать ему, что это я. Хотя… пускай гадает. Пусть думает, что у тебя в голове завёлся дракон. Ах, подожди — он и правда завёлся.» Минори уставилась в пустоту. — Он говорит, что ты слишком много разговариваешь. Шисуи приподнял бровь: — Ящер? — Расгарион. — Ты хочешь сказать, в твоей голове теперь постоянно живёт саркастичный дракон? Вообще всё слышит и воспринимает? Минори кивнула с самым серьёзным видом. — Добро пожаловать в мою новую реальность. Шисуи застонал, прикрывая глаза. — Ладно. Но если он начнёт комментировать наши поцелуи — я выхожу. «Не надейся, Учиха. Я уже тут.» Минори не смогла сдержать смешок. — Он говорит, что уже делает заметки. Когда Шисуи уснул — вымотанный, но всё равно упрямо обнимающий её ногу, — Минори осталась лежать, уставившись в звёзды. Тишина в горах была почти оглушающей… почти. «Ты держалась хорошо.» Голос Расгариона возник без предупреждения. Спокойный, с лёгкой насмешкой, но на этот раз — мягче. Как будто он тоже выдохнул. — Я чуть не разрушила всё, — прошептала она. — Его могла… — она сжала ладони в кулаки, в горле пересохло. «Но не разрушила. Это важно.» — Я испугалась себя. «И правильно сделала.» Она замерла, не ожидая такого ответа. — Прости, что? «Страх — не враг. Он признак того, что ты всё ещё человек. Но он же может тебя остановить. И знаешь что? Ты не должна его глушить. Должна слушать. Принимать. Он подскажет, где хрупкое, а где ты — настоящая.» Минори молчала, чувствуя, как в груди снова поднимается жара — но теперь не опасного, не рвущегося наружу, а словно… пульсирующего изнутри. — Ты ведь чувствуешь меня так же, как я тебя? «Больше, чем тебе бы хотелось. Иногда ты думаешь слишком громко. Особенно когда смотришь на этого мальчишку, Учиху. Серьёзно, Минори, ты вся горишь.» — Замолчи, — буркнула она, прикрывая лицо руками. Щёки пылали, и она была уверена, что даже в темноте видно. «Вот об этом я и говорил.» — Я не просила комментарии. «А я не спрашивал разрешения. Увы, теперь мы связаны. Пока слабо. Но всё изменится. Когда ты решишься.» Минори глубоко вдохнула, чувствуя, как его энергия будто сливается с её — не разрушает, а переплетается. — А если я не справлюсь? «Тогда я буду рядом. И буду напоминать, что ты — Морияма. А значит, справишься. Даже если для этого придётся немного… погромыхать.» Она слабо улыбнулась, прежде чем медленно закрыть глаза. Связь ещё хрупкая, неустойчивая, но она больше не была одна. И в темноте её больше не пугал собственный страх. Ночь выдалась неожиданно тихой. Минори лежала на скале, продолжая смотреть на звёзды и угадывать созвездия. Шисуи мирно спал у неё на коленях, его дыхание было размеренным, почти детским. Он даже не хмурился, как обычно. Она провела пальцами по его волосам, пытаясь заглушить нарастающее волнение внутри. Чувство тревоги не отпускало. Что-то было не так. И тогда она услышала хлопанье крыльев. Чёрный ворон — непривычно крупный, с алым отблеском в глазах — приземлился в двух метрах от неё. Неестественно спокойно. Слишком спокойно. Минори мгновенно выдернула кунай из-за пояса и метнула его, даже не вставая. Клинок вспорол воздух — и птица исчезла в облаке дыма. На месте осталась лишь пергаментная бумага, скреплённая алой печатью. Минори медленно потянулась, разворачивая послание. “Пэйн охотится за вами. Он придёт в Коноху. Готовьтесь.” Рядом резко зашевелился Шисуи. Он поднялся почти мгновенно, встав в боевую стойку, глаза полны резкой тревоги. — Что случилось? — его голос прозвучал хрипло, но чётко. Минори не ответила сразу. Бумага задрожала в её пальцах. Она всё ещё смотрела на неё, как будто не могла поверить в написанное. — Я… — прошептала она, срываясь. — Я не справлюсь. Шисуи подошёл ближе и аккуратно взял её за руку. Его взгляд был твёрдым, голос — тёплым и уверенным: — Я не позволю тебе исчезнуть в этой тьме. И в эту секунду она поверила. Поверила, что всё ещё может бороться.