Время худшего ученика

Еда внезапно потеряла те вкус и текстуру привлекательности, что я представляла пока добиралась до столовой. Несмотря на пропущенный обед, вилка неохотно стучала по тарелке, и всё от присутствия одного сомнительного типа напротив, что так и не проронил и слова после кабинета директора. Он же тоже не ел, так почему так отстранено себя ведёт. До исключения целая неделя, рано переживать, а вот о том, что в аварийном общежитии нет холодильников и кухонной зоны стоит задуматься. Прибор в руке медленно опускаются на край тарелки, больше я так есть не могу. — Может что-то возьмёшь? Парень, будто проснувшись ото сна, вздрагивает и неохотно переводит внимание от пустой столовой ко мне. Хочет что-то сказать, но неуверенно морщит нос, зачёсывая пепельную прядь волос за ухо. — Ты планируешь вернутся в общежитие, несмотря на слова директора? — Я всё-таки их староста… Пока что. — Как хочешь, но я бы туда не пошла. Во время вашего задержания они выглядели довольно враждебными. Заметив, как внимательно Азул всматривался мне в лицо, остановилась. Видимо, переубедить оказалось легче, чем предполагала. Или… у меня что-то на лице? Рис на губах остался? Да нет, уже бы заметила. Всё же парень понял серьёзность ситуации и выкинет гордость старосты куда подальше. — Может будешь соответствовать образу? Это вызывает диссонанс. Вот же противный! Мы тут одни, так стоит ли цепляться к словам. Ну, и что, что я под маскировкой, ты же уже знаешь! Хотя, иди в своё общежитие, и будь что будет. Больше не обращая внимание на парня, возвращаюсь к еде, которая и так была не шибко тёплая. И когда я смогу вернуться к себе? Буду ценить те мелочи, что делают жизнь проще, только, судьба, сведи меня с похитителем часов. Однако раздался лишь скрип от скамейки, Азул решил больше не терпеть моё общество и вернуться к себе. Любопытство взяло верх, заставляя проследить. Парень спокойно прошёл по прямой меж столов, точно к выходу. Резко свернул вбок, к витрине за которой скучающе парил призрак поварихи, иначе и не описать, который не мог дождаться, когда два припозднившихся студента уберутся. Заказал себе малую порцию и напиток, под неодобрение за кассой, и с тем же непробиваемым выражением вернулся на место. — Начнём с начала, — внезапно серьёзно прервал тишину в столовой без пяти минут бывший староста Октавинелля. — Ты хочешь найти человека, который похитил твой артефакт, и мне необходимо его поймать, чтобы доказать свою невиновность. Наши цели совпадают. — Тебе человек, мне вещица. Так ты всё же расскажешь, как документы оказались у тебя? — Кто-то подкинул их в мою комнату. И это правда, что мы с Джейдом хотели подсунуть обратно в Хартслабьюль в тех файлах, но кто-то украл документы у меня из сумки, а затем они оказались в сейфе. Это всё, что я знаю, — попытался объяснить эту запутанную схему Азул, стараясь не терять лицо. Расскажи кому-нибудь другому, и он засомневается в рассказчике. Начало положено. Подцепив новую порцию риса вилкой, я рефлекторно попыталась убрать волосы за ухо. И правда выхожу местами из образа. Внезапное осознание, будто ударило по голове, от чего бинты напомнили о себе, немного сдавливая место ушиба. Не было. В тот момент, даже не так. За весь день не чувствовалось смещения. Теряется связь с артефактом? Или враг освоил новую функцию… Тик часов присутствует, но воздействия нет. — Ты знаешь студента Денима Мара? — Это вроде третьекурсник, а что? — только собираясь отведать первую ложку блюда, парень остановился на пол пути, нахмурившись, будто я спросила какую-то чушь. — Мы особо не разговаривали, да и проблем он не создаёт. — Есть некоторые подозрения. Кстати, что там с происшествием на лестнице в Хартслабьюле? По итогу пусто. Расспрос не дал результатов, кроме того, что противник догадался не только время отматывать. Из простых, могу предположить только одну такую технику: остановка времени. Её не почувствовать, если не станешь целью. Но даже так, сам человек не может догадаться, как правильно пользоваться. Часы подсказали? Азул толком не был посвящён в дела братьев, скорее спешил побыстрее откреститься от них, поэтому на завтра стояло две задачи: поговорить с Джейдом и забрать налог с Эйса, что так удачно испарился. Заходя в аварийное общежитие, чуть не спотыкаемся о прогнившие доски в темноте. И хоть мой «гость» был преисполнен уверенности остаться здесь, проплывающие по потолку призраки пошатнули эту идею. Странная реакция. Хоть в главном корпусе так же присутствовала полупрозрачная живность, она не сильно пугала студентов. Хотя те значительно отличались, плотностью и материальными вещами на них, как фартук на поварихе. Значит, чем меньше связи с материей, тем страшнее для местных? Тут-то я вспоминаю самую суть заброшенного здания. Говоря о материальном: на всё здание лишь одно нормальное спальное место, и то моё. Проходя под подсвечником, заботливо зажженным призраками, нервно перевожу взгляд на парня. — Где здесь?.. — начал было Ашенгротто, догадываясь об этой детали, как я резко показала на диван в зале. Пыльный, но он же есть. — Занавесками накроешься и нормально. — Что тут нормального! Ты об этом не предупреждала! — Воспользуйся магией, — передразнила я, отчасти предвидя ответ. — Магия тут… — Вот, что и ожидалось: еду разогреть не могут, спальное место организовать тоже. — Ну и зачем ты тогда этому учишься? Азул открыл было рот в изумлении, но лишь развёл руками, как бы говоря: «Ты вообще-то тоже тут учишься». Зато проступающая через его маску собранности некая грусть исчезла, заменяясь на недовольство и обиду от такой подставы. Ну, нищету, по сравнению с хоромами Октавинелля, тоже надо распробовать. — Располагайся и чувствуй себя как дома, — кидаю на прощание, заходя к себе в комнату и слыша злобное шипение, что тут и расположиться негде. Замок со звонким щелчком закрывается, отрезая от подселенца, и я наконец-таки выдыхаю, устало закрывая глаза. Этот день не был трудным, но голова гудела от мыслей. Нет, там работает не один человек, слишком план хорош. Надо будет найти этого Денима. Но что сказать? Так в лоб: ты не видел артефакт в виде карманных часов? Хреновая идея. Придётся импровизировать. С настроем оставить все дела на завтра, я открываю глаза, как замечаю чёрный комок на постели, местами горящий синим пламенем. И как я могла забыть о нежелательном «домашнем питомце», который подмял под себя весь запас подушек, то есть ту одну единственную. Не одному Ашенгротто приходится нелегко. Да начнётся война за подушку.

***

— Заняться тебе нечем, — недовольно бурчит кот. — Это важно, — коротко отвечаю, не желая вдаваться в подробности. По коридорам, спеша на послеобеденные пары, сновали студенты, о чём-то переговариваясь, периодически заглушая голос Грима. С самого утра тот пребывал в не лучшем расположении духа из-за одного подселенца, даже банка тунца не сильно изменила эту позицию. «Он принесёт неудачу» — прямо высказался кот. Правда, но что с ней поделаешь. — Ради пяти баллов? Дьюс сказал, нам уже засчитали. — Нет, у меня кое-что похитили. — И как это связано с теми зубастыми? Они оскорбили меня. «Тюленчик»! Грим-сама не похож на тюленя! Я невольно усмехнулась на его милый протест, от чего кошак стал ещё злее. И правда не похож на тюленя, скорее на надоедливую, но кусачую муху. Вот и сейчас прицепился, ходит за мной, периодически кусая такими вопросами. Только перед Флойдом Грим быстро затих, спрятавшись за мои ноги. Братьев Лич заставили разбирать чердак главного корпуса, как бы изолируя на крыше, и с лозунгом: «Труд исправит всё на свете», отобрали магические ручки, вручив молоток и плоскогубцы. Чувствую, те, кто пропускал физру получат наказание не лучше этого… Впрочем, и тут удача не улыбалась. Флойд заверял, что лишь спросил о студенте с внешностью директора, когда Джейд остановил брата, за шкирку утаскивая вниз к выходу. На том и расстались. Ни один, ни второй не видели и не слышали падения, криков и посторонних. Денима Мара тоже не знают. Студент третьего курса, «обычный марлин», чтобы это не значило. И как с этим можно работать? Я безнадёжно осматриваю углы у потолка коридора. Были бы тут камеры, многие вещи стали бы понятны. «Присмотри, пожалуйста, за Азулом» — внезапно вспомнилась необычно ласковая просьба Джейда. Вот только, тот куда-то слинял с утра, так и не попадаясь на глаза. У него до сих пор пары? Что ж, я не обязана исполнять эту просьбу. Каждый имеет право на провал, и ограничивать от него подселенца не стану. Направляясь к залу Зеркал, чтобы приступить к следующей цели на день, улавливаю некий шум. Кот тоже настораживается. Студенты вокруг практически разошлись на пары, лишь изредка попадались бродящие без дела или зазевавшиеся. — Сбор в том зале — это какой-то ритуал? — скептически нахмурившись, предположил Грим, хотя тот ещё не был в поле нашего зрения. — Какой сбор? — Вчера было так же, даже недовольные голоса те же. До зала зеркал, ещё метров восемь и повернуть направо, но атмосфера уже ощущалась, сковывая льдом ноги. Колкость, острота, возмущение кажется было ещё что-то. Люди у зеркал пытались предотвратить, не допустить… Азул? Среди фраз это имя легко выхватилось из потока, складывая пазл. Парень сказал, что пойдёт к братьям Лич, но так и не появился. Неужели решил прыгнуть в пасть льву? Ускоряю шаг, желая видеть ситуацию целиком, от чего Грим начал выражать явное сопротивление, подхватывая атмосферу, не давая пройти к залу Зеркал. Вот же настырный, ничего со мной не будет, отцепись же от моих ног! Приблизившись к повороту на пять метров, уже стали виднеться тени собравшихся, как часовой тик накрыл волной, перекрывая шум толпы. Я невольно замедляюсь, даже как-то теряюсь в пространстве от несколько нового ощущения. И совсем останавливаюсь, скромно прислонив руки к углу стены. Да, это действительно Азул в окружении своих студентов. Да, они против пускать такого старосту в общежитие. Да, они хотят, чтобы он немедленно исчез отсюда. Ситуация неприятная, тяжелая, как свинцовые тучи, нависшие над виновником. Однако это его проблемы. В толпе нет никого знакомого, ни Денима, ни того типа, напавшего на меня. Так от кого этот тик? В голове, будто вата, ещё и что-то давит сверху. А этот гул, стук. Предупреждение? Или обозначение? Кот тянет за край пиджака, но я не двигаюсь с места, продолжая разглядывать лица. Ничего. — Кар! Состояние резко проясняется, прогоняя тот мандраж. Голоса в толпе снова звучат уверенно и дерзко. Я пару раз моргаю, приводя зрение в порядок. Тик часов исчез из-за ворон? Но тут нет птиц. Ещё раз протираю глаза. Да, что за чертовщина! Однако никто не реагирует, хотя ворона в помещении привлекла бы внимание. Послышалось? И только сейчас замечаю в каком состоянии парень, на которого повесили ярлык «виновен»: подбородок прижат к груди, взгляд исподлобья, руки плотно сжаты в кулак — вид затравленного зверя, который либо рванёт, что не догонишь, либо кинется на противника. Опасно. Словно пространство почернело вокруг. — Алан, может уйдём отсюда? — продолжает тянуть за одежду кот, тоже предчувствуя приближение бури. — Постой. Нестабильность вокруг старосты усиливалась, но толпа будто не замечала, продолжая выкрикивать оскорбления. «Бандиты», «мафия», «шарлатаны», «воры» и «лишние» — когда такие острые слова летят в твой адрес, трудно оставаться спокойным. Однако парень продолжал что-то бормотать ровным голосом. Тик возобновился. Хватит. Такое давление непозволительно, напоминает пытку. Не смело отстраняюсь от стены, ещё не замеченная толпой. Что лучше всего предпринять? Парочка студентов замечает мою персону, и один из них недовольно морщится. Отступать поздно, а у них преимущество, поэтому я нацепляю мнимую уверенность, хватая Азула за руку и уводя в зеркало Хартслабьюля. Словно так и надо, ни капельки не странно. А как ещё можно было решить задачу? Студенты резко смолкают на такое развитие событий, начиная перешёптываться и выяснять, кто я такая, точнее «такой». Сам парень, на удивление, просто поддаётся, следуя, как тряпичная кукла, не задавая вопросов. Жутко. Мне точно надо было вмешаться? Как же неловко, но иначе вышло хуже. Поверхность зеркала снова опутывает и через мгновение лопается, пропуская внутрь, куда-то в сад общежития. Но сейчас не время рассматривать убранство, оборачиваюсь к старосте Октавинелля, чтобы убедиться. Да, состояние ни капли не изменилось, а мы ведь сбежали. — Ты в порядке? — неуверенно спрашиваю, предчувствуя неприятности от этого вопроса. Может стоило послушать Грима? — Я только хотел забрать свои вещи… — после продолжительного молчания, раздаётся тихий шёпот. — Всего пару вещей… Меня и на порог не пустили. — Может позже? Или это что-то срочное? — Снова молчание, а мне слышен скрип зубов. Что опять не так? — Хочешь я могу сходить забрать или попросим кого-нибудь? — Да ты вообще ничего не понимаешь! Я уже всё потерял! Думаешь смогу вернуть после такого?! — Азул, со скрипучим звуком рвущейся ткани, вцепился рукой в мою рубашку, а если б чуть выше, то была бы моя шея. — Это из-за тебя! Если бы Джейд и Флойд не пошли бы на твои поиски, ничего бы не было! — Пытается трясти меня, опасно приближая к себе. Эта темнота вокруг продолжает сгущаться, дым, которой исходил откуда-то из другой руки парня, пеплом оседал на форме. Заклинание? Нет, нечто другое. — Как ты за это заплатишь?! Или думаешь уйти просто так?! — Отдай магическую ручку. — Сперва надо обезвредить этого «террориста-смертника». — Ещё чего! Не хочу тебя слушать! — А у самого глаза блестят. Ты хочешь, но я ещё не подобрала нужных слов. — Я только перестал быть тупым осьминогом, а ты всё испортила! Вы всё испортили! Поэтому!.. Я грубо вырываю ручку и отступаю на шаг. Азул заметно теряется, боязливо осматриваясь вокруг. — Конфискую, — кратко резюмирую, поднимая предмет перед собой и давая осмотреть. Белый кристалл на конце, словно заляпанный в мазуте, излучал неприятное грязное свечение. Ашенгротто было плевать, хотел продолжить, но выставленная рука вернула в реальность, заставляя ужаснуться. Только сейчас он заметил, что сам в пятнах от некой сажи и, словно боясь заразиться, нервно начал отряхивать форму и руки. — Это… не от меня… Самообман, но допустим. Сейчас можно. Если буду отрицать, то сломаю последнюю стену. Азул и так из последних сил держится, вон как глаза покраснели. — Ещё не всё потерянно. Целая неделя впереди, столько всего поменяется. И как ты можешь быть тупым осьминогом, когда ты человек. Этого будет достаточно для выполнения просьбы Джейда? Надеюсь, что так. Надо бы запросить за это награду, хотя… не могу сказать, что иначе бы не вмешалась. Ладно будем считать, я сделала это по собственной воле, и на этом спрятала магическую ручку в карман. — Ты… не знаешь? Изумление перекрыло все эмоции до этого, смягчая черты Азула. Больше не стряхивая черноту, с широко раскрытыми глазами он потерял весь тот опасный вид, от чего я расслабила плечи, но нервно дёрнулась бровь. Почему такое чувство, будто на меня смотрят, как на отсталую? Какие тут могут быть подводные камни? — Чего? — Правда не в курсе? В общежитии Октавинелля учатся жители морских глубин. Например, Джейд и Флойд — это мурены, — не спеша, с расстановкой, будто объясняет два плюс два ребёнку лет трёх. Теперь уже я, казалось, могу схватить его за рубашку и как следует встряхнуть, однако молчу. На парах Трейна было что-то подобное, выходящее за рамки здравого смысла. Может это и нормально? Тогда выходит, что я всё это время беседовала с рыбами? Ага, ну и бред. Рыбы вообще-то не разговаривают. — Ты за ночь плесени с дивана нанюхался, что за чушь? Давай лучше осмотрим место преступления. Оскорбительно. Зачем он вообще решил это вкинуть? Вроде на шутника не похож, да и случай не подходящий. А может?.. Да не. Это уже слишком, у них бы чешуя местами осталась или ещё что. Я гордо выпрямляюсь, чтобы продемонстрировать свою устойчивость к подобным бредням, как с хриплым: «Кар» на плечо цепляется массивный груз, меняющий центр тяжести. Баланс потерян, и меня неминуемо тянет в шипастый куст роз. А может всё же стоило поверить в чудеса?