Девочка моя

      Чем старше доченька становится, тем интереснее происходит изучение новых слов.       Она практически каждый день общается с родителями, которые учат её новым словам. Ириночка запоминает на удивление быстро и хорошо, и с новыми зубками её запас постепенно пополняется.       Сказать, что это радует Костю — ничего не сказать. Малышка растёт, и общаться с ней уже намного проще. Ведь знакомые слова уже складываются в предложения, а некоторые из них даже слышны отчётливо, несмотря на то, что пара букв ещё смешно свистит и булькает. Но Гром надеется, что со временем и это перестанет быть такой проблемой.       Бывало так, что Костя вернётся с работы домой, моргнуть не успеет, а к нему уже буквально летит босоногая девочка в одной майке и кричит:       — Папка! Папка присол!       И пока Гром поднимает счастливую дочку на руки, в коридоре тем временем появляется мама, спешившая возмутиться, почему Ира не надела носки, но увидев на пороге мужа, тут же смягчается.       — А, Костя, здравствуй, — говорит она с улыбкой.       Тот улыбается ей в ответ, и потом вполголоса говорит мелкой, чтобы та отпустила уставшего отца, ведь ему раздеться как бы надо.       А пока они садятся за стол, Иринка всё трещит ему о всём, о чём ей только вздумается. О том, как день провела, как мама пыталась её познакомить с воспитательницей детского сада, в который планировалось её отправить, как с качелей во дворе чуть не упала и прочее. Причём она тараторит так живо, но при этом Гром успевает как-то переварить её рассказы.       — А мама потом там тётеньку какую-то увидела, ну и оставила меня там на кателях, а сама к ней побезала. Ну я натяла катяться, всё было хорошо, но рядом какой-то мальтик проходил. Он нитего не заметил, ну я его и задела ногами слутяйно.       — Оу, — Костя обнажает зубы, в красках представляя себе эту картину, ведь так-то жёстко ударить человека с качелей, хоть и довольно знакомо. Когда он мелким был, удар от качелей не был редкостью.       — Но я сама тють с кателей не упала, потому сто испугалась отень, — (У Иришки очень плохо получалось выговаривать буквы «ч» и «ш»), — А этот мальтик натял плакать, и из-за этого мама и той тётей прибезала. Они как натьнут ругаться!       — Так, Ирочка! — слышится вдруг голос жены, — Хватит уже болтать, а то всё остынет. Потом всё доскажешь.       — Ну ма! — девочка смешно и по-детски надувает губы, но обратно на своё место садиться, переползая на стульчик с коленей папы.       А Костя ласково усмехается про себя. Хотя бы после работы есть чем заняться.

***

      Хорошо, что есть ещё люди, которые также учат малышку развивать её разговорную речь.       Во-первых, Федя. Как многоуважаемый друг громовского семейства, он имеет честь приходить в гости, когда ему только вздумается, ведь такому человеку доверяет не только сам Костя. И разумеется, кроме длиннющих обсуждений с сигареткой на балконе и усталыми расспросами за чашкой чая, ему теперь выпадает дополнительная возможность пообщаться с Иришкой.       Сколько Константин помнил себя, Прокопенко всегда был желанным гостем для его дочери. Потому что как только в прихожей раздавалось чужое, но знакомое ворчание, девчонка с радостным визгом спешит туда — здороваться.       Федя Ирочку очень любил, и всегда принимал крепкие детские объятия за шею, успевая также подметить, как мелкая подросла. Они любили вместе играть, гулять, а особенно — говорить. Прокопенко был человеком, много на свете повидавшим, и постоянно давал какую-нибудь интересную тему для разговора, пока папочка мог спокойно посидеть на диванчике и спокойненько посмотреть свой телек. И в этом тоже были свои плюсы.       А учитывая тот факт, что Федька не так давно женился, Костя подметил, что этих же плюсов стало вдвое больше.       Как оказалось, избранную звали Лена, и совсем скоро она заняла тоже особое место в отношениях с Громом. Она была добрая, милая, понимающая. Она постоянно оказывала какую-то хозяйственную услугу или заботливо интересовалась их делами, предлагая также всевозможную помощь. Громова жена постоянно хвалила её и увлечённо рассказывала мужу, как они хорошо проводят время, ненароком встретясь на улице. Видимо, это слегка колыхало дремлющую зависть в душе Грома, поэтому как-то не пытался и сблизиться с ней. Константину некоторое время казалось, что она та ещё рохля, опираясь на её скромное молчание в большинстве случаев, но сам Прокопенко уверял, что на самом деле она очень даже отчаянная и бойкая, просто со временем решила вернуться с облаков на землю. Со временем эта женщина прекратила казаться подозрительно молчаливой, и даже Косте вскоре она показалась очаровательной, как бабочка, выпорхнувшая из кокона. Теперь ей смело можно было доверять всё, что нужно, и ничего не бояться — Лена человек просто чудо.       Но больше всего впечатляет, как она расположила к себе внимание Ириночки.       Ленка всегда первым делом спешит поздороваться и поиграть с малышкой. Поскольку в квартире семьи Прокопенко о детях завести разговор язык не поворачивается, то можно пообщаться с детьми своих близких друзей. Да и самой дочке она понравилась очень. Если мама приглашала так называемую тётю Лену на чай, то Ира всегда приходила за компанию, а потом она с нетерпением утаскивала гостью за руку в свою комнату. В отличие от Феди, Елена знала больше способов об увлекательном времяпровождении. Она умела шить, вязать, прекрасно готовить, а мелкой позволяла наблюдать, ведь той всегда было интересно, что она сегодня будет делать. Помимо этого, Лена прекрасно читала, и если Косте было лень рассматривать пёструю книжку с картинками, то можно было на крайняк позвать её этим заняться с неугомонной Ириночкой.       Кроме больших букв, яблочек и апельсинов, от тёти Лены можно было также услышать много новых интересных слов, но не таких длинных и скучных, каким обычно учат папа и дядя Федя. Тётя Лена знает, как зовут детей животных, какие цвета получаются, если смешать синюю капитошку и красную рябину, и даже помнила несколько стишков наизусть, притом что некоторые не очень-то детские. Но зато красивые. И Ирке нравится. И потому та всегда слушает с упоением и горящими глазами, когда на Ленку нахлынет настроение прочесть что-нибудь из Есенина.       Но сама мелкая не всегда запоминает это. Конечно, ей нравится изучать новые слова, но она в некоторых случаях не удосуживается прознать про их значение. Особенно если то или иное выражение ей понравится. Типа, такие словечки звучат особенно красиво, удобно и уникально, отчего оно так и вертится на языке, отчего хочется им бросаться даже в самых непонятных ситуациях. Например, назвать любимого игрушечного зайца Земляничка, ну потому название симпатичное у ягоды. Так и у Иришки. Таких слов было несколько, как помнит Костя. И порой употребление подобных слов возникали такие интересные моменты, что вопросов от этого возникало куча вопросов, и даже причин хохотнуть с этого становилось меньше.       Например, одним днём Ира подходит к матери и просит компоста.       Естественно, мама недоумевает, и потому спрашивает:       — Что? Может, ты хотела сказать, «компота»?       — Нее, компоста! — говорит та, сверкая такими честными глазами, что прям спорить-то особо не хочется.       Гром, невольно подслушавший разговор, молча прыскает в кулак, переваривая в голове значение данного словечка. Дело в том, что компост — это далеко не напиток. В своё время, это была волшебная масса для здорового роста всяких растений. Кажется, дедушка постоянно использовал это удобрение для своих яблонь, куда Костя любил залазить со своими малолетними кентами. Но в отличие от торфа и прочей химической фигни, компост делается из разложившихся органических веществ. Было очень даже, по правде сказать, нелегко признать, что такой полезный ингредиент получается из помёта деревенских коров, которых в деревне заводят. И ладно, обкладывать этим почву, на которой растут деревья, но вот есть это зачем?       Вот смешно получается!       Но Ира всё равно замечает подозрительную усмешку отца, и с немым вопросом во взгляде поворачивает к нему головку.       — Ты где это услышала? — с улыбкой спрашивает её Костя, — Тётя Лена сказала?       Иришка пожимает плечами: — Ну да. Мы смотрели телевизор, и дядя Федя сказал про компост.       Гром вновь подавляет смешок. Видимо, они смотрели «Мир животных». Ту самую познавательную передачу для юных ботаников, которую проводит Дроздов. Иначе, как может пойти речь про помёт?       — Ты хотя бы знаешь, что такое компост? — задаёт Константин логичный вопрос.       Как ожидалось, Ирочка сжимает губки и робко интересуется: — Компот?       И тогда Костя и объясняет всё ей. Мягко и при этом как можно понятнее и доступнее, чтобы можно было ребёнку сразу вдуплить. Мол, компост — это на самом деле такое «волшебное» средство для садовников, чтобы деревья росли быстрее, но при его изготовлении берут всякий растительный и животный разложившийся материал, в том числе и навоз. Ну, какашки.       И пока он говорит, мама потихоньку отворачивается, пряча улыбку за ладошкой, в то время как у дочки глаза на лоб лезут всё выше и выше. И по её шокированному личику, Костя осознает понимание дочери, что компост — штука несъедобная.

***

      Сегодня супруги Прокопенко в гостях у Громов. И хорошо, что всё запланировали самого начала, а то неудобно вообще, когда друг с женой без приглашения притоптывают, как Федька делать любит. Так что на столе чай и разные угощения, квартира аккуратно убрана к приходу гостей, работа окончена, а свободная минутка предвкушает хорошего времяпровождения.       Пока взрослые весело болтают, отшучиваясь и вздыхая между диалогами, Ириночка потихонечку попивает чай, ножками на высоком стуле болтает, и грызёт орешки со сгущёнкой. Она их просто обожала, и потому мама с папой не забыли и ими запастись. Но при этом девочке ещё и дают слово что-либо рассказать про свою жизнь в целом, как Костя ноет о своих упущенных маньяках и бандитах.       Но когда проходит около часа, можно уже и заняться чем-то ещё. И конечно, Лена идёт к Ирочке, пока жена Кости решает мирно посидеть на диване, а мужчины ещё немного побухтеть о работе. Кого же ещё должна касаться такая жуткая тема про человека, которого за решётку хотят сунуть?       «Подружки» сидят на коврике в гостиной, смеются. Ира время от времени теребит свою Земляничку, а Лена читает вслух какой-нибудь интересный рассказ Осеевой, если игрушки наскучивают.       В какой-то момент до уха Кости долетают еле слышные реплики, доносящиеся из-за дивана:       — Слушай, Ир, а как у тебя маму зовут?       Как ни странно, но помимо названий объектов окружающего мира, Ленка научила его дочь и новым интересным именам. Благодаря ей Ирка теперь знала, что Осееву зовут Валя, Михалкова — Серёжка (как мамино любимое украшение), а Барто носит интересное иностранное имя Агния. Но самое интересное, что малышке даже было известно, что маму не Мамой зовут, а папу — не Папой. По крайней мере, сам Костя знал имена родителей намного позже.       И Ирочка смело разбивает на слоги имя мамочки.       — Молодец, — улыбается Елена, — а папу?       — Котя! — радостно отвечает та.       — Умница!       Гром чувствует, как уголки губ приподнимаются сами по себе. Котей-то он был ещё давно. И мама, и жена нередко так называла его. Это так… мило. Особенно слышать это из маленьких уст крошки-дочурки, которая только учится нормально разговаривать.       Однако в следующую минуту он же слышит:       — Котя! Котя, иди сюда!       Узнав голос дочки, Константин уже не может сдержать свой искренний добродушный смех. Уровень хорошего настроения заметно завышается.       — Да какой я тебе Котя, я Папа! — с улыбкой говорит он под весёлый смех жены, лицезря сияющие радостью большие глаза Иришки.