Крушение

В тату-салоне Люца их снова встретила та же женщина-администратор, с которой Джоан разговаривала в первый раз. Если она и удивилась, то совершенно не подала вида – на лице ее было все то же сонное и скучающее выражение. Складывалось впечатление, что эта фанатка татуировок вообще не умела чувствовать. Ренар уверенно шагнул к ней, достав значок и продемонстрировав его даме. Джоан повторила жест, показав свою департаментскую «корочку». – Полиция Нуарвилля, мне нужно поговорить с Люцем. – Его здесь нет. Джоан закатила глаза – начинай сначала! Но Ренар был не из тех, кто сдается сразу. – Дамочка, вы правда думаете, что я вам поверю? Этот салон – его дитя, родное и любимое, и не стоит держать нас за идиотов, рассказывая, что Люц не следит за ним день и ночь. Женщина молча воззрилась на детектива, словно обдумывая его слова. А Джоан в порыве вдохновения решила помочь: – Люди, которым он делал татуировки, были найдены мертвыми. И в деле замешана магия, а Люц – маг. Ему грозит арест и лишение сил на время изоляции. Что станет с его салоном, если он покинет его? Или вы сейчас же позовете Люца, или мы придем уже с ордером, а лавочку эту прикроем насовсем. Вы понимаете? Ренар наградил ее одобрительным взглядом, и Джоан захотелось ответить ему улыбкой. Но она сохранила серьезность, выпрямила спину и расправила плечи. Внезапно тяжелые шторы за стойкой администратора всколыхнулись и раздвинулись. Из примыкающего помещения, прятавшегося за ними, к стойке вышел высокий человек с длинными кудрявыми волосами и каштановой бородой, уже посеребренной проседью. Кожаный жилет был увешан цепями, издававшими звон при каждом движении, а руки забиты татуировками. Мужчина двигался как-то странно, но ни Джоан, ни Ренар не придали этому особого значения. В зубах тату-мастер держал незажженую коричного цвета сигару. Он поднял голову, свысока осматривая своих гостей и будто скалясь на них. На гладком невысоком лбу появились складки. Наконец он произнес: – Я Армин Люц. Чего вы хотите? Его голос напоминал скрежет наждачной бумаги по дереву. – А вот и хозяин, которого здесь нет! – воскликнула Джоан. – Поговорить с вами, Люц. Если вы все это время были за шторами и все слышали сами, то должны знать, о чем. – Да, я узнал ваш голос. Хорошо. Идемте. Таура, пропусти их. Развернувшись, он отодвинул штору и вновь скрылся в помещении за ней. Джоан и Ренар переглянулись, обошли стойку и превратившуюся в статую администратора. Детектив придержал штору, пропуская свою спутницу вперед. Они оказались в просторном, но сумрачном помещении вроде кабинета – с одной стороны у стены стоял письменный стол, а с другой диван. Рядом с ним были навалены наполовину распакованные коробки с инструментами для нанесения татуировок и красками. За столом в шкафах громоздились папки с бумагами, а на столе высились несколько стопок книг. В комнате не было окон, ее освещали лампы и гирлянды теплого оранжевого света вроде тех, что висели в прихожей. Армин Люц присел на стол и, вытащив изо рта сигару, положил ее на специальную подставку. – Ну и?.. Джоан протянула ему телефон со снимками. – Ваша работа? Люц молчал очень долго, рассматривая рисунки. В какой-то момент он положил телефон на стопку книг, а потом взял увеличительное стекло и склонился над экраном. Джоан терпеливо ждала, чувствуя спокойное присутствие Ренара за своей спиной. Наконец тату-мастер отложил стекло и вернул девушке телефон. – Когда были найдены эти тела? – он кивнул на устройство. – Самое первое почти девять месяцев назад. Мастер нахмурился. – Стиль однозначно мой, я не буду скрывать. Но рисунки эти не делал – я не бью уже шесть лет. – Но если татуировки сделаны в вашем стиле, то как… Люц вдруг повел левой ладонью, и его правая рука исчезла почти до самого плеча, растворившись в воздухе. Он помахал культей, оставшейся от конечности. – Я не бью уже шесть лет, – повторил мастер. Ренар явно был впечатлен фокусом. А вот Джоан магия не удивила. – На меня напал демон, отнял мне руку. Я не делал эти татуировки, потому что просто потерял такую возможность. – Я сочувствую вам. – Ничего вы не сочувствуете! Оставьте это при себе. Я маг, но я не манипулятор. У меня вообще нет специализации. – Вы знаете, кто мог попытаться навести на вас подозрения? – Понятия не имею, – проскрипел Люц, отводя взгляд. – У вас были ученики? – Разумеется, – ответил мастер, а потом с небольшим опозданием добавил: – Десятки. Но я уже давно не беру новых. И я никогда не брал магов. Джоан склонила голову: – Почему? Ответ удивил: – Чтобы не искусить их. На мгновение повисла тишина, потом Джоан задала еще один вопрос: – Значит, никто из ваших учеников не мог бы довести людей до самоубийства? Люц вздохнул, выдержал паузу, словно разговаривал с тупицами. – Нельзя двух разных людей научить рисовать одинаково. Всегда будут какие-то мелкие детали, отличающие двух художников. Если бы татуировки убитым делал мой ученик, я бы узнал его стиль. А тут кто-то просто скопировал меня, очень неплохо скопировал, но я вижу все отличия от моих эскизов. Не буду их вам показывать, они слишком мелкие и ничего вам не скажут. Так что кто-то меня копирует, а я не знаю, зачем он это делает. – У меня последний вопрос. Вам знакомо имя Синна Херрена? Плечи Люца едва заметно дрогнули. Он провел ладонью по бороде и упер уцелевшую руку в бок. – Нет, – ответил он, опустив голову густые волосы почти скрыли его лицо. – Хорошо, спасибо. – Подозрения с меня сняты? – исподлобья посмотрев на Джоан, спросил он. Его взгляд вновь стал насмешливым. – Пока что. И при условии, что вы ответите на дополнительные вопросы, если они у нас появятся. Дело еще не закрыто. Тату-мастер кивнул, тряхнув каштановой гривой. – Всего хорошего. Джоан развернулась и пошла к выходу из комнаты. Ренар заговорил с ней, только когда они оказались на улице: – Отличная работа. – Тебе не показалось, что он что-то недоговаривает? – Да, явно что-то скрывает. Он знает Херрена. Или по крайней мере слышал это имя. Нужно будет еще раз попробовать подступиться к нему. Может быть, уже с ордером, напугать его. Давай я отвезу тебя домой? Джоан машинально кивнула, размышляя о беседе с Люцем. Она поняла, на что согласилась, только когда они подошли к машине Ренара. Девушка замерла, а детектив вопросительно свел брови, глядя на нее через крышу. – Ты чего? – Н-нет. Все нормально. Джоан слишком резко открыла дверь машины и поспешила сесть, задев макушкой дугу крыши. В салоне она резко выдохнула, вжалась в спинку и впилась пальцами в сиденье. – Тебе страшно, – догадался Ренар. – Скорее некомфортно, – выдавила девушка. – Теперь кажется, будто в салон сейчас начнет заливаться вода, а я снова буду в ловушке. Уф! Она закрыла глаза и помотала головой. – Ничего, пройдет со временем. Отделаюсь от этой ассоциации и дело с концом. А вот за руль я сама больше никогда не сяду. Ренар накрыл ее ладонь своей, Джоан вздрогнула, поборов желание выдернуть руку. А детектив тепло улыбнулся. – Все будет в порядке, доставлю тебя домой в целости и сохранности! *** Ренар вышел из машины, чтобы проводить Джоан до двери подъезда. Она явно расслабилась, покинув салон. Ликвидатор захлопнула дверь и с улыбкой предложила: – Зайдешь? Мне кажется, за помощь с Люцем я должна угостить тебя кофе. – Ты обычно не занимаешься расследованиями, да? – положив руку на крышу машины, догадался Ренар. Джоан покачала головой. – Я ликвидатор. Мы восстанавливаем разрушенное после магических стычек оперативников с демонами или магами. Конечно, у нас все занимаются расследованиями, но кто-то больше, кто-то меньше. Это дело я выпросила у шефа из-за Лейны. – Я понял. Видно, что у тебя не очень много опыта. А кофе – я с удовольствием. Смутившись, девушка убрала за ухо вороную прядь и поманила Ренара за собой. *** – Эт, теперь ты веришь, что Лейну убили?.. Джоан сидела напротив него за кухонным столом, согнув ноги в коленях и поставив стопы на краешек стула. От кружки в ее руках шел легкий парок, поднимаясь в воздух и завиваясь тонкой змейкой. – Теперь верю. И понимаю, что не смог бы раскрыть это преступление, я ведь не-маг. – А почему ты так хотел доказать самоубийство? Ренар откинул челку с глаза и серьезно посмотрел на Джоан. Его руки напряглись, он не до конца сжал в кулаки дрогнувшие пальцы. – Много лет назад я расследовал дело парня, его подозревали в убийстве. Все улики были против него. Его посадили, а через несколько лет он умер в тюрьме от болезни. Из-за хреновых условий его просто не успели спасти. А еще позже выяснилось, что парень оказался невиновен. Погибший совершил самоубийство, но все подстроил так, чтобы подозрение пало на непричастного к этому человека. Я не помню деталей, но, кажется, он за что-то мстил. Ренар замолчал и отпил из своей кружки. Поставив ее, он сцепил тонкие пальцы в замок, а локти положил на стол. – Так что теперь я очень внимателен с такого рода инцидентами. Я не хочу снова по ошибке засадить невиновного. Джоан протянула ладонь и сочувственно сжала запястье Ренара. Он с мрачным видом отрывисто кивнул. Чародейка не стала говорить ему, что он не виноват, что в их работе бывает всякое. Его чувство вины все равно никуда не денется, а линий раз его тревожить не хотелось. – Спасибо, что рассказал. Ренар прикрыл глаза. Снова сделав глоток кофе, он уже намного более бодрым голосом спросил: – Расскажи, как вы работаете? Всегда было интересно! Я еще никогда не сталкивался с магом-коллегой. Они разговорились. Через час кофе в кружках заменило вино в бокалах. Ренар с печальным вздохом констатировал, что ему тогда завтра или послезавтра придется еще раз наведаться на кофе к Джоан, когда приедет забирать машину. Она со смехом ответила, что с удовольствием угостит его еще кофе. Или вином – как он пожелает. – Хорошо, хорошо, – помахала вытянутой рукой Джоан, сдерживая смех, – и за мной ты катался потому, что хотел проследить, что Департамент не накосячит?.. – Я хотел помочь, – искренне ответил Ренар, его глаза блестели. – Нет, правда. Сначала думал, что мы будем работать вместе. А потом действительно решил тебе помочь. Понял, что ты мне нравишься. Эта искра разожгла в солнечном сплетении огонь, от которого стало жарко и нечем дышать. Джоан вдруг встала и подошла к окну, ей показалось, что кухня раскалилась в одночасье. Открыв форточку, девушка глубоко вдохнула, но для этого пришлось сделать усилие: вокруг груди словно обмотали эластичную ленту. Из-за шума в ушах Джоан не слышала, как с места поднялся Ренар. Она вздрогнула от неожиданности, когда он подошел сзади и обнял ее за плечи, но даже не думала сопротивляться. Прижавшись к нему всем телом, Джоан запрокинула голову, касаясь затылком плеча детектива. Он наклонился, чтобы поцеловать ее в шею. Когда они добрались до постели, на Ренаре уже не было рубашки. Улыбаясь, он упал на кровать и потянул за собой Джоан. Она села на него верхом, а потом наклонилась над Ренаром для поцелуя. Его ладони легли ей на талию и поползли выше, к груди, лаская кожу. По краю ускользавшего в море физического наслаждения сознания скользнула мысль о том, что завтра выходной и не нужно идти ни на какую работу.