Последняя из рода Гонт

      Уилтшир, особняк Дамьен Мэнор, 5 мая 1991 года              Однажды, когда я сидела в библиотеке и читала «Историю магии» Батильды Бэгшот, в приоткрытую дверь заползла Нагайна.       — Я знаю один сссекрет, — поведала мне змея.       Отложив книгу, я стала гладить её по голове:       — Расскажешь мне? Я умею хранить секреты, Нагайна.       — Я видела, — прошипела она, — как ссслуга госсподина принёсс в подвал мальчишшшку.       Что?!       — Как интересно... Пойду взгляну на этого мальчика.       — Лучшше тебе туда не ссспускатьсся! — предупредила змея. — Иначе у тебя могут быть неприятносссти. Я бесспокоюссь за хозяйку…       Заверив Нагайну, что со мной всё будет хорошо, я поспешила в подвал.       Там я застала Барти Крауча, который, насвистывая какую-то мелодию, запирал на ключ решётку камеры. Подойдя ближе, я увидела на полу бесчувственное и, увы, хорошо знакомое тело.       — Гарри Поттер?! — потрясённо воскликнула я.       — Он самый, — усмехнулся довольный Барти.       — Мерлин! Откуда ты его притащил? — я сердито всплеснула руками. — И для чего?       — Приказ Повелителя. Мне пришлось проявить всю свою смекалку, чтобы поймать мальчишку, — направляясь в сторону выхода, бросил Крауч.       — Где ты нашёл его? — я последовала за ним и так разволновалась, что опять начала теребить браслет.       Крауч не спешил отвечать. Зайдя в гостиную, он прошёл к буфету, достал бутылку огневиски и, наполнив стакан, сделал пару глотков.       — Барти!       — Ладно-ладно, сейчас расскажу, — он сел на диван со стаканом в руках. — Это было непросто. Как найти ребёнка в магловской Англии, не зная точного адреса? Представляешь масштабы поиска, да? Поначалу я думал, что это провальное дело, но потом взял под Империус сотрудника магловской полиции. Он сделал запросы во все магловские школы, не учится ли в одной из них Гарри Поттер…       «Да он настоящий гений!»       — Оказалось, что учится. Однофамильцев у мальчика-который-выжил не нашлось. Я подкараулил Поттера на выходе из школы. Ты бы видела его удивлённое лицо! — рассмеялся Барти.       «Ну просто обхохочешься!»       Я нахмурилась и поджала губы:       — Когда вернётся милорд? Он отсутствует уже два дня.       — Успела соскучиться по Повелителю? Понимаю, — хмыкнул он. — Я отослал ему сообщение, как только схватил Поттера. Думаю, он скоро появится.       Барти одним глотком допил огневиски и, поднявшись с дивана, подошёл ко мне. Потрепал меня по макушке, сказал «Дела, дела» — и ушёл.       Постояв еще немного в растрёпанных чувствах и покрутив по привычке браслет, я решила немного подышать воздухом и отправилась в сад. Неторопливо прогуливаясь вдоль пруда, я размышляла о Гарри Поттере. Зачем он понадобился Тёмному Лорду? И выживет ли он после встречи с ним?              Поздно вечером, когда все легли спать, я пробралась в подвал к узнику. Гарри сидел на тонком матрасе, прислонившись к стене, и тихо плакал. Рядом с ним на каменном полу стоял стакан с недопитой водой, а в углу — старое ведро.       — Эй, Гарри, привет! Я Аннабель, — шёпотом окликнула я его.       Мальчик вздрогнул. Потом быстро поднялся и подошел к решётке. Вытерев слёзы тыльной стороной ладони, он с надеждой в голосе тихо спросил:       — Ты пришла помочь мне? Можешь сообщить в полицию, что я тут?       — Гарри, я… я не могу. — Плечи мальчика бессильно поникли. — Я бы очень хотела, но... Если я сообщу в полицию, то потом мне не жить.       — Что-то не похоже, что тебя тоже держат взаперти, — угрюмо сказал он.       — Ты не понимаешь... Мы уже раньше встречались, но тебе стёрли память об этой встрече. Не знаю, рассказал ли тебе Барти, но ты волшебник, как и я. Ты зачем-то понадобился моему наставнику. Если я помогу тебе, он страшно разозлится и тогда, боюсь, мне придёт конец. С ним, знаешь ли, шутки плохи.       — Я всю жизнь был никем, — со злостью сказал Гарри и сунул ладони в передние карманы своих мешковатых брюк. — Мои дядя и тётя называют меня странным. Я всю жизнь прожил в чулане под лестницей… и вот сменил одну камеру на другую. Эта даже просторнее предыдущей. Даже если я и волшебник, то мне это никак не помогло.       — Что случилось с твоими родителями? — глядя в его зелёные глаза, спросила я.       — Дурсли сказали, что они погибли в автокатастрофе, — с грустью ответил он.       — Тебе приносили еду? — я оглядела его худенькую фигурку. И обрадовалась, когда Гарри кивнул.       «Хорошо, что Крауч решил не морить его голодом!»       — Послушай, Гарри, мне нужно идти. Я постараюсь прийти завтра, ладно?       Мальчик только печально вздохнул.              Этой ночью я долго не могла уснуть. Мне было жаль мальчика. Я чувствовала нашу схожесть: мы оба рано лишились родителей, у обоих были злобные опекуны, которые издевались и морили голодом. Только, в отличие от меня, за Гарри никто не пришёл.       На следующее утро вместо завтрака я спустилась в подвал. Поттер всё так же сидел на матрасе, уткнувшись лбом в согнутые колени.       — Гарри, это я! — прислонившись к решётке, окликнула я его.       — Аннабель? Я думал, ты не придёшь. Боялся, что тебя застукают и не пропустят ко мне.       — Не бойся, я обязательно что-нибудь придумаю. Когда появится наставник, я поговорю с ним, — твёрдо сказала я, и в глазах Гарри появилась надежда.       — Ах вот ты где, Аннабель! — неожиданно раздался насмешливый голос Барти Крауча. — Смотрю, ты уже завела себе друга? Понимаю, не каждый день к нам заглядывают такие знаменитости.       Оглянувшись, я увидела, что плечи мужчины напряжены, он как будто замер перед прыжком. Волшебная палочка была наготове, а ярость в его глазах совсем не вязалась с шутливым тоном.       — Я просто проверила, как он. — От такого Крауча у меня мороз пробежал по коже. Впору было самой искать защиты.       — Иди наверх! — тоном, не терпящим возражений, велел Барти.       Поднимаясь по ступеням, я услышала, как он говорит:       — Понравилась наша Аннабель, Поттер? Она просто красавица, правда? Закатай губу, такие, как она, не для тебя!       И следом до меня донёсся безумный смех Крауча.       Мерлин! Да он просто псих!              Целый день я не могла найти себе места. Дошло до того, что, слоняясь из угла в угол по своей комнате, я осмелилась вслух передразнивать Тёмного Лорда. «Тебе нужно подрасти для собраний Пожирателей, Аннабель!» «Ты ещё слишком мала для этого, Аннабель»… А смотреть на запертого в подвале мальчика я, видимо, уже взрослая!       Меня не смогли отвлечь ни книги, ни прогулка. Я думала только о Гарри. Но вечером, прокравшись к двери подвала, я не смогла её открыть. Она была заперта.       — Аллохомора! — попробовала я отпирающие чары, но дверь не поддалась. Я так разозлилась, что ударила по ней ногой, но только отбила пальцы. Прихрамывая, я вернулась к себе. Лёжа в кровати без сна, я теребила браслет, пока ко мне не приползла Нагайна. Обняв змею, я забылась беспокойным сном, наполненным кошмарами.              На следующий день, когда я расчёсывала волосы перед зеркалом, мне наконец-то пришла в голову гениальная идея. Я нашла способ решить проблему: Феликс Фелицис! Достав флакон, подаренный Барти на Рождество, я опустошила его наполовину. Меня сразу же захлестнуло невероятное вдохновение. Я точно знала, что нужно делать, словно у жидкой удачи был голос. И этот голос повёл меня вниз.       Спустившись, я обнаружила, что дверь в подвал незаперта. Бесшумно, на цыпочках подойдя к камере, я увидела Гарри. Он лежал, распростёртый на полу, а рядом с ним стоял Волан-де-Морт. Душа моя ликовала: Лорд наконец-то вернулся домой!       У стены в нетерпении зашипела Нагайна:       — Хозяин, можно я потом его сссъем?       Идея Нагайны мне не понравилась. Лорд ничего не ответил, он прошептал какое-то заклинание и дотронулся до головы Поттера левой рукой. Когда там появилось свечение, Лорд отошёл на несколько шагов, и я увидела, как из головы мальчика вырвался небольшой светящийся сгусток.       Змея зашипела, и я, повинуясь зову Феликс Фелицис, метнулась ей наперерез. Мне не хотелось, чтобы Нагайна начала есть людей. Но едва я закрыла Поттера собой от змеи, светящийся шарик заметался и неожиданно влетел мне в грудь.       Меня поглотила нестерпимая боль. Жар в лёгких не давал вздохнуть. «Наверное, так и выглядит смерть», — подумала я, перед тем как упасть.              Я медленно приходила в себя под звуки знакомых голосов.       — Повелитель, мне убить мальчишку? — это был Крауч.       — Нет, — раздражённо ответил Тёмный Лорд. — Мне пришлось попотеть, чтобы он не сдох. Кто бы мог подумать, что придётся спасать жизнь Поттеру! Я изменил его память, об этих днях он никогда ничего не вспомнит. Убери его, оставь поблизости от того места, где схватил. Пусть Дамблдор и дальше думает, что мальчишка особенный.        Открыв глаза, я проводила взглядом Барти Крауча, несущего на руках Гарри. Не успев порадоваться тому, что мальчик выжил, я услышала ледяной голос Лорда, не сулящий мне ничего хорошего:       — Наконец-то ты очнулась, Аннабель! Вставай.       Волан-де-Морт буквально нависал надо мной. Поднявшись, я посмотрела в его красивое лицо. Карие глаза начались наливаться краснотой. Лорд в бешенстве, поняла я.       — Тебя никто не приглашал в подвал, не так ли? Но ты соизволила явиться и всё испортить. Ты забыла, кому всем обязана? У тебя настолько короткая память? Я не помню, чтобы учил тебя предательству! — его обманчиво спокойный тон не вязался с багрянцем глаз.       — Я вас не предавала, — уязвленно сказала я.       — Кого ты пытаешься обмануть? Считаешь меня глупцом?! — прошипел Волан-де-Морт.       — Я просто…       — Просто не лги мне! Ты так самоотверженно бросилась защищать его… Чем Поттер заслужил это?       Мне бы стоило промолчать: оправдываясь, я лишь усугубляла ситуацию.       — Мы с ним немного похожи… и мне стало жаль его.       — Похожи? Интересно, чем же? У вас есть общие интересы? Вас объединяют общие цели? Родственные узы? — яд так и сочился в голосе Лорда.       — Нет, но он рос сиротой, как и я. И ему тоже не повезло с родственниками.       — Настолько не повезло, что ты решила предать меня? И я должен смириться с этим? Скажи, Аннабель, тебе хватило нескольких часов общения с мальчишкой, чтобы он стал для тебя важнее, чем я?       Я не выдержала такого напора, и мои глаза наполнились слезами. Всхлипнув, я опустила взгляд.       — Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю! — приказал Лорд, и я подчинилась.       — Я вовсе не спасала его. Мне не хотелось, чтобы Нагайна начала питаться людьми. Это… это слишком для меня — знать и видеть, что у змеи настолько изменился рацион. И, если мне представится выбор, то я всегда буду выбирать вас…       — Похвально, но твои слова расходятся с твоими поступками, Аннабель. Ты даже не представляешь, что натворила. Я расскажу. Девять лет назад Лили Поттер, желая защитить сына, применила древнюю жертвенную магию. Я не ожидал этого. Выпущенное мной заклятие отразилось и попало в меня. Моя душа раскололась, и её осколок попал в мальчика. Отсюда и шрам на лбу Гарри, и взявшееся из ниоткуда знание парселтанга. Сегодня я решил исправить упущение и перенести осколок в Нагайну. Но ты всё испортила. Влезла в мои дела со своей самоотверженностью. И, вместо змеи, осколок попал в тебя.       Что? Во мне теперь частица души самого Волан-де-Морта?!       Я провинилась, как никто другой. Реабилитироваться было невозможно. Видимо, весь ужас понимания отразился на моём лице, и Тёмный Лорд хмыкнул. Он протянул руку и дотронулся до моих волос, пропуская пряди сквозь пальцы.       — Простите меня, мой лорд, — прошептала я. — Мне так жаль…       — Неужели ты осознала? — ехидно спросил Волан-де-Морт. — Представляешь, что будет, если об этом станет известно Дамблдору? На тебя начнется настоящая охота.       — Но он же не убил Поттера...       — Не будь такой наивной, Аннабель. Не убил лишь потому, что воспитывает из него добровольного мученика. Один раз старому интригану удалось перехитрить меня. Он натравил меня на мальчишку, подсунув лжепророчество. Второй раз я не позволю себя обмануть.       — Что вы намерены делать с осколком во мне? — робко спросила я, волнуясь о своей дальнейшей судьбе.       — Ты разочаровала меня, Аннабель, — раздался тихий шёпот Лорда. — Уйди с моих глаз.       «Я попала в немилость. Я вообще по-крупному попала», — поняла я.       Протянув руку к его мантии, я готова была молить о прощении:       — Мой лорд…       — Живо! — прошипел он, и я выбежала из камеры. А потом и из особняка. Добежав до дерева, что росло возле пруда, я села на траву, прислонившись спиной к стволу.       Размышляя о случившемся, я пришла к выводу, что Гарри Поттер — невероятный везунчик, в отличие от меня. Ему удалось пережить встречу с Тёмным Лордом дважды. А меня подвело даже зелье жидкой удачи. Как я могла совершить такую оплошность? И как теперь всё исправить?       После ссоры с Лордом я испытывала тоску, на душе было неспокойно. Вдыхая запах зелени и цветов, я пыталась успокоиться, взглянуть на всё философски. Ведь, кроме себя, винить мне было больше некого.              * * *       Лорд не появился в особняке на следующий день. Не появился и через неделю. Нагайны тоже нигде не было видно, и до меня наконец дошло, что Лорд забрал и змею. Даже Барти Крауч всё это время не показывался в доме.       Я чувствовала себя несчастной. Ведь худшего наказания я и представить не могла.       Так я поняла, что любовь способна причинять нестерпимую боль.       Спустя четыре недели отсутствия Волан-де-Морта и Нагайны я решила написать письмо. Достав блокнот, подаренный Лордом, я взяла перо и приступила к покаянию.              «Мой лорд, простите, что отвлекаю вас по незначительному поводу, хотя для меня это очень важно. В тот день мне показалось, что попробовать зелье удачи — гениальная идея. Но, как оказалось, нет: этот напиток вдохновил меня на сомнительные подвиги. Я сильно раскаиваюсь и не знаю, как загладить вину и возможно ли это вообще.       Я очень скучаю по вам и Нагайне. Мне без вас грустно. Я так привыкла спать с Нагайной, что без неё мне стали сниться кошмары. Мне не хватает наших занятий, ведь самое лучшее время было тогда, когда я проводила его с вами.       Молю вас о прощении. Простите меня, если сможете».              Предательская слеза скатилась и упала на свежие чернила. Последнее слово чуть расплылось. Особо ни на что не надеясь, я закрыла блокнот и спустилась к завтраку, где меня уже ждали опекуны.       Ашиль Дамьен, как обычно, читал свежий выпуск «Ежедневного пророка», а тётя Гвен пила чай с круассаном. И как у неё получалось до сих пор сохранить фигуру?       — Что нового в Министерстве, дядя? — без всякого интереса спросила я.       — У Фаджа появился новый заместитель. Взгляни сама, — дядя передал мне газету.       На первой полосе красовалась колдография Волан-де-Морта и министра магии Корнелиуса Фаджа. «Роберт Бардон назначен на должность заместителя министра», — сообщал заголовок.       — С ума сойти можно! — неверяще прошептала я.       Я впервые видела Лорда искренне улыбающимся. И готова была вечно смотреть, как мужчины пожимают друг другу руки, а потом поворачиваются и улыбка Волан-де-Морта просто ослепляет.       После завтрака я прихватила газету с собой, чтобы вырезать колдографию с Лордом. В комнате меня ждал серый филин Ноттов — видимо, птица влетела в приоткрытое окно. Забрав письмо, я развернула сложенный лист.              «Привет, Аннабель!       Приглашаю тебя в гости. В 12:30 камин будет открыт. К нам присоединится Драко Малфой.       Твой друг Теодор Нотт».              Написав ответную записку с обещанием прийти, я передала её филину, и он выпорхнул в окно. А я вырезала колдографию из газеты, согнула пополам, чтобы на ней был виден только Лорд, и повесила её на стену.